Oathbound

Обувь может многое сказать о человеке. Санс любил тапочки. Цвет не имеет значения. Он будет носить их до тех пор, пока они не развалятся, а потом заклеит скотчем и продолжит носить. Они были удобными и легко надевались и снимались. Идеально подходит для таких лентяев, как он. Его любимая, потрепанная розовая пара лежала у кровати, хотя у него было несколько других благодаря его мужу. Там были гладкие белые, в тон халату, которым он никогда не пользовался. Пушистые голубые, которые хорошо сочетались с его кожаной курткой. Ох! На днях в шкафу волшебным образом появилась пара новеньких тапочек в форме хот-догов. Санс задалась вопросом, не замешан ли в этом Рэд. Но он не всегда ходил в тапочках. Иногда он надевал кроссовки, но никогда не утруждал себя шнуровкой. Это были старые, изношенные вещи, несомненно, выкопанные на свалке. И у него были сапоги для прогулок по замку. Красивые белые кожаные, как свежевыпавший снег. Рэд был похож на Санса, но вместо того, чтобы копить тапочки, ему нравились его кроссовки. У него была целая коллекция. Старые, с заклеенными подошвами. Новенькие блестящие с липучками вместо шнурков. Одни были простыми и черными, другие — неоновыми. Когда он работал, то ходил в сапогах. Одна пара, возможно, когда-то и была черной, но она была потерта и покрыта пятнами, пыль слишком въелась в кожу, чтобы ее можно было как следует оттереть. Его официальные костюмы были темно-бордовыми и матовыми, хотя вы никогда не узнаете, что они не чёрные, если не наклоните их под прямым светом. Потом Эджи. Он был королём сапог. Так много сапог. Красные кожаные, до колен, изношенные и потускневшие от времени. Блестящие резиновые дождевые с чёрными днищами, напоминавшие сандалии супергероев Папайруса, они не носились, но никогда не пылились. Были крепкие кожаные в нескольких оттенках. Блестящие формальные, которые он носил с доспехами. Некоторые явно были из юности Эджи, такие как готические с платформой и шнурками от носка до колена, или боевые сапоги с большим количеством пряжек и цепей, чем кому-либо могли потребоваться на ногах. В них была какая-то причудливая непрактичность, которую Эджи больше не любил. В их шкафах были истории, рассказанные с одним типом одежды. Как Санс мог быть бессмысленно бережливым и трудным для Эджи, чтобы "испортить" его роль принца-жениха, столь же странной для него, как эти чистые сапоги среди кучи любимых туфель. Как Рэд, столь привыкший к жертвоприношениям, не мог не жадно собирать то, что находил интересным, находя радость в обладании чем-то, что он мог назвать своим и только своим. А Эджи? Несмотря на адскую вселенную, в которой он вырос, в глубине души он все еще оставался Папайрусом. Брезгливо практичный и тактический военачальник и король потерял последнее из своего детства, свою невинность, когда он принял мантию короля, больше не было места для головоломок без цели или бессмысленно сложной обуви. Поэтому, когда однажды вечером Эджи пришел к нему в постель и подарил пару самых крошечных туфель, какие Санс когда-либо видел в своей жизни, Санс не знал, что и думать. Никто из них не мог носить маленькие желтые сапожки, а Санс не начал собирать кукол. Эджи молча смотрел на него, а Санс продолжал разгадывать загадку. Санс медленно взял сапоги, удивляясь, какие они маленькие в его ладонях. Он взглянул на выжидающее лицо мужа, и вдруг в нём что-то щёлкнуло. У него перехватило дыхание. Санс отложил ботинки в сторону и снял футболку. В последнее время его душа была довольно светлой. Склонна мерцать, когда у него хорошее настроение. Но он свалил все на лекарства. — И давно ты это знаешь? — спросил Санс. — Около недели, — пробормотал Эджи. Это означало, что они зачали ребёнка где-то во время экскурсии по замку. — Я не хотел тревожить тебя, если магия не будет стабильной. Я, э-э, сначала думал, что ты знаешь и ждёшь, чтобы сказать мне, но... Потом я понял, что в последнее время ты себя не проверяешь, — он сел рядом с Сансом. — Как ты себя