То самое первое пианино... Первая любовь

      Концерт. Свет софитов. Зал. Сцена. Я… и пианино из моего прошлого.       Этот рояль… он совсем не то, что мне нужно. Ни он, ни этот оркестр, ни зрители. Лакированный новенький инструмент, который подготовили специально к моему приезду. Этот тёмный фиолетовый цвет… ни единой царапинки. В нём нет души…       Я продолжаю играть свою композицию, которую сочинил уже давным-давно, но только сейчас я смог исполнить её. Я тогда так и не смог прикоснуться к чёрно-белым клавишам… слишком больно. Я сочинил к ней лирику, даже записал её с музыкой, но её никому не покажу. Она лишь для меня. Никто ни за что не услышит монолог моей души… Ну только что ему я позволю это сделать.       Однако этого никогда не произойдет. Ни в этой жизни, не со мной. Я причинил ему слишком много боли, разбил его детское сердце вдребезги. Мне нет прощения.       Нет! Я не должен плакать, не сейчас, все эти люди… Им нельзя увидеть моих слёз!       

***

      Мы тогда были совсем детьми, когда впервые встретились. Ты стал моей первой… и единственной любовью. Я никогда не забуду тебя       То был день моего рождения. Мне исполнилось девять лет. Ты был ещё совсем карапузом, младше меня на четыре года.       Тогда родители подарили мне коричневое пианино. Я любил играть на пианино у бабушки. И вот теперь у меня есть своё собственное! Я был счастлив! Нет, я был в восторге! Ведь я смогу играть каждый день, отдаваясь музыке всего себя. А ты… ты просто стоял рядом и радовался моему счастью. Ну, а что ты мог тогда сказать? Мы только-только познакомились.       Родители внизу, мы одни в моей комнате… Пианино ещё пахнет заводским лаком.       Я подбегаю к инструменту, откидываю клап, открывая клавиши и быстро провожу пальцами по ним, являя звонкий звук. Оно огромное! Больше меня и тебя вместе взятых.       Ты стоял рядом и смотрел большими глазами на меня. Восхищался мной, но я не замечал. Я думал, что ты мне не нужен. Как я ошибался тогда.        Каждый день ты приходил ко мне, и сидя около меня, слушал, как я играю. Я не учился где-то в музыкальной школе. Всему этому меня научила бабушка. Я очень благодарен ей. Но все эти гаммы уже наскучили. Я стал придумывать свои собственные мелодии. Помню, ты покачивался в такт музыке. Тебе нравилось.       В какой-то момент я начал учить тебя игре на своём пианино, что стояло в углу комнаты. Ты всегда прибегал после моих школьных уроков в комнату с криком: «Хён, научи меня!» Я не мог отказать. Мы были вместе.       Время шло. Я уже в средней школе. Всё меняется. У меня появились школьные друзья. Я стал отдаляться от тебя. Зачем мне мелкий ребёнок? Я чувствовал себя взрослым. Прекратил играть на пианино. Это так по-детски. Теперь оно бесхозно стояло в слое пыли. А ты всегда сидел и ждал меня. Всегда надеялся, что я приду, и мы как раньше будем вместе перебирать пальцами чёрно-белые клавиши. Но этого не случится.       Я начал играть в баскетбол с одноклассниками. Мы перестали общаться. — Не уходи! — сказал ты.       Я ушёл.       — Ты уже взрослый и не нуждаешься во мне. Не волнуйся. Хоть эти отношения и закончатся, не стоит извиняться. Когда-нибудь мы встретимся вновь. Я снова увижу твою улыбку. — говорю я, взъерошив его волосы.       Он смотрит на то, как я ухожу из его жизни, и плачет. Тихо, совсем беззвучно. В этот момент что-то ломается… это его сердце… Если бы я только не был бы таким трусом! Я бы сказал ему, как люблю его, но… Я думал, что это лишь привязанность. Вернее я хотел, чтобы это так было.       Это всё случилось спустя три года. Мне исполнилось четырнадцать. Я тогда вновь увидел тебя. Внутри что-то вспыхнуло. Это были далеко запрятанные чувства. Сейчас ничего не поменялось. Лишь ещё больше боли у тебя на душе.       Новая встреча, окончание старшей школы. Я приезжал к бабушке и играл на пианино, однако оно не сравнится с моим коричневым пианино в углу комнаты. Да, я помню его.       