Betrothed (Обрученная)

       — Заботься об Аллуке, хорошо?       Киллуа только кивнул в ответ. Ты никогда не сомневалась, что он защищает ее, но также не могла не напомнить ему об этом после всего, через что тот прошел. В конце концов, страх перед Иллуми заставил его забыть о запертой сестре на такое долгое время…        — И ты же будешь слушать своего брата, верно?        — Да! — Воскликнула девочка, поцеловав взволнованного мальчика в щеку.       На самом деле было очень приятно смотреть на этих двоих. Они наконец воссоединились и теперь смогут наверстать упущенное время. Единственным компаньоном, которого ты взяла с собой, была Луна. Ты не хотела полагаться на силы Аллуки, когда есть подсказка о местонахождении мужа.       Твоя названная сестра пережила достаточно и была намного больше, чем просто джином, исполняющим желания. У нее есть стремления, мечты и будущее, которые нужно искать. У вас обеих.       Киллуа с радостью мог бы рассказать обо всех убежищах в Йоркшине, чтобы остаться незамеченной для Золдиков. Этой информации было более чем достаточно для поиска.        — Что ты собираешься делать дальше?        — Очевидно, вернуть моего мужа, — пожала ты плечами в ответ на слова Киллуа, сжимая туз пик, который держала в руке. Хисока дал его тебе. Наполненный могущественным нэном, ты могла связаться с ним через карту, когда сочтешь необходимым.        — Я знаю, что это будет трудно для тебя… — Действительно. Кажется, Киллуа слишком долго боролся с психическим заболеванием своего брата с самого рождения, чтобы вести себя так, будто этого никогда не было, только потому, что ты сказала ему, что Иллуми изменился? Это почти невозможно. — Так что не торопись с обдумыванием. Мы не будем беспокоить тебя, пока не будешь готова.       Взъерошив белые волосы мальчика, ты широко улыбнулась своим друзьям, прежде чем сесть на дирижабль.       Ты уже была на полпути через океан, когда получила сообщение от Киллуа, согревающее сердце:        — Я рад, что ты присоединилась к нашей семье. Спаси его.       Проходили дни, пока ты обыскивала убежище за убежищем, а также все тенистые уголки города. К большому сожалению, твой муж всегда исчезал, прежде чем ты успевала прийти на место преступления по его следу.       Я найду его, несмотря ни на что! Ты подумала перед тем, как добраться до следующего убежища, глубоко в горах, окружающих великий город. Похоже, он уничтожил личный передатчик Золдиков, как и ты. Благословение и проклятие.       Вид был захватывающим, но ты не теряла ни минуты, чтобы остановиться и насладиться им. Крик Луны дал знак, что ты уже близко, и это все, что сейчас имеет значение.       Потому что осталось всего три места. Что, если ты будешь искать его, а он уже уехал из Йоркшина? От этой мысли неприятно скрутило живот, из-за чего подниматься на последнюю груду камней стало намного труднее.       И вот он — небольшой кирпичный дом, не более чем однокомнатная квартира с самым необходимым, чтобы выжить на короткое время. Внутри горели огни. Их было видно издалека. Боязнь, что Иллуми снова уйдет, если заметит, не оставила другого выхода, кроме как полностью подавить своих нен, оставив без защиты перед любой возможной угрозой.       Но когда ты вошла, там никого не было, кроме…        — Ой? — Когда ты ступила в тусклый, тусклый свет комнаты, маленькая кошка завертелась между ног и счастливо мурлыкала. — Кто ты, милая?       Похоже, Иллуми подружился с ней, да?       Одна только мысль об этом заставила сердце почувствовать, что оно разорвется от счастья, стоило погладить животное по голове, заметив, что Иллуми вылечил его раны. Оставив Луну и кошку знакомиться друг с другом, ты бродила по комнате в поисках любого возможного намека на местонахождение Иллуми.       Дом, казалось, все еще был занят, так что тебе стоит просто подождать его здесь?       Но затем телевизор, который он, казалось, забыл выключить, взорвался местным потоком новостей:        — Ожидается, что аукцион состоится всего через несколько недель, но подготовка уже идет полным ходом. Несмотря на слухи о возможном нападении Призрачной труппы, организаторы готовятся внести «особые изменения».Они отказались от комментариев, заверили нас, что аукцион пройдет безопасно и мирно.        — Организаторы, твою мать, — ты стиснула зубы. Все в мире знали, что легендарные Десять Донов тайно проводят подпольные аукционы, а «легальные» лишь отвлекают.       Но теперь ты могла представить, куда направится возлюбленный.       Так каждый год. Многие убийцы соберутся, чтобы защитить аукцион за очень хорошие деньги. Отличный повод, чтобы полностью искоренить профессию убийцы.       