Graveyard

«flashback»18февраля 2027 год. Район Каннам-Гу, Сеул. Квартира семьи Мин В пустой квартире тихо и темно. Еще день, и свет проходит в не зашторенные окна, но как будто не попадает в квартиру. Она тоже в трауре. Давящая атмосфера пустоты и безысходности, в которой пребывал Юнги в последние дни, с его уходом никуда не исчезла, а наоборот возросла и укрепилась. Здесь теперь трудно находиться, трудно дышать, но Намджун, только что вернувшийся с похорон, не замечает этого. Ему трудно дышать в принципе в последние несколько дней. Поэтому он заходит в квартиру, на автомате включает свет и проходит на кухню. Намджун снимает с рукава пиджака ненавистную белую повязку*, кладет ее на ближайший стул, снимает черный пиджак и галстук, вешает их туда же и проходит дальше. Кое-где стоят коробки, наполненные наполовину либо детскими вещами, либо детскими книгами — Тэхен позаботился. Хану нужно продолжать учиться, а Джон подолгу не может заснуть без любимых игрушек. Клининговая компания хорошо постаралась, и теперь, по сравнению с тем, что было, когда Ким в последний раз навещал Юнги, квартиру не узнать. Намджун достает из полупустого холодильника бутылку с водой и за раз выпивает ее. Только бы проглотить наливающийся ком в горле, который он старался сдерживать целый день. Как бы ни было тяжело, сегодня Намджун не позволил себе открыто плакать. Видя состояние друзей, как мог он позволить себе дать волю чувствам? Если бы он изо всех сил не старался выглядеть сильным, склеивая себя изнутри ненадежным скотчем, какого было бы остальным? А когда возможность отпустить себя наступила, Ким не смог и слезинки проронить, он только хватал ртом воздух и выдыхал в два раза меньше. Это было похоже больше на припадок, и обеспокоенный Джин уже собирался вызывать скорую, если бы Намджун вновь не приковал свое сердце и приказал себе дышать. Так просто. Он привык быть сильным. Натянуть эту маску, будто целлофановый пакет, в котором задыхается, и быть сильным.Жить на автомате: принимать соболезнования, спрашивать у потерянного Тэхена, все ли в порядке с детьми, благодарить остальных, что пришли, обниматьбезутешного Хосока, звонить менеджеру, сказать Джину, чтобы не волновался за него, попрощаться со всеми, вновь принимать соболезнования… Так просто быть сильным. По-другому он больше не сможет. Иначе распадется, расклеится, взорвется. Но как долго человек сможет быть один на один со своей болью? Юнги не выдержал и месяца. Ким сможет дольше. Сможет же? Он должен. Мысль приехать на эту квартиру, пришла неожиданно, когда Джун ехал на машине по трассе, заметно превышая скорость. Он хотел поехать домой и напиться в одиночестве, но уже час нарезал круги вокруг города, а в голове мелькал лишь один адрес. Тогда от резкого поворота в противоположную сторону, его машина чуть не столкнулась с проезжающим мимо пикапом, и Намджун понемногу стал приходить в себя. Он достает из одного из шкафчиков на кухне припрятанный коньяк, который больше не понадобится своему владельцу, два стакана и проходит к выделяющейся из общего интерьера двери с цифровым замком. Намджун садится, прислоняясь спиной к двери со стеклянными вставками, и откупоривает бутылку. Он разливает алкоголь по стаканам и ставит один из них на коврик рядом, а другой залпом выпивает, тут же снова наполняя до краев. — За тебя. — Джун чокается с дверью. В ответ — лишь звон стекла. Он теряет счет времени, бутылка уже почти пуста, а Намджун продолжает говорить. Он говорит Юнги все, что не успел сказать. Он злится, просит, успокаивает, ругается, уговаривает, проклинает, извиняется и снова злится. А в ответ слышит лишь звон. А может, он лишь в его голове. Намджун откладывает свой стакан и с трудом встает на ноги, опираясь на стену. Голова кружится, но он старается сфокусировать взгляд на цифровом замке. Он проводит ладонью по черному экрану, на котором тут же высвечиваются цифры. Каждая из попыток заканчивается неудачей, замок не поддается ни на уговоры, ни на угрозы. Намджун выходит из себя: он начинает колотить в дверь, дергать ручку, что-то неразборчиво кричать. Как будто за дверью есть тот, кто ответит. Ему начинает казаться, что Юнги все еще там, работает над новыми песнями и не замечает ничего вокруг. Сидит, как бывало раньше, в наушниках, и не слышит, что его зовут. Нет, он просто не может выйти, не может ничего сказать. Он заперт там внутри, и нужно лишь открыть дверь. В невменяемом состоянии, еле держась на ногах от количества выпитого алкоголя, Намджун выходит из квартиры, оставив дверь открытой. Он проходит чуть дальше по коридору, в поисках пожарного щита. А когда находит, выбивает локтем стекло и достает оттуда топор. Намджун заходит обратно, не чувствуя боли от порезов, почти не соображая, что творит. Он поднимает топор, и собрав все силы, бьет дверь. На стеклянной поверхности появляется лишь еле заметная трещина. С каждым ударом она становится все больше, разрастается паутинкой. Но этого недостаточно. — Я сейчас… Подожди… я сейчас… — в бреду как мантру повторяет Джун. Он отбрасывает топор в сторону и бьет уже кулаком, впервые почувствовав боль. Осколки больно впиваются в кожу, но это не страшно. Кровь стекает по руке и стеклу, но это не страшно. Страшно то, что дверь не поддается. Страшно то, что внутри никого нет. И он впервые за день, наконец то, плачет.

