То что скрыто.

Сторона Безумного доктора Арора не заходила уже восемь дней. О её состоянии мне ничего не говорят, камеру покидать запретили, поставив сразу двух Смотрителей. Беситься смысла нет — уже напичкали успокоительным так, что и вздохнуть лень. Что же с ней не так, если меня даже не подпускают? — Эй, Безумный, Арору перевезли на другую зону, её больше тут нет, — голос одного из Смотрителей заставил стиснуть зубы. Смысл сказанного выветривался из головы под действием лошадиной дозы седативного. — Почему перевезли? Что случилось? «Она, скорее всего, от тебя сбежала. Ей противно находиться в одном обществе с таким монстром, как ты», — прошипела маска. «Заткнись!» — мысленно рявкнул я, стараясь не сорваться. — Её перевели в 27-ю зону. Для лечения. Подробностей не знаю… Эй? Ты слышишь? Сторона Ароры Открыв глаза, я увидела дневной свет. Под головой — мягкая подушка, судя по всему, из гусиного пуха. Пахнет лавандой, такая... домашняя. Оглядевшись, я поняла, что нахожусь в просторной, светлой комнате. Большое окно с белыми занавесками, сквозь которые мягко проникает золотой свет полуденного солнца. — О, пришла в себя. Рад этому, — в комнату вошёл мужчина среднего роста, в очках и белом халате. Рыжевато-русые короткие волосы, добрый голос. — Я Аксий, главный врач зоны 27. — Как я здесь оказалась?.. Я же была в 17-й… — растерянно проговорила я, поднимаясь и принимая сидячее положение. — Ты была без сознания целую неделю. Оскар решил перевезти тебя сюда. Здесь ты всего день — и уже пришла в себя. Я молча смотрела на врача, пока под моей рукой что-то не зашевелилось. Я резко отдёрнула ладонь — испугалась. Это была кошка. Белоснежная шерсть, как снег, и глаза... такие голубые, глубокие. Будто в них вся мудрость вселенной. — Это Анфиса. Она — Миф. Кошка, способная лечить душевные травмы. Своеобразное живое успокоительное, — мягко объяснил Аксий. — У тебя случился психологический срыв. Организм отреагировал кратковременной комой. Это защитный рефлекс. Я молча кивнула. Неудивительно. За последнее время слишком многое произошло… Анфиса замурчала, аккуратно перелезла ко мне на колени, свернулась клубочком и замурлыкала громче. — Арора, как ты? — в комнату вошёл Оскар и сел на край кровати. — В порядке, — сухо ответила я, продолжая гладить Анфису. В голове — хаос. Последнее, что помню, — крепкие руки Рюка, несущие меня в медкрыло. — Нигде не болит? — Оскар положил ладонь мне на лоб, отвлекая от мыслей. — Нет. Всё нормально, просто я ещё сонная… Меня прервал звонок. Оскар быстро ответил: — Да… Что?! — Оскар резко вскочил. — Как заперся? Сейчас выезжаю! — Что случилось? — встревоженно спросила я. — Безумный доктор. Он заперся в камере и никого не пускает. Похоже, у него очередной приступ. — Я поеду с тобой. За ту неделю я его немного поняла. Наверное, ему стало одиноко… — Арора, он опасен. Не стоит записывать его в друзья. — Я сама решаю, с кем мне дружить. — Ты ещё ослаблена. — Поспорю, — вмешалась Анфиса. Ого… она говорит?! — Девушка в хорошем состоянии. Единственное, что вызывает беспокойство — пониженная выносливость, но это неудивительно, после недели в коме. В остальном — здорова. Оскар, мы, Мифы, иногда бываем крепко связаны с вами, людьми. Дети Подлунного мира тесно сплетены с Детьми Солнца. Тебе ли не знать? — Понял. Арора, через пять минут жду у машины. Я радостно закивала. Оскар с доктором вышли. На стуле у кровати лежала аккуратная стопка моей одежды: джинсовые бриджи, белая футболка с вороном, кроссовки под ногами. Быстро одевшись, я поблагодарила Анфису и выбежала из палаты. Но... стоп. А где выход? — Я провожу. Иди за мной, — отозвалась кошка, будто