The Untouchable / Неприкасаемый

      Гарри внезапно проснулся среди ночи, резко втянув воздух. Пришло осознание, что он… мокрый. Мальчик быстро сел, от такого унижения неприятная дрожь прошлась по телу. Он обмочился в кровать? Такого не случалось годами! Непонятный звук капающей жидкости привлек его внимание, и когда глаза мальчонки наконец привыкли к почти полной темноте, он понял, что балдахин около его кровати задёрнут. Однако Гарри не помнил, что задёргивал шторы перед сном, и в замешательстве нахмурился.       Гарри протянул руку и представил светящийся комочек, такой какой он вызывал в чулане под лестницей. На его ладони вспыхнул маленький светящийся шар, и Гарри застыл от ужаса.       Прямо над ним, на балках, казалось бы, безопасной кровати, висела его малютка Бастет. Глаза котёнка были приоткрыты, а горло перерезано. Её мягкий, некогда белый мех был покрыт алыми цветами – яркие пятна крови на пушистой шёрстке. Холодная кровь, теперь уже лишь капала из зияющей раны, попадая прямо на колени мальчика.       Гарри с поглощающим ужасом уставился на маленькое тельце, что слегка покачивалось от едва заметного сквозняка. Каждый нерв, каждая клеточка мальчишеского тела болела и ныла. Судорогой свело сердце, а разум словно стал белым, пульсирующим и абсолютно пустым нечто. Только спустя некоторое время Гарри смог медленно приподняться на колени и протянуть руки к его маленькому котёнку. Сгусток света обволакивал руки мальчика и направлял его трясущиеся руки, пытающиеся развязать толстую веревку на которой висела Бастет.       Гарри ощутил, насколько твёрдой и окоченелой стала дорогая Бастет в его руках. Тошнота поднялась по всему пищеводу. Замерев, мальчик пытался немного подумать — что ему делать? Туманно проскользнула мысль, что нужно похоронить мёртвую малютку. Он не знал почему, но похороны казались необходимыми. Нужными. Его разум закрылся и завихрился, где-то глубоко внутри от смятения, думая, куда идти.       Гарри медленно отодвинул балдахин своей кровати, погасив при этом свет. Его глазам потребовалось всего пару секунд, чтоб привыкнуть к темноте, а затем мальчик увидел, что на других кроватях все балдахины были закрыты, как и у него. Поверхностное дыхание наполняло комнату, и Гарри очень сильно захотелось, чтобы все крепко заснули. Спустя какое-то время послышались посапывания и более глубокое дыхание. Теперь мальчик был уверен, что его не побеспокоят. Гарри был переполнен непреодолимым желанием отомстить своим сокурсникам. Выдернуть их из своих постелей и показать им что значит убить Бастет. Заставить их страдать так как страдает сейчас он. Гарри прикрыл глаза и глубоко вздохнул, чувствуя, как ужасная тьма наполняет его душу и чернеет изнутри, словно дерево, сгоревшее изнутри.       Когда мальчику всё же удалось усмирить свой гнев, он накинул мантию поверх ночной одежки и вздрогнул от ощущения крови на ногах. Гарри выскользнул из комнаты, тихо крадясь по коридору босиком. Он вышел из общей гостиной, пытаясь припомнить пароль, чтобы вернуться, но его разум был слишком развеянным, чтоб сосредоточиться.       Гарри бродил по замку около получаса, поднимаясь по лестницам и блуждая по коридорам, ища выход. Маленький котенок стал будто каменным в его руках, и Гарри больше всего на свете хотел выйти на свежий воздух, отчаянно желая похоронить малютку Бастет.       В конце концов Гарри оказался перед большой дубовой дверью и потянул за ручку. Его пальцы соскальзывали, уже засохшая кровь не позволяла ухватиться за ручку, но Гарри упорствовал, и дверь наконец со скрипом открылась. Мальчик посмотрел на большую, заросшую травой поляну, где ярко светила луна, отбрасывая жуткий свет и странные тени. Гарри спустился по ступенькам, едва обращая внимание свои обледенелые ноги, скользящие по холодной росистой траве. Он быстро подошел к окраине леса, отстраненно гадая, не был ли это тот Запретный лес, о котором говорил директор.       Гарри остановился только тогда, как подошёл к самым деревьям. Он опустился на колени, онемев от холода и ужаса, и мягко положил котенка на землю. Мальчонка, не жалея рук, стал выкапывать ямку в мёрзлой земле. Он не думал о маленьких камешках, впивающихся в руки и ноги пока рвал землю с корнями и травой в некой слепой одержимости.       — Тебе не следует гулять по ночам, — пробормотал голос позади него.       Гарри вздрогнул и медленно обернулся, встретившись лицом к лицу с высоким человеком, на голове которого был завёрнут платок. Мальчик узнал в этом силуэте одного из профессоров, которых он видел в Большом зале. Кровь отхлынула от лица, и мальчик вдруг отчётливо почувствовал холод.       — И тебе не следует подходить к лесу, будучи в крови, — продолжил мужчина неестественно низким и опасным голосом. Глаза мужчины метнулись к котенку на земле, отчётливо видневшимся в полутьме. С любопытством профессор склонил голову и небрежно спросил. — Ты убил его?       Гарри смотрел на мужчину, чувствуя себя неудобно из-за того, как легко профессор мог видеть Скучного Гарри, несмотря на его Незаметность.       — Нет, — прошептал Гарри, едва выдавливая слово сквозь стучавшие зубы.       — Это твой кот? — упорно продолжал мужчина, луна освещала его со спины, затемняя лицо. Мальчик всё отчётливее чувствовал холод, проникающий под кожу, тогда как высокий силуэт мужчины нависал над Гарри.       — Да, — ответил Гарри голосом, едва слышным даже в мертвой тишине.       — Это проверка, — заявил мужчина, плавно наклонив голову, — они хотят посмотреть смогут ли причинить тебе боль. Полагаю, это требует ответного удара.       Гарри не ответил, но и не отворачивался. Этот человек не выглядел тем, к кому стоило бы поворачиваться спиной.       — Я не очень хорошо бью, — прошептал Гарри.       — Тогда научись, — парировал мужчина, его голос походил на треск в мрачной тишине.       — Можно я закончу? — внезапно спросил Гарри, не желая находиться рядом с этим человеком практически в лесу. Всего за несколькими деревьями раздался странный щелкающий звук, волосы мальчика встали дыбом, наполнив страхом разум.       — Если хочешь, — ответил мужчина хмурясь.       Гарри вернулся к своей задаче, игнорируя свои инстинкты, шепчущие ему не делать этого, и поместил котенка в вырытую им неглубокую ямку. Затем Гарри осторожно засыпал землю, что образовала небольшой холмик. Он нашёл палочку и проткнул ею лист, воткнув нечто на подобии флага в сырую землю, как надгробие. Никто ничего не произносил пока Гарри, со странной отрешённостью, вспоминал о том, как всего пару часов назад его Бастет была с ним в постели и тепло мурчала, пока он поглаживал её по шёрстке.       — Всё? — саркастически спросил профессор.       Гарри задумался, все ли профессора такие же, как этот человек. Судя по «теплоте» Снейпа, это казалось вполне вероятным.       — Поднимайся. Я отведу тебя обратно, — заявил мужчина. Гарри встал на ноги и даже не пытался отряхнуться, вместо этого он наблюдал за странными движениями мужчины. У Гарри по коже пошли мурашки.       — Нет, спасибо, — вежливо и твердо ответил Гарри.       — Разве ты не хочешь вымыться? — спросил мужчина, иронично поднимая бровь. Его склонившееся лицо проявилось в лунном свете, и Гарри был удивлен, рассмотрев некогда красивого мужчину, черты которого истончились.       Гарри кинул взгляд на озеро, гадая, не будет ли оно слишком холодным.       — Я бы не стал этого делать, — пробормотал мужчина, проследив за его взглядом. — Кальмар останется безразличным, чего нельзя сказать о гриндилоу.       Гарри с любопытством посмотрел на него, его глаза сузились в задумчивости от непонятного слова. Гарри не мог решить, стоит ли ему спросить, что такое гриндилоу.       — Я не хочу назад, — ответил Гарри, его собственный голос в ушах звучал искаженно, словно под водой. — Здесь есть спортзал с душем?       Мужчина коротко рассмеялся, но от этого странного звука волосы встали дыбом.       — Да, что-то вроде спортзала есть, но в этих душах сейчас нет горячей воды. Идём, ты можешь вымыться в моих покоях.       Гарри не хотелось идти с мужчиной, но он чувствовал, что его слова были скорее приказом, нежели приглашением. И всё же мальчик поплёлся вслед за профессором к замку, вздрогнув при виде маленьких кровавых отпечатков на ступенях замка.       — Ты буквально наследил тут, — иронично пробормотал мужчина, проводя пальцами по темной засохшей крови на ручке дверей и без единого очищая поверхность. — Дитя, если ты планируешь выжить тебе стоит лучше обдумывать свои действия.       Мальчик даже не успел обдумать эти слова, как профессор уже вышагивал дальше. Гарри пришлось немного пробежаться, оставаясь на безопасном расстоянии. Его остывшая кожа уже немела от холода. Он чувствовал мороз даже изнутри, что создавало странное тягучее чувство в животе и пустоту в груди.       После, казалось бы, бесконечной дороги, они таки добрались до большой деревянной двери. Гарри вымотался, тело и душа ныли. Профессор развернулся к мальчику словно пропуская его вперёд.       — Проходи, — коротко сказал мужчина, еле слышно произнеся видимо пароль и толкнув дверь. Гарри прошёл внутрь, удивлённый от количества разных чучел, стоящих вдоль стены.       — Прямо по коридору последняя дверь слева ванная. Не торопись, — сухо заявил мужчина. Гарри быстро последовал его инструкциям и плотно закрыл за собой дверь ванной. Гарри прислонился к двери и очень сильно пожелал, чтобы дверь не открывалась, пока он не попросит об этом. Он почувствовал, как магия обретает форму, и вздохнул с облегчением.       Мальчик скорым шагом последовал в ванную, прикрыв за собой дверь. Прислонившись к ней, он мог думать лишь о том, чтобы эта самая преграда не открылась до тех пор, пока он не пожелает того. И только почувствовав, как магия подчиняется его прошение, Гарри смог вздохнуть с облегчением.       Мальчишка быстро вымылся в душе, смывая запёкшуюся кровь. И только затем выстирал свою одежду. У него было не так уж много сменных вещей, а он даже не знал, как же тут принято стирать вещи. Были ли у них стиральные машины и сушилки? Гарри поверхностно думал о мелких и даже не очень-то важных вещах, лишь бы не думать о прошедшем часе.       Выйдя из душа, мальчик насухо вытерся полотенцем, а затем испарил воду с одежды. Наскоро одевшись, Гарри почувствовал себя гораздо лучше, чем когда он был покрыт кровью котёнка.       Уставившись на себя в зеркало мальчонка вдруг разрыдался. Поток эмоций вырвался из него словно цунами снося всё его мнимое спокойствие, погребя Гарри под слоем боли. Ухватившись за край раковины, мальчик лишь чувствовал горячие дорожки слёз на щеках. Дрожа и кривясь, мальчик пытался взять себя в руки, только бы профессор не услышал то, как он расклеился. Жар полыхал внутри Гарри, горячее, чем синее пламя. Это странное ощущение сожжённого дерева снова всколыхнулось в нём, мрачно содрогая маленькое тело.       Спустя несколько мгновений Гарри уже пил ледяную воду прямо из крана, не чувствуя онемение губ. Наконец он смог почувствовать себя спокойнее, вновь погружаясь в то потрясённое-отрешённое состояние апатии. Тщательно вымыв лицо, Гарри вернул очки на место и поправил одежду.       Когда мальчик вышел обратно в гостиную, то лишь кивнул профессору, что сидел на кожаном кресле так, словно то был по меньшей мере трон.       — Как вас зовут? — внезапно вырвалось из мальчика. Слова повисли в комнате, прежде, чем Гарри смог их обдумать.       Профессор лишь склонил голову, его глаза алели отражая огонь из камина.       — Профессор Квиррелл, — заявил мужчина, высокомерно отворачиваясь к огню.       — Нет, — воспротивился Гарри, — мы виделись раньше?       Некое чувство дежавю скреблось в стенках черепа Гарри и мальчик не смог сдержать любопытства.       Хмурое выражение поселилось на лице профессора, пока он сверлил взглядом мальчика. Теперь его глаза словно сами по себе светились красным, но конечно же это был огонь.       — О чём ты, мальчик? — зубы профессора неестественно обнажились, открывая взору заостренные клыки.       — Вы вампир? — вновь спросил Гарри, вглядываясь в профессора. — Хотя это странно, ведь вы пахнете чесноком, а вампиры, не любят чеснок… Наверное…       Лицо профессора несколько разгладилось, и то неприятное выражение исчезло.       — Ты странный ребёнок, — медленно проговорил Квиррелл.       — Какой предмет вы ведёте? — не успокаивался мальчик. Мужчина лишь едва ухмыльнулся.       — Защита от тёмных искусств. — продолжил профессор.       — А чему конкретно вы учите? — задал очередной вопрос Гарри.       — Ты вечно болтаешь, да? — с толикой раздражения произнёс Квиррелл. — Лучше заткнись и сядь.       Гарри сомневался, что так разговаривать с учениками принято у профессоров, но Снейп вполне мог сказать нечто подобное. Так что скорее всего, что у волшебников другие нормы поведения. С каждым днём такое всё больше и больше становилось похожим на единственно верное поведение в волшебном мире. Усевшись в кресло и обхватив колени холодными руками, мальчик уставился на огонь.       — Странные чары… — неожиданно начал Квиррелл. — Зачем они тебе?       — Почему бы и нет? — пожал плечами мальчик. Кажется, у него уже начинало получаться уходить от нежелательных вопросов. — Вы много знаете о зельях? — попытался сменить тему Гарри.       — Мне хватает, — с некой насмешкой заявил Квиррелл. Только едва заметными интонациями он и придавал оттенки своим в целом безэмоциональным слов. Но тут Гарри не мог понять, то ли это значит, что мужчина профессионал в зельеварении, то ли наоборот мало что понимает.       — Вы знает о зелье, которое заставляет человека говорить правду? — спросил Гарри не смотря на профессора, а гипнотизируя огонь в камине.       — Почему ты спрашиваешь? — потребовал профессор.       — Гоблины заставили меня выпить что-то такое, — просто ответил Гарри, надеясь, что мужчина не решит, что это была угроза. Хотя мальчик был уверен, что даже будь это угроза, едва ли она смогла бы запугать кого-то вроде этого человек.       — Веритасерум, — темная ухмылка на мгновение озарила лицо Квиррелла. — Видимо ты серьезно задел их.       — Я не хотел… — прошептал Гарри.       — Никто не хочет, — поворачивая голову к огню сказал профессор. — Устал? — в комнате сразу неуловимо изменилась атмосфера.       — Нет. — твёрдо ответил мальчик, несмотря на ту усталость, что медленно поглощала его.       — Я знаю, когда ты врёшь мне, — просто сказал Профессор Квиррелл.       — Как это? — оценивающе посмотрел на профессора Гарри, сводя брови в недоумении.       — Во-первых, ты скверный лжец. И тебе стоило бы исправить этот факт, если, конечно, ты хочешь выжить на Слизерине. — насмехался профессор.       — А во-вторых? — спросил мальчик.       — А во-вторых, я отведу тебя обратно в комнату.       Гарри лишь вздохнул, поняв, что ответа можно и не добиваться. С удивлением, он осознал, что предпочёл бы ещё поговорить с этим странным мужчиной, чем возвращаться в комнату, где он будет жить еще семь лет. Мальчик молча пошёл вслед за профессором в подземелья. Шли они молча, а Гарри отставая на несколько шагов разглядывал тюрбан профессора. Запах исходящий от профессора что-то мутил в его желудке. Вскоре они остановились перед гладкой стеной, что являлась входом в гостиную. Это напомнило Гарри о входе на Косую аллею, только мрачнее.       — Мы увидимся завтра? –спросил мальчик у профессора. Не то чтобы он хотел этого, но держать этого человека в поле зрения казалось хорошей идеей. Квиррелл обернулся к мальчику:       — Я буду в классе. Хотя едва ли ты вспомнишь обо мне, — загадочно произнёс профессор.       — Вы сделаете так, что я забуду? — осторожно спросил Гарри.       — Я не использую Обливиэйт на учениках. — фыркнул профессор. — По крайней мере не сейчас. К тому же это обещает быть интересным.       Склонившись рядом со стеной, профессор произнёс пароль и каменные блоки пришли в движение, открывая взору гостиную в зелёных оттенках. Молли сидела рядом с Андреа, сжимая руки. Рядом устроился уставший Деймон. Гарри оказался протолкнуть внутрь.       — Староста. Нужно лучше следить за своими первокурсниками, — строго заявил профессор. Гарри не был уверен, с кем конкретно говорит профессор, с Молли или…       Девушка с придыханием вскочила на ноги, подхватывая споткнувшегося Гарри. А мальчик лишь успел заметить исчезающих в проёме платок Профессора Квиррелла.       — Мерлин, Гарри, — прошептала Молли, падая на колени и крепко обнимая мальчика. — Что произошло?       Гарри лишь скупо улыбнулся несколько издевательской улыбкой, стоило девушке отстраниться и посмотреть в его глаза.       — Ничего, — тихо начал мальчик. — Что такое Обливиэйт?