***

10 сентября, 2032 год. Квартира семьи Мин, Сеул Юнги проводит ладонью по сенсорной панели замка, на которой сразу же отображаются цифры от нуля до девяти. Он недолго думает и уже собирается ввести первый пришедший в голову пароль, как вдруг раздается звонок в дверь. Все трое одновременно оборачивают голову к выходу из квартиры. Намджун явно не в курсе, кто это мог заявиться к ним «в гости», и недоуменно сводит брови на переносице. — Ни звука. И ничего не трогайте. — Приказывает он и идет к панели видеонаблюдения, чтобы посмотреть на незваного гостя. Юнги тянется к замку двери сразу же, как Намджун скрывается за поворотом коридора. Но Мэй тут же хватает его за руку. — Стой, — Шепотом предупреждает она. — Господин Ким сказал ничего не трогать. — Ай, ладно. — Юнги закатывает глаза и прислоняется к манящей двери. — Вообще это моя студия! — Он любовно поглаживает поверхность двери, останавливая свое внимание на разбитом стекле и паутинке трещин. — Тише, — Шикает на него Мэй, прислушиваясь к звукам коридора. — Кто это? — Хосок, — Юнги пожимает плачами и устало закрывает глаза. Он узнает голоса друзей, как говорится, из тысячи, поэтому отвечает не задумываясь. Юнги широко распахивает глаза сразу, как до него доходит только что им же озвученное. — Чон Хосок?! — Мэй переспрашивает одними губами. Удивление сменяется растерянностью, ведь не понятно, в их ли пользу приход еще одного друга Юнги. — Стой, — Она останавливает парня, уже готового выйти из их ненадежного укрытия. — Ты чего, он будет рад меня видеть. — То же ты говорил про Ким Намджуна, а теперь он считает тебя, чуть ли не своим врагом. — Мэй качает головой, думая, возможно ли выйти из этой ситуации с минимальными потерями. — Не преувеличивай, — Юнги хмурится и старается звучать тише. — Это всего лишь недоразумение. — Но теперь тебе нужно открыть эту дверь, пока он, — Мэй указывает в сторону, куда ушел Намджун, — Нас не выгнал. Или еще хуже… Юнги возвращается к сенсорному замку и начинает вводить цифры, полностью уверенный в своих действиях. Замок противно пищит, оповещая о неверном пароле. — Черт! — Слишком громко ругается Юнги. Голоса в коридоре тут же затихают. Мэй хватается за голову, проклиная уверенность Мина в себе. Юнги гневно смотрит на замок, как на предателя. — Здесь есть кто-то еще? — Хосок в недоумении смотрит на друга. Намджун медлит с ответом, упуская момент, когда Чон уходит в сторону, двигаясь дальше по коридору к источнику звука. — Стой! — Джун разворачивается, но не успевает схватить его, чтобы притормозить. –Давай сначала поговорим, Хосок! Первая мысль — спрятаться, судя по множествам дверей, комнат в квартире много. Мэй тянет за рукав Юнги и подходит к ближайшей от них. Она открывает дверь и заходит в темноту, таща за собой парня. Юнги не успевает зайти, как его окликают. — Эй! — Хосок на взводе. Мало того, что Намджун чего-то не договаривает, так еще и в квартиру его покойного друга посмел прийти кто-то посторонний. — Что ты здесь… Хосок не договаривает. То, что происходит дальше, — для него как в замедленной съемке. Парень, на которого Чон уже собрался сорваться, оборачивается, смущенно улыбаясь. Перед ним предстает Юнги собственной персоной, и соображать дальше не представляется возможным. В голове белый лист и Юнги, как с фотографии. Живой. Если к встрече и разговору с Намджуном Юнги был готов, то к встрече с Хосоком совершенно нет. Он рад другу, и очень по нему скучал, но вспоминая их ситуацию, нужно сначала все объяснить. А Юнги не может сейчас подобрать слова. Так и стоит, тупо уставившись на не моргающего Хосока, и улыбается. — Ттты…– Чон, до этого, задержавший дыхание, теперь не может и слова сказать. Он, бледный, как будто только что увидел призрака (хотя практически так оно и есть), в шоке переводит взгляд на стоящего рядом Намджуна. — Эттто же…? — Нет. — Отрезает Намджун. Он не хочет, чтобы друга ввели в заблуждение, этот