прочитала мои мысли. Провела меня по коридору к стоящей у входа машине. Когда мы подошли, она остановилась и неожиданно прыгнула ко мне на руки. — Береги себя, Дитя Луны. — Что? — растерянно переспросила я. Анфиса не ответила. Лишь спрыгнула и скрылась за поворотом. — Поехали? — спросил Оскар. Я кивнула и села в машину. Слова Анфисы вылетели из головы. Ехали мы молча. Каждый думал о своём. Через два часа мы прибыли в зону 17. — Наконец-то! — на встречу выбежал Смотритель Рюка. Он был взволнован. — Он отказывается выходить. Не реагирует ни на что. Просто сидит в углу и что-то бормочет… Это на него не похоже. Я не стала медлить. Сразу направилась в здание. Он помог мне. Теперь — моя очередь. Спустившись на нижний уровень, я целеустремлённо подошла к двери с табличкой «49». Заперто. Изнутри. Как теперь войти? — Я помогу с этим, — Оскар подкрался незаметно, от чего я даже вздрогнула. Он открыл дверь электронным ключом и жестом пригласил внутрь. — Иди. Я прикрою дверь, но не запру — если что, зови на помощь или сразу выходи. — Хорошо, — кивнула я и вошла в камеру. Рюка я заметила сразу. Он сидел на холодном каменном полу, обняв колени. Голова опущена, взгляд скрыт. Сейчас он напоминал потерянного птенца. Я осторожно подошла и положила ладонь ему на плечо. — Рюк?.. — тихо позвала я. — Зачем пришла? Оставь меня в покое, — не поднимая головы, он оттолкнул мою руку. — Что с тобой? — А какая разница? Чего ты вообще интересуешься монстром? — Ты не монстр. Ты Рюк. Это снова маска тебе мозги промыла? Не слушай её — слушай меня! Подними голову. — Я вновь коснулась его плеча, и он дёрнулся, словно хотел сбросить прикосновение. Я глубоко вдохнула и мягко, но решительно подняла его лицо руками. — Посмотри на меня! Если бы ты был монстром, разве я пришла бы сюда? Если бы ты был никому не нужен — разве все так волновались бы за тебя? Отвечай, Рюк! Он смотрел на меня растерянным, отрешённым взглядом. А я — упрямо и по-настоящему. Внутри всё сжималось от сочувствия и бессилия — как же снять с него эту чёртову маску? Не придумав ничего лучше, я прижала его голову к своей груди и начала гладить по капюшону, осторожно, будто утешая ребёнка. — Послушай… Ты не один. Я рядом. Не знаю как, но помогу тебе. Оскар тоже переживает, пусть и скрывает. Даже Смотрители волнуются — и не потому, что ты Миф. А потому что ты — это ты. Ты важен. Ты — Рюк. Он чуть отстранился. Я затаила дыхание — неужели не сработало? Но прежде чем успела испугаться, он вдруг сам обнял меня — крепко, но с нежностью, прижав к себе. — Спасибо, — прошептал он. — Тебе лучше?.. Что с тобой такое было, Рюк? Он отстранился, его взгляд стал серьёзным. — Ты знаешь мою историю? — Ну, немного. Вроде как в четырнадцать ты уже был перспективным врачом, а в шестнадцать помогал в борьбе с Чумой. Умер от неё… а потом стал Мифом. — Отчасти ты права. Но это не вся правда. Хочешь услышать мою историю? — Конечно… Только не на холодном полу. Пошли сядем, — предложила я, поднимаясь. Рюк кивнул и последовал за мной. Мы уселись за стол друг напротив друга. Он немного помолчал, а потом начал: — Всё началось с девушки по имени Алиса. Она была помощницей главного врача и старше меня на три года. Добрая, умная… Я, как и многие, влюбился. Мне тогда было пятнадцать, я только поступил на службу городского доктора. Мы сблизились. Я набрался смелости и признался ей — и она ответила взаимностью. Я был счастлив. Мы даже планировали пожениться… Но потом началась эпидемия. Чума. Однажды, после осмотра заражённого, ко мне пришла Алиса. Я тогда не понял, зачем. А когда понял — было уже поздно… — Зачем же?.. — спросила я, когда Рюк замолчал. Ему