Хаято

      Как часто вы задаётесь вопросом о бессмысленности своего существования? Я уже не помню, когда всё это началось. Тогда, когда мир выглядел по-другому? А по-другому, это как? Мне всё ещё снятся сны о моём детстве, или же то мои фантазии? Прекрасное время, когда мама уделяла мне много внимания и мир имел смысл. У меня были мечты и стремления. Времена когда я был счастлив и не мёрз.       Как долго человек может бороться с самим собой? Кто из вас был по ту сторону грани? Я вот хочу за неё переступить. Может там не будет так больно и холодно? Может там услышат мои мольбы? За что мне столько насмешек и боли? Разве я сделал что-то плохое? Почему? Я не понимаю. Я не такой, как надо? Поэтому папа не приходит домой? Я позор, поэтому мама меня игнорирует? В чём моя вина? В мире выживает сильнейший? Или же самый красивый? Умный? Хитрый? Смелый? Я никогда не стану тем самым самым… Я жалок. Я бесполезен. Я никчёмен. Я не заслужил любви.       Я мечтал быть героем. Сильным роботом. Защищать маму и быть гордостью папы. Я… ничтожен. Бесполезен. Я — ненужный. Лишний? Да, я лишний. В этом мире я ничей. Да. Без меня будет лучше. У мамы не будет причин краснеть, а отец не будет смотреть на меня своими холодными глазами. Всего-то нужно дождаться, когда жизнь покинет мой организм. Сердце перестанет биться и перекачивать кровь, нести кислород… Момента, когда мозг перестанет фиксировать боль и дыхание. Когда тело охладеет окончательно, начнёт коченеть. Но я трус. Просто смотрю на своё запястье. Кровь… Алая… Красивая… Горячая… Пульсирующая… Густая… Но я трус, а потому порез не достаточно длинный и глубокий, неправильный… Как и я. Как вся моя жизнь.       Первый раз я сделал порез после ссоры с отцом. У нас был гость. Странный мужчина. Он мне не понравился. И понравился одновременно. Он был… непонятный. В тот день все краски померкли. Вначале на меня напала соседская собачка. Маленькая, меньше меня. Но злая и страшная. Она очень больно меня укусила. В тот момент вместе с болью весь мир окрасился в рыжий. А потом была темнота. И очень холодно. Холод после того дня со мной практически всегда. Тогда, проснувшись, мне было страшно. И очень больно. Мир утратил краски. Мне даже показалось, что нарушилась целостность мира и моё зрение, обоняние и слух. Меня как будто погрузили под воду, где плохая видимость и слышимость. Папа долго на меня кричал. Я не помню что, но мне было больно. Так больно и одиноко. Холодно. Я не знал что делаю, но папина бритва так манила… Тоже холодная и опасная, как папа. Она принесла боль. Боль и тепло.       На смену зрению и слуху, что стали в разы хуже пришло что-то иное. Ранее тихое и не понятное. Это «что-то» было со мной всегда, но сейчас стало неистово ярким. Я назвал это «огонек», мне казалось, оно поблёскивает. Я и раньше понимал: воспитательница, дети, мама, прохожие… Все вокруг врут в той или иной степени. То, что говорить об этом не стоит я понял куда позже.       Вначале меня побили одногрупники в садике: мне не стоило им говорить, что они преувеличивают и врут. Было больно. Как-то так вышло, что друзья от меня отвернулись и стали насмехаться и дразнить. А ещё бить. Тогда я решил — никогда не буду врать. Маме же не нравятся врунишки? Но дети оказались сильны и жестоки. Вначале меня били мягкими игрушками, когда выяснилось, что я умею читать, меня обозвали лгуном и побили отобранной книжкой. А вину за испорченные страницы свалили на меня. Воспитатель был зол и поставил меня в угол. А ещё нажаловался маме. Мама мне не поверила, как бы я не объяснял, что произошло. Она только извинялась перед воспитателем. Дома меня не наказали, но отчитали. Тогда холод стал сильнее, но ненамного. Куда сильнее была боль и обида на маму. Мою любимую и нежную маму, что совсем мне не верила. Что не приняла мою сторону. От этого было больнее чем от ударов книжкой. Синяки и ссадины заживут, а вот разочарование мамой не прошло и по сей день…       Первый шрам на моей коже появился после удара машинкой. Было очень больно. Мне прилетел грузовик в спину, я упал, сбил колени. Воспитатель не обратил внимания, дети же смеялись. Я для них был смешным, как тот мишка, которому они оторвали руки и вырвали глаза. Я так не хотел. Но стоило мне заплакать, как выкрики и смех становились громче и злее. Обиднее… Я не хочу с такими дружить. Только мой «огонёк» предупреждал, скоро будет больно. Но научиться его понимать было сложно. Чем сильнее становился холод, тем тише огонек и больше болела голова. Тогда я окончательно понял, детей по неведомой мне причине забавляют чужие боль и страдания. Машинки летели в меня чаще. А я начал принимать это: дети меня не любят. Я ничтожен. Они сильнее, а потому могут бить.       В младшей школе я надеялся быть незаметным. Я учился: много и хорошо. Мне это нравилось. И даже мама меня хвалила. И стало теплее. Во мне зародилась надежда, мама станет прежней. Снова будет мне верить, а не тем врунам, что меня обижают! Жаль, я тогда не знал: нельзя высовываться. Мне это хорошо объяснили: умный — ботаник, а ботаников бьют во дворе школы, и всем всё равно. В тот вечер мама много вздыхала. Я порвал форму. Я её расстроил, ведь драться это плохо. Но я не дрался. Меня побили. Портфелями. И ногами. В зеркале отразилось практически синее тело и новый шрам на лопатках — угол портфеля был острый. Я плакал закрывшись в ванной. Мама не заметила побоев. Её волновало только то, что я — драчун и необходимо покупать новую форму. Холод вернулся к былой силе. Согреться не помог даже горячий душ, только появились ожоги. Но я усвоил — хорошо учиться плохо.       Дальше лучше не было. Но я выучил правила: разоблачать ложь — нельзя, хорошо учиться —нельзя, выглядеть слишком опрятным — нельзя, улыбаться широко и ярко — нельзя, спорить — нельзя, оправдываться — нельзя. Если нарушить «нельзя» — будет больно, на теле появяться новые уродливые шрамы. Чем старше мы становимся — тем больнее. Вначале были мягкие игрушки, книжки, твёрдые игрушки, школьные портфели, кнопки в сменную обувь, стулья, стол… Но страшнее всего было с ножом у горла. Но если бы не он… Меня тогда всё-таки порезали. И мне стало тепло. И почти не больно! В тот момент я вспомнил: ванная, папина бритва и тепло!       Первый шрам на моем и без того обезображенном теле поставленный мной самим. Первый, что не зажил как тот, такой давний… Маминым станком для бритья, ведь папина бритва пропала! Я даже засомневался, а был ли тот порез? Поэтому этот, кривой стал «первым порезом». Незабываемые ощущения! Руки тогда дрожали, слёзы катились по лицу не прекращая, мешая мне смотреть на мою кисть, тонкое запястье, единственное чистое место на моём теле. Я как заворожённый смотрел на красные выступившие капельки моей крови, что принесли мне тепло. Они смешивались с моими же слезами. Было не сложно потом вытереть раковину. Мне было больно и так хорошо одновременно! Тепло! Я почувствовал его, мир стал небывало ярким!       Тогда я ещё не знал, где купить лезвия, и какие лучше. Пробовал разные приспособления: от маминой бритвы до кухонных ножей. А ещё я понял, что будучи мямлей и сводя всё в шутку получаю меньше тумаков. А насмешки… Они уже не ранят. Людям нравится быть лучше других. Почему они не видят, насколько жалки? На них всех висит клеймо проблем и боли. Почему они делают больно другим? Я не хочу быть таким. И как мои родители — тоже не хочу. Я люблю их. Не могу не любить. Но не понимаю, почему маме так на меня наплевать? Где всё время пропадает отец? Я даже не вспомнил бы его лицо, если бы не фото. Но я должен улыбаться маме, радоваться редким явлениям отца. Я настолько привык выставлять себя неуклюжим, что тело более не слушается, как надо. А сердце приняло за истину — мама и папа меня не принимают, я их разочарование, а они моё. Но я всё равно их люблю.       