парень же не смог открыть замок. — Вообще-то обидно, — Как бы Юнги не относился к реакции Кима с пониманием, это уже начинало бесить. — Сколько я еще раз должен повторить, что я это я? — Тогда открой эту дверь. У тебя одна попытка. — Раздраженно повторяет Намджун, краем глаза наблюдая за Хосоком, который похоже готов упасть в обморок. — Ах, да, ты ее уже провалил! — Юнги-хен?.. — Хосок снова переводит взгляд на парня напротив, удостоверившись в своей бредовой догадке после того, как услышал знакомый голос лучшего друга. — Юнги! — Хосок уже подрывается к парню, в попытке обнять, как его грубо перехватывает Намджун и тянет на себя. — Он не может доказать этого. Я ему не верю. — Ким стоит на своем до последнего, зло сверкая глазами. — Дайте ему еще раз попробовать, — Мэй выходит из своего укрытия, точнее из-за спины Юнги. — Пожалуйста. — Она просит и взгляд мужчины смягчается, а вот Хосок испытывает шок во второй раз за несколько минут. — Мэй? — Чон переводит взгляд то на Юнги, то на девушку позади него. И не верит своим глазам. Все вопросы отходят на последний план. Сейчас важны только те, кто перед ними стоит. И даже если это сон или наваждение, Хосок не хочет это проверять. Пусть только Юнги говорит, позволит себя обнять, пусть даже просто смотрит и улыбается. Хосоку будет достаточно. Только бы не исчезал. — Здравствуйте. — Мэй кланяется, но не отходит от Юнги, оценивая ситуацию. Кажется, Чон Хосок узнал друга. Хорошие новости. — Можешь попробовать еще раз. — Намджун соглашается только ради Хосока и обещает себе быть терпеливым. Юнги под пристальным взглядом трех пар глаз проходит обратно к двери своей студии, чтобы снова попытаться ее открыть. На этот раз он думает дольше, вводит пароль, но тот снова не срабатывает. И так попытка за попыткой. Юнги перепробовал все возможные пароли, даже от своего счета в банке, он вводил свой старый пароль, дату их дебюта, первого дэсана, своего альбома — ничего не подходит. Когда все идеи были исчерпаны, в голову Юнги вдруг пришла мысль. Он переводит взгляд на Мэй, и уже хочет ее о чем-то спросить, как его перебивают. — Это не ее день рождения! — Все это время внешне спокойный Намджун, стоящий у стены, скрестив на груди руки, выходит из себя. — Да знаю я, — Юнги закатывает глаза, мысленно проклиная себя из будущего. Как он мог поставить на дверь пароль, который сам же и не может отгадать? Раздражает. В будущем Юнги зарекается поставить только один пароль с датой события, которого бы он никогда не забыл… Точно! У Юнги появляется слабая надежда на то, что событие, о котором он мог только мечтать, в будущем уже произошло. Осталось только узнать дату. — Все, мое терпение кончилось! — Намджун не может больше терпеть этот цирк. Он сжимает руки в кулаки и горой надвигается на Юнги. — Дай мне свой телефон. — Что? Больше ничего не дать?! — Джун сходит с ума от такой наглости и уже готовится выставить самозванца на улицу, перед этим хорошенько побив. — Постой. — Хосок отлипает от своего места, останавливая друга. Он встает между Кимом и Юнги и поворачивается к последнему. Хосок открывает на своей руке проектор, переводит его в голографический режим и легким движением перенаправляет в сторону Юнги. — Это будет его последняя попытка. — Намджун зло смотрит на Хосока и отходит чуть назад, прикрывая глаза. Он просто подождет, когда замок оповестит сигналом, что пароль неправильный, и тогда даже Хосок и эта девушка рядом не удержат его от расправы. Юнги печатает на голографической панели свой запрос, вновь удивляясь технологиям будущего. Недолгие поиски заканчиваются успехом, а Юнги ликует внутри. Намджун ясно дал понять, что будет, если его последняя попытка провалится. Что ж, Юнги в этот раз не подведет. Набрав нужные цифры и все перепроверив, он поворачивает голову к Мэй и подмигивает, улыбаясь. Юнги с замирание сердца жмет на ввод и слышит долгожданное оповещение: «Дверь открыта»