Белая пума

      Охранники, дежурившие у дверей Николаса, проводили Соду туда, откуда забрали. На удивление, Деадем и его компания всё ещё были у тех же ступеней, и Паша, очевидно, был рад его возвращению. Дизофф и Турист либо не были рады, либо умело скрывали это, но интерес явно был читаем по их лицам – да, Николас был непредсказуем и мог забрать кого угодно и по какой угодно причине, но от этого менее любопытным каждый отдельный случай не становился.       – Отвечая на незаданный вопрос – он ничего мне не сделал, – мрачно заявил Сода.       – Но всё же почему ты выглядишь так, будто сделал? На тебе лица нет и, даже если он не коснулся тебя и пальцем, то давил морально, – обеспокоенность Паши была милой, но раздражала. Он уже сказал, что всё хорошо, и, очевидно, подробностями делиться не спешил. Был у него один приятель, который не лез в душу, когда понимал, что не стоит, но не следовало забывать, что Паша не он. Да и вспоминать про него не хотелось.       – Прости, конечно, но тебе напомнить, что я вообще-то уже имел с ним знакомство? Да, он смог кое-что сказать, о чем мне пришлось задуматься, но ничего сверх того, что я уже терпел от него не произошло, поэтому можешь не переживать.       – Ладно, ладно. И ты меня прости, забываю об этом. Ты всё же новенький и, хоть ты и бывал здесь раньше всё могло очень измениться, поэтому мое беспокойство само собой вылазит.       Соде стало немного совестно, Паша явно не заслужил грубости в свою сторону, но мысли о сделке с Николасом до сих нервировали его и это отражалось на том, что он говорил новому приятелю. Всё же ему придется подставить их, хоть и не так сильно, как того, кому не повезет оказаться в новостях. Николас пообещал ему выбор, и, хоть Сода сказал, что доверится ему в этот раз, но он всегда был скользким типом, а потому внутренне всё равно веры ему не было.       – Я застал время, когда Николас только стал начальником и не думаю, что теперь, когда его власть укрепилась, он буйствует хуже, чем было тогда, – спокойнее, чем прежде сказал он. – Мне нужно немного времени, чтобы отойти от этого, это правда, всё-таки не видел его рожу так давно и воспоминания давят похуже самого разговора, но я в норме, насколько в норме можно быть в такой ситуации.       – Рад, что это так. И, хотелось бы мне сказать тебе, что можешь отдохнуть сейчас и, даже если захотел бы – вне нашей компании, но к нам подошел один из охранников и попросил сказать тебе, когда ты вернёшься, что время для свиданий уже началось и к тебе записался посетитель. Он ждет тебя в комнате для свиданий.       – Что б тебя, это может быть только один человек и после встречи с Николасом, это, как если бы после избиения на меня упала наковальня. Час от часу не легче, но спасибо, что рассказал. Надеюсь, это не потребует много времени, благо оно здесь для свиданий ограничено. Где я смогу найти вас через час, если разговор затянется?       – Скорее всего в цехах, как раз сейчас начинается рабочая смена, но, если не будем там, то будем шить одежду, чтобы срок скоротать.       – Найду вас тогда. Всё же, надеюсь, что ваше предложение стать сокамерниками в силе.       – Конечно, будем ждать, – Паша успокаивающе похлопал по плечу, после чего дал сигнал парням двигаться в сторону цехов и сказал напоследок. – Удачи тебе с твоим посетителем, он не должен быть хуже Николаса. Никто не может с ним сравниться.       Сода помахал им и мысленно усмехнулся. С последним утверждением он бы поспорил, но в таком случае пришлось бы рассказывать им о Джо. И, даже если они бы его поняли и приняли в том, что он совершал на пути знакомства с ним, то всё равно он мог не выиграть – Николас доставил неприятности очень многим, в то время как Джо ограничился только им одним.       Он осознал, что оттягивал неизбежное, когда поймал себя за тем, что всё ещё смотрит в том направлении, куда они ушли и решил, что чем быстрее начнет, тем быстрее закончит. Да, время посещений было ограничено, как он сам сказал, но это не остановит Джо прийти к нему позже и добиться того, чего хочет.       Путь до комнат свиданий был недалеким, и он понял, что это спасло его, ведь недовольный охранник, ожидающий его появления, и недовольный посетитель пилили его слишком убийственными взглядами, обещавшими расплату, если бы он припозднился ещё на пару минут.       – В этой ситуации ты не имеешь права винить меня за то, что я не пришел вовремя. Спрашивай за это не у меня, а у своего нового лучшего друга, который всем здесь заправляет. Это из-за него я был не на прогулке, а общался с ним в его кабинете.       – О чем говорили? – несмотря на то, что Дима был явно не в восторге ни от его тона, ни от предоставленной информации, звучал он достаточно спокойно. И в этом спокойствии не скрывалась угроза, как иногда это бывало.       – Он рассказал мне для чего я здесь. На удивление мило с его стороны, ведь ты, как оказалось, тоже мог бы меня просветить, перед тем как закидывать в гадюшник, из которого до этого забрал.       – Если честно, я подозревал, что о своих планах он врёт. Поэтому мне нужно было узнать, что наши версии не разнятся, и для этого я хотел, чтобы ты поговорил с ним не зная того, что он рассказал мне. Так что, пожалуйста, поделись своей версией.       – Ух ты, редкий случай, Джо Спин сказал «пожалуйста» и никому-нибудь, а мне лично, – когда Сода только увидел Диму у окошка в комнате свиданий, мысль о том, что он здесь только из-за новой зверушки для своего «хозяина» разъедала его и теперь у него была возможность высказать ему всю накопившуюся обиду и злость. – В его планы, как и в твои тоже, входит то, что я буду контролировать его новых «питомцев» и раз уж ты слышал, что тут будут мои сородичи не мог не заинтересоваться. Кого ещё захотелось? Тут оказывается много разных животных. Может даже меня назад забирать не будешь? Слишком много проблем доставляю, а кто-то новый может даже будет благодарен за «спасение».       – Слушай, я не... – Дима осекся, видимо поняв, что оправдываться бесполезно. – Ты сказал, что здесь вас много. Сколько?       – Могу каждого перечислить, будешь как из списка товаров выбирать. Мне все-таки с ними в одном месте жить, может даже подберу кого-то со спокойным характером. И...       – Саша! – Дима редко кричал, но в этот раз получилось достаточно громко, чтобы остудить его пыл и приостановить пламенную речь. – Я спрашиваю не поэтому. Мне это важно, так как, когда мне позвонил Николас с просьбой, он не упоминал, что вас будет много. Я думал, что человек трое максимум. Если для тебя это много, так и скажи, но если больше, то я не понимаю, почему он меня не предупредил.       – Больше. – Сода перестал язвить. – Приблизительно от шести до девяти, если я правильно всех определил, но их может быть и больше.       Глаза Димы округлились, он явно не ожидал такого числа и то, что он не один был этим фактом взволнован немного утешило. Может, Джо и не отправлял бы его сюда, на встречу к прошлым травмам, если бы знал об этом. Это его не извиняло, так как он в любом случае сделал это и, если бы количество оборотней вокруг было меньше даже не жалел бы о своем выборе, но как минимум он волновался за него, а это немного, но утешало.       – Я знаю, что ты был в изоляции до меня и со мной, но может быть ты мог слышать о том, что вас становится больше или о том, с чем такое количество твоих сородичей в тюрьме может быть связано?       – Нет, не слышал. Но могу предположить. Непомерные амбиции Николаса, вот что стало этому причиной. Хочет собрать нас всех, как покемонов в свою коллекцию и, если покупатель, как ты найдется, продавать нас. Тебе, должно быть, это знакомо, не так ли? Конечно, твоя любимая Джозефина не осознает, что ей владеют, а потому это считается гуманным, но ты не сможешь осуждать его, если это окажется правдой. Со мной ты перешел черту, – прежний пыл вернулся, сравнение своих пленителей уже давно велось им, но в последнее время Джо успел слишком много раз накосячить и, даже если бы он начал пытаться оправдываться, это выглядело бы лицемерно. Конечно, милая андская кошка Джозефина, занесенная в мировую красную книгу, выкупленная Димой без пары для продолжения её рода, была сомнительным пятном в его репутации, как и другие животные из красной книги, приобретённые им, но хотя бы оправдывалось тем, что он предоставлял каждому из них приемлемые условия и заботился о них, вот только то, что он выкупил его самого, пусть и из тюрьмы, оправдать он до сих пор не мог.       На все высказанные претензии Джо не стал отвечать. Сода был ему за это благодарен.       – И всё же, – после того, как молчание затянулось он решил продолжить, – у тебя были ещё причины, по которым ты решился подыграть ему? Хотя бы одна достойная причина? Да даже если недостойная, я хочу узнать их все, чтобы больше не разочаровываться.       – Он надавил на то, что ты всё ещё являешься преступником в бегах и намекнул, что найдет способ, чтобы вернуть тебя, даже без моего соучастия. Как минимум так я могу контролировать, что происходит.       – Ясно... – что ж, это было неплохо. Может быть предложением о новом питомце Николас просто подсластил пилюлю, когда предлагал всё это. Может быть, Дима до последнего отказывался, раз уж Николас дошел до скрытых угроз. Сода не стал спрашивать, как всё было на самом деле, ему нужно было это самоутешение, чтобы не было так обидно.       – Я знаю, как всё это выглядит для тебя. Но прошу, просто выполни то, что он хочет как можно быстрее. Тогда я смогу забрать тебя. Только если приструнить его питомцев это всё, что от тебя требуется.       И тут Сода захотел предупредить его о планах Николаса, но вспомнил – ему больше не нужно оправдывать Джо. Он сможет сбежать от него, теперь уже наверняка и пора отключать защитный механизм, говорящий ему, что Дима – его лучший вариант.       – Это всё, что он попросил. Я скажу тебе, если появятся новые требования. – он сделал паузу. – Вы не обозначали с ним временные рамки моего здесь пребывания? Он не упоминал этого, как и ты, но я не удивлюсь, что, если даже устанавливали, вы просто не захотели со мной ими делиться.       – Нет, мы это не обсуждали. Но не переживай, если всё слишком затянется, несмотря на его желания, я тебя заберу.       Что ж, Джо думал, что он переживает о том, как бы быстрее вернуться в особняк. Сода же переживал о том, как бы в таком случае провернуть их с Николасом план как можно быстрее.       – Если всё затянется, я справлюсь. Я и без того был здесь достаточно долго и смог выжить, даже не свихнувшись.       – Не сомневался в тебе. Тогда не буду тебя задерживать. Чем быстрее ты с этим справишься, тем быстрее всё закончится.       О том, что Сода думал о том же, но, желая, чтобы всё закончилось на его условиях, а не тех, которые установил для них обоих Дима, тому знать необязательно. Он мирно попрощался с ним и ушёл искать пацанов.

***

      – Как всё прошло? – почему-то Саше казалось, что первым этот вопрос задаст ему Паша, но его опередил Дизофф.       Он знал, как быстро добраться до цехов, да и времени на разговор с Джо ушло немного, а потому не сомневался, что найдет свою новую компанию тут, но специально выбрал путь подлиннее. Мысли обо всем произошедшем и будущих перспективах слегка кружили голову, а он уже достаточно наговорил им, нужно было собраться, прийти в себя и понять, что сможет рассказать о своем посетителе. И, как некстати, самым заинтересованным оказался лис.       – В этот раз не скажу, что хорошо, но лучше, чем могло бы быть, – подойдя к его станку, к которому также стали подтягиваться Турист и Деадем, ответил он, как обычно, начав издалека.       – О нет, это такой же универсальный ответ, как и «всё хорошо». Обычно посетители – близкие люди и каждый рад их приходу. Так что делись, кто может навещать тебя, от кого ты сам не в восторге.       Паша в этот раз не стал Дизоффа останавливать, напротив, выжидал ответа и почему-то не выглядел при этом как прежде дружелюбным. Что-то успело измениться за то время, что Соды не было с ними и он подозревал, что кто-то успел присесть Деадему на уши. И подозрения были только на того, кто стал активнее в «допросе».       – Слушай, у каждого даже с близким человеком бывают конфликты. Ну или близкие люди не всегда сами по себе хорошие. То, что я не хочу делиться тем, кто он такой моё право. Так будет лучше для всех.       – Если уж хочешь быть с нами, лучше для всех будет, если ты не станешь недоговаривать. Эта информация может быть важной, мы пока мало знакомы и то, что ты так тесно знаком с Николасом, доверия не добавляет. А уж то, что у тебя есть «не очень хороший, как человек» посетитель, так точно, – Дизофф стал медленно надвигаться на Соду, но Турист предупреждающе положил руку ему на плечо. Паша никак на это не отреагировал и промолчал, всё так же ожидая ответов.       – Прости, конечно, но он прав. Нам не нужны лишние проблемы, сам понимаешь, – добавил Артем, решив выступить тем, кто сгладит углы.       – Хорошо. – притворно задумавшись, Сода немного помолчал, создавая интригу. Да, ответ был заранее готов, но, начни он говорить сразу, это лишь усугубило бы подозрения в его сторону. – Я понимаю, допускать к себе такого, как я, до этого не узнав хотя бы это, не очень предусмотрительно. Поэтому, скажу – мой посетитель Джо Спин.       