Новый учебный год в мои тринадцать не должен был принести значительных изменений. Но именно в этом учебном году я увидел невероятного человека. Яркого и красивого. Живого! Таких раньше я не встречал. К нему тянулись все люди. Яркий цветок, маленькое солнышко, что может согреть. Оно так всех бесило, что его решили растоптать. Разрушить. Сломать. Хаяси Айя, моя новая одноклассница. Девочка — одуванчик. В длинных кофтах и с закрытыми чёлкой глазами. Она такая же, как и я. Не умеющая делать больно. Светлая и добрая. Девочка, которой не достоин этот мир. Я уверен, в её глазах — боль всего мира. На руках — несправедливость. Она тоже мёрзнет? Я попытался к ней подойти, мне впервые за долгое время захотелось подружиться. Но… я упал на ровном месте, вновь выставив себя шутом. Я не подошёл к ней.       Она тоже изгой, как и я. Я не смог с ней подружиться. Но мне так хочется её защитить… Вы знали, что даже слабак вроде меня, может защитить понравившегося человека. Я перетянул почти всё внимание на себя. Больше я ни на что не годен. Но пусть хоть так. Хоть мальчишки не будут её трогать, у них есть иная кукла.       А вы знали, что девочки очень любят строить теории и сами вводят себя в заблуждения? В классе было ещё три интересных человека. Курокава Хана, наша староста. Странная и абсолютно нелюбящая людей. Всех. Её не волнует этот мир. Только выбранные ею люди. Сасагава Киоко, девочка идол школы, непонятная пустышка. Красивая? Не знаю, так говорят. Но что-то в ней необычное есть. Я не сводил с неё взгляд достаточно долго. Всего неделя, и школа уверенна: Неудачник Тсуна влюблён в самую красивую девчонку школы… Пусть так, пусть сплетничают. Айе будет меньше внимания и насмешек. Ямамото Такеши, бейсболист, популярный мальчик. У него много поклонниц и вечная улыбка. У него вечно ледяные глаза. И он почему-то часто смотрит на меня. Как будто чего-то ждёт, но никогда не подходит. Он не ввязывается в драки и конфликты. Его не волнуют окружающие, он с улыбкой принимает их внимание и обожание, и с такой же улыбкой проходивший мимо чужих страданий. Такой же безразличный ко всему, как и Курокава, и Сасагава. Но в нём тоже что-то есть. Что-то такое же как и в Сасагаве. И вот вроде бы они отличаются от других… Непонятные. Куракава и Сасагава ни разу не вступились за Айю, несмотря на свою мнимую сострадательность и доброту. Так же как и Ямамото. Один раз он что-то подал ей, после чего ей чуть волосы не повыдирали. Интересно, не урони я тогда себя практически на их толпу, оставили они бы Айю в покое? Ладно я не правильный, а чем провинилась она? Такая светлая… Как одуванчик, подуй ветерок и развеется. Из всего нового класса я запомнил только их. В остальных вообще нет ничего интересного. Такие же пресные, как их знания.       Я привык быть пустым местом, потому часто обращаюсь сам к себе. Сложно жить совсем ни с кем не общаясь. «Огонёк», к сожалению, отвечает только если мне грозит опасность. И первый раз он кричал, бил набатом и уговаривал уматывать. Мама зашла в мою комнату и с нежной, ласковой… «пустой» улыбкой, шептал мне мой «огонёк», произнесла: «Тсу-кун, а я тебе репетитора наняла». И эта её фраза взорвалась тысячью фейерверков. Я готов был рыдать и умолять передумать. Но мой «огонёк» нашёптывал: «не поможет». Я хотел завыть от отчаянья, также как в первый раз, когда пытался доказать ей, что не виновен. «Огонёк» тогда так же тихонько нашёптывал: «ты не дозовёшься, там пусто».       В тот момент, когда на пороге дома появился неправильный ребёнок — переломанная кукла. Как в тех ужастиках, что обсуждают одноклассники. Непропорциональный, неправильный, пугающий. Он внушал ужас одним взглядом. Несоответствие внешности, голоса и взгляда вынуждали попросить мои любимые лезвия и вскрыть вены по-настоящему. Так, чтобы навсегда. Ибо убежать от него можно только на тот свет. Это всё я понял за секунды, пока не заговорил мой «огонёк»: «взрослый, опасный, бежать бесполезно, отступать некуда». Мне осталось только натянуть переломанную, неуверенную и абсолютно не убедительную улыбку для попытки свести всё в шутку и сбежать. Всё было тщетно. Вот то, что преследовало меня с самого детства. Моя неправильность. Некое Пламя… Мафия. Мой приговор. Я — ненавижу боль. Я буду вынужден стать убийцей. Да, в тот самый момент, когда Реборн переступил порог моего дома я понял — мне не сбежать и не спастись.       Месяц моих отбрыкиваний и протестов закончился лишь избиениями и насмешками. Реборн — сплошная загадка. Он — страшен. Он — опасен. Он — невероятен. Он тоже играет роль. Но не как я. Он главный в игре. Для него всё, что происходит, некая насмешка. Я отдаю должное его умению бить. Это больно, но не так, как тогда. Удары детей в сто крат больнее и дольше заживали. Его взгляды — как мои лезвия. Острые, сканирующие, всё подмечающие. Он давит своим присутствием. Я не понимаю его мотивов. Он жаждет доломать меня? Что он ищет во мне? Он же видит, я — ничтожество. Мне не возглавить мафиозную Семью. Но он вдалбливает в меня школьную программу. Я так давно не пытался учиться, прилагал усилия только для снижения повреждений, что разучился учиться. Материал сложен, но интересен. Однако меня сковывает страх: я нарушаю свои табу. То, что дало мне жить более-менее спокойно. Но разве можно противостоять этому существу, запертому в карикатурном теле? Я не в силах идти против него.       И стоило мне привыкнуть к его присутствию, смириться с неизбежностью скорой смерти от его рук, и понять, что мои лезвия постоянно пропадают, погружая меня в холод. В мою жизнь врывается ураган. В тот момент я ещё не знал, насколько оказался прав. В нашу школу перевёлся итальянец — Велено Хаято. Пепельный блондин, для нашего возраста достаточно высок, в стильной одежде, пренебрегая школьными правилами. И кучей браслетов… Интересно, под ними скрываются порезы? Сомневаюсь, да и «огонёк» подтверждает глупость моего предположения, не похож этот парень на того, кто таким занимается. Красив, этой мысли вторит лепет женской половины. И этот Велено тоже пугает. Его взгляд — как у котов в темноте. Никогда не запоминал столь бесполезную информацию, как цвет чужих глаз, но его изумруды… Темные, манящие, опасные. «Он поразит тебя» — шепчет мой «огонёк». Как именно — не понятно. Однако, он внушает трепет. Он опасен — веет в одно мгновение и тут же утихает. У этого Велено поразительный контроль эмоций, что его так взбесило и как он столь стремительно взял себя в руки? И его представление… отдаёт неприкрытой угрозой. Да и этот взгляд, которым он прошёлся по классу… До Реборна не дотягивает, но очень близок. И задержал он его на мне и Ямамото… Они знакомы?       «Огонёк» всё время ругался. И вот вроде бы нет угрозы от Велено, но напрягает — жуть. Толком думать ни о чём не могу из-за этого. А вот когда к Велено осмелились подойти девочки нашего класса, захотелось провалиться сквозь землю. Как он рявкнул-то! И всё равно ответил, но так категорично и холодно… Он точно не был мишенью для битья. Такой растопчет и не заметит. Даже завидно немного. Я погрузился в свой диалог с «огоньком» и почти пропустил замечания Ямамото. Зря он так, этот парень навряд ли умеет принимать замечания. И тут в мои размышления ворвался тихий и неуверенный голос Айи. И пусть «огонёк» твердит, что девочке ничего не грозит, я похолодел. Только бы этот новенький не стал последним, что оборвёт силы одуванчика. Уже начал думать, как спасать Хаяси, как Велено спокойно задает ей уточняющий вопрос. Не смотря на то, что Айю перебил Ямамото, Велено игнорирует парня и спокойно продолжает беседу с девочкой. Интонация меняется с раздражённой на более тёплую. И вот вновь острый как лезвие ножа взгляд прошёлся по нашей старосте и её подруге. И всё же новенький — чертовски пугает.       Из-за мыслей не сразу заметил пришедшего Хибари-сана. Но его появление не удивительно, учитывая такое орущее нарушение дисциплины. Только вот я не уверен, что стоит ставить на Хибари-сана. «Огонёк» шепчет, что Велено сильнее и опытнее. Бой был быстрый, Велено победил не напрягаясь. Откуда новенький знает зама ГДК, знать не желаю. Ками-сама пусть он не связан с Реборном и мафией и пришёл не по мою душу. «Огонёк» рушит мои мечты. В момент моей молитвы Ками, врывается насмешливо-уставший голос Велено: «Юность бывает раз в жизни, и мне не охота носить эту муть», можно ли мне испариться из класса? Не хочу попасть под горячую руку этих монстров! Слава вам, всемилостивые Ками-сама, они ушли из класса. Всю следующую неделю новенький был тих и всё время наблюдал за всеми. Препарировал нас взглядом, разбирал по косточкам. И что-то анализировал. Этим что-то он был весьма недоволен. И «огонёк» неуверенно предупреждает о неприятностях. Пусть этот итальянец свалит в свою Италию и заберёт Реборна с собой!       