Мерлин "Всемогущий"

***

- …начинает выламывать их. Или пытается влезть в окно. Вот такая сволочь! - Всё ты врёшь, Гвейн! – устало поморщился Элиан. - Отнюдь! – обиженно заголосил сэр Гвейн, несправедливо уличенный во лжи. – Сколько раз я не появлялся на утренней тренировке рыцарей? А? Элиан озадаченно почесал чело. По его мнению, Гвейн пропускал рыцарские сборы с завидной периодичностью. - Ну… - задумчиво протянул темнокожий рыцарь, - где-то раз двадцать за последние два месяца. Не менее. - С ума сошел! - Гвейн уязвленно надулся. – Двадцать... Семь! Максимум. Именно столько ночей эта тварь пытается проникнуть в мой дом. - Нужен ты ей больно… - недовольно отмахнулся Элиан. – Ты же дома-то редко ночуешь. - Вот, семь ночей спал (точнее, пытался уснуть) в своей кровати, а это чудовище взяло привычку навещать меня и скрести своими когтями то в дверь, то в окно. И будто приговаривает за этим скрежетом «Впусти!», «Впусти!». Только под утро и уходит. А мне остается только забыться беспокойным сном. К двум рыцарям подошел третий, огромный и сильный. - О чем беседуете, господа? – сэр Персиваль старался держаться со всеми учтиво, однако рядом с Гвейном любая высокоинтеллектуальная светская беседа ежесекундно рисковала превратиться в бытовой мордобой. - Да так, - легковесно ответил Элиан, - Наш славный благородный муж считает, что по ночам к нему хаживает один баргест. Чтобы посмотреть в его пьяные глаза, видимо, и подышать винными парами. Гвейн оскорбленно засопел. Элиан никогда не верил ему, что бы тот ни говорил, всегда отмахивался. А ведь в речах «славного благородного мужа» под толщей пьяных фантазий и похмельных бредней хоронилась чистейшая правда. Ну и что, что все семь злосчастных раз Гвейн возвращался домой на бровях (лохматых и перепачканных в связи с этим), потому как какая-то кабацкая девка отослала его в дальние рубежи, вместо того, чтобы пригреть на своей груди? Такие жуткие звуки не могли ему померещиться. Это был самый настоящий зверь, тот самый, о ком уже которую неделю перешептывается вся округа. - Если какое-то колдовское животное беспокоит тебя, может, нужно обратиться в Семинарию? – обеспокоенно предложил Персиваль. – Среди них есть маги, которые смогут отловить твоего ночного визитера. - Точно, - охотно закивал Гвейн, - так и поступлю. Спасибо за совет, Перс! - Кстати, Персиваль, - Элиан заинтересовался подошедшим, - почему ты здесь? Разве Его Высочество не вызывал тебя обсуждать какой-то очень важный вопрос, касающийся твоего колдуна? Сэр Персиваль смутился. Последнее время Азра – волшебница, присягнувшая ему на верность и тем самым полностью отдавшая себя во власть рыцаря – не посещала консилиумы магов, что вызвало некую обеспокоенность. В самом деле, не мог же Персиваль так просто всему рыцарскому сословию признаться (а рассказать сэру Гвейну всё равно что рассказать каждому воину Камелота), что влюбился в свою колдунью и, поддавшись чувствам, узнал ее любовь! А теперь им предстояло связать себя еще и узами брака, вот об этом и говорил рыцарь со своим сюзереном. - Мы уже обсудили мой вопрос, - откашлялся Персиваль, - теперь он желает видеть и вас. Сэр Леон и сэр Ланцелот уже там. Галахад и Борс подходят. Все трое направились в замок.

