Ты сам решил врать

      POV Арсений       Два месяца в туре были лучшими в моей жизни, особенно Питер.

***

      Питер       — Ребят, не забудьте, что завтра в 15 начало концерта, мы собираемся к 13. Без опозданий! — напомнила Оксана, когда мы с Тошей собирались уходить.       — Так точно, товарищ капитан, — шутливо ответил Антон, встав позу военных, отдавая честь.       Мы все вместе посмеялись.       — Смотрите, дайте ночью хоть немного соседям поспать, — поржал Серёжа.       Антон засмущался, а я закатил глаза.       — Завидуй молча, мой вечно одинокий друг, — усмехнулся я.       — И предохраняться не забывайте! — поучительно заметил Дима и поднял указательный палец вверх. После этого уже заржали все.       — Хорошо, Дим, обязательно.       — Хватит паясничать, Арс и Шаст, уходите, пока я не передумал, — строго ответил Стас, который ещё не до конца принял тот факт, что мы вместе.       Мы лишь кивнули, попрощались со всеми и ушли. Решили зайти в магазин, купили немного продуктов и бутылку вина. После я зашёл в аптеку, купил самые большие послеоперационные пластыри, мази для плеча, ну, и, по просьбе Димы, презервативы и, само собой, смазку. Потом мы пошли ко мне.       И только оказавшись в квартире, я вспомнил, в каком состоянии она была, когда я уходил. Антон, который всю дорогу болтал, как никогда, резко замолчал.       Пара побитых тарелок и кружек, множество осколков. Разбитые бутылки и следы высохшей крови по всей квартире.       И это он ещё не заходил в спальню и ванную. Словно прочитав мои мысли, он направился в спальню. Ещё несколько разбитых бутылок, некогда белое постельное белье, насквозь пропитанное кровью, спортивные серые штаны, которые тоже были в крови. Опрокинутый стол, сдернутые занавески. Он посмотрел на меня строго, но в то же время с болью. А после пошёл в ванную.       — Тош, не надо, — взмолился я, но он не слышал или же просто делал вид. Оказавшись там, он оглянулся: разбитое зеркало, несколько сухих кровавых луж и окровавленное лезвие на раковине. Солёные слёзы плавно начали течь по его щекам.       — Арс… — он упал на колени. — Арс, прости меня. Прошу… — он зарыдал, пробиваемый дрожью. Я тут же сел рядом и обнял его.       — Тихо, малыш. Успокойся. Не вини себя, умоляю, только не вини себя. Посмотри на меня. Слышишь? — он посмотрел на меня, слегка трясущимися руками я пытался вытереть его слёзы, но они ручьём лились из прекрасных глаз. — Ты не в чем не виноват. Слышишь? — слабый кивок. — Я люблю тебя, — я поцеловал его, вкладывая в этот поцелуй всю нежность и любовь к нему.       — Как ты можешь любить меня? — сломанным голосом прошептал он. — Если тебе было настолько плохо из-за меня, — он закрыл лицо ладонями. — Я тупо морально тебя убил. Я полный урод! Я не заслуживаю, чтобы меня любили, особенно такие прекрасные люди, как ты… — я осторожно, обхватив его кисти, убрал руки с лица и снова его поцеловал.       — Все мы совершаем ошибки. Все, понимаешь? Я простил тебя и уже давно. Главное не закрывайся в себе, не вини себя. Молю, — мне и самому хотелось разрыдаться, срывая горло, но я должен быть сильным, сильным для него. — Пожалуйста, Тош… — он посмотрел мне в глаза, и я разглядел их красноту и множество слёз. — Ради меня… — он кивнул, и мы слились в поцелуе. Правда, ненадолго, я отвёл его на диван и посадил рядом, заключая в объятия. Я начал успокаивать своё счастье. Шептал что-то милое и доброе ему на ухо, поглаживал по волосам и прижимал крепче. И когда он более менее успокоился, я закинул продукты в холодильник и начал убираться в квартире. Антон встал с дивана и решил мне помочь. Мы не говорили друг другу ни слова, просто убирались, но я успевал разглядеть печаль в глубине его глаз. А после пошёл в ванну, чтобы обработать плечо и перебинтовать его. Но Антон последовал за мной.       — Тош… — он лишь поцеловал меня и сам снял с меня футболку, которую после положил на стиральную машинку. Он начал развязывать бинт. Я напрягся и с опаской смотрел на него, но ничего не говорил. Антон заметил мой взгляд и слабо улыбнулся, снова целуя.       — Всё хорошо, не переживай, — он прикоснулся своим лбом к моему и начал гладить меня по щеке. Я расслабился, напряжение ушло. Через несколько секунд он справился с бинтом и оглядел раны. Он помыл руки и принялся пальцами аккуратно водить по ранам, покрытым коркой. Он нагнулся и начал целовать каждую ранку, осторожно прикасаясь к ним губами. Потом взял ватный диск, смочил его перекисью и стал очень аккуратно обрабатывать мое плечо. Я зашипел от боли, заставив его отдернуться и взять меня за руку, Антон начал дуть на раны, стараясь облегчить боль. Я сильно сжал его ладонь, но он молчал.       — Мазь в пакете из аптеки, — Антон отложил ватку и пошёл за пакетом. Он принёс его и начал копаться, на секунду замер, а после достал презики и смазку, отложив их в сторону. Я издал смешок, но, увидев его серьёзное лицо, когда он взял мазь и посмотрел на меня, тут же успокоился. Он снова помыл руки и только тогда начал наносить на повреждённую кожу мазь. И в конце взял большой послеоперационный пластырь и заклеил плечо. Снова поцеловав его. Когда он убрал всё обратно в пакет, то подошёл ко мне и обнял. Я уткнулся ему в плечо, а он гладил меня по голове. Я решил не надевать футболку и, взяв его за руку, пошёл на кухню.       — Тош, ну расслабься ты. Давай не будем портить вечер? — я обхватил его за шею и притянул к себе. Я хотел просто чмокнуть его, но что-то пошло не так, и мы слились в самом нежном поцелуе за всё время, что вместе. — Я люблю тебя… — он снова поцеловал меня, но теперь, улыбаясь. Возможно, это не самая искренняя улыбка, но точно не самая фальшивая. Мы начали готовить. Во время готовки мы дурачились, как дети, и вроде даже сумели отвлечься. Мы приготовили пасту, открыли вино и сели за стол. Антон поднял бокал.       — Я хочу выпить за тебя. Спасибо, что смог простить меня, что дал нам шанс. Я обещаю, что больше никогда не заставлю тебя страдать, — мы чокнулись бокалами и начали ужинать, болталя обо всем на свете, смеясь.       — Может, посмотрим фильм? — предложил я, когда мы доели.       — У меня есть предложение поинтереснее, — Антон подошёл ко мне и поцеловал. — Что думаешь? — он улыбнулся.       