Хризантема или меч

      Ша Хуалин выступила вперёд. Казалось, на Цюндин наступила ночь, словно она принесла с собой тьму демонических земель. Небо заволокло грозовыми тучами. Они клубились так низко, что можно было дотянуться рукой. Чёрные, сверкающие молниями небеса взрывались оглушительным громом.       – Тц! – недовольно цокнул Шэнь Цинцю и, повинуясь движению пальцев, стремительный ледяной ветер унёс непогоду прочь.       – Какая шумная леди, – холодно произнёс лорд Цинцзин.       Высокие скулы священной демонессы алели от гнева. В этом внезапном сумраке она горела, словно цветок мака – такая юная и пьянящая. Откровенная в своей полупрозрачной, красной, словно кровь, вуали. Полная серебряного перезвона бубенчиков, что красовались браслетами на запястьях и щиколотках.       Она взглянула на заклинателя с сомнением и обернулась. Там, за её спиной, во мраке демонической тьмы, стояла высокая фигура. Чёрный плащ скрывал очертания тела и лица.       Шэнь Цинцю с тревогой всматривался в эту черноту.       Кто это?       Чжучжи Лан? Он осмелился бы явиться вновь?       Мобэй Цзюнь? Но разве ему время? Может ли он появиться сейчас?       Или?..       Он с трудом сглотнул. Что же, пусть всё идёт своим чередом. Кто бы это ни был, он уже здесь. Ничего изменить нельзя. Он должен встретить опасность лицом к лицу.       – И зачем же ты явилась в Цанцюн? – спросил Шэнь Цинцю.       Фигура в чёрном кивнула, приободряя дерзкую демонессу. Девушка поклонилась, ослепительно улыбаясь.       – Эта Хуалин пришла в секту Цанцюн, чтобы померяться силами! Вы, мастер Шэнь, бессмертный заклинатель, разве не ждали нас?       Какая чудовищная провокация!       – Ждал? С чего бы этому мастеру вас ждать?       Она серебристо рассмеялась.       – Но ведь мастер Шэнь получил послание. Или он не сумел его прочесть?       Взгляд лорда Цинцзин метнулся к фигуре в чёрном. Такое и впрямь возможно? Цю Цзяньло? Разве мог он выжить? Нет. Его рана была ужасна! В своей ненависти он мог злым духом бродить по сгоревшему поместью, но... Цю Цзяньло был человеком. А этот кутающийся во тьму – демон. Его аура ужасна. Человек никогда не смог бы стать чем-то подобным, как бы ни были сильны его чувства. И если это действительно он, значит, есть кто-то не просто способный вытащить его из Диюй, но и создать тело? Страшно представить, кто может обладать подобной властью.       – Вы смеете оскорблять шифу?       Ледяной голос и аура главного героя.       Сто баллов расположения Ло Бинхэ! Он сведёт с ума этого учителя. И что это за манера постоянно вмешиваться в разговор старших?!       – Ло Бинхэ! – рявкнул Шэнь Цинцю.       Его глаза сверкали гневом. Но ученик даже не обернулся, медленно обнажая меч. Ша Хуалин неуверенно улыбнулась, спрятавшись за спиной демонического исполина.       – Мастер Шэнь, – нежным голосом произнесла демонесса, – Лин-эр знает, как наказать этого ученика за такую дерзость. Старейшина Тянь Чуй!       Демон выступил вперёд. Огромный, гибкий, словно столетний кедр, он держал в руках тяжёлый железный молот. Его чёрные глаза искрились насмешкой и яростью, а тонкие губы растягивались в ухмылке, обнажая жёлтый оскал клыков. Огромное тело с ног до головы закованное в броню, покрывали острые шипы.       – Ло Бинхэ, назад! – выкрикнул лорд Цинцзин, пытаясь схватить ученика за плечо. – Не смей прикасаться к нему!       Демонический отряд грохнул в оглушительным хохоте.       Шэнь Цинцю промахнулся. Между пальцев скользнула шёлковая лента для волос цвета цин – юноша бросился в бой.       Система подала сигнал возмущения.       «Заткнись! – рявкнул Шэнь. – Он слаб! Как он может победить?!»       [Ло Бинхэ имеет сюжетную броню. Он не умрёт], – повторила система с недовольством.       «А этот искусственный интеллект день от дня совершенствуется в проявлении эмоций! Скоро её невозможно будет отличить от живого человека», – мимоходом подивился мастер Шэнь.       