Теперь мы вместе гуляем. Но я так и ни разу и не прикоснулся к клавишам. Помню я пришёл после игры, уставший, моё плечо сильно ныло. Я вывихнул его во время данка.       Я вцепился в него пальцами и просто молча стоял напротив тебя. Ты сидел за пианино, пытаясь сыграть простенькую мелодию, которой я научил тебя в детстве.       Стиснув зубы, и опустив голову, я произнёс: «я больше не могу…»       Без тебя всё было бы проще. Но когда ты рядом… мне так хорошо? Я не знаю! Это так сложно! Ты всегда был на моей стороне, всегда терпел мои выходки. Мои вечные замашки. Терпел, когда я отдалялся от тебя. Хотя ты раз за разом принимал меня.       Решим всё здесь и сейчас.       Ты смотришь на меня своими наивными добрыми глазами, слегка улыбаясь.       Я навсегда запомнил твои слова: «Знаешь, хён, я всё равно буду тебя любить. Даже спустя года. И неважно: оттолкнёшь ты меня или будешь просто игнорировать. Я всегда на твоей стороне…» — в конце он что-то прошептал, но я не услышал. Ты был спокоен. Только оленьи глаза, наполненные слезами, выдавали твою печаль. Ты смирился с тем, что я вечно отталкиваю тебя. Я тоже… Наверное.       Я уверен ты будешь плакать, уткнувшись в подушку. Но не здесь, не при мне. Ты сдерживаешься. Я вижу это.       Зачем я терзаю тебя? Не знаю… это всё глупо. Но легче от этого не становится.       Может я не хотел показаться слабаком перед друзьями? Может не хотел оков отношений. А может просто убеждал себя, что это всё не по-настоящему. Без понятия.       Ты спокойно проходишь мимо меня, подходя к двери. Открыв её, задерживаешься в дверном проёме. — И всё же я люблю тебя. — последнее, что я слышу от тебя.       Аккуратно закрываешь дверь. Это точка. Слышу за ней твои тихие быстрые шаги, которые всё удаляются.       Блять! Я должен остановить тебя! Побежать за тобой.       Этого не случится.       Я всё так же стою посередине комнаты и смотрю на коричневое пианино. Запрокинув голову к верху, пытаюсь сдержать слёзы, кусая губы. Я в ярости. Я злюсь. Злюсь на себя и на свою слабость. Эмоции переполняют меня. Я не выдерживаю и начинаю громить комнату, крича во всё горло. Слёзы всё текут по моим щекам. Картинка расплывается.       Я роняю стол, опрокидываю все вещи с полок. Рву всё, что попадается под руку. Немного успокаиваюсь. И тут я замечаю краем глаза пианино, которое преспокойно стояло у стены.       Злость и обида вновь накатывают новой волной. Я в бешенстве беру, рядом стоящий стул, и замахиваюсь.       Да лучше бы ты сломалось! Дурацкое пианино! Ненавижу тебя!       Я кричу. Не было бы его, не было бы проблем.       Вдруг у меня в голове мелькает твой образ, твоя яркая улыбка. Я по инерции ударяю стул об пол, он разлетается в щепки.       Уже вымученный, я падаю на колени напротив пианино, продолжая тихо плакать от безысходности. Я один в тёмной комнате. Потерял смысл жить. Для чего весь этот спектакль… Какой же я идиот!       Всю ночь я просидел около пианино, смотря на дверь комнаты. Он ушёл.       Завтра твой день рождение. Меня там не будет. Завтра я узнаю, что ты уезжаешь учиться. Тебя не будет. Это конец       

***

             Слова сами начинают слетать с моих губ. Я это не контролирую. Единственный текст, который я заучил на зубок.       Я плачу… на сцене… пока пою.       

В уголках моей памяти

В стороне, удобно расположилось коричневое пианино

В уголках моей памяти детства дом

И в стороне, у стены расположилось коричневое пианино…

             Эту песню я написал в тот день. В последний день с тобой. Это я не забуду никогда. Моя первая любовь.       Я благодарен своему пианино.       Я тогда пытался играть… Без тебя.       

Даже когда я оттолкнул тебя,

Даже когда обвинял при встрече,

Ты стойко оставался со мной,

Ничего не говоря.

             Да, ты всегда был рядом, с такой сволочью как я.       Я воспринимал тебя как должное. Но я наконец-то понял себя, я принял свои чувства.       Сейчас я пою для тебя. И неважно слышишь ты или нет.       

…В уголках моей памяти детства дом

В стороне, удобно расположилось коричневое пианино.