Первый выходной после появления нового подозрительного и опасного действующего лица начался с побудке в стиле «Реборн», или как он это называет в стиле «Вонгола». Мне было больно, я свалился с кровати, а этот садист надо мной насмехается. Я давно не испытывал злости, но, похоже, Реборн сможет во мне её разбудить! Из-за сводящей конечности боли, я вваливаюсь в кухню. А там беседует с моей мамой ВЕЛЕНО! Какого Ками он сюда приперся? Спокойный в спортивной одежде попивает чаёк на МОЕЙ кухне! И Ками-всевидящий, он знаком с Реборном, верните мне лезвия. Лепет мамы можно и не слушать, для неё все «так невероятно» и «ой, представляешь» и всё в таком духе. И люди только хорошие вокруг!       Приняв его предложение поговорить, заваливаю вопросами. Собран, как никогда. Весь мой мир сейчас свернулся до парня передо мной. Опасен. И врет! Не ради Реборна он здесь! А про не запланированность прихода — правда. И тут от Велено повеяло угрозой, он навис надо мной. Страшно. Как же страшно. Что я имел в виду про схожесть его и Реборна? Вы оба ОПАСНЫ! К моему счастью, Реборн вмешивается в наш диа… допрос меня. В комнате поднимается температура, и мне становиться тепло. Реборн не шутит и направляет дуло пистолета прямо на Велено. И тут… Я такого ещё не видел. Велено вспыхнул. Вокруг него взметнулось красное пламя! На мой вопрос, что это парень резко успокаивается и смотрит несколько… обречённо?       Велено более подробно представляет Реборн, и… он тоже лжёт. Зачем им необходимо убедить меня в том, что Велено здесь ради Реборна? Да и весь Велено странный. Ему… неприятно лгать? Не нравится? Что за привкус от его лжи? Не понимаю. Я с таким не сталкивался. И тут он мне вновь угрожает? Я и так понял, что из этого дерьма, в которое меня скинули, выберусь только в другой мир! Меня сковывает страх всё сильнее, холод усиливается. Если с этим парнем мне придётся часто общаться, он меня просто убьёт. Разве сможет тот, кто с рождения убивает принять моё не желание «пачкать руки?». Понять, какого из никому не нужной игрушки оказаться в водовороте событий? Нет… И опять что-то странное. Взгляд, он всё время меняется. И откуда у этого парня может быть понимание, через что я прохожу! Мы не поладим. — Давай сразимся? Если ты победишь, я поделюсь с тобой информацией, — заманчиво, у меня нет ничего, что я мог бы предложить взамен столь необходимого мне ресурса. Спрашиваю, какая выгода ему, всё же за просто так никто не предлагает столь лакомый кусочек. — Ты расскажешь, почему сломался, но цепляешься за жизнь, в отличии от Хаяси, которая в таком же положении, что и ты? — в душе поднимается гнев. Он застилает разум и заглушает «огонёк». Гнев — враг, но сейчас, когда насмехаются над этой темой, над одуванчиком… Пытаюсь натянуть привычную маску и съехать с темы, но нет, этот ублюдок умудрился накопать кучу всего. Мои привычки и повадки им не просто замечены, а сопоставлены! Так он ещё и над Аей насмехается, высмеивает боль столь светлого человека! А по началу показался мне адекватным! Так ещё и радуется, гад! Во мне бушует не злость, не гнев, а НЕНАВИСТЬ. Когда этот упырь заткнулся, Реборн что-то начал про ошибочность его суждений, да только я видел взгляды репетитора. Он всё знает и скрывать бесполезно, но я всё равно скрываю. Они обсуждают МОИ шрамы при МНЕ как будто меня здесь нет! Все шрамы на моем теле только мои, моя история, моя тайна. Моё самое сокровенное! НЕНАВИЖУ. Мне становится теплее. Эмоций такой силы я не испытывал с того дня, как меня поглотил холод.       Однако отпустило меня резко. Все эмоции притупились. Осталось легкое раздражение после замечания Реборна. Только усталость. У нас даже получается перекинуться парой фраз. И направляемся на поляну, выбранную Реборном для спарринга. Меня там и прикопают? Но по дороге меня ожидает сюрприз-откровение от Велено. И он не лжёт. Искренен и немного напуган… Даже такие, как он, могут бояться? Или это что-то другое? Но раз даже этот парень всего лишь «пешка», то что говорить обо мне? Как МЫ должны стать игроками? О чём он? У тебя, Велено, это, может, и выйдет, но я… На что способен тот, кто не желает жить? Разве в моём существовании осталось что-то, кроме тщетных попыток согреться и испытать как можно меньше боли от других?       Добравшись до назначенного места, Реборн ещё раз представил Велено, оказывается, этот парень подрывник. Это… ему подходит. Очень. Больше подошёл бы, пожалуй, только яд. Вообще законно быть столь красивым?! Моё избиение проходило никак. Приблизиться к противнику мне не удавалось. Он дальник и очень аккуратный. Как он умудряется не угробить меня, с таким-то оружием? Он невероятен! И всё шло к моему поражению, как бы усиленно я ни пытался. Но что-то изменилось. Всё заволокло ярчайшим оранжевым светом. Успеваю только уловить ошарашенный и какой-то злой взгляд Велено-куна, и моё сознание затапливает жар. Нестерпимый и разрывающий. Кажется, я орал. Не помню. В себя я пришёл сидя в одних трусах на Велено-куне. Это полный… Как так-то? Контакт кожа к коже чертовски смущает, так ещё и все шрамы на виду. Так к этому Велено-кун кидает комментарий про мои трусы! Какой мрак! Подлетаю, как будто те самые огоньки в его глазах меня ужалили!       А дальнейшие разглагольствования Реборна проходят немного мимо меня. Понял только, что Велено-кун теперь мой «подчинённый»… В этом была суть с самого начала?! Даже так, всё меркло на фоне того ужасного перепада температур в моём теле. Мне, кажется, что тело разрывает на части и собирает обратно. Всё пылает и холодеет. Больно. Хочется разрыдаться, мне необходим порез, хотя бы один. Лучше три…       К счастью и облегчению, Реборн куда-то отлучился, и я смог насладиться приятным теплом. Ограничиться тремя не получилось. Первый порез был столь долгожданен, что я его смаковал. Долго и медленно. Второй прошёл быстрее, и утихомирил большую часть боли. Но дальше я не мог себя контролировать, рука сама собой ходила туда-обратно, подарив мне около десяти новых полос. Меня затопила эйфория. Так хорошо и спокойно мне давно не было. До самого вечера меня никто не трогал, и это было блаженством. Но «спокойные» выходные закончились более садистской побудкой от Реборна. «Огонёк» нашёптывал, что это его наказание за мои порезы. А ещё в мой адрес сыпались угрозы. Вывалился из дома я поздновато… — Йой, Савада. Жив? — этот оклик стал неожиданностью, сердце опустилось в тапки и пустилось галопом. Разве можно так пугать? И что это за странное выражение на лице Велено-куна? Он что, наслаждается моим перепуганным видом? Ещё один садист?! И что у него за привычка нарушать личное пространство? Мне неловко, меня это напрягает и я плохо соображаю, что он там говорит. Мало того, что ставит в неловкое положение, так ещё и насмехается. Какой я ему босс? Только если картонный… Он будет втаптывать меня в Ад таким образом? Указывая на моё несоответствие навешанным ярлыкам? Я так не хочу… Не позволяет мне разрыдаться окрик Реборна, что останавливает Велено-куна, и напомнил: до начала уроков не так много времени! Нужно спешить! К моему удивлению Велено-кун бежал со мной рядом. Не перегоняя, не подначивая и не насмехаясь. Просто рядом… Слава Ками, мы не опоздали. Хорошее настроение развеивает просьба Кусокабе к Велено-куну зайти к ГДК. О нет! Велено же без формы! Опять! Неужели они снова подерутся? Велено-кун силён… Но он же подрывник! Они разнесут всю школу! Но мои попытки объяснить что либо провалились. Велено-кун меня вновь начал дразнить, и вновь нарушил личное пространство! Но его шёпот разлился столь долгожданным теплом… Я сбежал в класс. Да, бегство это трусость, но так и я ни когда не отрицал, что я — трус.       