То что скрыто.

Два дня прошли абсолютно спокойно. Оскар заставил нас с Рюком писать отчёт о происшествии в трёх экземплярах, от руки, со всеми подробностями. Как угрожал — так и сделал. Эльзу, Артура и Серафима отправили в зону 38 — там возникла какая-то проблема, и потребовалась их помощь. Анфиса уехала обратно в зону 27, а Желейке позволили гулять, где он захочет, при этом весь персонал был проинструктирован по его рациону. Кроме того, из зоны уволили трёх учёных и пятерых смотрителей — за издевательства над Желейкой. Как можно было обижать такое милое существо?! Я собирала вещи в дорогу — Оскар, после долгих уговоров, всё же разрешил мне на три дня навестить маму. Полтора года… целых полтора года она не видела меня — а я её. — Арор, ты ещё тут? — раздался знакомый голос с лёгким стуком в дверь. — Да, заходи. Что-то случилось? — спросила я, открывая. — А просто так уже нельзя? Может, я соскучился, — произнёс он с притворной обидой, но глаза его мягко сияли. Я хихикнула. — Прости-прости, — отступила, давая ему пройти. Он остановился в центре комнаты, осмотрел пространство — будто пытался запомнить каждый её предмет. — Арор… кем был твой отец? — внезапно спросил он, словно выстрелив. От неожиданности я прищемила палец дверью. — Ай! — взвизгнула я, прижав руку к груди. — Зачем ты спрашиваешь? — уставилась на него с недоумением. Он подошёл ближе и осторожно взял мою руку в свою, словно боялся причинить боль. — Просто… хочу знать, — произнёс он тише. — Его звали Феликс. Он был в "МИФе", в команде Оскара. Погиб... его убил один из МИФов. С красными глазами. Я почти не помню — была совсем ребёнком, и ночь тогда… — слова застряли в горле. Он мягко коснулся своими губами моего причисленного пальца. Я замолчала. Боль в пальце вдруг исчезла. — У него были способности? — прошептал Рюк, не отрывая взгляда. — Не знаю, — пробормотала я, смущённо отводя глаза. Почему я вдруг не могла дышать, когда он смотрел так близко? В этот момент дверь открылась. — Арора, пора ехать, — объявил Оскар, появляясь в дверях. Он окинул комнату взглядом. — О, Рюк… ты чего здесь? — А что, я не могу просто так зайти? — буркнул тот, отступая в сторону. — Да-да, конечно, — кивнул Оскар. — Арора, давай, мы опаздываем. Я метнулась к сумке, запихнула внутрь последние вещи. Всё, кроме зелёного сарафана и чёрных босоножек — их я отложила на переодевание. — Рюк, мне нужно переодеться... Он кивнул, как-то уж слишком резко. — Понял. Я пошёл, — и исчез за дверью. Зачем он спрашивал про папу?.. Спустя пол часа. Я спустилась вниз. Сарафан лёгко колыхался от шагов. У выхода уже ждали Оскар и Рюк. — А вот и я, — улыбнулась я. Оскар окинул меня долгим взглядом, слегка удивлённым. — Непривычно тебя видеть в чём-то, кроме джинсов и футболки. Но тебе идёт. Я смущённо опустила глаза. Рюк не проронил ни слова. Он стоял чуть поодаль, нахмурившись, и смотрел куда-то за горизонт. — Рюк? Всё хорошо? — спросила я, подходя ближе. Он поднял взгляд. В нём была тревога. — Я чувствую… опасность. Что-то не так. Арор, не уезжай. Пожалуйста. Или… будь осторожна. Очень. Он резко обнял меня — крепко, будто боялся отпустить. — Всё будет в порядке, — прошептала я, прижимаясь к нему. Его руки были тёплыми и надёжными. Рядом с ним я всегда чувствовала себя защищённой. — Не хочу мешать, но уже пора, — вмешался Оскар. — Самолёт через час. Я с трудом отстранилась, подняла сумку, и уже села в машину, когда оглянулась. Рюк стоял на месте, смотрел вслед. Улыбка на его лице была грустной. А пальцы руки непроизвольно сжались в кулак. Он действительно… волнуется. — У Рюка есть особенность: когда он чувствует опасность для кого-то, с этим человеком обязательно что-то происходит. У него есть основания беспокоиться, — объяснил поведение парня Оскар. — Понятно… Но, думаю, ничего не случится. — Вот, держи, — Оскар протянул мне наручные часы. — В них встроена рация. Будь на связи и сообщай обо всём. Ты важный сотрудник. — Потому что я Псей? — Потому что ты Арора. Все мои сотрудники мне дороги. Даже Мифы, которых мы содержим в 17-й зоне, для меня как родные. Даже этот Бессмертный Ящер, который вечно всё громит и пытается сбежать. Поняла? — Да. — Оскар и правда замечательный руководитель. Он беспокоится о всех. Не зря его так любят. Я застегнула часы на запястье и стала смотреть в окно. Сначала были поля пшеницы, затем — деревня, потом