Найти место действия не составило труда. Быстрое исследование, и ты знаешь, что во владении Донов находится самый высокий отель в городе, где убийцам, вероятно, будет разрешено остаться до важного события.       Но самым тяжелым было решить, что делать, когда ты там появишься…        — П-пожалуйста, помилуй!       Когда ты ворвалась в здание и вошла в конференц-зал, кровавая бойня уже была в полном разгаре, истинная сила твоего мужа раскрывалась прямо на глазах.        — Извините, но я не могу делать исключения, — спокойно сказал Иллуми, ударив врага иглой по голове.       Вокруг лежало двадцать пять… нет, тридцать трупов.       Неужели он действительно в одиночку убил всех этих высокопрофессиональных убийц? Опять же, ты никогда раньше не видела, чтобы он выкладывался полностью.       Хотя твой муж, казалось, подарил им быструю смерть, вокруг царил хаос. Сломанная мебель, разбросанные части тела и повсюду лужи крови. Иллуми явно не нуждался в помощи, но как только ты увидела врага пытающегося напасть на него сзади, то огрызнулась.       Прежде чем ты смогла даже осознать, что произошло, тело опередило разум, оставив только возможность наблюдать, как человек упал на землю. Это неправильно. Убийцы на аукционе были в основном охотниками, которые арестовывали или убивали преступников. Они не виновны и не достойны смерти.       И все же ты сделала это… рефлекс, внутреннее желание помочь Иллуми было сильнее разума.       Итак, ты стояла неподвижно, когда муж повернулся, нахмурив брови, глядя на лежавшего у ног раненого, и прикончил того.        — Ой? Т/И. — Почему его тон такой радостный, ведь рядом столько мертвецов? — Что ты здесь делаешь?       Как будто это была обычная беседа, он перешагнул через несколько трупов в твою сторону, при этом оставаясь на достаточном расстоянии. Ты резко сглотнула, потому что не была готова к этому моменту, просто не могла подобрать нужных слов.        — Я искала тебя.        — Зачем? — прямо возразил он, резко наступив на одно из подергивающихся тел. — Я рад видеть, что с тобой все в порядке, но тебя здесь не должно быть.       Ты сложила руки, чтобы они не дрожали. Последующие слова больше походили на молитву.        — Потому что я хочу, чтобы ты вернулся ко мне. Пожалуйста…        — Я не могу этого сделать, Т/И, — сказал Иллуми, и его болезненная улыбка разорвала твое сердце на тысячи кусочков. — Я слишком опасен, чтобы быть с тобой. Теперь я это понимаю. Неудивительно, что ты мне тогда не поверила, — ведь я даже себе не могу доверять.       Увидев твое лицо в слезах, он боролся с желанием обнять и успокоить, как всегда делал, но чудом воздержался от этого.        — Не грусти. — Он поднял окровавленные руки в воздух, показывая комнату и собственное деяние. — Я нашел то, чем хочу заняться. Видишь? Я очищу мир от других монстров, подобных мне, и сделаю его более безопасным для тебя!        — Луми… — Услышав знакомое имя, произнесенное тобой настолько ласково и нежно, он на секунду опустил голову. — Ты плачешь?        — Хм? Так вот что это такое. — Только сейчас Иллуми понял, что происходит, удивленно коснувшись своего лица. Он уже забыл, что тоже может плакать. — Ага. В последнее время это часто случается.        — Иллуми, любовь моя… — взмолилась ты, разражаясь судорожными рыданиями. — Ты болен, ты это знаешь. Но сейчас ты избрал неправильный путь…        — Не о чем беспокоиться, — попытался он пойти на компромисс, указывая на свою шею. — Я применил иглу, на случай, если родители опять попытаются загипнотизировать меня. При условии, что я снова причиню боль невиновному, мою аорту разорвет, и я умру.       Ты осмелилась сделать несколько шагов в его сторону, но Иллуми отступил. — Другого пути нет, Т/И. Ты единственная, кому разрешено положить конец моей жизни, если захочешь. Никто больше.       Если я умру, я компенсирую хотя бы часть своих поступков, подумал Иллуми про себя, его лицо теперь исказилось в безумной улыбке. Т/И, будет в безопасности.       Ты ничего не сказала — нет, ты не могла говорить.       Было слишком трудно вынести страдания любви всей своей жизни.        — Я не достоин твоей любви, Т/И. — Бог знает, когда ему удалось появиться прямо перед женой, но каким-то образом он это сделал, мягко приподняв ее подбородок. — Никогда не был, — добавил он, вытирая ее слезы большим пальцем.        — Т-ты… — Тихо посмеиваясь на грани истерики, ты обняла своего мужа, намочив ткань его рубашки своими слезами. — Необязательно быть «достойным». Любовь так не работает, Луми. Я всегда буду любить тебя! Чувства зависят от меня, и никто не может изменить их!       Я мог бы, предположил он сам, борясь с искушением забрать всю твою боль. Иголка могла заставить тебя возненавидеть его или даже забыть обо всем.       