Я встал со стула и притянул его к себе. Мы пошли в спальню, не забыв прихватить с ванны пару нужных нам вещей. Когда мы зашли в комнату, я кинул презики и смазку на тумбу, а Антона толкнул на кровать, нависая сверху. Мы слились в поцелуе, прервав его только тогда, когда я начал снимать с него футболку.       Мы уже были полностью раздеты и слишком возбуждены. Я вновь поцеловал его, наши члены соприкоснулись, и Антон простонал во весь голос. Когда я начал тереться о его член, он прогнулся в спине и притянул меня за шею к себе, целуя. Но я оторвался от него и взял с тумбочки смазку.       Дорожкой поцелуев я спустился от его шеи до внутренних бёдер и смазал пальцы смазкой, чтобы не повредить ему. Я медленно ввел в него один палец, остановившись, чтобы он привык, а после начал им двигать. Спустя какое-то время я ввёл и второй. И так продолжалось до третьего. Он стонал, извивался, как змея, умолял трахнуть его, но я сдерживался и продолжал разрабатывать его. Когда он был подготовлен, я открыл презики и оторвал один. Надев презик, я остановился у входа, посмотрев Антону в глаза.       — Ты готов? — он слабо кивнул. Я погладил его ноги и медленно вошёл в него наполовину. Он зажмурил глаза. Я нагнулся, поцеловав его. Не двигаясь, я дал ему время привыкнуть. И когда он мне кивнул, я одним движением полностью вошёл в него. Он зажмурился ещё сильнее начал царапать мне спину. А я целовал всё его лицо, пытаясь успокоить. И только когда он расслабился, я начал медленно двигаться. И найдя заветную точку, услышав стон Антона, я начал ускоряться, не меняя направление. Я прикрыл глаза от наслаждения. Находится в нем и слышать его стоны — слишком прекрасно. Долго мы оба не протянули. И спустя какое-то время он кончил, сжав меня внутри, от чего я кончил следом. Я поцеловал его и лёг рядом, положив голову на его грудь. За всю ночь мы так и не заснули. Мы побывали в каждом уголке моей квартиры. Но спать так и не легли. К пацанам мы приехали счастливые, услышали ругань от Стаса из-за засосов и стеб ребят, но нам было все равно.       Когда Антона начали гриммировать и он не мог нормально сидеть, Дима с Серёжей заржали, и Серёжа выдал:       — А я говорил, что Арс актив! Где моя пятихатка? — Дима обреченно вздохнул и протянул Серому деньги.       — Антон! Я из-за тебя разоряюсь! — начал ныть Дима, но после вместе с Серёжей посмеялся.       — Объясните? — с вопросом посмотрел на них я.       — Просто спор, — пожал плечами Дима.       — Мы просто выясняли, кто из вас актив, он утверждал, что Шаст. А я никогда не сомневался в тебе, — довольно улыбнулся Серый.       — Да ну вас, блять! — начал возмущаться Антон, а я лишь засмеялся. И подошёл к нему:       — Ну не злись, принцесска, — мы с пацанами начали ещё громче смеяться, а Антон ударил меня в плечо, я зажмурил глаза, когда до него дошло, что он сделал, он подлетел ко мне.       — Арс… Прости… Я не специально… Я не хотел, — начал тараторить Антон, и я заткнул его поцелуем.       — Все хорошо, не переживай… — я улыбнулся, хоть и через боль, а он расслабился и поцеловал меня.       — Ну фууу!!! Можно не при нас хотя бы, — сказали в унисон парни, а мы с Антоном рассмеялись.       Мы провели концерт и когда уже прощались, я сказал:       — И все-таки, Питер — мой самый любимый город, — улыбнулся я, и мы с ребятами ушли со сцены.

