Глава II — «Это их мир»
— «Жизнь — сложная штука, И как бы ты не старался, на утро, Ты будешь старее, чем вчера, Так что используй время с умом, солдат», Мои ноги топчут траву, В лесу густом ищут тропу, Мои ноги топчут траву, В тёмном переулке жду рандеву... Везде одни и те же лица, Такие неправильные, мне бы не спиться, Мне не спится, у них в ногах воткнуты спицы, Тела прозрачные, глаза шире границ пиццы, Зрачки летают в полях, будто бы птицы, Пролетает слово между строк, Как вылетает пуля, сломав курок, Это мой инопланетянский слог, Он кривой и адский, как цейтнот, Без костей мышца как чёрный кот, Пробегает, пушится, между ног, Так и я, бегу, на лету убог, Я вижу свои отражения, игра света и тени, Я прозрачен, как налоги с работы, если верить, Но меня тошнит от своих органов нежных, Я разбираю себя по кусочку, Не оставляя и капли надежды, Я пытаюсь поставить жирную точку, Но рыцарь тает, словно подснежник, Ведь рыцарь погибает в бою без одежды, До дома... До дома... Хочу дойти до дома... Хочу найти путь до дома! Но память всё выжигает подчистую до злобы, Не оставляя праха на прахе, моё тело коробит! Я хочу до дома дойти, Ich will, Ich will! Я хочу домой прийти, Ich will, Ich will! Это их мир, во плоти, Их мир, их мир! Зачем я нужен здесь? Ну зачем я нужен здесь? Неужели у меня есть роль? Я простужен, контужен весь, Неужели у меня есть роль?! Расскажи мне, мой священник, Освободи меня, мой помещик, Где вина, а где — вино? Где дрова, а где — дерьмо? Освободи меня, мой помещик, Я рьяно хочу в поле вернуться, Мои очи видят «ненужные вещи», Что дороже первого разбитого блюдца, Вся моя жизнь — как славная книга, Вернее, её убогая липа, Но если у остальных оригинал: «Мастер и Маргарита», «Приключения Алисы», «Паразиты», в общем, весь Кафка, То у меня это Шеклевская «Лавка», И из поля я стартую далеко за орбиту, Моё Ид — лунный яд, — чернеет палитра, Провалился в дыру, но мегаполиса не нашёл, Я свалился с Луны, но в глазах не пришёл, И я был выбран, Но не избран, Я был призмой, Хоть и не призван, Хоть и без смысла, Искажённые небоскрёбы держат небо, Прокажённый и безбожный, я умираю где-то, Где-то внутри души, Мне поебать, души не души, Гонит мой маслкар за горизонт, Как нож в масло, из вен течёт мёд, Последние мысли бьют в голову, как в гонг, И я вспоминаю слова отца по телефону... (Вспоминаю слова отца по телефону...) (Вспоминаю слова отца по телефону...)
