Снежные волки

POV ЧонОп. – И ты хочешь сказать мне, что именно их выбрали ХимЧан и ДэХен. Хим, я подозревал, не здоров на голову, но чем думал Чон? Или ошейник на его шеи затянут так туго, что у него началось кислородное голодание, и он несет бред? – приятный бархатный голосок прорывается сквозь темноту, и я мгновенно начинаю запоминать все, что говорят эти двое. – Мой повелитель, они сделали свой выбор, – второй голос, практически полная противоположность первому – хриплый, красивый бас. – Если на то будет ваша воля, то я могу избавиться от охотников. – Охотников? Бан ЁнГук, ты окончательно падаешь в моих глазах еще ниже, чем был. Они не охотники, наличие оружия и нескольких приемов не делают их достойными противниками. Когда они придут в себя, доложи мне, и не смейте принимать решения без меня, иначе наказание будет очень суровым. Второй, более мягкий голос исчезает, но я знаю, что этот парень никуда не ушел. Он тут, смотрит на меня, точно знает, что я проснулся и слушаю их. – Ну и долго ты еще будешь притворяться спящей красавицей? Глаза открой, – ладно, черт с тобой, подчинюсь. Медленно открываю глаза и вижу перед собой высокого подростка в черном кожаном плаще и синими волосами, странно, как–то он не похож на запуганного паренька, которого держат в плену. У него проколото ухо, он улыбается, глядя на меня, поправляет атласную черную рубашку и шкодливо закусывает нижнюю губу, но его образ все равно не кажется мне таким доброжелательным как мог бы быть. Чувствую рядом возню и тепло, сразу поворачиваю голову и невольно улыбаюсь, видя ЁнДжэ, который причмокивает губами и пытается спрятать лицо в мягкой подушке. С чего такая забота и комфорт в виде большой уютной постели и вороха подушек и одеял? ЁнДжэ переворачивается на другой бок и как обычно закутывается в одеяло, словно в кокон, прячась с головой. Я медленно сажусь, и тут до меня доходит: рука не болит. Когда та тварь схватила меня за запястье, я отчетливо помню хруст собственных костей и кровь, а еще ощущение перекушенных связок – в то мгновение я больше не мог двигать пальцами. – И тебе добро утро, – подросток смотрит за мою спину, он понял, что Ю проснулся. Отлично, если я не один это уже плюс – вдвоем мы выберемся от сюда, действовать в тепле, в удобной одежде намного легче, да и под рукой куча всего, чем можно огреть этих двух. Кстати, на счет второго, это тот самый волк с алыми глазами, я уверен. Ну, или у них тут мода такая: краситься во все цвета радуги. Один синий, другой красный. Это как сине–бело–голубой выбирай себе любой! Этот парень с черно–красными волосами одного роста с подростком, он чуть шире его в плечах, но из–за того, что его голова покорно опущена, а руки сцеплены в замок за спиной, я толком не вижу его лица, единственное, что бросается в глаза: тонкая полоска кожи на его шеи в виде украшения. Такое ощущение, что ему к этому ошейнику только цепи не хватает и строгого намордника. – Утро? Как утро? Мы выходили поздно ночью, – ЁнДжэ осматривается и, как я, ни черта не понимает, только чувствует странный запах. Как и я. Я точно знаю, что аромат тянется куда–то за дверь, надо идти направо, и обладатель этого запаха будет метров через пятьсот от меня. Ю смотрит на меня и шумно втягивает воздух, но он хватается за шею и словно проверяет её наличие, глядя на меня. Я только приподнимаю бровь, ничего не понимая: эта белая зараза с желтыми глазами отключила меня слишком близко. Я совершенно забыл, что он оборотень и влетел головой в стену, а потом, схватив оружие, поплатился сломанной рукой и перегрызенными связками на руке. – Сколько мы уже тут? – Ю озвучивает интересующий меня вопрос. – Около пяти часов, вы пришли в себя быстрее, чем мы думали. Я думал, вы еще долго будете без сознания. Ладно, раз так, поднимайтесь и направляйтесь за мной, – подросток разворачивается, но нос, к носу столкнувшись с красноволосым, вновь поворачивается к нам: – Ах да, я Зело. Пока это все, что