Реакция была ожидаемой. Дизофф решил продолжить наступление, Турист отпустил его плечо, с удивлением и настороженностью глядя на него, а Паша даже раскрыл рот.       – Судя по вашей реакции, новости до вас доходили, ну или же на воле вам о нем довелось слышать, – он поднял руки в примирительном жесте, останавливая Дизоффа от необдуманных действий. – Также смогу понять и смириться, если вы решите больше не принимать меня к себе. До этого справлялся без компании, и сейчас справлюсь. Я даже готов к тому, что нажил теперь себе врагов, мне всё равно. Просто выслушайте перед тем, как отгородиться от меня.       Вечно лгать о посетителе не выйдет, это он признал сразу же. Нет-нет, да и проскочило бы его имя в будущем, даже если не от него самого, так хотя бы от болтливых охранников. Но и правду Сода рассказывать, конечно, не собирался, а потому, поняв, что его готовы слушать, он продолжил:       – Он знает, кто я. И о том, что я не один такой тоже, – не давая им времени на осознание услышанного и на соответствующую реакцию, правду он говорил коротко, чтобы враньем как можно быстрее успокоить их. – Он всего лишь настырный «поклонник», если можно так выразиться. До сих пор пытается закидать меня деньгами, чтобы время от времени я появлялся в облике пумы у него в особняке на светских мероприятиях. Сейчас же предлагал вытащить меня отсюда, уж не знаю, как он собрался это делать, но я отказал.       – Стоп... Ты отказал? – высказанный Дизоффом вопрос явно читался в глазах и у Деадема с Туристом.       Когда Сода готовился к этой речи, он не был готов, что он будет задан. Ему казалось очевидным, что продаваться он не станет даже за свободу, но забыл, что обрисует им довольно выгодную сделку, на которую, возможно, каждый из них согласился бы.       – Эм, ну да. Просто я знаю, какой он человек. Если соглашусь, то просто поменяю одну тюрьму на другую. Всеми правдами и неправдами он добьется того, чтобы я не уезжал от него.       – Что ж, это имеет смысл. Хотя, на твоем месте я бы подумал об этом лишний раз, если он оставил тебе шанс изменить мнение, – наконец, вступил в их разговор Паша. – Если ты здесь на пожизненном, то уж лучше пару раз появляться перед желающими увидеть диковинку людьми и жить в роскоши, чем проводить её здесь.       Предложение было бы логичным, будь всё на самом деле так, как он обрисовал, и злиться на то, что Деадем не знает всей ситуации было бы глупо – Сода сам не рассказал обо всем, но всё равно тихо злился на него.       – Ты не стал спорить, что он близкий человек. Это так? – добавил масла в огонь вновь оживившийся Дизофф.       – Не стал придираться к формулировке, – раздражение всё же просочилось в его голос. – За то время, что я был на свободе он стал очень большой проблемой, но также был единственным, с кем мне довелось общаться. Моим основным занятием тогда был поиск мест, где он не станет меня искать, но, когда он всё же находил, нам приходилось «мило» беседовать.       И, если исключить часть про свободу, это было правдой. В особняке Сода часто прятался во всех не запертых комнатах или, как перед тем, как попасть сюда, сбегал в лес, после чего Дима в одиночку или в компании его выслеживал и отчитывал, что сопровождалось гневными ремарками, что, в итоге, перерастало в длящиеся очень долго споры.       Ложь, приправленная таким большим количеством правды, явно пришлась компании Деадема по душе, по крайней мере эту тему они решили оставить. Но другую, не менее волнующую, всё ещё не обсудили и, если Деадем и Турист могли забыть и не поднимать её хотя бы сейчас, то Дизофф, наверняка, решил закрыть все вопросы сразу:       – Такой человек, как Джо не может не знать, кто тут всем заправляет. Но, между тем, он предлагает организовать тебе, что, побег? Или как он себе представляет? То, что ты ходил до встречи с ним к Николасу выглядит очень подозрительно.       – Джо, как ты правильно заметил, всё знает о начальнике тюрьмы, он всё-таки не преступный гений, хотя преступлений за ним немало, и организовать побег, при этом не засветившись, не способен. А потому договаривался с Николасом о моем высвобождении, но получил отказ. Меня же Николас вызвал, чтобы ткнуть носом в то, что в этот раз мне не удастся выбраться отсюда. И нет, – заметив, что Дизофф готов продолжить вызнавать все подробности, он решил пресечь это, – я не стану рассказывать о том, как это получилось в прошлом. Может быть позже, но точно не здесь.       