чувствуешь? — Э-э... Хорошо? Наверное, счастлив? — Счастлив? — Почему бы и нет? — Санс пожал плечами. — Ты получишь наследника. Я увижу своего брата. Условия договора выполнены или что-то в этом роде. И хэй, это значит, что я здоров! У меня низкий уровень здоровья, но мои магические резервы высоки, и, по-видимому, даже такой придурок, как я, может сделать ребенка. Ты чего? Разве ты не должен быть, я не знаю... Более взволнован? Эджи прочистил горло, — Так и есть. Я имею в виду я взволнован. — Тогда почему такое мёртвое лицо? Это ребёнок, а не уведомление о казни. Он накрыл ладонью руку Санса. — Ты помнишь, что сказала во время нашей свадебной клятвы? — Эм, в основном? — он потер грудину. — Мы обещали любить наших детей, если и когда они у нас будут. И чтобы... Э-э... Что я не против того, чтобы в конце концов полюбить тебя, — Санс сглотнул. — Послушай, приятель, вся эта хрень случилась, и мы не получили лучшего старта, и я всё ещё не совсем в порядке со всем этим “организованным браком". У нас есть проблемы, над которыми надо работать. Но мне хотелось бы думать, что мы... Друзья, наверное? — Это справедливо. — Тогда что тебя гложет? Эджи подобрал детские туфли, — Я полагаю, неуместное сожаление. — Иметь ребенка с кем-то, кому ты достаточно нравишься, лучше, чем с тем, кто терпит или даже ненавидит тебя. — Действительно. Санс прислонился к плечу Эджи и вздохнул, его собственное настроение было немного мрачным, — Мы не можем изменить прошлое, приятель. — Я столько всего мог бы сделать по-другому. — Послушай, если ты думаешь, что я влюбился бы в тебя, если бы ты был образцом джентльменского ухаживания, ты ошибаешься. Это было бы странно и неудобно. — А заниматься сексом с незнакомцем, который грозил стереть в пыль всю твою жизнь, было лучше? — Типа того? Они замолчали, пока Санс не начал хихикать. — Иногда твоё чувство юмора вызывает сомнения. — Да брось, не все время? Как мило. Тебе нравятся мои каламбуры! — Я передумал. — Ты лжешь. — Никогда. Санс промычал, — Иногда. — ...Я стараюсь не быть лжецом. — Честность не всегда лучшая политика, - он позволил туфлям болтаться на фалангах. — Но теперь будь честен со мной. Я действительно могу увидеть своего бро? — Да. Но он – король. Я не могу обещать ему скорого визита. Просто как только мы сможем это устроить. — Я приму это. — Как ты думаешь, как он отреагирует? — Он будет самым лучшим, самым счастливым дядей. Эджи прижал поцелуй к черепу Санса, невинный жест вызвал румянец на скулах маленького скелета. Пока ещё самого маленького в их замке. — Я верю, что ты прав в этой оценке. — Рэд- э-э-э... Твой брат... Может быть, дядей колуном, — Санс покачал головой. — О, ангел, он окажет на нас ужасное влияние, не так ли? — Самое худшее. — Но, думаю, всё будет не так уж плохо. Он ведь вырастил тебя сам, не так ли? — Поверишь ли, он смягчился? — Как высоко он был взвинчен, прежде чем вы двое начали, э-э, свои дела? — Санс поморщился. — Ладно, сейчас я просто сам вывожу себя из себя. Я очень, очень стараюсь не думать об этом слишком много. Настала очередь Эджи весело фыркнуть. — Если тебя это утешит, мы начали "наше дело" лишь относительно недавно. Я стал вице-капитаном гвардии, и мой брат был... Нездоров. Ему пришлось многое сделать, чтобы сохранить нам обоим жизнь и крышу над головой. Он... Терпеть не мог, когда к нему прикасались, когда я получил повышение и полностью утвердился в качестве главы семьи. Он постоянно затевал драки. Он заменил пьянство дюжиной различных вредных привычек, — очевидно, это было не очень приятное воспоминание. — Я всегда так злился на него. Он продолжал пытаться убить себя, — Эджи медленно выдохнул: — Потом я нашёл эту книгу, и она... Помогла. — Дерьмовая книга кинков? — Дерьмовая книга кинков. — А секс? Настала очередь Эджи пожать плечами: — Мы оба были взрослыми и... Это было то, в чем он- мы нуждались, — он дернулся от воспоминаний. — Прошлое есть прошлое. Нет смысла задерживаться в нем. — Не тогда, когда есть будущее, которого стоит ждать? — Особенно тогда.