Хризантема или меч

      Шэнь Цинцю встретился с Лю Цингэ на площадке Цюндин. Так как они собрались прогуляться в торговый город у подножия этого пика, спуститься здесь, не привлекая лишнего внимания полётом, было правильно.       Лю Цингэ, как всегда, сурово молчал и отвечал на вопросы лорда Цинцзин односложно и задумчиво. Несмотря на его чинный вид, он не выпускал боковым зрением этого слишком уж оживлённого заклинателя из виду.       Шэнь Цинцю так давно не тратил время на подобные глупости. У него до сих пор хранилось пространственное кольцо, в котором, при желании, можно было отыскать что угодно.       Ему так нравились эти мощёные камнем улицы, оттенённые алой кленовой листвой. Осеннее солнце, пятнами света скользящее по лицу Лю Цингэ. Этот аромат дождя и приближающейся зимы. Яркие листья, шуршащие под ногами и падающие в прозрачные лужи воды. Хвойные исполины и приземистые коренастые сосны, тёмными пятнами густой зелени скрывающие белокаменные беседки и арочные мосты. И цветущие хризантемы. Их горький аромат будоражил и бодрил...       Шэнь Цинцю с удовольствием кутался в свой бархатный плащ цвета цин с опушкой из белого меха и радовался, что был столь предусмотрителен и взял его. Шёлковые ленты развевались за спиной на ветру.       Лю Цингэ нравилось идти рядом с ним. Его внезапная непосредственность и любопытство. Нравилось, как он смеётся и никак не оставит его в покое, без конца обращаясь со всякими пустяками. Шэнь Цинцю накупил уже с десяток вееров, но всё равно затащил его в новую мастерскую.       В тесной комнатке царил тёплый полумрак. Сумеречные солнечные лучи проникали сквозь отворённое окно и в них плясала золотая пыль.       Шэнь Цинцю, не сдержавшись, чихнул и тут же тихо рассмеялся. А затем с тихими возгласами восхищения стал рассматривать веера. Бумажные, шёлковые, кружевные. Складные, круглые... В их огромном разнообразии можно было утонуть.       Но один поразил его больше других. С перламутровыми гардами и белоснежным экраном, по которому тянулись алые пятна манжусаги** и строки:       «Ветвь прощания. Иней. Стихи на летящем по ветру багряном листе.»***       Шэнь Цинцю нахмурился и уже собирался произнести что-нибудь по поводу этого странного сочетания, но не смог.       Разве есть иной способ донести до потерянного навеки любимого человека строки, если не эти багряные листы, летящие по ветру или плывущие по воде?.. В его душе поселилась тоска и странная тревога.       Лорд Цинцзин вздрогнул, увидев рядом хозяина мастерской. Он поклонился, принимая из рук Шэнь Цинцю драгоценный предмет.       – Это... ритуальный веер? – тихо спросил заклинатель.       Тот поклонился ещё раз.       – Молодой господин прав. Это веер города Шэньян. Там во время брачного ритуала стали умирать молодожёны. Говорят, этот город проклят. Неспроста ведь вдоль полей и дорог его вдруг разрослась маджусага. Ох. Видимо, мир мёртвых проложил там свою границу.       – Как странно... К нам никто не обращался за помощью, – задумчиво сказал Шэнь Цинцю.       Лю Цингэ кивнул хозяину мастерской и, подхватив лорда Цинцзин под локоть, повёл его прочь. Тот никак не мог избавиться от своих странных горьких мыслей.       Ровно до тех пор, пока не увидел яркие краски и странную атмосферу гадального шатра. Улыбнувшись и хитро сверкнув глазами, он сжал руку лорда Байчжань и повёл его внутрь.       Под плотной тканью шатра было сумрачно и душно. Аромат благовоний мешался с запахом горящих в изобилии свечей, не способных разогнать тьму.       Заклинатели опустились на меховые ковры напротив гадалки. Её пёстрый наряд был странен и откровенен, а лицо с прекрасными чертами слишком правильным. Настолько, что в этом трепещущем свете казалось неживым.       