***

      Настоящее время       Я был так счастлив с Антоном. И сейчас уже просто не представляю свою жизнь без него. Каждый день мы проводили вместе и начали палиться на концертах, что дико бесило Стаса. Кстати по поводу Команды. Мы им всё рассказали, хотя они скорее всего сами догадывалась. Разве что сначала не обошлось без скандала со Стасом, другие сразу же нас поддержали.

***

      Признание       — Ребят, нам надо с вами поговорить, — мы с Антоном пришли к ребятам в кафе и сели рядом.       — Что-то случилось? — сразу забеспокоился Стас.       — Типа того, — ответил Антон и опустил голову. Я под столом взял его за руку и продолжил.       — Мы с Антоном встречаемся… — у всех глаза на лоб полезли, кроме Оксаны, которая всё знала и тупо улыбалась. — Мы решили, что вы должны знать это.       — Это было ожидаемо. Ну, что мы можем сказать. Поздравляем! — лицо Димы посветлело, Серёжа подхватил его радость, улыбнувшись. А Стас молча вышел из-за стола и ушёл на улицу.

***

      Наше время.       После нашего признания была ещё куча разговоров со Стасом. Но в итоге и он нас принял с условием, что мы не будем палиться, и никто из фанов не узнаёт о наших отношениях. Мы согласились, но, кажется, у нас не получается этого не делать, но как-то пофиг. Я счастлив — это самое главное.

***

      И вот, тур окончен. Мы приехали в Москву. Сначала все разошлись по делам, и где то через час мы встретились с Антоном в кафе.       — Какие планы на вечер? — поинтересовался я.       — Их слишком много, — как-то холодно ответил Антон, тяжело выдохнув.       — Я надеялся провести его с тобой, — грустно ответил я и опустил голову.       — Мы два месяца провели вместе. Можно я и один побуду, займусь своими делами? — я ахуел.       Он говорил это очень грубо, хотя раньше никогда так не делал. Я решился спросить то, что меня беспокоило уже довольно долгое время.       — Ты любишь меня? — он поднял одну бровь и вопросительно на меня посмотрел, — ты ни разу мне этого не говорил. Ответь на вопрос. — он молчал, просто опустил голову и молчал. — Чего ты молчишь? Это несложный вопрос, просто ответь, — в ответ — тишина. тишина, которая заставляет задуматься и разрывает сердце. — Поэтому я тебе надоел за два месяца? Ты хоть что-то ко мне чувствовал? Или это просто было развлечением? — он снова молчал. По моей щеке стекла слеза, которую я быстро стёр. — Ясно! Не буду мешать наслаждаться временем без меня.       Я резко поднялся, вышел из кафе и, сев в машину, поехал к Серёже.

***

      — Арс? Что случилось? Я думал, ты сегодня с Антоном, — у входа в квартиру спросил Серёжа.       — Можно?       Получив утвердительный ответ, я вошёл в квартиру. За столом я рассказал ему ситуацию.       -… я не знаю, что это все значит. Я не понимаю его, — я опустил голову на руки. Упёрся лицом к ладони.       — Арс, рано или поздно всё прояснится, не переживай, всё будет хорошо. И пусть он и не говорит, но все мы видим, как сильно он тебя любит, — поддерживал меня друг.       — Не знаю… Ладно, я, наверно, в Питер, — выдохнул я.       — Зачем?       — Потому что он явно дал понять, что устал от меня, я позволю ему побыть одному некоторое время, — я встал со стула и пошёл к выходу. — Спасибо тебе за поддержку, я поехал, -мы пожали друг другу руки, и я ушёл.

***

      Прошла неделя.       Уже целую неделю я игнорирую Шаста.       В первый день он названивал мне всю ночь — в итоге я просто выключил телефон. Ведь если захочет — найдёт. Тем более знает, где я живу. Мне было сложно без него, каждый день я открывал наши фан аккаунты, читал фанфики.       Этим я и занимался сейчас.

***

      Спустя час.       Звонок в дверь, я пошёл открывать.       — Ты ахуел?! Почему ты не отвечал? Я переживал! — он кричал слишком громко. Чтобы не выбежали озлобленные из-за лишнего шума соседи, я толкнул его в квартиру и захлопнул дверь.       — Хватит орать. Ты хотел от меня отдохнуть, я дал тебе на это время.       — Какой же ты придурок! — он подошёл ко мне и поцеловал. — Я просто был злой в тот день, прости меня, — тихо прошептал мне на ухо.       — Ты меня обидел.       — Ну прости, родной… — он начал целовать мою шею, и я сдался.