вам нужно знать. Мы с ЁнДжэ переглядываемся и, поднявшись с кровати, понимаем, что верхнюю одежду с нас сняли, куртки лежат на кресле, ботинки стоят у входа. Быстро одевшись, мы направляемся за юношами, и я понимаю, что мы движемся в сторону запаха, который меня манит. Зело и красноволосый останавливаются, а я и ЁнДжэ обходим их и движемся на запах, я сразу замечаю, что эти двое ухмыляются и теперь они следуют за нами. Я на удивление точно знаю, куда нужно идти, где свернуть и что сделать, чтобы тебе не заехали дверью, которых тут очень много. Кажется, что мы в огромном лабиринте, в коридорах которого очень много дверей. Неужели они тут живут? Получается, тут очень много народу, потому что мимо ходят полураздетые люди и удивленно смотрят на наши пуховики, словно мы одеты не по сезону. Да ну их, мы вообще–то в ледяных пустынях, и раздеваться не очень хочется, когда пару часов назад ты отскакал на улице, ожидая эту самую стаю. – Я не советую этого делать, – грубоватый бас красного немного пугает и завораживает одновременно. Я не понимаю к кому он обращается, но, заметив, что Ю вытаскивает из куртки охотничий нож, смотрю ему в глаза. У него их далеко не один. Если два дать мне, у него останется около десяти, можно перерезать этим двум горло и пойти дальше, но народу слишком много, и эти ножи нас не спасут, как бы мы не хотели. – И тогда совет от меня: ЁнГук моя правая рука и лучший охотник нашей стаи, у него великолепная реакция. Не советую сомневаться в том, что он успеет убить вас одним взмахом руки, еще до того момента, как вы достанете оружие, – Зело проходит мимо нас, сцепив ладони в замок за спиной. Он исчезает за поворотом, а мы остаемся с этим самым ЁнГуком, который осматривает нас, и теперь я вижу симпатичного паренька с карими глазами. – Он у вас милый, – ЁнДжэ кивает в след удалившемуся парню и, получив недовольный взгляд ЁнГука, направляется дальше на запах. Мы шагаем синхронно, чувствуем друг друга, впрочем, как всегда, но когда мы оказываемся в огромном каменном зале, я останавливаюсь. На весь зал натянута огромная металлическая сетка–рабица, только она намного толще, чем я привык видеть. От противоположной стены тянется две толстые цепи, которые закреплены на ошейниках–цепях двух парней. У одного из них темно–бардовые волосы, выбритые с одной стороны, он сидит прислонившись к стене, согнув одну ногу в колене и смотрит в пустоту, с взъерошенными волосами, он одет в белую футболку с красивым принтом в виде крыльев большого попугая, темные джинсы и кеды. А второй лежит на каменном полу в черной майке, черных джинсах и высоких ботинках, он, вроде шатен, или русый, я пока не могу разглядеть с такого расстояния. У обоих одежда рваная, но новая, словно только что из магазина, но ее порвали, в нужных местах. Взъерошенные, глаза подведены черным карандашом, и цепи на шеях. – Что это? – тихо спрашивает ЁнДжэ, и оба парня мгновенно поворачиваются к нам, пристально разглядывая. – Почему они на цепях? – Потому что они самые опасные из нас. Неужели не узнаете? – ЁнГук ухмыляется уголками губ и кивает нам в сторону клетки, я нервно сглатываю и понимаю, что запах, который я почему–то чувствую на сотню метров впереди себя, принадлежит этому шатену в черном. Да, он все же шатен, хотя волосы у него не одного цвета: есть пряди темнее и немного светлее. ЁнДжэ подходит к решетке и брюнет угрожающе медленно поднимается, разминает шею, от чего цепь и ошейник дергаются, показывая синяки на бледной коже. Он направляется к Ю, а его глаза с каждым шагом загораются все ярче и ярче. Голубым цветом. – Это с ним я дрался, – хмурится Джэ и смотрит на ЁнГука, пропуская момент, когда волк оказывается ближе, чем это допустимо. Брюнет кровожадно ухмыляется, и коротко облизнув нижнюю губу, тянется к Ю. Я дергаю его за руку на себя и сам неосознанно рычу на парня, защищая напарника. И да, я идиот. Почему? Потому что за Джэ я углядел, а вот за вторым, который лежал