Кажется, теперь он удовлетворил их любопытство, если не полностью, то в большей степени, и они молча признали, что поднимать вопрос с побегом в цеху, полном других людей, в том числе охранников, было не очень разумно.       Но то, что ответы были получены не означало, что его примут обратно с распростертыми объятиями и задумчивое лицо Паши не давало понять, хочет ли он этого. Дизофф отступил обратно к станку, ближе к своему лидеру и, как и Турист, посмотрел на него, ожидая конечного решения.       – Признаюсь, я нарушил данное тебе обещание – не копаться в твоем прошлом, и не был за то, чтобы всё произошло так, как произошло, – поняв, что больше нельзя утомлять всех ожиданием, заговорил Деадем, и даже по интонации пока не было понятно, что он решил. – Я рад, что ты поделился всем этим, поэтому не буду скрывать, что вызвало мои подозрения. Мне нельзя было быть настолько беспечным с тобой, учитывая твою скрытность и тех, кто тобой заинтересован, но Дизофф рассказал, по какой статье ты был обвинен и, хоть здесь это дело привычное, убийцам до этого в нашу компанию вход был воспрещён.       – До этого? То есть в моем случае ты решил сделать исключение? – недовольный взгляд сторону Дизоффа он скрыть не смог, но в первую очередь нужно было понять, стоит ли на что-то рассчитывать с ними. Скрыть статью в тюрьме не представлялось возможным, особенно, если эту информацию хотели найти, даже если Сода пытался скрывать её как можно дольше.       – Для наших сородичей я тем более не делал исключений. Мы обладаем той силой, которой не обладают обычные люди и, если кто-то из нас решает использовать её, чтобы отнять жизнь, это вдвойне ужасно.       Соде было, что на это ответить, например, что у обычных людей не съезжает крыша в момент, когда луна становится полной, но он промолчал – компания из оборотней наверняка про это знает и ни раз могла слышать подобные оправдания. К тому же, он не считал себя невиновным, а потому и оправдываться не собирался.       – И всё же?..       – Я не жду трогательную историю о твоих мотивах или смягчающих обстоятельствах. Не думаю, что они будут сильно отличаться от других. Но, не буду скрывать, мне, как и моим пацанам теперь нужно следить за тобой. К тому же, теперь мы знаем, что есть человек по ту сторону, кто знает о существовании таких, как мы, а потому и о нем информацию получать не помешает. Будет лучше, если это произойдет на взаимовыгодных условиях без давления и ненависти друг к другу.       – Но вы уже ненавидите меня, не так ли?       – Всё не так. Общее отношение к убийству является не первостепенной причиной появления нашего табу, хотя и не последней. В первую очередь мы хотим обезопасить себя. Мы можем понять, что всякое может в жизни случиться, но от этого довериться к осужденным по такой статье проще не становиться. Возможно, если ты когда-нибудь захочешь поделиться, я выслушаю и признаю, что был не прав, но сейчас, ты вынужден простить нам наши подозрения и смириться с тем, что их будет больше, и, либо идти дальше с нами, либо нам не по пути. Как бы то ни было, мы в любом случае будем следить за тобой.       – Это справедливо.       Обидно, нечестно, возможно даже некрасиво, но справедливо. Ему дали выбор, он не был хорош, но он был. Либо продолжать их общение без прежнего доверия от Паши и самостоятельно докладывать им о своих делах, либо со спокойной душой сказать им в таком случае отвалить, но провернуть сделку с Николасом станет труднее. Если осуществлять второй вариант, можно было бы без зазрений совести подставить Дизоффа, уж слишком сильно тот ему насолил, но Сода сомневался, что сможет его перехитрить и пока не было желания делать это с кем-либо вообще. А потому выбор пал на первый – так он хотя бы сможет контролировать информацию, которая будет к ним попадать. К тому же, так останется возможность вновь восстановить, если не прежние, то хотя бы близкие к ним отношения с Деадемом.       – Ну что, выбрал? – вырвал его из раздумий Дизофф. – Мы все тут не в восторге от того, что ты оказался убийцей, но для того, кому предложили вполне допустимую сделку ты слишком долго думаешь.       – Я согласен остаться с вами. Не обещаю, что смогу развеять ваши сомнения, ведь изначально не стремился доказать вам, что безвинен, но я готов к этому.       – Это очень хорошо, – Деадем подошел к нему и протянул руку. – В таком случае добро пожаловать в нашу команду.       Сода ответил на рукопожатие, закрепив очередную сделку в этой тюрьме.