Но Иллуми пообещал себе никогда не манипулировать другими людьми и не ограничивать их свободу, хотя бы ради безопасности.       Жена сама решит, как распоряжаться своими чувствами.        — Ты правда все еще не помнишь, Луми?        — Что именно? — Твой муж не двинулся ни на дюйм, когда ты крепко схватила его, боясь, что он уйдет, стоит отпустить.        — Тогда ты меня пощадил, — прошептала ты, дрожа, когда попыталась ухватиться крепче. — Мы были еще молоды, но ты уже находился под влиянием…       По телу Иллуми прошла дрожь, заставив тебя пожалеть о словах. Конечно, они вызвали болезненные воспоминания…        — Ты все помнишь?        — Ярко.       Твоему мужу, должно быть, было шестнадцать лет, но он уже был полностью обученным грозным убийцей.       Кто стал его целью на этот раз? Он не мог вспомнить точно.       Все, что известно, это приказ: убить цель, а также ее союзников, и не оставлять свидетелей. Работа была точной и требовала быстрых действий, чтобы убрать все доказательства.       А потом внезапно появилась ты.       В самый разгар твоего обучения, семья поручила ответственное задание: стать телохранителем одного политика и следовать за ним.       И вот теперь единственное, что ты видела перед собой: Иллуми, хладнокровно душащий тебя руками.       В то время он еще не развил свои способности Нэн, поэтому выполнять работу приходилось вручную. А так как ты была последней, от кого нужно избавиться, Иллуми не торопился.       Странное чувство — видеть красивую девушку, корчащуюся под собой и пронзающую своим умоляющим взглядом. Умереть такой молодой на первом же задании — даже жалко как-то.       Когда ты почувствовала, что теряешь сознание, то перестала сопротивляться — и нежно положила одну руку ему на щеку.       Иллуми застыл, потрясенный твоим поступком. Он забрал так много жизней, заставил страдать бесчисленное количество людей… Но ты была единственной, кто смотрел на него такими добрыми, грустными глазами… без намека на обиду.       Ты сильно закашлялась, прежде чем в голове возник вопрос: почему он перестал выполнять свою миссию? Иллуми слез с тебя.       Да, почему? Тоже спросил он себя, потирая щеку, кожа еще хранила тепло твоей руки. Это ощущение, мягкость и нежность прикосновения были ему настолько чужды, что он на мгновение полностью растерялся.        — Почему ты не боролась? — Он начал допрос, почти забыв о непонятной ситуации, в которой вы оба оказались.        — Не знаю, — ты вздрогнула, только сейчас осознав, что могла распрощаться с жизнью несколько секунд назад. — Тебе было немного грустно.       Что?! Это должно быть какая-то уловка!        — Кто-то заставил тебя стать убийцей? — Сострадательное выражение твоего лица напугало его, как и любого человека, который впервые столкнулся с чем-то незнакомым и потому хочет сбежать. — Кажется, тебе не нравится этим заниматься.        — Я ничего не чувствую, — усмехнулся подросток, озадаченный внезапными беспокойством и заботой. — Я — орудие тьмы и ничего более.        — Как грустно… — Ты выдавила слабую улыбку, и ее искреннего света было достаточно, чтобы Иллуми исчез, но последние слова все еще крутились в его голове. — Я думаю, при других обстоятельствах мы могли бы стать друзьями!       Ты действительно была другой… флиртовала с врагом, который пытался тебя убить?! Ну не сумасшедшая ли?        — Теперь я понимаю, почему моя семья была так сильно против нашего брака. Какая-то нелепая шутка. Правда…       Загадка, почему ты не узнала его сразу на экзамене, а только сейчас. Видимо Золдикам пришлось подделать все факты и даже подменить воспоминания, потратив огромные деньги, чтобы заставить замолчать любого, кто знает правду. Твое имя было изменено, и всей твоей семье пришлось вести себя так, как будто ты их второй ребенок, потому что тот, кто выполнял задание, тогда умер.       Значит, даже возможный гнев Золдиков не заставил Иллуми закончить дело.        — Я тебе нравился… — он прерывисто вздохнул, — даже тогда.        — Конечно! — Теперь ты слабо улыбнулась, пытаясь поднять настроение. — Как можно не влюбиться в эти прекрасные глаза?        — Я пытался убить тебя.        — Но не смог, верно?       Его руками ты обхватила собственную шею, чтобы показать, насколько сильно ему доверяешь. И тут же они поднялись к твоему лицу, а пальцы нежно прикоснулись и погладили кожу, как будто Иллуми хотел убедиться, что происходящее не просто сон или галлюцинация.        — Ты никогда не причинишь мне вреда, Луми. Я знаю это.       И, наконец, он обхватил лицо ладонью, неуклонно приближая свое собственное к твоему.        — Я действительно могу любить тебя? — Юноша слегка захныкал, но ты уже прижалась губами к его губам.        — Да.