снова поля, и, наконец, город. Приехав к аэропорту, Оскар довёл меня до самого самолёта. Уже сидя у окна, я вспоминала слова Рюка. Какую же опасность он ощутил? И как мне её избежать?.. Под такие мысли я задремала. Проснулась от лёгкого прикосновения к плечу. — Девушка, мы приземляемся через пять минут. — милая стюардесса разбудила меня с улыбкой. Я поблагодарила её и начала собираться. Спустя час я уже стояла у калитки дома. Пёс Джек мчался ко мне, не замечая никаких преград, и стоило мне войти во двор — он прыгнул и сшиб с ног, радостно лая и облизывая лицо. — Джек! Ну всё, хватит! — смеясь, я пыталась оттолкнуть пса. — Арора, дорогая! Почему ты не позвонила, я бы встретила тебя! — мама выбежала из дома и, увидев меня, бросилась обнимать. — Ты так похудела! Ты хоть ешь там в своей Академии? — Мам, всё хорошо. — Мамы они такие… Уже в доме меня усадили за стол и потребовали отчёт по всем фронтам. Пришлось быстро импровизировать. Час спустя. — А этот Рюк… он тебе нравится? — от неожиданности я подавилась чаем. — Ма-ма! — воскликнула я, вся красная. — Ну что "мама"? Ты так тепло о нём говоришь. Наверняка нравиться. — Он… он мой первый друг… — пробормотала я, ещё больше покраснев. — Да-да. — мама рассмеялась. В тот же день мне позвонила Маринка. Спустя пять минут она уже была у меня, и мы обсуждали последние новости. Я узнала, что наш класс собирается встретиться в школе. Будут все, кроме классного руководителя — он погиб три месяца назад в аварии. Его заменит Елизавета Егоровна, преподаватель английского. От ужаса я чуть не заверещала, но сопротивляться было бесполезно. Если Марина что-то решила — всё, ты уже идёшь. На следующий день. Я сидела за партой рядом с Мариной, слушая, как Елизавета Егоровна в очередной раз рассказывала, насколько английский важен… и как плохо я его знаю. — Эй, Арорка, каково быть военной? Понравилось? — толкнул меня в бок Марк. — Представляешь — да. Я теперь в спецкоманде. — буркнула я, раздражённо. Я совсем забыла, какими бывают противные люди. В Мифе всё по-другому — там я чувствовала себя частью чего-то важного… А здесь я опять чужая. Изгой. Как раньше. Слёзы подступали к глазам. Хочу обратно… — Эй, а как ты вообще в Академию попала с таким английским? Вот Наташа куда способнее, а её не взяли. — Без понятия… — буркнула я, уткнувшись в парту. Учитель продолжала унижать, Марк хихикал, отпускал едкие замечания, а я смотрела в окно и мысленно переносилась к ребятам. Их улыбки, голоса, тёплые прикосновения… и вчерашний поцелуй Рюка… От этих воспоминаний щеки вспыхнули, а в груди стало тепло. Но вдруг… Звук вертолётных лопастей вырвал меня из грёз. На горизонте появилась чёрная точка, быстро приближавшаяся. Это был военный вертолёт. С установленной ракетной установкой и пулемётом. На боку — знак змеи. И тогда меня пронзило то самое чувство… Опасность. Чёрт. Рюк был прав. — Учения, наверное… Эй, Марк, это твои? — спросила Наташа, заметив вертолёт. Но я сразу увидела: вокруг машины мерцало алое свечение. Это был Миф. Дверцы распахнулись, и в нашу сторону повернули пулемёт. — Быстро, все на пол!!! — закричала я. Успела. Спустя мгновение раздался оглушительный грохот. Выстрелы, звон бьющегося стекла, крики. Собрав волю в кулак, я активировала рацию: — Оскар! У меня проблемы! Рюк был прав! — Что происходит? — раздался тут же встревоженный голос Оскара. — Школу обстреливают с вертолёта. От него исходит алое свечение. На боку — эмблема змеи. — Твою же ж мать… Арора, найди максимально защищённое место и не высовывайся. Мы уже в пути. Это Алая Змея. Будь осторожна! Рация отключилась. Я опустила руку — только сейчас поняв, что вся усыпана стеклянными осколками. Мелкие порезы жгли. Остальные тоже были ранены, кто-то в шоке, кто-то плакал. Маринку задело сильнее всего — крупный осколок вонзился в её левую руку. Кровь сочилась сквозь рукав. Нужно было действовать — и быстро. Если память не изменяет, в подвале был старый бункер. — Все, пока у нас есть окно — в подвал! Быстро! — я встала. Ноги подкашивались, но я держалась. Арора, соберись. Сейчас не время для страха. — А с чего это мы должны тебя слушать?! — заорал Марк, весь дрожа. — Я военный! Мы должны забаррикадироваться и дать отпор! На его штанах расплылось мокрое пятно. Прекрасный «солдат»… — У них пулемёты и ракеты, а у тебя что? Кроме мокрых трусов? — резко ответила