Шэнь Цинцю приоткрыл влажные губы и с мягким треском распахнул новый веер с белыми цаплями.       – Молодой господин желает узнать своё будущее? – спросила гадалка низким таинственным голосом.       Лорд Цинцзин кивнул. Его охватило волнение. Так хотелось получить подсказку! Ведь до этого весь сюжет ему был известен! Что же делать сейчас, когда он понятия не имеет, что его ждёт?!       Гадалка рассыпала в широкую нефритовую чашу камни со странными символами и предложила выбрать три из них.       Шэнь Цинцю коснулся их разноцветной прохлады .       Гадалка внимательно вгляделась в его лицо, а затем, закрыв на мгновение глаза, накрыла камни ладонью. На поверхности каждого из них засветился символ.       – Молодого господина ждёт встреча... – она нахмурилась, глядя на второй и третий камни. – Встреча с жестоким врагом. Но вражда ваша граничит с любовью...       Шэнь Цинцю почувствовал, как к горлу подкатывает ком. Ему хотелось выскочить из шатра и броситься прочь.       Он ничего не знал о новом сюжете, но он совсем... совсем ему не нравился!       – Господину нужно быть осторожным. Его подстерегает опасность. Кто-то охотится на вас! – повысила голос гадалка. – Вы... можете... умереть...       Её глаза затопил страх. Даже пальцы, которыми она касалась камней, дрожали.       – Господину стоит держаться за спиной других. Так вы сможете спастись. Рядом с вами так много влюбленных людей! Они могут вам помочь. Но... господин, – она вдруг перешла на шёпот и Шэнь Цинцю пришлось склониться к ней. – Они все... мужчины.       Лорд Цинцзин вдруг покраснел, жалея, что выбрал столь ненадёжный способ заглянуть в будущее. Как досадно! Он раздражённо поднялся на ноги и поторопил Лю Цингэ.       – Шиди Лю, я ошибся. Нам и впрямь не стоило заходить! – прошептал он, когда они уже покинули шатёр.       Лицо бога войны, однако, было встревожено.       – Ты что, поверил в эту чушь? – рассмеялся Шэнь Цинцю.       – Поверил, – ответил тот. – Потому что, если подобное пророчество касается тебя, о нём нельзя просто забыть! Ты притягиваешь неприятности. Ты слишком часто подвергаешь себя опасности!       Шэнь Цинцю прерывисто вздохнул и попытался отнять руку, которой держался за локоть Лю Цингэ. Но тот крепко сжимал её.       – Зачем же шиди Лю удерживает меня? – с обидой спросил лорд Цинцзин. – Неужели не боится вместе с этим Шэнем попасть в беду?       Лю Цингэ закатил глаза. Все попытки Шэнь Цинцю не сдвинули его с места.       – Я не боюсь неприятностей. Я боюсь, что и на этот раз не смогу спасти тебя.       В его глазах была такая боль, что Шэнь Цинцю замер, глядя в эти тёмные озёра.       – Цингэ... – прошептал он тихо, только сейчас осознав, как тяжелы для него были эти годы. – Да разве... разве это твоя вина? Разве...       Лю Цингэ неожиданно заключил его в объятия. На короткое мгновение, только чтобы вдохнуть горьковатый аромат его волос...       – Это моя вина. Всё, что происходит с тобой – моя вина...       Тихо произнес лорд Байчжань.       А Шэнь Цинцю никак не мог понять, откуда в нём взялась эта мысль? Кто внушил ему такую чушь?       Кто, Цингэ? ___________ *Привлекать ветер – находиться на виду, привлекать внимание. **Манжусага, ликорис, паучья лилия, цветок смерти – удивительно красивый цветок. Считается символом разлуки. Используется в погребальных ритуалах. Говорят, растёт там, где проложена дорога в Царство Мёртвых. Также имеет значение «жду встречи». ***Бо Пу, Осень. Красный лист – символ любви, соединяющий волей небес. Но ветвь прощания и иней означают тоску и разлуку.