на земле и смотрел в потолок, как–то забыл. – Это они, – звонкий красивый голос раздается совсем близко, я поворачиваю голову к решетке и понимаю, что этот парень в нескольких сантиметрах от меня. У него горят глаза. Желтым цветом. – Советую отойти от загона, иначе они начнут кидаться, сейчас у них небольшие проблемы со здоровьем, – ЁнГук снова улыбается, а я разглядываю карие глаза, которые светятся желтым светом, и нервно сглатываю, понимая, что это он бросался на меня. А второй, взъерошенный с бордовыми волосами, это он пытался убить Джэ. – Кто это? – Ю хмурится, глядя на своего волка, и подмечает, что он немного ниже него – это уже привычка смотреть на рост и широту плеч, можно сразу определить шансы на победу в драке. – Этот, что в белом, ХимЧан. А второй, что в черном, ДэХен. Вы охотники, не так ли? – я хмуро киваю. – Они приметили вас, когда садился вертолет, они у нас многое могут, если захотят. Вы же слышали, что в каждой расе есть сильнейшие особи? – Слышали, только они всегда под контролем вожаков, а ваши на цепях сидят, неужели ваш малыш с фиолетовыми глазками не справляется? Кстати, где он? Я очень хочу на него посмотреть, – Джэ снова перешел в наступление, что совершенно не нравится ЁнГуку, он тяжело выдыхает и говорит: – Наш вожак великолепно их контролирует, но из–за… Скажем так, это сбой в системе, они не понимают, что делают и бросаются как друг на друга, так и на всех, кто вокруг. Завтра, ну или через недельку это прекратится. – Вы нас притащили, чтобы у них был сытный ужин? – напрямую спрашиваю, чувствуя на себе взгляд ДэХена, он не исчезает ни на секунду, я словно чувствую, как он изучает меня, перемещая взгляд с одного места на другое, уделяя внимание каждой части тела. – Ужин? Вы не вкусные, – слышу еще один грубоватый хриплый голос, и поворачиваю голову, понимая, что заговорил ХимЧан, он так же изучает ЁнДжэ и все так же плотоядно облизывается, на что я реагирую сразу: – Тогда пасть захлопни, а то, кажется, что ты уже мясо смакуешь. Зачем мы вам? – Зачем? – ЁнГук мило улыбается, а я спиной чувствую, что позади меня противник намного сильнее, и именно его мне нужно опасаться. Поворачиваю голову к своему волку и понимаю, что холодок и страх никуда не исчезают: глаза уже не светятся, но они так пронзительно смотрят на меня, чуть прищурившись, что кажется, он сканирует меня. – Не прикидывайтесь идиотами, вы нам показываете все, притащили сюда, и эти, – Джэ кивает на загон, – не загрызли нас, хотя я сломал о него, – кивает на ХимЧана. – Свой любимый нож. – Лезвие было плохое, – констатирует ХимЧан. Вот идиот, Ю лучше такого не говорить, он за своих «любимцев» голову открутит. – Отойдите, – ЁнГук делает шаг назад, и только когда Ю оттаскивает меня за руку от клетки, я вижу, что с ДэХеном и ХимЧаном что–то не так. Они смотрят на нас все так же, пристально, не моргая, но только глаза абсолютно черные. Раздается утробный рык, и я вздрагиваю, чувствуя, как запах ДэХена изменяется и становится намного сильнее, чем раньше. Парни кровожадно улыбаются и вцепившись в сетку, несколько раз дергают ее, пытаясь сломать, но конструкция не поддается. Раздается щелкающий звук, и ребят оттаскивает на середину загона: какой–то механизм в стене начал работать, и цепи, на которых сидят волки, становятся короче. К счастью для нас, потому что в следующее мгновение оба парня начинают вырываться с такой силой, что цепи угрожающе звенят, а скала, в которую они были врезаны, дрожит. Стена начинает не выдерживать, и я слышу, как она осыпается, скатываясь маленькими камешками на пол. И если ДэХен просто пытается сорвать цепь с шеи, крутясь во все стороны, злобно рыча, то ХимЧан пытается превратиться и все так же бросается в нашу сторону, буквально рвя массивную цепь у основания стены. Ему не дает превратиться только цепь на шее – она слишком узкая, и если он станет волком, то она просто его задушит. В полумраке комнаты их горящие глаза выглядят