Расплата

      Уилл стоял в затемнённом углу кухни Ганнибала, прислушиваясь к тиканью часов в одной из соседних комнат. Они шли в такт с его сердцем. Спокойно и размеренно. Рукоять пистолета стала тёплой и скользкой от пота.       На улице почти стемнело, и все блестящие поверхности на кухне теперь светились серебристо-синим.       Пульс Уилла участился, когда он услышал щелчок замка входной двери, шаги, эхом разносящиеся по коридору, ведущему в кухню, и бряканье зажатых в ладони Ганнибала ключей. Уилл дождался, пока Ганнибал повернётся к нему спиной и вышел из тени.       Ганнибал замер, держа в руке пустой бокал.       — Всё тот же неудачно подобранный лосьон после бритья, — заключил он, вдыхая воздух. — Слишком застоялся в бутылке, — ухмыльнулся он.       Уилл поднял пистолет, когда Ганнибал распахнул дверцу холодильника, и бледный свет залил его лицо.       — Нашу последнюю беседу на кухне прервал Джек Кроуфорд. Я хотел бы продолжить с того места, где мы закончили.       Выражение лица Ганнибала оставалось нечитаемым, но его взгляд метнулся между лицом Уилла и направленным на него пистолетом.       Уилл вздёрнул подбородок.       — И я хочу, чтобы ты встал на колени.       Ганнибал со звоном поставил бокал на стойку.       — Это и есть та расплата, которую ты мне обещал?       — Это то, чего хочу я, — Уилл подошёл ближе, целясь Ганнибалу в голову. — На колени. Живо.       Отвернувшись, Ганнибал молча подчинился. Его пальто растеклось вокруг него мазутным пятном, когда он опустился на пол.       Уилл изо всех сил старался, чтобы руки перестали дрожать.       — Если мне не изменяет память, вы спросили меня, почувствовал бы я себя хорошо, убив вас.       Ганнибал поднял глаза и посмотрел на Уилла, не обращая внимания на дуло пистолета.       — Ты обдумал это.       — Вам хотелось, чтобы я принял свою сущность, доктор.       — Ты так и не ответил на мой вопрос. Как ты почувствуешь себя, убив меня?       Уилл ткнул пистолетом Ганнибалу в лицо. Сердце лихорадочно билось о рёбра, кровь шумела в ушах.       — Праведно, — процедил он сквозь зубы. — Открой рот.       В тусклом свете Уилл увидел, как расширились зрачки Ганнибала, а губы едва заметно дёрнулись, будто он собирался что-то сказать, прежде чем покорно открыть рот. Уилл пропихнул ствол пистолета между губ Ганнибала, так что тот ударился о его зубы с характерным звуком, а потом надавил, пока пистолет не упёрся в язык Ганнибала.       — Соси, — прорычал Уилл. Ярость распирала его, он чувствовал себя таким невероятно живым.       Глаза Ганнибала расширились, затем сузились. Он тяжело выдохнул через нос, не сводя глаз с лица Уилла. Втянув щёки, он чуть отстранился и провёл губами по стволу пистолета, оставляя на нём блестящий влажный след.       Палец Уилла лежал на спусковом крючке. Он жаждал крови, взведя курок.       — Вот так, — хрипло протянул он. — Как бы Мириам Ласс не нашла тебя, ты позаботился о том, чтобы ещё раз так же тебя больше никто и никогда не нашёл.       Ганнибал простонал что-то в ответ, пистолет мешал говорить разборчиво, широко растягивая его губы. Уилл пожалел, что ствол не был достаточно длинным, чтобы он смог целиком затолкать его Ганнибалу в глотку. Он продолжил давить, пока весь ствол до спусковой скобы не оказался у Ганнибала во рту.       Уилл с влажным хлопком вытащил пистолет и прижал дуло к губам Ганнибала. Руки его тряслись.       — Используй язык.       Это пьянило. У Уилла закружилась голова. Нечто подобное не входило в его замысел. С другой стороны, незаконное вооружённое проникновение в дом Ганнибала тоже нельзя было назвать чем-то хотя бы отдалённо напоминающим план. Он был зол и в отчаянии. Уилл просто жаждал ответов, которые, как он был уверен, никогда не получит.       Уилл вздрогнул, когда Ганнибал вцепился в его запястье. Они не отрываясь смотрели друг на друга. Ганнибал высунул язык и медленно провёл им вдоль ствола. Его хватка была сильной, он мог бы обезоружить Уилла в любую секунду, но продолжал вылизывать самый кончик дула длинными размашистыми движениями.       В паху Уилла вспыхнули искорки возбуждения, а в уголках глаз невольно выступили слезы. Ганнибал крепко обхватил запястье Уилла обеими руками и снова принялся сосать, язык и губы влажно скользили по металлу, зубы легонько задевали ствол.        «Ствол пистолета», — рассеянно был вынужден напомнить себе Уилл.       Прикрыв глаза, Ганнибал застонал, глубокий гортанный звук вырвался из зиявшей внутри него кромешной пустоты. Уиллу хотелось спустить курок. Хотелось овладеть им, стоящим перед ним на коленях и почти до крови впившимся в его кожу ногтями. Хотелось схватить Ганнибала за загривок, вонзить в него зубы и…       Уилл резко отдёрнул руку, и Ганнибал чуть было не потерял равновесие. Ганнибал посмотрел на него, стоя на четвереньках, слюна стекала по его подбородку, волосы падали ему на глаза. Неслушавшимися руками Уилл сунул пистолет в кобуру, и Ганнибал улыбнулся ему.       Уилл выдержал его взгляд ещё мгновение, а затем пулей вылетел из кухни, оставив Ганнибала склонившимся на полу, как животное.