Падшие ангелы

Снег падал медленно, завораживающе. Снежинки таяли на темной поверхности воды, где в глубине спали карпы, но на песке, на кронах изысканно сформированных бонсаи они складывались в обманчиво-легкое покрывало. Искусно размещенное освещение не раздражало, только придавало глубины и... сказочности? - этой картине. Ветер не проникал через стеклянные стены, окружавшие сад, не сдувал снежинки с зеленовато-голубых иголок можжевельника. Убаюкивающее, притупляющее бдительность зрелище. Такэмура стоял неподвижно, лицом к стеклу, дожидаясь, пока Ханако-сама закончит телефонный разговор, прервавший их едва начавшуюся беседу. Снежинки. Есть ли дело снегу до отдельной снежинки? Сила их в единстве, даже на землю они опускаются вместе, сцепившись, крупными холодными хлопьями. Есть ли дело потоку воды до отдельной капли? Река срывается с уступа, образуя водопад, и брызги разлетаются, капли повисают в воздухе, испаряются, но станет ли река от этого менее полноводной? Капли вернутся в нее, когда станут дождем, чтобы повторить свой круг. Все возвращается, рано или поздно. Все, кроме людей. - Ты решил потревожить меня опять. Из-за этого вора. Такэмура повернулся, вежливо глядя в пол, и выругал себя за непозволительную беспечность. Так провалиться в свои мысли! Неудивительно, что пост телохранителя он потерял. К счастью, его вознаградили другим, но... что-то сломалось. Словно то, как Такэмура действовал в Найт-сити было негласно признано ошибкой, недопустимым, несовместимым с... чем? Честью? Преданностью? Потом, об этом можно подумать потом, но стоит ли? Лучше принять все и идти дальше с достоинством, отдав долги. - Да, Ханако-сама. Прошло три года. Технологии позволяют вживить энграмму в новое тело, эксперименты признаны успешными. Условия контракта... - В контракте не названы сроки, - голос дочери главы Арасаки был холоден. - Наемник знает слишком много, чтобы можно было отпустить его, а совершенное им станет плохим примером для сотрудников корпорации, посеет в их умы идею о том, что можно предать и вернуться, если хорошо постараться. Почему мне нужно объяснять тебе это, Такэмура, и вспоминать того, кто этого не стоит? - Мы обещали ему, Ханако-сама. Он достойный человек! - Не тревожь меня больше по поводу этого человека. Мы дадим ему другое тело, как того требует контракт, но позже. Пятьдесят лет представляется мне подходящим сроком для того, чтобы о нем все успели забыть. Ханако вернулась за стол и углубилась в изучение документа, всем видом показывая, что время, отведенное на встречу с бывшим телохранителем ее отца, истекло. - Благодарю, Ханако-сама. Такэмура поклонился, не поднимая взгляда, и вышел. Снег все еще стоял перед глазами, снег, укрывающий все, как пепел, затягивающий угли, душащий, скрывающий жар огня. Говорить было больше не о чем и не с кем.