My drug has a voice.

      Питер не был глупым, но был наивным; он был запуганным, но верил в добро; был окунут в суровую реальность, но умел мечтать. С раннего детства, Питер понимал, что он не такой, как другие дети. Нет, он не жил с золотой ложкой во рту, но воспитывался в духе аристократии и благородства.       — Запомни, сынок, все люди равны. Быть не таким, как принято в обществе — это неплохо, — мама часто говорила эти слова перед сном, — ты должен одинаково уважать как президента, так и дворника.       Маленький Питер знал, что в мире много плохого, отец с малых лет учил его тому, что вокруг много несправедливости и лжи, лицемерия и гордыни. Но он знал, что независимо ни от чего, он должен быть другим, даже если общество диктует быть, как все.       — Ты оглох?! — От громкого крика Клинта, Питер дернулся, как от удара.       Мальчик замер, загнанно дыша, понимая, что дядя Стив ему не поможет. И ему, вообще, никто не поможет. Клинт смотрел на него глазами полными ярости и нетерпения, пока мальчишка боялся даже моргнуть. Мужчина в один шаг преодолел расстояние между ними и, ухватив мальчика за шею, повел к капоту машины. Он действовал резко и быстро, будто боясь, что его застигнут врасплох.       — П-пожалуйста, можно домой, дядя Клинт? — Питер дрожал, к горлу подступал ком, а по щекам бежали слезы. — Я никому не скажу, что видел и слышал, честно.       — Какой ты наивный, мальчик, — Клинт рассмеялся, попутно снимая свою куртку и кидая Питера на капот. — Сейчас я объясню тебе, почему нельзя гулять одному, тем-более по ночам.       Питер начал рыдать, когда его свитер был порван на части, а спина коснулась холодного железа, голова ужасно болела, после удара о капот автомобиля. Клинт продолжал смеяться, попутно расстегивая ремень и ширинку джинс. Мальчик хотел соскользнуть и убежать, но крепкая хватка мужчины не дала и шанса на это. Питер понимал, что происходит что-то плохое, но не знал, что это будет преследовать его всю жизнь, оставляя отпечаток на всех этапах его пути.       Клинт не церемонился, затягивая ремень на запястьях мальчика, и связывая ноги порванным свитером, поняв, что он будет кричать, Клинт решил что пара граммов наркотика будет хорошим успокоительным. Когда по венам побежало что-то жгучее, Питер начал кричать, но получил удар по лицу, с приказом замолчать. Через несколько минут, мальчик обмяк, а его опустошенный взгляд уставился в небо, затянутое тучами. Клинт понял, что можно начинать и сорвав остатки одежды с тела ребенка, дернул его на себя, сгибая его ноги и толкая их к животу.       — Как же узко, — Клинт вошёл в невинное тело Питера и тот дернулся, вновь начиная плакать, — слишком узко!       Питер чувствовал кровь, стекающую по ягодицам, чувствовал, что внутри него двигается что-то большое и ему было ужасно больно, но тело будто парализовало и он не мог пошевелиться и даже закричать от боли и страха. Он не знал, чего в нем больше, боли или страха. Кровь заполняла его, но Клинту было все равно, он продолжал двигаться внутри мальчика, ведомый своим животным инстинктом. Мальчик понимал, что дядя Бен был к нему добр и то, что происходило сейчас было намного хуже.       Он готов был хоть на ежечасное избиение или окунание рук в кипяток, лишь бы это прекратилось. Питер плакал, а в мыслях он звал маму с папой, понимая, что они не придут. Именно в эти минутся, он понял, что не нужен им, что он один в этом мире, который был слишком злым.       

н а ш и д н и       Он забыл принять таблетки, поэтому даже во время дремоты в машине, ему снова снится кошмар той ночи, когда Питер понял, что в этом мире нельзя верить никому, даже родителям. Открыв дверь машины, он вдохнул полной грудью, озираясь вокруг.       — Где тебя носит? — Романофф как всегда ждала его у входа, бросая гневные взгляды и упреки. — Все уже собрались, ждут только тебя, Паркер.       — Брось, Наташа, — Питер привык, что на каждом собрании его пытаются посадить на место повыше и поэтому вёл себя так, чтобы его кандидатуру даже не рассматривали на должность посерьезнее, — я не такая важная персона, без меня справятся.       — Там Старк, поэтому все на нервах. — Паркеру было наплевать, кто там, хоть сам Папа Римский, он не боялся того, что главная «шишка» мира мафии и наркотиков будет гневаться на него. В конце концов, кто он? Простой курьер, почти последнее звено в огромной цепи нарко-мира.       Пустынный переулок, ржавая дверь и коридор, с мигающей лампочкой, с которой началась эта история, теперь были чем-то привычным. Питер преодолевал этот путь каждый день, а то и несколько раз за день, пока шел за товаром или на «деловые встречи». Паркер быстро стал своим в этой иерархии, его боялись и уважали, с его мнением считались — немыслимое явление, ведь он простой курьер, разносчик наркотиков. Возможно, если бы не тот побег из дома, девять лет назад, он был бы совершенно в другом месте, продолжал бы жить надеждами о возвращении родителей, под тиранией дяди-психопата. Но у него случился «Клинт головного мозга» — Питер часто иронизировал так над собой. Да, он не остался в долгу и отплатил Бартону сполна. Его месть стала легендой, некоторые даже не верили, что тихий и неприметный курьер способен на такие зверства. К тому же, никто не понимал, почему он так поступил, а главное почему именно семья Бартона оказалось под его прицелом. Но когда фото и видео разошлись среди «своих», Питера стали обходить десятой дорогой. Всё это было давно, больше трёх, а может и четырёх, лет назад.       — Наконец-то, — Стив, как и всегда, встречал Питера у входа, — я думал ты снова пропустишь собрание. — Он мягко притянул парня в объятия, гладя по затылку, запуская пальцы в копну каштановых вихров.       — Пришёл, раз уж собирает сам Старк, — Питер провел рукой по спине мужчины, прижимая к себе и целуя мужчину в лоб. — Не смотри волком, он босс, а ты нет, поэтому я так говорю.       — Пойдём, пока Наташа не заметила нас, — Стив вёл себя как подросток, боящийся, что их поймают с поличным, хоть и был вдвое старше Паркера.       — Иди вперед, я следом, — Питер оставил на ягодице Роджерса шлепок, усмехнувшись его реакции. Стив каждый раз реагировал будто всё впервые.       Достав коробочку с таблетками, Питер положил одну под язык, попутно вскрывая пачку сигарет. Едкий никотиновый дым заволок легкие, ненадолго одурманивая рассудок. Он ненавидел наркотики, хоть и был дилером этой дряни, поэтому предпочитал сигареты: дешевле и доступнее, а эффект тот же, хоть и слабее. Стив не раз просил его бросить курение, но Паркер никогда не слушал его. В этих отношениях он был ведущим, как и в любых других, несмотря на то, что Роджерс намного старше. Но Стива всё устраивало, а Питера тем-более. Бросив тлеющую сигарету на пол, парень вошел в помещение заполненное людьми, алкоголем, музыкой и наркотиками.