явно тяжело было вспоминать. — Она поцарапала меня... Сказала, что случайно. На её ногтях был гной из раны больного чумой. — Ужас! — вскрикнула я и вскочила со стула. — Я понял это только после смерти… — Рюк… — Арора, представь себе: холодная, тёмная комната, ты лежишь среди трупов и медленно умираешь. Чувствуешь, как тело гниёт, и осознаёшь, что смерть близко. И тут вдруг — голос. Тёплый, обещающий избавление от боли... но в обмен просит помощи. Что бы ты сделала? — Наверное… согласилась бы, — неуверенно сказала я, снова садясь. — Вот и я согласился. Этот голос принял облик человека. Мужчины. Лица не помню — только расплывчатый силуэт. Он дал мне маску и предложил выпить странную алую жидкость. Я послушно выпил… и надел маску. Боль ушла. И я больше не был один. У неё — у маски — есть разум. Именно он посоветовал отплатить всем той же монетой. И я… послушался. Убил всех. Алису… я заразил чумой. Точно так же, как она меня. — О боже… — Умирая, она призналась, что никогда меня не любила. Её целью было избавиться от меня. Я мешал её парню занять хорошую должность. Я был всего лишь помехой… отбросом. Монстром. После этого я хотел умереть. Но умирали все, кроме меня. Представь: жить в одиночестве, слушать крики умирающих, слышать, как маска хохочет, наслаждаясь этим ужасом. Когда меня заперли здесь, я даже почувствовал облегчение. Хоть кто-то остановил меня. Но маске всё мало. Каждый день она говорит со мной. Уговаривает. Шепчет. Заставляет… И я сходил с ума. — Прекрати! — вскрикнула я, встала, подошла к нему и обняла. — С тобой поступили жестоко. Но ты уже отомстил виновным. Теперь отпусти это. Оставь в прошлом. Начни с нуля. Будь тем, кем хочешь быть. Бедный Рюк… он вынес всё это один, будучи совсем ребёнком. — Я не смогу быть тем, кем хочу, пока маска на мне. Стоит мне остаться одному — и она начинает говорить. Заставляет сомневаться, ненавидеть, убивать. Говорит, какой я монстр… как все меня ненавидят… — он прижал ладони к вискам, словно хотел заглушить голос в голове. Я не выдержала. Склонилась к нему и снова обняла. — Прости, Рюк. Я больше не оставлю тебя одного. Я буду рядом. Максимально долго. Я обнимала его, и слёзы катились по щекам. Сторона Рюка. Её плечи дрожали. Она тихо всхлипывала, и я точно знал — это были настоящие эмоции. Не фальшь. Не истерика. Настоящее. Я осторожно отстранил её, поднялся и подставил плечо. Она прижалась ко мне и разрыдалась сильнее. Я заключил её в объятия. Именно в этот момент нас застал Оскар. — Смотрю, вы поговорили. И чего она плачет? — Я рассказал ей свою историю, — спокойно ответил я. — Арор, не стоит так плакать. Голова разболится, — буркнул он, подходя ближе. — Не хочу это признавать, но Оскар прав, — согласился я. Арора немного успокоилась, но по-прежнему дрожала, словно замёрзла. — Оскар, она, похоже, замёрзла. — Держи! — в меня полетело моё же одеяло. Я аккуратно укрыл им Арору. — Спасибо, — прошептала она, уже засыпая. Осторожно я проводил её к кровати и уложил. Едва голова коснулась подушки, как она провалилась в сон. — Эх… А ведь только Анфиса её подлечила. Ну спасибо, доктор! — От чего лечили? — Психическое перенапряжение. Привело к кратковременной коме. Скорее всего, от нервного срыва. — А магический фон проверяли? Это может быть не просто срыв. — Оскар побледнел.— Значит, не проверяли, — кивнул я. — А должны были. Особенно если вспомнить предыдущего носителя силы. История ничему не учит… — Думаешь, я забуду прежнего носителя, особенно когда он стоит передо мной? Я ничего не ответил. Только кивнул и посмотрел на Арору, что тихо спала на моей кровати. Кому, как не мне, знать, что с ней происходит.