особенно устрашающе, я смотрю на ЁнДжэ, но он, не отрываясь, разглядывает волков, которые буквально обезумели. ЁнГук встает рядом с нами и достает из куртки небольшой пульт, нажимает на кнопку. На ошейниках появляются острые шипы с внутренней стороны, это немного утихомиривает ДэХена, но не ХимЧана. Его белая футболка тут же окрашивается в алые цвет, а когда острый шип вонзается в шею, а за ним второй, третий и четвертый, парень замирает, и его глаза прекращают светиться. Он чуть приоткрывает рот, и, сделав вдох, замертво падает на землю. Факт, что друг умер, сразу отрезвляет ДэХена, и он встает на колени, тяжело дыша, склоняет голову и медленно успокаивается. Пот течет по груди и рукам, он поднимает на меня взгляд, и его глаза снова становятся приятного карего цвета. Почему его? Мой же волк вроде, твои значит, правда ведь? Ты смотришь на ЁнДжэ и ухмыляешься, дико и злобно, словно радуясь его реакции: Ю, не моргая, смотрит на ХимЧана, который не подает признаков жизни, а вокруг него все быстрее и быстрее расползается кровавое пятно. Парень медленно бледнеет, и я вижу, как он буквально тонет в луже собственной крови, но то, что происходит дальше, совсем невероятно. Ни я, ни Джэ никогда не видели подобного. Он поднимается. Просто встает, как ни в чем не бывало. Сначала дергается рука, он заводит их над головой и, упираясь, встает на четвереньки, вынимает из собственной шеи шипы, дернув за ошейник. Окровавленной рукой снимает с себя футболку и протирая алой тканью лицо, откидывает тряпку в сторону. Открывает глаза ХимЧан только в последний момент и снова в упор смотрит на ЁнДжэ, который уже и думать забыл про ножи, что не совсем хорошо. – Закончилось? – словно между делом спрашивает ЁнГук и складывает руки на груди, недовольный ДэХен смотрит на красноволосого и кивает, затем переводит взгляд на ХимЧана, тот так же кивает? и Гук открывает загон, точнее решетка просто медленно опускается в землю, не оставляя после себя и следа. Цепи исчезают в стене, а я не понимаю, что вообще происходит, сейчас меня волнует только окровавленный ХимЧан, который направляется к нам. Но ЁнДжэ дергается в другую сторону, и я вижу тебя, снова все те же черные глаза, тихое рычание, но сейчас у меня преимущество. Ведь не просто так я решил пообниматься с Ю? – Не советую, – повторяет ЁнГук, сразу чувствуя мою уверенность – я вооружен. – Советуй другим, а от нас отвали, – мило улыбаюсь и, когда вы оказываетесь совсем близко, Бан встает между нами и, критично осмотрев своих подчиненных, отдает указания: – Сначала к вожаку, затем переодеться и привести себя в нормальный вид, особенно это касается тебя, Ким. ЁнГук точно обращается к ХимЧану, видно по взгляду. Но затем он достает из кармана ошейники в виде цепей и протягивает каждому, мы с ЁнДжэ только переглядываемся, и молчим. Хотя нет, это же Ю, он от природы молчать не может: – Что это за символы? – Ты и это знаешь, умный мальчик, я не зря тебя выбрал, – ХимЧан обходит ЁнГука и, застегнув на шее ошейник, разглядывает ЁнДжэ с ног до головы. Если честно, смотреть, как твоего друга изучает окровавленный оборотень с цепью на шее, не очень приятное зрелище: мне кажется, что он словно обдумывает какой кусок откусить. – Знаешь, а я подумал тут… – тихий шепот раздается за спиной, и я по инерции бью тебя локтем в живот, чего ты не ожидал. Шумно втягиваешь воздух, «ойкнув», и удивленно смотришь на меня. Я только приподнимаю бровь, показывая, что вроде я не специально, но больше не подкрадывайся так, и ребра будут целы. – Так вот, я подумал: вы, наверное, действительно очень вкусные… – Потом попробуете, развернулись и за мной, – ЁнГук отдает приказ, но вы словно не слушаете его и продолжаете нас разглядывать. Ты встаешь совсем близко, и я могу вблизи разглядеть красивую накаченную фигуру: великолепные мышцы рук, груди и пресса, чуть выше меня, но всего сантиметров на десять, мы одной ширины плеч и это успокаивает. – Я со стенкой