При входе в класс, я упал. Ничего удивительного, но больно. Класс разразился хохотом. Только Айя поджала губы, и сжала кулаки. Она ненавидит такие ситуации. Но начало урока стало ещё хуже. Учитель проверил тесты. Моя очередь наступила непозволительно быстро, Велено-кун уже вылетел из моей головы. Куда там его подколкам и насмешкам до учителя и толпы. На меня посыпались тысяча и одна причина, почему я не должен существовать в этом мире. И когда казалось: хуже уже некуда… Дверь практически слетела с креплений. Велено. Злой. Нет, в ярости. Вокруг него мелькают те самые язычки пламени. Смотреть на него страшно. Хочу спрятать глаза, хочу стать как можно меньше. Увидеть в его изумрудах неприязнь ко мне нет желания… Почему? Страшно! Но он пылает и взгляд отвести нереально! Складывается ощущение, что весь мир сосредоточен на нем. — Интересно, это так должны проходить уроки? Что такого весёлого произошло-то? Хули вы все ржете, как ослы? — голос вибрирует от его ярости. Учитель пытается указать ему на его место, но всё бесполезно. Я наблюдал за ним не спуская глаз, давление было колоссальным, но почему-то его пламя меня… грело? Мне стало тепло и спокойно… Но тут Велено-кун становиться ещё более жутким, его губы изгибаются в неестественной улыбке и он схватил преподавателя за ворот, ручка утыкается в шею… Он его убьёт! «Огонёк» кричит останови. Но мне страшно… Еле удается разжать губы и вытолкнуть из себя просьбу остановиться. Мозг орёт, что не стоит привлекать внимание убийцы к себе… Но «огонёк» говорит, что так нужно.       Безумный взгляд Велено-куна направлен на меня. Я вижу, как ему физически сложно обуздать себя, он разжимает пальцы. Выровнявшись, как-то резко берёт свою силу под контроль и сбрасывает огоньки через ручку, которой проткнул стол на сквозь, как палку в песок вставил… Страшно… Но как же это завораживает. Я стал мазохистом? Его фразу, про моё желание, воспринимать сложно. Разве может этот человек прислушаться к такому, как я? Но «огонёк» утверждает — да. Остановил его я. Моя просьба. И это понимание, что ко мне готовы прислушаться… Впервые. Завораживает и подкупает. Хочется поблагодарить его, но страшно. Весь день я пытался разобраться в себе. Почему и откуда что взялось?       Из ступора выводит голос Айи, что интересуется у Велено-куна его состоянием, предупреждает о неприятностях. Кстати, а ведь утром настроение было хорошее, что такого произошло у Хибари-сана, что привело Велено-куна в такое состояние? Ну не могут же насмешки над другим стать причиной? Сегодня я как-то часто выпадаю из реальности. Неужели Велено-кун заметил насколько Айя замечательная? Из всего класса, если исключить меня, именно общается он только с ней. Окончание его монолога попытки успокоить Айю заставляет меня рассмеяться. И я уже в открытую смотрю на них. Курокава как староста следит за Велено-куном, она терпеть не может проблемы и лишнюю головную боль. Жаль, но хорошего настроения Велено хватает ненадолго. Выражение лица становится непроницаемым, и взгляд в даль. Это хорошо видно в отражении оконного стекла. День тянется невыносимо долго. Но когда учёба закончилась, пришли новые неприятности. Нас пригласили к директору… Я разнервничался настолько, что всё валилось из рук. Не приди мне на помощь Велено-кун, собирался бы не меньше часа. В голове было пусто, только «огонёк» предупреждал об опасности.       Как мы оказались в кабинете директора, я не запомнил. Зато хорошо почувствовал пламя Велено-куна. Оно теплое. Греет и защищает? Странно, но сейчас чувствую себя в безопасности. И я, что мне совершенно не свойственно, решил довериться этому парню. Моему ровеснику. Он говорил спокойно, даже без заметного раздражения в голосе, но с таким осязаемым наездом, что я аж заслушался. Не знаю, до чего бы договорился Велено, но пришедший Кусокабе просто выставил нас за дверь. И вот тогда-то мной овладела истинная паника. Вылетать из школы в мои планы не входило! И вновь проявилась не свойственная мне реакция: паника и гнев. В реальность из самобичевания и проклятий в адрес самоуверенного итальянца, этот же итальянец и вырвал меня из предобморочного состояния. Его попытка успокоить ничем хорошим закончиться не могла априори. И пусть я понимаю, что его вины особо-то и нет. Но сдержать крик было выше моих сил. Я не помню, что именно кричал. Успокоился только от не понятного взгляда Велено.       Чего я не ожидал, так оправданий от него. И ни как на пояснения начало его монолога похоже не было. И всё же… Пускай дальше и пошёл выговор меня, по телу вновь прошлась тёплая волна. Я и так понимаю, что ты убийца, Велено-кун. Мог бы и не говорить этого. Ты абсолютно не понятный человек. Почему, исключая наш первый диалог, ты совершенно не врёшь? А лезвие? Я давно уже больше мёртв, чем жив, разве у такого как я есть возможность выжить? Да и как я должен нести ответственность за кого-то? Ничтожество несёт ответственность за сильного и самодостаточного человека? Даже на шутку не похоже. Меня схватили за локоть, и поволокли куда-то. Но так как Велено был аккуратен, и «огонёк» не подал сигнала опасности, я продолжил вариться в своих мыслях. Меня отконвоировали к дому и известили: завтра меня снова встретят. И не лень же ему…       Реборн просто посадил меня за домашку, пригрозив пытками в случае увиливания или неправильного выполнения. Сам же испарился. А я начал вспоминать, какого это учиться. Сегодня даже выучил несколько новых фраз на итальянском. Вот странно, Велено — итальянец. Так почему у него настолько хороший японский? У Реборна куда лучше, но всё равно…       Я хотел было пойти в ванную... Но передумал. Сегодня мне было не так холодно, как обычно. Если Велено дарит тепло, я согласен терпеть его присутствие. Приняв решение, я начал присматриваться к Велено и он… Подросток, как и я. Очень эмоциональный, но свои эмоции держит в узде. Реборна недолюбливает, но и восхищается им. Его силой. И боится его… Восхищение, пожалуй, преобладает. И он неплохо объясняет материал. А ещё, оказалось, он любит мангу. Единственное, он избегает исекаев. Но с удовольствием читает сёдзе и сёнен. И обожает кофе.       Я уже привык к мысли: Реборн — сплошная неожиданность и проблема. Но к тому, что меня подтолкнут успокаивать Ямамото… Этого любимчика публики? Пф. Я себя успокоить не могу, а тут человека, о проблемах которого ничего не знаю. Сказал самую банальную вещь в мире, которой сам-то не особо следую. Но кто мог знать, что из-за этого он окажется на крыше? Кто вообще так делает? Решил прыгать — прыгай ночью! Тогда никто не помешает! Или с какой-нибудь заброшки, а не школы. Почему Реборн вытолкнул меня его успокаивать — я не понимаю! Я сам депрессивное говно! Как я должен спасать другого? Но направленный пистолет уверяет — я смогу. «Огонёк» орёт благим матом. Я несу несусветную чушь, а потом просто хватаю Ямамото. Не умею я убеждать. И летим мы вместе. И да… Полёт… Свобода. Никаких обязательств перед миром. Ещё чуть-чуть — и меня не будет. Не будет боли и холода… Я не осознаю, насколько мимолётно было мгновение эйфории, чувствую крепкие руки Велено. Оборачиваюсь и вижу его горящие гневом глаза, и как перила, за которые он держался ногами, валяться вместе с нами вниз. Я не желал смерти ему. Он слишком живой, яркий, теплый… Но темнота не наступает. Мы упали на растянутое одеяло. Не успеваю прийти в себя и спросить, как Хаято. Он подрывается и обливает меня матом. Или не меня, а Ямамото? Эмоции и пламя хлещут из Хаято фонтаном. Он даже приложил нас кулаками по пустым, с его слов, черепушкам. И в этот момент мне впервые стало стыдно за моё нежелание жить. Хаято — первый человек, что попытался спасти меня, не взирая на риски. «Огонёк» шепчет, что Хаято переживает. Ушёл парень съедаемый своими демонами.       Весь день я думал об этой ситуации, и совершенно не впопад отвечал восторженному Ямамото. Еле высидев уроки, направился в кабинет ГДК. Видел — туда пошёл Хаято. Ямамото увязался за мной. Мою благодарность Хаято принял вяло. И снова была лекция про мою ответственность за других. И тут меня осенило, а что будет с Хаято, если я умру? Он же сказал, что должен меня защищать? Я не хочу его смерти. А потому искренне пообещал пересмотреть взгляды на свою жизнь. Тем более реальных попыток суицида у меня не было. А порезы… Они же не смертельны.       