***

      Что может быть лучше, чем время, проведённое с любимым человеком?       Правильно — ничего. Мы лежали в кровати, как вдруг он сказал:       — У меня есть для тебя сюрприз, но нам надо кое-куда поехать, — он меня заинтриговал. — Собирайся, — я кивнул и без лишних вопросов, пошёл одеваться. Я надел джинсы, а на верх накинул кофту Шаста.       — А я в чем поеду? — усмехнулся он.       — Я не против, если ты поедешь голым, — я игриво скосил глаза глаза сторону. — Вот только на улице холодно, поэтому держи, — я протянул ему свою кофту, он улыбнулся и надел ее. Мы вышли из квартиры и поехали куда-то.       Когда машина остановилась, он завязал мне глаза. Сначала мы шли вперёд, потом куда-то поднимались. Я дёргал рукава кофты от нетерпения. Когда мы добрались до нужного места и остановились, в лицо ударил прохладный ветер, Антон стянул с меня повязку, и я ахнул, оглядываясь по сторонам. Мы находились на крыше, тут был небольшой столик с вином и закусками. Мы подошли к нему и Антон протянул мне один бокал.       — Я знаю, я тебя обидел, — признался он, опустив взгляд в пол. — Арс… запомни. Я никогда тебе не врал! Все, что я делаю и говорю по отношению к тебе, — искренне. Время, проведённое с тобой — лучшее в моей жизни. А эта неделя, она была просто ужасна… Ты — самое прекрасное, что произошло со мной. — я видел счастливый блеск в его глазах. — Я никогда не был романтиком. Но для тебя готов им стать. Я готов на все, лишь бы видеть твою улыбку. К сожалению, мы живем с тобой в такой стране, где не можем официально пожениться, но это не отменяет того, что я могу сделать тебя своим. Надеюсь, ты согласишься… — он вытащил из кармана обычное мужское кольцо и встал на одно колено. — Ты согласишься провести всю жизнь со мной? Потому что я уже без тебя не смогу, — я начал смеяться, на что получил ахуевший взгляд.       — Возможно, ты думаешь, что я запорол такой момент. Но дело вот в чём… — я залез в карман и достал кольцо, которое купил для него. — Я собирался сделать то же самое ещё неделю назад, — усмехнулся я. Тут уже начал ржать Антон. — Я люблю тебя, поэтому не смогу тебе отказать, даже день без тебя — это пытка. Спрашивать у тебя не буду, мне все равно, я за тебя уже все решил, — улыбнулся я и, подойдя к нему, надел на его палец кольцо, а он надел на мой. — Больше ты от меня никуда не денешься.       — Я и не смогу, — шёпотом ответил он, и мы поцеловались.       Мы сидели на этой крыше всю ночь, выпивали, общались, целовались, да и просто кайфовали, наслаждаясь компанией друг друга.       Когда мы лежали и смотрели на рассвет, я глянул на наши руки с кольцами и сказал:       — Сколько бы мы не говорили о любви, жизнь непредсказуема. Я знаю, что всегда буду любить тебя. Но если вдруг произойдёт такое, что мы расстанемся — не важно по какой причине — давай договоримся, — он с серьёзность посмотрел мне в глаза, — что мы не снимем эти кольца пока будем любить друг друга. И если мы поссоримся или даже расстанемся, пока на наших пальцах будут эти кольца, мы будем знать, что любим друг друга.       — Мы никогда не расстанемся, — зверил он.       — Просто пообещай… — с мольбой в голосе попросил я.       — Обещаю, — он обнял меня крепче, — я никогда его не сниму, мы никогда не расстанемся, запомни это. Но если тебе будет легче, то я обещаю… — я поцеловал его.       — Спасибо…

***

      Мы сидели ещё несколько часов. А после пошли в ресторан, где позавтракали, и я отвёз его на вокзал, потому что ему нужно было на съемку «Контактов». А сам я остался в Питере, так как у меня была запланирована фотосессия.       — Прости меня… — неожиданно сказал мне Антон.       — За что?       — За то, что было, за то, что будет. За всё… — он замолчал. — Я буду очень скучать. — может, он перевёл тему, но я не хотел о ней говорить, так что не стал допрашивать.       — Я скоро к тебе приеду, — успокаивающе улыбнулся я.       — Буду очень ждать. Я ещё не уехал, а мне уже не хватает тебя, — я улыбнулся ещё раз, обнял его и дождался, когда он зайдёт в вагон.       «С ним что-то происходит, но он не говорит что. Надеюсь, мне кажется, и всё нормально…» — подумал я, возвращаясь к машине.