разговариваю? – осведомляется ЁнГук, и только сейчас вы реагируете: лениво смотрите на красноволосого и пожимаете плечами. Делаете это все так синхронно, что не сказать гадость просто невозможно: – А вы случайно не с одними мозгами на двоих? А то повадки у вас слишком похожи, – слышу одобрительный смешок Бана и, развернувшись, направляюсь за ним, догоняя ЁнДжэ, который снимает куртку и незаметно ищет в ней ножи. Все те же длинные каменные коридоры, яркое, хорошее освещение, тепло и уют, сейчас это место и не кажется таким противным, как час назад. ЁнГук ведет нас все дальше и дальше, и только в конце я понимаю, что парень шел с закрытыми глазами в прямом смысле этого слова. Он не открывал их от зала и до огромных резных дверей, которые ведут нас в большой тронный зал. Когда ЁнГук приглашает нас зайти, распахнув двери, мы с ЁнДжэ переглядываемся и сделав шаг вперед, останавливаемся на пороге, видя, что на большом возвышении стоит позолоченный трон, отделанный серебряным узором а на нем сидит Зело, закинув ногу на ногу. – У вас вожак подросток? – я, вроде, говорил, что Ю ЁнДжэ не умеет молчать, вот и сейчас он ляпнул не подумав. – Подросток? Спасибо за комплимент, значит, я отлично выгляжу в свои 217 лет, – Зело смотрит на нас и поправив черный плащ, кивает слугам, чтобы те разошлись и не мешали ему вести переговоры. – ЁнГук? – Проблем не возникло, периметр чист, постовые на местах, угрозы не предвидится, группа для охоты собрана, выход через 2 часа, – отчитывается Бан так быстро, что я еле разбираю его слова. – И да, они пришли в себя, мой повелитель. – Отлично, свободен. Хотя нет, принеси мне вина, а вы, – Бан мгновенно исчезает, а Зело переводит взгляд на тебя и ХимЧана, задумывается на мгновение и, смеясь, говорит: – Неплохо выглядишь, Ким, красный тебе к лицу. Вы уже объяснили людям, что произойдет сегодня вечером? – я поворачиваю голову, но вы только мило улыбаетесь и качаете головой. – Нет, повелитель, пока не успели. Воздействие ночи только прошло, – ты кланяешься Зело, а он грациозно поднявшись с трона, спускается к нам по лестнице, крутя какой–то хрустальный шарик в руках. – Вы умрете через 62–65 дней. А знаете почему? – вожак подходит к нам все ближе и ближе, улыбаясь детской, наивной улыбкой. Я хмурюсь и смотрю на всех присутствующих: в чем прикол–то? И что за глупые даты? Когда мне на глаза попадается напарник, я понимаю, что он все понял. Так, Ю, не поделишься? ЁнДжэ словно читает мои мысли и, повернув ко мне голову, тихо говорит: – От 62 до 65 дней это срок вынашивания волчат, от момента зачатия до рождения. – Умница, ты понял! – Зело улыбается и разводит руками, делая вид, что он клоун и только что продемонстрировал детям свой сюрприз. – Бинго! – Вы хотите сказать… – я смотрю на вожака, как на идиота. Я с ребенком? От волка? Ребят, вы что переохладились, пока на улице бегали? Или вы дружно курите какую–то хрень? – Вы будете носителями для наших волчат. Просто проблема в том, что вас выбрали самые сильные и необузданные волки. Вас уже должны были представить, – Зело кивает за наши спины, но я не поворачиваюсь. – Ну, как хотите. Вы можете радоваться, именно потому что они вас выбрали, вы проживете еще два месяца, можете сказать им спасибо. Обычно беременность у людей проходит отлично, я бы даже сказал сказочно. Вы будете носителями, а когда дети появятся на свет, мы вас убьем. Правда убийство будет не очень приятным зрелищем – мы выкинем вас в снег и оставим умирать на холоде. Ну, вот. Как–то так, – Зело улыбается и разглядывает нас, а мне кажется, что я все еще лежу в той комнате, в которой был час назад, и еще не проснулся. ЁнГук подает Зело бокал вина, тот, не глядя, забирает его и, не поблагодарив помощника, залпом выпивает половину. Но этот парень знает, как нас добить, он просто говорит одну фразу: – Обряд, как и брачная ночь, пройдут сегодня. После возвращения стаи с охоты. Можете радоваться! Все, никто нам не сможет помочь