Ямамото. Ещё одна загадка. Вначале я подумал, что он знаком с Хаято. Я ошибся, они не знакомы, это видно по их взаимоотношению. По крайней мере личная встреча произошла в классе. Однако остаётся вопрос: почему они уделяли друг другу столько внимания? Ещё могу предположить, что у Хаято была информация о всех моих одноклассниках… «Огонёк» не согласен с этим доводом, только вот как он может знать Ямамото не будучи с ним знакомым и не получая информацию от организаторов этого фарса? Но именно на этом настаивает «огонёк». Сам же Ямамото — мальчик-улыбка. Он нравится всем, рядом с ним всегда улыбки и смех. Исключением стал Хаято. Даже суровая и скупая на эмоции Курокава улыбалась Ямамото, Хаято же как будто отталкивает от парня. Он бесится и в постоянном раздражении рядом с Ямамото. Я не понимаю, как он это делает, у меня не получается злиться на Ямамото, не из-за нашего полёта вниз, ни даже вспоминая его игнор буквально неделю назад, когда надо мной издевались.        Ямамото — генератор позитива, рядом с ним не возможно грустить. Он невероятно жизнерадостный… и ледяной. Когда я провожу много времени с ним, чувствую что-то странное, кроме слегка усиливающегося холода. Не следи я за своими ощущениями так тщательно, не заметил бы. Так как «хранителей», как назвал их Реборн, у меня пока два, я не могу их не сравнивать: от Хаято веет теплом, он искренний и эмоциональный, он греет. Ямамото же противоположен ему — рядом с ним мёрзнешь, он открытый и безэмоциональный. Я не чувствую его искренности, но и фальшь уловить не могу. Самое подходящее сравнение — лёд. Реборн назвал первого ураганом, а второго — дождём. В таком случае ощущения связаны с видами их пламени? Не понимаю, у меня мало информации. Пока что они оба меня напрягают. Но с Хаято я плюс-минус разобрался, он точно не несёт угрозы МНЕ, а вот с Ямамото несколько сложнее. Раз «огонёк» не может сказать четкое «да» или «нет», то я в замешательстве и остаётся только наблюдать.       Однако все странности меркнут с редкими, но ужасающими вспышками Хаято. Если в первые дни я скидывал это на «показалось», и то, что парень ещё не отошёл от полёта… Не получается. «Огонёк» просто кричит, останови его, пока он не убил Ямамото. Если бы не эти нервные замечания «огонька», я бы и не замечал вспышек у Хаято. Он спокоен, практически вежлив. Но глаза. Они аж вспыхивали временами. Но осязаемого пламени не было ни разу за всё это время. И я не знаю, что хуже. Надеюсь, это не скажется на здоровье Хаято. У него увеличилось количество синяков. Если бы не подсказки куда смотреть, я б ничего не увидел. Да и пропускал он на этой неделе в разы больше уроков… Проще перечислить, на каких он присутствовал. Даже Айя не сильно успокаивала парня, наоборот, он как будто пытался изолировать её от Ямамото. Более чем уверен, Хаято делал это не осознанно. Как бы помочь ему успокоиться?       Все мои мысли вышиб приход Киоко. Как её ко мне занесло? Да в принципе пофиг, изобразить влюблённого идиота не сложно. И всё закончилось бы хорошо… Но Реборн решил, что необходимо добавить «стиля Вонгола». Я уже ненавижу эту организацию! И ладно мама ляпнула глупость, я уже смирился, что она у меня странная, наивная, как главная героиня в любимых ею сериалах. Но пуля Реборна… Мне показалось, что я седею! Увидев действие чудо-пули со стороны, желание ощущать её на себе пробило дно Марианской впадины. К тому же я совершенно не знал, что делать, и даже не осознал, как оказался у Хаято дома. Учитывая постоянные игнорирования со стороны Реборна, я похожего ожидал от Хаято. Но парень подтвердил свои слова о том, что будет помогать мне. Усадил за стол. Налил чай. Ромашковый. Не ожидал, что у него есть что-то помимо кофе… Хаято расспросил меня о произошедшем: не перебивал, не комментировал, не подшучивал. Правда он задал вопрос про мои чувства к Киоко… Мне было не приятно врать, но и сказать правду… Пока не могу, слишком личное. Так что пусть буду парнем простофилей, что не осознаёт какое производят впечатление его взгляды на девочку… Да и меня действительно восхищает то, как легко она шагает по жизни. Неимоверная легкомысленность… Похожей чем-то на Айю девушке не приходилось столкнуться и с десятой долей проблем Айи. Но сейчас это не важно, главное — Хаято уверен, у Реборна всё под контролем, и Сасагава ничего не вспомнит… Очень на это надеюсь.       Но в голове застряла абсолютно другая мысль, почему Хаято выглядит таким уставшим? Может стоит спросить? А если это будет неприятно Хаято? Но мои мысли прервал Реборн, и спихнул свои обязанности на Хаято. Однако для меня это спасение. Что-что а объяснять у Хаято выходит не в пример лучше, и он не выказывает своего раздражения на мои вопросы. А на одну из прошлых попыток извиниться, проворчал что-то про тупых учителей, и добавил: «глупых вопросов не существует». От этого воспоминания улыбка сама собой выползла. Интересно, почему именно сейчас в моей жизни появился такой нестандартный человек? Столь терпимый ко мне? И почему меня не пугает его манера речи? Хаято практически ни с кем не общается, но создаётся ощущение — поладить он сможет с любым. И то, что он старается принять меня, очень льстит. Внимание удивительного человека всегда мотивирует развиваться? Сейчас мне так тепло и спокойно. И учиться интересно, как когда-то давно, до всех выработанных «не».       Очередной тревожный звоночек прозвенел в день, когда Реборн пропал. Не могу сказать, что прям расстроился, но отсутствие побудки с взрывами, или перевёрнутой ледяной водой удивили… Как-то так вышло, что они стали рутиной. И это как раз после того, как Хаято был избит «кем-то». Я не видел в городе самоубийц, с которыми Хаято не справился бы. С Хибари-саном они постоянно тренируются, а Хаято выглядел как я… После тренировок с Реборном — потрёпанной тряпочкой. Но отчего-то такой умиротворённый… Свои вопросы оставил при себе. Я всё так и не решился что-либо существенное спрашивать. Не уверен, что хочу знать.       Реборн явился среди ночи. Ужасно злой, настолько, что проигнорировал меня и лёг спать. Даже не стукнул… Что ж такого произошло? Ответ принёс следующий день. Побудка, пробежка… И опять уроки! Пока в окно не влез ребёнок и не начал орать. Реборн просто выкинул его в тоже окно. Как? Что опять твориться? Всё же только стало входить в норму?! Ребёнок как Реборн?! Я не переживу ещё одно такое чудовище!! В следующую попытку вторжения ребёнок опять вылетел с криком, и вдогонку полетела его игрушка. Раздавшийся следом взрыв меня напряг, но спокойное Реборна: «Не отвлекайся, глупый Тсуна» и удар молотка заставил сосредоточиться на изучаемом.       Но моё спокойствие и сосредоточенность прервал рёв всё того же ребёнка. Для разнообразия непонятное и измазанное нечто, ввалилось в комнату через дверь. «Огонёк» звенел, что всё очень не очень. И только пробивающееся сквозь всхлипы «Хаято» и недавний взрыв разлились паникой и беспокойством по телу. Только не Хаято. Я помчался за ребёнком, руки слегка трусились, а «огонёк» призывал бежать быстрее. Когда ощущение вечного холода сменилось неистовым жаром, я не знаю. Но окровавленный Хаято заставил сердце забиться ещё быстрее. Мне хотелось упасть рядом и разрыдаться. Я только нашёл человека, что готов предложить мне дружбу. Ту самую, которой у меня никогда не было. Но всё это было одновременно и захлёстывающим меня с головой, и каким-то далёким. Подняв Хаято на руки, в рекордное для себя время принёс его в комнату. Руки действовали сами собой. Я промывал и обрабатывал полученные Хаято ссадины. К моему удивлению ран было не так много. Откуда только взялось столько крови и почему от взрыва так мало увечий, я понять не мог. Только вот это всё не важно. Важно то, что я со странным ребёнком смог вовремя оказать помощь Хаято. Стоило осознать — уже всё, и меня подкосило. Тело стало неистово тяжёлым и холод завладел мною полностью. Я не заметил, когда полностью отключился, понял только: холод постепенно отходит к обычному состоянию.       