***

Артур ждал своих вассалов в приемной палате. Ланцелот беспокойно нарезал круги по каменному полу. Леон, сидя на скамье около стола, безучастно наблюдал за товарищем. Личная гвардия принца – семь благороднейших рыцарей: Леон, Ланцелот, Персиваль, Гвейн, Элиан, Борс и Галахад – должна была собраться вместе, чтобы обсудить, на совершение какого подвига выдвинуться сразу после окончания празднества. Подвиг должен был совершить конечно же принц, а они – оказывать ему помощь и поддержку. Скрип дубовой двери противно возвестил о прибытии всех остальных личных стражей Его Высочества. Артур поднялся с кресла и живо оглядел своих лучших рыцарей. - Сегодня, - строго начал принц, - нам предстоит решить, куда отправиться и за чем, чтобы слава Камелота разнеслась далеко за его пределы и не утихала многие годы. Все семеро с торжественным молчанием слушали речь своего господина. - На этом столе, - Его Высочество указал на огромную дубовую доску, покоившуюся на причудливо вырезанных пнях, служивших ей ножками, - лежит карта нашего королевства и окрестных земель. Я предлагаю направиться сюда, - он ткнул пальцем куда-то севернее Камелота, - в земли Даобет. - Сир, - осторожно начал Элиан, - уж не хотите ли Вы сказать, что желаете найти и победить дракона? - Именно это он и хочет сказать, - вместо своего командира недовольно ответил Ланцелот. Артур тяжело вздохнул. Они уже поспорили по этому вопросу, и теперь от голосов большинства зависело, будет ли выбрано это задание или нет. Однако обсуждению помешало открытие двери, из-за которой появились король Утер и его придворный маг Талиесин. Семеро рыцарей выстроились в линию, Артур учтиво поприветствовал правителей Камелота. - Вы уже выбрали, куда отправитесь, после того как праздник по случаю дня рождения Артура будет окончен? – король оглядел молодых мужей и внимательно посмотрел на сына. - Как раз этим и занимаемся, отец. Утер и Талиесин кинули взгляд на карту. - Позвольте угадать, Ваше Высочество. Вы собираетесь в королевство Даобет за драконьими костями? - За всем драконом, - задиристо ответил наследник престола. Он уважал Талиесина, но думал, что маг оказывает слишком большое влияние на короля. Когда придет время выбирать самому Артуру, то он не позволит своему колдуну указывать, что делать, а от чего лучше воздержаться. - Но тогда без мага вам не справиться с древним созданием… - Драконы не восприимчивы к магии, - сдержанно возразил принц. – Зачем нам в таком случае колдун? - Не ко всякой магии, - покачал головой Талиесин, а Утер кивнул, поддерживая своего чародея, - есть категория волшебников, от слова которых эти древние животные становятся послушнее домашнего щенка. Дракон даже перестанет дышать и остановит биение своего сердца, если его Повелитель отдаст ему такой приказ. - Ну и где нам взять этого повелителя драконов? Вы в своей Семинарии воспитываете таких? - В нашем королевстве Повелителей драконов нет. - Замечательно, - возмущенно начал принц. Личная гвардия озабоченно переглянулась. – В таком случае, зачем вы пришли? - Тебе не справиться с живым драконом, - сурово наставлял сына Утер, - возьми ты хоть все войско Камелота. Поэтому… - Либо Вам придется выбрать другой подвиг, - докончил за своего короля маг, - либо поискать колдуна, способного приказывать древним ящерам. А такие, насколько мне известно, водятся только в Эссетире. В частности, придворный маг Ценреда – Повелитель драконов. - И что вы предлагаете? – Артур открыто негодовал: эти два старика своим брюзжанием перекрывают ему дорогу к великим свершениям. – Поехать к Ценреду и попросить его одолжить придворного колдуна для поимки дракона? - Выбирать тебе, сын, - сдержанно ответил король. – Но твой выбор должен быть мудрым. Подумай, стоит ли идти на охоту со столовой вилкой вместо копья… С чувством исполненного долга Его Величество и главный маг Камелота удалились в полной тишине, провожаемые лишь восемью ошалелыми взглядами. - То есть, как я понял, вилки на охоту лучше не брать? - в недоумении поднял брови сэр Гвейн.