             Я еле дышу, даже не так, я хриплю, стараясь прочитать последние строчки. Слёзы душат, не дают нормально вздохнуть.       Именно сейчас я выплеснул все свои чувства, вывернул свою душу.       Стало легче. Смирился с тем, что мы никогда не будем друг с другом.       Мне становится плохо.       Я быстро встаю, и не кланяясь, бегу за кулисы под гам аплодисментов.       Плевать! Быстрее уйти отсюда. Кажется я сейчас упаду в обморок.       Хочу домой. Сесть в тишине и одиночестве за своё коричневое старенькое пианино. Туда, где мы сидели, играли.       Подбегая к выходу, вижу мужчину. Он стоит ко мне спиной и я не вижу его лица. Но даже так я всё равно могу видеть его со спины. Высокий, выше меня, накачанный, подтянутый. Он одет в чёрный плащ, бежевые укороченные брюки, белую рубашку и большие белые кроссовки. Каштановые волосы аккуратно уложены. Даже так видно, что в руках он держит какой-то букет.       Фанат? Почему тут?       Но мне сейчас не до него. Он загораживает собой весь проход. Какой же он огромный! Прям моё пианино! — Пожалуйста, разрешите пройти, — выдавливаю из себя. Вообще не могу говорить. Ком в горле давит так сильно, что больно даже глотать.        Мужчина поворачивается ко мне, закрывая лицо букетом цветов. Теперь я вижу что там конкретно: Сирень — символ первой любви, розовые камелии — символ тоски по человеку, а ещё несколько цветов примулы, помню они означают «Я не могу жить без тебя».       Как похоже на то, что было между мной и тобой. Сейчас.       Хочется реветь. — Ты прекрасно выступил. Я… — он замялся, — мм… очень счастлив увидеть тебя! Мне правда понравилась твоя песня. Ты вложил туда свою душу. — такой знакомый голос.       Я с непониманием смотрю на него. — Я всегда буду любить тебя… хён. — ласково произносит незнакомец.       И вот сейчас до меня доходит, что это он! Я не верю в это… он ушёл. Оставил того, кто разбил его сердце. Нет…       Теперь я не контролирую себя точно. Слёзы текут ручьём.       Он опускает букет, чтобы я мог рассмотреть его лицо. Это он.       Я начинаю медленно подхлодить к нему. Под конец просто бегу к нему, прыгая к нему в руки.       Я обнимаю его за шею. Цветы падают на пол.       Прошло уже десять лет. Он должен был забыть меня. Должен ненавидеть. Но не любить.       Я плачу в голос. — Чон… — грудь больно сдавливает и я не могу закончить фразу.       Он обвивает руками мою талию, поднимая вверх.       Я прижимаюсь сильнее. Ты тут. Ты слышал моё признание. Я в шоке. Я так рад. — Теперь я знаю, что хён никогда не забывал меня и любит меня. — с улыбкой произностит он.       Я должен быть наказан. Я не могу испытывать счастье. Но почему? — Хён, я принёс тебе этот букет. Ты ведь знаешь значение тех цветов?       Я просто киваю, потому что не могу и звука издать.       Он всё не отпускает меня, держа на весу. — Я так плакал, когда слушат тебя. Ты велеколепень на сцене! — он кружит меня, — ты навсегда останешься моей любовью. Этого никто не изменит. Надеюсь чт... — я затыкаю его поцелуем. Держу его лицо своими ладонями и просто целую. Целую того, кто всегда был у меня в сердце.       Он отвечает на поцелуй. Он тоже хотел этого.       Это прекрасно! Я ни за что не отпущу его больше! Ни за что не причиню боль! — Чонгук… — я отрываюсь от его губ и тихо произногу его имя.       Он перебивает меня. — Юнги-хён, я тебя не отпущу. Будь моим парнем. — не в бровь, а в глаз. Вот так сразу?!       Я не готов к тому, что он так просто примет меня.       Но… мы столького натерпелись, что может стоит попробовать поверить в это счастье? — Да! — я радостно шепчу.       Меня трясёт от переполняющих эмоций.       Мы ещё долго вот так стояли в обнимку. Вернее он стоял, а я всё так же был у него на руках.       Всё будет по-другому.       Будем вместе не смотря ни на что.       Начало НАШЕЙ жизни. Начало нашего совместного будщего.       Мы приняли любовь друг друга.

Мы вместе и навсегда.

…В уголках моей памяти детства дом

В стороне, удобно расположилось коричневое пианино.