Разбудил меня Хаято, что ругался с Реборном. Удивительно, но в какой-то момент сила Реборна перестала давить. Стало даже жарковато. От этого захотелось спрятаться за столь надёжным Хаято. То, как отчитывают Реборна интересно послушать, но куда любопытнее — кто этот ребёнок. Как я должен буду поладить и принять хранителем столь маленького мальчика, меня конечно волновало. Но успокаивающие перебирания моих волос занимает меня куда больше. Как же я оказывается истосковался по тактильной теплоте. В результате знакомство с Ламбо-куном прошло более спокойно. Да и Хаято не был зол. А после всего произошедшего я ждал его гнева. Оказывается я плакал. Узнал об этом, когда увидел себя в зеркале, куда меня и Ламбо-куна отправил Хаято. Сам же парень сказал, что уже в «полном порядке». «Огонёк» подсказывает: парень приукрашивает своё состояние, но спорить бесполезно. Тем более отделались малой кровью. Зато это был первый раз с приезда Реборна, когда у меня не отбирали еду. И именно это окончательно подняло настроение и помогло смириться — отныне я нянька для сопливого ребёнка.       Всю идиллию разрушил я сам. Задав неподходящий вопрос. Столь откровенную и неприглядную правду я не был готов услышать. Хаято — убийца, и я это знал. Знал с самой первой встречи. Но… Слышать это от него неприятно. Однако пугает меня не это. Не та простота с которой Хаято рассуждает о чужой жизни и смерти. Нет. Меня пугает моя готовность идти рядом с этим человеком. То, что я уже принял его. Не привыкаю, не готов смириться. Нет. Я принял Хаято в свою жизнь. Мне не всё равно чем он занимается. Не всё равно на его состояние. Ведь не могут убийства проходить не причиняя вреда. А спокойствие Ламбо-куна добивает меня окончательно. Вот таков мир, в который меня втравил Реборн? Всё это как-то слишком для одного меня. Хотя предложить присмотреть за Ламбо-куном в отсутствие Хаято показалось мне обоснованным. А вот идти к Хибари я не готов, но кто мне даст сбежать и спокойно обдумать всё? Точно не Реборн. — Подчинённые лицо босса, но и смотря на босса, люди делают выводы о его подчинённых. Только гордая спина, только высоко поднятая голова, только уверенность. Ждём на улице — чужое пламя даёт тепло. Холод держится долго, а тепло быстро испаряется. И раз уж для Хаято мой внешний вид так важен, я приложу все усилия. Не знал, но приятно, когда замечания делают вот так, пытаясь помочь, желая добра и выражая поддержку. Идти в тишине сил не было. От одной мысли, что я сам иду к ГДК, сердце готово остановиться. Потому расспрашиваю Хаято о недавно прочитанной манге, рассказываю какая классная игра вышла. А у меня все ещё мысли о том, как же Хаято может быть таким добрым, являясь киллером, и почему люди, что никогда не убивали, столь жестоки к таким же обычным людям. Когда в поклоне склонилась голова члена ДК, захотелось завизжать, как в не такие уж и старые времена. Вот как Хаято умудряется завоёвывать уважение окружающих? Правда многие ребята в классе и школе говорят про него гадости… Обдумывая очередной парадокс добрел до кабинета Хибари-сана. И только сейчас меня поразило осознанием — Хибари-сан ненавидит меня, потому что он такой же, как Хаято… Дабы не привлекать больше внимания, стараюсь сохранять спокойствие и сажусь рядом с Хаято. Пусть говорят, мне необходимо время на осознание глобальности пиздеца в который я попал.       В такой задумчивости я провел всё время, что отсутствовал Хаято. Ламбо оказался странным ребёнком. Я завидую ему. Хочу так же спокойно заявлять всем о своих желаниях и не бояться окружающих. Я много чему завидую… Только вот «огонёк» всё время нашёптывает: глянь, сколько у него шрамов. Глянь, как проницательно и не «по-детски» смотрит этот ребёнок на твои шрамы. У него такие же. Еле заметные. Ты же сам помогал ему мыться. Он тоже зависим от Хаято. Смотри, Ламбо боится взрослых. Ламбо пугают крики, поэтому он старается быть шумным. Смотри, он же сливается с толпой, как и ты. Его не любили в семье. Он так цеплялся к Хаято, потому что никого другого у него нет. И к тебе цепляется, ведь ты несёшь за него ответственность. Если ты попытаешься его вернуть, он уже не жилец. Именно об этом тебе твердит Реборн. Именно поэтому Хаято-сан так легко принимает ребёнка. Ламбо Бавино куда старше, чем кажется. Куда более одинок. Ламбо — как ты. И он не сильнее, просто ему не дали дойти до той грани, к которой приблизился я.       Если бы не мой «огонёк» я бы многого не заметил. Все эти переживания и обдумывания занимают меня настолько, что тренировка Реборна с Ямамото проходит мимо меня, все эти летящие мячи сейчас не важны. Важно то, что Ламбо я не смогу бросить. А ещё надо как-то поладить с Хибари-саном. Но самое главное. Ламбо — второй человек в моей жизни от которого становиться тепло. Что произошло, я не знаю, но тепло от Ламбо не проходит так быстро, как от Хаято. Маленький зелёный огонёк-молния в какой-то момент поселился в вечном льду. А ещё что-то изменилось в Хибари-сане. И рядом с зелёным язычком появился фиолетовый. Слабый, не греющий. И всё же…       Ямамото стало в разы больше. Всего неделя превратилась в целую неделю с кучей событий. Основными из которых являются сломанные представления о жизни. Наблюдая за взаимоотношением Ламбо и Ямамото я задался вопросом, как так вышло, что улыбчивый и яркий Ямамото не нравится Ламбо? С Хибари-саном Ламбо спокойно беседует, с ребятами из ДК шутит и смеётся, мне объясняет домашку, как бы стыдно не было это признавать. А на Ямамото сердится, шипит и обзывается. Размышления прервала странная но эффектная девушка, что кинула мне газировку. Поразило меня не то, что газировка была химикатом, меня зацепило то, что незнакомка показалась знакомой. А «огонёк» предупредил, что в нашей жизни она не последний раз появляется. И да, именно эта девушка встретила нас на пороге квартиры Хаято. Она просто раскатала Хибари-сана как детсадовца, или же как Реборн меня. Но круче всего было узнать, что это сестра Хаято. И вот это теперь называется не ладят? Я позавидовал им обоим в тот момент, когда они обнимались. Столько всего сразу исходило от них. И даже то, как стремительны и смертоносны были выпады Хаято померкло на фоне его нежности и любви направленных на Бьянки-сан. Я тоже так хочу… Но ревновал не только я, зависть исходила и от Хибари-сана, пусть и весьма слабая, и от Ламбо-куна. Но ведь это можно же расценить как намек: и у вас так будет, только приложите усилия?       Возвращение Хаято вернуло некую стабильность. Если бы он ещё не спихнул меня своей сестре. Зато я узнал основные виды пламени и то, как они влияют на владельца. Стало жутко любопытно, какой же «сдвиг» у Хаято. Бьянки-сан невероятно объясняет. Стоит признать, круче и понятнее чем Хаято. И всё же они настолько похожи, насколько и нет. Во внешности схожесть только в их горящих глазах-изумрудах. И всё. Цвет волос, черты лица… Ни одной схожей чёрточки, будто и не связанны кровью… «Огонёк» говорит, что это не то, о чём можно спросить, и я молчу. Но подмечаю все общие жесты и мимику. Это поразительно. Пока Хаято опять куда-то пропал, Бьянки-сан впихнула в меня столько знаний этикета, что самому не вериться. И всё исключительно на итальянском. Откуда у неё знания японского, как и у Хаято тоже вопрос. Но стоит признать, у Бьянки весьма ощутим акцент. Но изучала она его не месяц… На фоне выданной Бьянки информации, странность реакции на Ламбо померкла и забылась. А на некую базуку десятилетия я просто забил. Нервы мне ещё дороги. Главное, Хаято всё разрулил! А я привыкаю к этому пиздецу! А ещё я готов влюбиться в Бьянки-сан за то, как мастерски она издевается над Реборном… НЕ получая за это тумаки! Преклоняю колено пред этой леди.       Девушки — страшные! Миура Хару — эта девушка вводит меня в панику одним своим возгласом! Зачем она вообще появилась в моей жизни?! А от того, что она не издевается только хуже! Бьянки-сан и Реборн насмехаются надо мной и подстраивают неловкие ситуации! Я так не боялся даже Хибари-сана! От отчаяния, накрывающего меня с головой от одного имени девушки, увидев Хаято я кинулся к нему с просьбой избавить меня от этого напастья! Нужно признаться себе честно, я не ожидал ничего. Это был жест отчаянья! Потому новость о выходке Хаято меня обрадовала. Пока опустим частое нарушение моего личного пространства Хаято. Не могу сказать, что мне это нравится. Но и Хаято не переходит определённую черту. Но всё же эта его привычка приближаться слишком близко, прикасаться, и шептать… Могу ли я попросить его так не делать?       