я. — Марк, это не учения, это — террористическая атака. Я уже вызвала подмогу. А чтобы её дождаться — нам нужно добраться до бункера. Если они запустят ракеты — нас просто не станет. Марк замолчал, но тут же — свист. — Накаркала! — развернувшись к окну, я увидела летящую ракету. Вскинула руки, зажмурилась. Силы, где вы? Сейчас они мне так нужны! Вспышка. Грохот. Потом… тишина. Свежий запах дождя на знойном воздухе. Я открыла глаза — ракеты не было. — Не поняла… КАК её молния сбила?! На небе ни одной тучки! — воскликнула Елизавета Егоровна. Я перевела взгляд на Марину — о, чувствую, если мы выживем, будет мне допрос с пристрастием… — Повезло. Бежим, пока вторую не запустили! — схватив Маринку за руку, я потянула её вниз. Остальные вцепились друг в друга и побежали следом. Видимо, голос разума всё-таки проснулся. По пути попадались вооружённые до зубов люди — пришлось идти в обход. К счастью, в бункер мы всё-таки успели, буквально за пару минут до того, как в подвал начали спускаться противники. — Ха! Да кто выживет после ракеты, которая танк на части рвёт! — донёсся тяжёлый мужской голос. — Капитан сказал проверить. У него информация — в школе девчонка с силами, способными остановить ракету. — ещё один голос. — Верно. — третий голос был особенным. Его тембр пробрал меня до костей. Холод. Первобытный страх. Он уже в подвале. Он прямо перед дверью.— Я знаю, что ты там, Арора. — мне стало страшно. Он знает моё имя.— Выходи по-хорошему — и остальные не пострадают. — Ему нужна ты. Может, выйдешь? А мы останемся в живых. Одна жизнь — ради всех! Будь полезной! — завизжал Марк. Кажется, страх окончательно сломал ему мозги. — Ты понимаешь, что это не тот, с кем можно идти на переговоры? — спокойно сказала я, хотя внутри всё дрожало, как осиновый лист. — Ему нужна ты, нас он не тронет! — настаивал Марк. Страх полностью затмил его рассудок. Какой же он «военный»… — Откуда такая уверенность? — ледяным тоном спросила я. — Девочка, я считаю до трёх. Если не выйдешь — расстреляю всех. — Иди к нему! Спаси нас! — Марк подскочил и схватил меня за руку. — Успокойся! — крикнула я и со всей силы ударила его по щеке. — Марк, очнись! Это уловка! Стоит мне выйти — он всё равно убьёт всех! — Я предупредил. Раз! — прозвучало за дверью. — Да кто ты такой вообще?! — сорвалось с губ. — Я? Разве Оскар не говорил обо мне? Жаль… А ведь мы с ним очень старые друзья. Как и с Рюком. Меня зовут по-разному: Красный Король, Алое безумие… Но ты можешь звать меня просто Майкл, юная принцесса. — Зачем я тебе? — Не каждый день рождаются люди с такими способностями, как у тебя. — Ты о Псей-силе? — спросила я, а Марина переводила взгляд то на меня, то на дверь. — Нет, я о твоей родословной. — Что?.. — О, ты не знаешь, кто ты на самом деле? Ха! Оскар — глупец… Не волнуйся, я всё расскажу, когда ты выйдешь. Обещаю — никого не трону. Врёт. Он врёт. Если я выйду — он перестреляет всех. Если не выйду — всё закончится точно так же. Тупик… — Арор, может, пойду я? Он не знает, как ты выглядишь… — Марина сделала шаг вперёд. — С ума сошла?! Он поймёт сразу. Он не человек — это хищник, он учует. — странно, но мой голос был спокоен. Почему я не дрожу? Оглянувшись на одноклассников, я увидела страх. Паника. Марина — единственная, кто ещё держится. Рация на запястье ожила. Два коротких слова. Я улыбнулась. Теперь можно действовать. — Хорошо, я выйду. Но если тронешь хоть одного — я убью себя. — достала из кармана складной нож и приставила к горлу. Открыла дверь. Передо мной стоял мужчина в чёрном фраке, белой рубашке, простых тёмных брюках и лакированных туфлях. Только шляпы не хватало. Но вместо неё — обруч с алым камнем, оправленный в золото. Корона. Вот он — Алый Король. Чёрные волосы с алыми прядями спадали до плеч. Глаза — тёмно-красные, как старое вино. Он был пугающе знаком. Где-то я уже его видела… Я шагнула вперёд, закрывая за собой дверь, сжимая нож у горла. — Ну зачем же так радикально? — покачал головой Майкл. — Это гарантия, что ты не тронешь остальных. Я тебе нужна живой. — Умненькая. И храбрая. Не каждый может стоять передо мной. В тебе чувствуется стержень. — он сделал шаг, я сильнее прижала нож. Почувствовала, как по шее потекла тёплая кровь. — Ни шагу ближе. — твёрдо сказала я. — Ни тени страха. Ни дрожи. Малышка, ты на моём уровне. Наконец-то! Спустя три тысячи лет — я нашёл равного себе.