Первая атака яростной волной ударила старейшину в грудь и демоны позади не смогли удержаться на ногах. Тянь Чуй отступил на несколько шагов, выплёвывая кровь и с уважением взглянул на юношу.       Шэнь Цинцю сглотнул. И как это понимать? Замашки Байчжань? Неужели всё это время мальчишка тренировался там? Всё время, пока этот наставник думал, как избежать общества этого ребёнка, он оттачивал свои силы у Лю Цингэ? В груди вспыхнуло странное чувство. Если бы это не было так смешно, Шэнь Цинцю мог бы назвать его ревностью.       Ученики позади взорвались ликующими криками.       Учитель задумчиво раскрыл веер, скользнул им по лицу. Затем, поняв, что так и не сменил его на другой, что всё ещё держит в руках тот злосчастный предмет с иероглифом «осень», резко захлопнул, пронзив взглядом чёрный силуэт.       Он не двигался, но Шэнь Цинцю чувствовал на себе его тревожное пристальное внимание.       Тянь Чуй с рёвом кинулся на Ло Бинхэ, но тот стремительно взмыл вверх и лента талисманов сорвалась проклятием небес.       А этот ребёнок и впрямь неплох! Шэнь Цинцю казалось, будто его провели.       Старейшина взревел и молот стремительно взлетел к Ло Бинхэ.       Юноша не мог увернуться. Раненный, сбитый этим чудовищным ударом, ученик рухнул у ног учителя.       Верхняя губа заклинателя дёрнулась в неприкрытой ярости. Он уже обернулся, чтобы позвать на помощь адептов Цаньцао, ханьфу которых мелькали тут и там, но, ученик, схватив его за полу шёлкового одеяния, потянул на себя.       Ло Бинхэ закашлялся. Лорд Цинцзин опустился рядом, перехватывая тонкое запястье, чтобы понять, насколько он ранен. Но юноша вырвал руку, поднимаясь на ноги.       – Учитель не верит в Ло, – сказал он тихо. – Не верит, что этот ученик способен его защитить.       Обсидиановые глаза сверкнули.       – Тебе не нужно ничего доказывать! – взорвался мастер Сюя. – Прекрати!       Резко развернувшись, Ло Бинхэ бросился в новую атаку.       – Ло Бинхэ, его шипы ядовиты! Не смей касаться их! – рявкнул вслед мастер.       Ша Хуалин смотрела на него с изумлением и лёгким испугом.       В рядах Цанцюн поднялся возмущённый гвалт:       – Мерзкое демоническое отродье, ты даже не предупредила его!       – Как можно использовать такие подлые приёмы!       – Эй, кто-нибудь! Позовите главу Юэ!       Ло Бинхэ вновь взметнулся к небесам, легко оттолкнувшись от земли.       Шэнь Цинцю подумал, что немедленно должен это прекратить, перехватывая белые ножны Сюя.       Система взорвалась предупреждением:       [Ло Бинхэ не может прервать поединок! Если Тянь Чуй останется в живых или будет убит другой рукой, течение сюжета может принять направление BL.]       Мастер Шэнь застыл, не в силах справиться с собой. Ах, как хотелось бы лихо воскликнуть что-нибудь вроде «переживу!» и броситься в бой, но он никак не мог сдвинуться с места.       Нет. Ему не под силу такое пережить. Пока остаётся хоть малейшая надежда, он не может рисковать!       Ло Бинхэ отправил во врага ещё с десяток талисманов, а затем, завернувшись в прозрачную пелену барьера, ринулся вниз.       – Нет... – Шэнь Цинцю всё же сделал шаг вперёд, чтобы остановить это, но чьи-то пальцы сжали его плечо.       Он с недоумением обернулся. За его спиной стоял Лю Цингэ.       – Что ты здесь делаешь? – вздрогнул Шэнь Цинцю.       – А ты как думаешь? – насмешливо ответил тот. – Стоит оставить тебя одного и кара небес обрушивается на Цанцюн.       – Что ты несёшь! – задохнулся мастер Сюя.       Меч Ло Бинхэ вошёл точно между пластинами доспехов на шее. Его заалевшее остриё хищным окровавленым языком мелькнуло под подбородком старейшины. Тот хотел схватиться за лезвие, чтобы притянуть мальчишку, насадить этот дьявольский росток бамбука на ядовитые шипы, но не успел.       Юноша с силой выдернул меч, а затем оттолкнул тело старейшины толстой, подкованной сталью подошвой заклинательского сапога.       Тянь Чуй упал и фонтан крови брызнул из ран.       Лицо Шэнь Цинцю покрыл румянец гнева. Этот ребёнок! Он сводит его с ума!