Раньше я как-то не замечал, насколько странными могут быть девушки. Хару-тян задаёт невыносимо смущающие вопросы, лезет без мыла во все щели, и постоянно шепчется с Бьянки… И как только не видит, что речь Бьянки-сан пропитана иронией? Вот кто точно не верит в заинтересованность мной Хаято. И Ламбо тоже. А вот Реборн несчитаем! Его предостережения, это нечто! Остановите землю, мне нужен перерыв!!! Я ещё не думал о каких-либо отношениях, а меня предостерегают об необходимости завести наследника! Но всё это в разы лучше, чем навязчивость и не уважение личного пространство в исполнении Хару. И вот вроде бы хорошая девушка, но её эмоций слишком много. С Хаято всё как-то более спокойно и мирно. Кажется, у меня появился человек, что не раздражает своей беспардонностью. Она у него какая-то вежливая, что ли? Но только «огонёк» знает о моей искренней признательности Хаято, что и с домашкой помогает, и с тренировками Реборна, и с тем, как общаться с людьми. Я и раньше знал, что это чертовски сложно, но когда за твоим плечом стоит человек, готовый за тебя, в прямом смысле слова, убить, вселяет уверенность. Возможно, только возможно! всё это не так уж и плохо. Рядом с ним я забываю о желании почувствовать как вытекает моя кровь. Тяга увидеть кровавую росу на запястьях практически преодолима. И я благодарен, что Хаято после первого разговора, более ни разу не лез в душу, но всегда рядом. Временами его взгляд орет: «я рядом, я выслушаю, я поддержу, я не буду осуждать». И в нём это самое ценное для меня на данный момент. То, что отличает его от других.       То, как он вытягивает меня из ловушек Реборна, отдельная игра на выживание. Очень надеюсь, что ему не влетело за ту нашу пробежку с использованием его пламени. Выстрелы Реборна я не хочу более испытывать на себе, а вот пламя Хаято весь день согревало. И помогло не проиграть Сасагаве! Я уже понял, что он ещё один хранитель. Интересно, а Хаято переживёт появление ещё одного гиперактивного спортсмена? Очень надеюсь, что да.       Что ж, если Хаято пережил такого учителя, как тот весьма извращенный и странный мужчина, то пожалуй, я готов признать — Реборн не высшее из зол! А я смогу когда-нибудь подобно Хаято подорвать Реборна? Шамал летел красиво… Правда причём здесь недовольство Хаято и хамство Шамала к любви… Но спрашивать у Бьянки-сан — себе дороже.       Как-то так быстро и шумно пришла осень. И она принесла с собой спортивный фестиваль, на котором меня поставили капитаном. ДА СГОРИ В СВОЁМ ПЛАМЕНИ, ЧЕРТОВ САСАГАВА-СЕМПАЙ! Я был зол, раздражён и даже был бы рад тренировке Реборна! Боль хорошо прочищает мозги… Пока меня не зацепило состояние Хаято. То, что он не в курсе соревнований удивило. Я привык, что Хаято знает всё. Да и то, что он не заметил, как Айю вновь стали задирать удивило. Что это с ним? Откуда такие синяки? У него проблемы? Что могло случиться и довести Хаято до такого истощения? И как он умудряется даже в таком плачевном состоянии вытягивать из Айю и меня из дерьма? Мне было очень стыдно просить Хаято не отказываться от участия… Но без него у меня нет шансов выжить. И да, я был прав. Пуля пролетала возле моего виска три раза… ТРИ! Если бы не Хаято, что отогнал от бревна Ямамото и Сасагаву, и не манипулировал им… Как мне отблагодарить его? Мало того, что он поделился пламенем… Да, Хибари-сан выиграл и отмутузил меня, но как-то не сильно. Естественно не сильно для Хибари-сана. Реборн был недоволен. Очень.       Чтобы как-то загладить свою вину, хотел узнать, что нравится Хаято. Так получилось, что став практически самым близким для меня человеком, он так и остался несколько безликим для меня. Мне о нём известно НИ.ЧЕ.ГО. Совершенно. Кроме того, что он любит кофе и круассаны. И то это мне случайно сказал Ламбо. И вот совершенно не случайно проболтался, что уже вот через день у Хаято день рождения! Первый раз я был признателен Реборну с его шилом в жопе! Даже поблагодарил за помощь в организации праздника! Бьянки-сан святая женщина! И искренне заботится о Хаято! Правда, дабы Реборн не потащил Ямамото и Сасагав на чужой праздник, я согласился на усиленные тренировки… Но то ошеломление на лице Хаято и его слёзы того стоили. Я согласен и не такой ад пройти, что бы ещё хоть раз окунуться в столь незабываемо-тёплую атмосферу! А ещё я узнал, что Хаято увлекается бисероплетением. Чуть глаза не скосил на его браслеты. Неужели всё сделано им?!       Только вот Реборн портит всё. Я уверен слухи про отношения между мной, Хаято и Хибари-саном явно его рук дело! Кто ещё мог всё так исказить? До такой степени! Хвала всем Ками, Хибари-сан оказался человеком с чувством юмора. В ином случае, боюсь костей я бы не собрал… Это уставший и вымотанный Хаято не замечал, как зло сверкают глаза всего ДК в мою сторону! Ещё бы немного, и на меня открыли бы охоту! Ах, если бы на этом всё закончилось… От тренировок я ожидал многого, но не трупа в моей комнате! А когда понял, что труп трупом то и не был, захотел провалиться сквозь землю! У Хаято был настолько уставший вид, что я почувствовал себя последней мразью… А тот кошмар что произошёл дальше?! Поесть в ресторане и не заплатить?! У лучшего киллера нет денег?! Это так ты сближаешь меня с хранителями, Реборн?! А тренировка Сасагавы и Ямамото в результате которой пострадал Ламбо?! Крики Хаято на Реборна были страшными! И это Хаято орал только за разбитое лицо Ламбо, не зная о переломе и вывихе на тренировке Сасагавы! О Ками-сама, не дайте Хаято умереть в этом пиздеце! Молю вас! И это всё на фоне повышенного внимания к нам! «Огонёк» шепчет — это только начало, ад впереди…       Постоянное недоброжелательное внимание заставляет нервничать. И повышает холод в теле! Мой день рождения не приносит тепла, ибо все какие-то нервные. Но даже находясь в полном хаосе, я был рад такому дню рождения! Первый за последние лет так десять, когда меня с ним поздравили. Каким образом я не разрыдался прямо на празднике, не знаю. Но чтобы дать холоду выход и успокоить нервы, делаю надрез. Уверен, Реборн знает. Хаято заметит. Но мне нужно это. Немного спокойствия в начавшейся непонятно куда и зачем гонке.       Новое действующее лицо ворвалось в мою жизнь при попытке убить меня. Когда я учился. Что ж, возможно эта такая традиция среди детей-убийц, знакомиться через попытку убить. И-пин. Ровесница Ламбо. Милая девочка-китаянка. Общаться с ней могут только Реборн и Ламбо. Все дети из мафии гении? За неделю девочка смогла научиться изъясняться и на японском. Плохо, криво, но всё же. Теперь в моём доме живет ходячая бомба. Ученица друга Реборна. Вот не знал, что у этого садиста есть друзья. Девочку стало жаль. Но наблюдать за играми детей прикольно. Можно узнать много интересного. Например правила принятия заказа. Как не стоит следить за жертвой. И где её не стоит убивать. Хаято, забери их от меня, я ещё не готов знать такое! Если смогу стать крутым боссом, введу запрет на такое варварство к детям! Из их «игр» мне стало понятно, откуда у Ламбо такие шрамы и устойчивость к урону! К Хаято подойти с вопросами о его детстве я побоялся. Но раз уж у И-пин всё было не так плохо, что она даже попыталась утешить Ламбо... Неудачно, они подрались и чуть не разнесли парк. Запомнить, никогда не жалеть Ламбо! Он сильный и всё в его жизни ахрененно! Он же великий Ламбо-сан! И-пин первый раз проиграла Ламбо именно выведя его из себя попытками пожалеть. Жуть… Мне поплохело. И да, я очень стараюсь переключить своё внимание именно на эти моменты, чтобы не завидовать тому, сколько внимания мама уделяет И-пин. Мне столько не доставалось тепла и заботы. И-пин покорила сердца девчонок, мама вся поглощена заботой об этой девочке, Реборн и тот обращается с ней в разы аккуратнее, чем со мной и Ламбо… Даже Хаято уделил ей внимание! И чтобы не погрязнуть в этом липком чувстве, не заледенеть сильнее чем есть, я стараюсь сместить спектр внимания…       За всё это время Хаято стал выглядеть хуже. И меня это уже реально пугает. А когда я узнал, что он всё ещё учится в итальянской школе… Я предложил забрать детей на выходной. Пусть хоть чуть-чуть отдохнёт. Неожиданностью было столкнуться с Сасагавой, Хару и Бьянки-сан. Но Ламбо загорелся возможностью поесть сладости, и избежать компании девушек было невыполнимым заданием. А вот появление Хаято стало для меня неожиданным. Я так сильно старался не слушать девчонок, что обсуждали отношения… Мои отношения с Хаято! Даже перестал прислушиваться к своему «огоньку». Голова и так болит. А от того просьба Хаято поделиться тортиком стала… Невероятно смущающей. Слава Ками, он не подразумевал разделить один прибор. Ненавижу подобное. Но стыдно мне стало от накатившего облегчения. Хаято прочно стал ассоциироваться с защищённостью и спокойствием! Даже шушуканье и хихиканье девчонок перестало действовать на нервы! Только взгляды Сасагавы какие-то ревнивые? Она что, недовольна чужой популярности? Ну да это не мои проблемы!       Знаете, что такое предзнаменование пиздеца? Это увидеть всегда спокойного человека в панике! Кусокабе-сан не паниковал, но был настолько растерян… Что ж, учитывая нервное состояние всех ДК отсутствие Хаято на уроках было ожидаемо. Без него пропадает то чувство безопасности… Как мне научиться окружать себя такой уверенностью? И отгораживать других? Я ведь должен защищать своих подчинённых… А пока сам себя защитить не в силах!       «Огонёк», что предвещал неприятности тихонько сообщил — мы движемся прямо к ним. От того присутствие Хибари-сана по пути домой я воспринял спокойно. Даже набрался наглости поныть на несправедливость. После того случая со слухами общаться с Хибари-саном стало проще и приятнее. Немного напрягает зловещее предвкушение этих двоих… Толпа мужиков перед моим домом послужила тем, что отключило «огонёк». Вот мы и пришли к неприятностям. Реборн… Неужели моя плата ещё не окончена?! Скажите мне, Ками-сама, что эти люди сделали Хаято, что от него веет злостью и жаждой крови! С Хибари-саном всё понятно! Но меня беспокоит, всё ли в порядке с мамой. Правда мчусь я сразу в свою комнату, где находится первопричина всего этого кошмара! И все бы ничего, если бы не странный парень! Пугающий парень, в неизвестном кресле в моей комнате! Дино Каваллоне. Опасен! Не понимаю отчего именно, но меня захлёстывает холод. Растекается по венам и это порождает волну страха! Из-за всего накатившего не могу разобрать, что говорит этот итальянец!       Мимо меня пронёсся… стилет? Прямо в кресло возле виска этого Дино. Хаято и так может? Слышу как за спиной падают два тела, уверен, это работа Кёи. Чувствую неимоверную злость Хаято и физически ощущаю его тотальный контроль над собой. И это успокаивает. Холод немного отступает, становясь вновь привычным. Дино боится Хаято. У них был конфликт? Но ведь Дино старше… Откуда в нём столько неуверенности перед Хаято? Не могу удержаться и спрашиваю у Хаято, знакомы ли они. Хотя всё и так очевидно, но спросить, что в Хаято так напугало этого типа, главу семьи, не позволяет «огонёк». Что ж, то, что Дино связан с Реборном итак было понятно, и всё же… Разве этот крутой мачо должен бояться подростка? Тем более после Реборна? Однако слова Каваллоне о том, что его рассмешила возможность преклонения колена Хаято пред жалким мной задевает. Каваллоне имел планы на Хаято? МОЙ! Я его не отдам! Весь мой настрой сбивает Реборн. Он опять зол. И давит пламенем на Хаято, а я ничем не могу ему помочь! Я бесполезен. А Хаято умудряется поддерживать меня даже молча! И вот вроде бы не плохой парень этот Дино. Стоит признать, он — крут! И всё равно… Успокоиться помогает «огонёк», он уверен, Хаято не уйдет к Дино. И это внушает уверенность. Раз так, я не против общения с этим странным парнем. Таким же неуклюжим как и я. Настроение поднимается!       Пока не наступает следующий день, и меня не «похищают». Видите ли они хотят проверить моих хранителей! У Хаято только пропали синяки под глазами! Но стоя за углом и наблюдая за спокойными действиями Хаято было удивительно. Собран, сосредоточен и… он знает, что всё это подстроил Реборн. Но даже так, действует на пределе возможностей. Задействовав всё, что у него есть сейчас. Сейчас, когда в его состояние находится на грани истощения, уставший, он удерживает от глупостей Ямамото и отправляется меня «спасать». Реборн как-то упоминал, что мне нужно будет выбрать свою «правую руку», как Кусокабе у Хибари-сана. Что ж, если не Хаято, то никто.       Дино радуется как дитё, но при этом заявляет, что от Велено меньшего никто ждать и не будет! Весельчак, ты ахуел? Он тоже человек! Который со всем этим цирком непонятно когда последний раз нормально отдыхал! И никто не видит, что ему плохо! Отправляться в след за хранителями к якудза… Что ж, Реборн и его тренировки. Лишь бы ребята были невредимы…       Я переживал? Очень зря. Они вынесли всех. Оставшихся добил Хибари-сан. Не хочу знать, что с этими неудачниками будет дальше. Но «огонёк» не даёт мне права на заблуждения и не знания. Хаято и Хибари-сан уничтожат их полностью. Простите меня. Я не хотел, чтобы вы убивали из-за меня. — Так будет всегда, — шепчет «огонёк», и у меня не остаётся выбора, я принимаю это и засыпаю. Я приложу все силы, дабы иметь право принимать такое. Я стану сильным и тоже буду защищать их.        Я говорил, что Дино крут? Я забираю свои слова обратно! Экстремальная тренировка с Сасагавой была совершенно не экстремальной! Экстремальной была тренировка от Дино! Это что же меня ждёт впереди от Реборна, если такой пи…экстрим устраивает его ученик!? Вывести за Намимори и ближайшие города… В ЛЕС! Хрен бы с ним, лес и лес… Где, Ками-сама, где он добыл колодец в лесу?       Всё начиналось безобидно. Дино предложил выехать на природу, пообщаться. Добрый взгляд Реборна говорил о том, что права на отказ у меня нет. Никого из хранителей дергать я не стал. То, что Дино предложит тренировку было очевидно, но с кнутом? Не вижу я себя с этим оружием, но разве я имею права голоса? Натравить на меня своего питомца — верх гениальности! Черепашка то чем провинилась? Из-за той тренировки с Ямамото я стал нервно реагировать на всё быстродвижущееся! Но вот скажите, как, КАК я вас спрашиваю, Я мог попасть ЧЕТКО в КОЛОДЕЦ. В колодец среди леса! Не реку, а КОЛОДЕЦ! Ками милостивые, помогите мне не свихнуться! Энзо превратился в гиганта. У меня не было шансов спастись… Совсем. Я старался. Но меня растоптали. КАК Я ВЫЖИЛ? Спасибо хоть Хаято тут не было. Он, вроде бы, собирался на очередное задание… Меня победила черепаха… Кажется, я понимаю от чего Хаято так не любит Дино. Но стоит признать, сердиться на него сложно, а вот на Реборна… Этот гад издевался всю дорогу до поликлиники!       Так надо мной посмеялись все! Я уже забыл, каково это — быть для всех шутом и мальчиком для битья. Стало обидно. И я начал злиться. Никогда такого не было, я просто принимал всё то дерьмо, что происходило в моей жизни. А сейчас, узнав какого быть не мусором под чужими ногами. Когда с тобой разговаривают как с равным. Когда тебя слушают, а не пытаются растоптать… Хаято говорил, что по боссу судят его подчинённых. Мне стоило больших сил собраться и заставить их заткнуться. Да, меня не послушали, и попытались вновь наехать. У меня перелом левого плеча, трещины в трех ребрах, перелом правой ноги в двух местах: над коленной чашечкой и под коленной чашечкой. Вывих правого запястья и растяжение левой ноги… Чудом целыми остались ключицы… Я беспомощен как младенец! И, допустим, наезд взрослых дядек-пациентов ещё с натяжкой понять можно. Но какого Ками меня травит старшая медсестра? Помощь пришла откуда не ждали. Меня переселили в палату к Хибари-сану. С его слов, он приболел и решил отдохнуть… Лжёт, но это не важно, я очень признателен за возможность отдохнуть в тишине. Меня даже Реборн не беспокоил. Ламбо пришёл с моими любимыми такояки, и тихонько почитал историю, по которой скоро тест… Хаято тоже примчался сразу же ко мне. Выглядел он всё ещё паскудно. И, кажется, пришёл раненый… Но первым делом убедился что я жив, и иду на поправку. Сел рядом, и написал за меня всю домашку, сказал руку ещё долго нельзя будет напрягать. За мной так мама не ухаживала, как эти трое. Захотелось разреветься. «Огонёк» же шептал, что они со мной надолго. Не бросят. Теперь я не один. У меня тоже есть семья… Да, они — моя семья.