Урок

      Прошло уже около шести-семи лет после победы над Зан Тири, много воды утекло с тех пор, много зим сменилось, но люди остались те же. После того, как Кассандра вернулась из своего путешествия, жители Короны так и продолжали смотреть на нее волком, а слухов только прибавилось. Но время ведь идет и с его течением все меняется, девушке не раз подворачивался шанс вернуть свою репутацию: мало по малу Кэсс доказывала свою преданность королевству, один раз даже помогала отразить атаку на столицу. Но решающим был момент, когда воительница совершенно случайно оказала влияние на один торговый договор с другой страной: помогла Рапунцель, когда та вслух рассуждала о возможных последствиях. И, совет Кэсс помог сильно, как и последующие, так что с недавних пор девушка занималась внешней политикой государства.       Не все жители королевства приняли такое решение. Они не особенно сильно любили Кассандру, но вот беда: они все безоговорочно обожали королеву Рапунцель, доверяли ее решениям, ведь во время ее правления государство процветало. Не было войн, экономика стремительно росла, а Корона на международной арене занимала все новые и новые политические победы. Так что вскоре жители стали относиться к бывшей предательнице лояльнее, а некоторые даже простили. Все же Рапунцель много работала над восстановлением репутации подруги, как и сама Кэсс.       Девушка провела рукой по фортепьяно, в памяти всплыли уроки Вэриана. На удивление алхимик был не только обучен игре на этом инструменте, но и был очень даже хорошим педагогом. Но кроме того тот стал прекрасным юношей. Из неловкого, неуклюжего подростка-алхимика он превратился в высокого, статного королевского инженера. Вэриан, действительно, вырос, стал старше, шире в плечах, но лицо юноши все также покрывали знакомые всем веснушки, а глаза, небесно-голубого оттенка, хранили во взгляде ученое любопытство. Статность в осанке, подчеркиваемая бордовыми оттенками в одежде, даже в должности, быстро рассеивалась, стоило юноше двинуться с места. Он часто что-то ронял, периодически спотыкался и неловко вставал, поправляя вечно растрепанную челку. Но эта улыбка, живая, завораживающая, яркая бирюзовая прядь, россыпь ярких веснушек, щербинка между зубами. Казалось бы, такие мелочи, но воительница запомнила их все.       Кэсс помнила их уроки, хотя, поначалу даже не знала, почему согласилась. Но воительница надолго запомнила несмелые, робкие ноты, порой фальшивые, иногда излишне резкие звуки, но мелодия всегда выходила такой живой, искренней, подстать самой девушке. И также она помнила их первый поцелуй... такой нежный, невинный. Видимо, Кассандра, действительно, заигралась. Сейчас же девушка стояла в одном из залов замка, где часто принимали гостей, важных послов из других стран и просто титулованных аристократов. Она и сама была частой гостьей этого помещения, посещала приемы вместе с правящей семьей Короны, как доверенное лицо. В обычное время это помещение пустовало и фортепьяно простаивало за ненадобностью. Даже прислуга заходила сюда редко.       Кассандра подняла крышку фортепьяно и нажала на до. Звук звонко разлетелся по помещению, разрезав почти что гробовую тишину. Пальцы ловко продолжили идти по другим клавишам дальше направо, и комнату заполняла негромкая, но резвая и звучная мелодия. Девушка ловко обошла пуфик, приставленный к инструменту и села на него, продолжая играть смутно знакомые ноты. На удивление Кэсс даже помнила что-то с тех уроков, которые со временем переросли в свидания, частые встречи под Луной.       За игрой девушка даже не заметила, как в комнату вошёл Вэриан. Алхимик же, только завидев знакомый и любимый силуэт, сидящий за фортепьяно, ускорился и вскоре встал чуть поодаль. Он заворожено наблюдал за тем, как тонкие аристократично-бледные пальцы летали над клавишами, нажимая некоторые из них, наслаждался игрой, довольно умелой, пусть и не без промахов. Но все эти ошибки в нотах были, ни чем, по сравнению с тем, с какой серьёзностью и увлечённостью во взгляде Кассандра смотрела на клавиши, казалось, она улетела в какой-то астрал: телом девушка была здесь, сидела за фортепьяно, но вот душой, душой она растворилась в музыке. И Вэриан любил это в девушке, любил эту ее увлеченность, умение погружаться в процесс, жить им, казалось, юноша мог вечность наблюдать за этой игрой.       Когда же партия подходила к своёму концу - это было видно по снизившемуся по сравнению с кульминацией темпу мелодии - Вэриан подошёл ещё ближе и положил руки на плечи девушки. Воительница едва заметно вздрогнула и, убрав руки с клавиш, накрыла ладонью пальцы алхимика.       -Неплохо... Знаешь, это, действительно, было не так уж и плохо. - Вэриан довольно улыбнулся, оглядывая любимую, от чего на его щеках появились ямочки. - Но все же стоит подтянуть тот переход, он входит слишком смазанным.       -Подтянуть? - Кассандра вскинула бровь, повернувшись к алхимику и положив руки на колени.       -Да... Думаю, тебе нужны дополнительные уроки. - Со всей серьёзностью в голосе произнёс Вэриан, нагнувшись к девушке.       -И ты будешь готов мне их оказать? - Кэсс подняла голову и жарко выдохнула в губы алхимика, усмехнувшись.       -Да, но тебе придёться заплатить. - Он, дразня, коснулся носом её щеки и, двинувшись вперёд, едва не коснулся губами мочки уха, но девушка все равно почувствовала его горячее дыхание, отразившееся мурашками по всему телу. - Ты готова к этому?       -Как никогда. - Кассандра ухмыльнулась и подалась вперёд. Вэриан уже хотел что-то ответить, как вдруг девушка накрыла чужие полуоткрытые губы пылким поцелуем, спутав все его мысли.       Кэсс вновь чувствовала этот запах реактивов, исходивший от алхимика. Девушка была готова теряться в нем снова и снова, жадно вдыхая и будто бы пьянея от этого. После такого она уже не могла представить Вэриана без этого резкого, но такого характерного для него запаха, состоявшего из тысячи и одного аромата, путающего мысли, будоражащего сознание       Кассандра обвила руками шею алхимика, углубляя и продолжая поцелуй. Они периодически отрывались друг от друга, но не выдерживая влечения, продолжали. Эти поцелуи сводили воительницу с ума. Кто ж знал, что Вэриан так умеет. Он будто бы дразнил её, оттягивая момент, периодически прикусывал губу, отстранялся так не вовремя, что Кэсс от нетерпения притягивала его обратно.       Девушка подалась рукой вверх, зарываясь пальцами в его вечно непослушные, но такие родные угольные волосы. Иногда Кассандра оттягивала пряди, будто бы игралась с ними, от чего Вэриан приглушенно ойкал, но не убирал ладонь в волосах, так что девушка продолжала повторять это действие снова и снова.       -Кэсси... - Выдохнул алхимик, смотря в зелёные, мутные от желания глаза, исследовавшие черты его лица, запоминавшие каждую родинку или веснушку. Юноша игриво улыбнулся и провел большим пальцев по ее слегка покрасневшим щекам.       -Не нужно. - Прервала алхимика воительница и, встав с пуфика, вновь прильнула к его губам. Но долго Кассандра не простояла, очень скоро Вэриан заставил девушку приблизиться к фортепьяно, облокотиться о него.       От такого движения Кэсс задела клавиши, те отозвались звонкими нотами, прорезав томную и мутную тишину. Звук был пылким и резким, но в то же время плавным, прям как поцелуи, которые алхимик стал оставлять на бледной шее любимой. Девушка запрокинула голову наверх и, зажмурившись, бегло пробежалась пальцами по фортепьяно: звук получился быстрым, неровным, будто дерганным, но таким живым. Кассандра не заметила, как руки алхимика забрались под её тунику, став с особой строптивостью исследовать каждый сантиметр её обманчиво хрупкой фигуры. Девушка прикусила губу и, притянув Вэриана к себе, оставила на губах смазанный поцелуй, прерванный тихим стоном, все потому что алхимик добрался до груди.       Вэриан не видел её тела сейчас, но прекрасно чувствовал его обманчивый лёд, толпу мурашек, бегающих по спине. Ему нравилось ощущать Кассандру, нравился этот ее напускной холод, который было очень легко сбить и, более того, юноша даже знал как. Да, кожа Кэсс была привычно холодной, но алхимик знал, что прямо сейчас внутри воительница пылала от желания. Об этом говорили её мутные глаза, бегающие из одного угла в другой, иногда цепляющиеся за его радужку, пленявшие глубиной своей зелени и притягивающие взгляд его. Жаркие поцелуи, полные нетерпения и любви, иногда прерываемые сладкими стонами и дрожащие руки, пальцы, путавшиеся в волосах. А между тем алхимик вовсе не с учёным любопытством исследовал её талию, пробегался пальцами по ребрам, едва ощутимо сжимал грудь, наслаждаясь сбитым от его дразнящих действий дыханием. Ему нравилось её так дразнить, изводить, нравилось наблюдать за тем как она, лишаясь терпения, сама подалась вперёд, лишь бы ощутить наглые касания к её коже. Это заводило самого Вэриана, от чего на его лице появилась манящая улыбка. Наигравшись, алхимик поднял тунику и быстро снял ее с девушки, откинув за ненадобностью в сторону.       Вэриан задержался взглядом на почти оголенной груди, теперь её скрывала тоненькая маячка, через которую были видны вставшие соски, и вновь прильнул к любимым губам. Её поцелуи были такими горячими, желанными, на вкус напоминали сладкую вишню или черешню, сводили с ума, возбуждали и заставляли желать большего.       Не переставая целовать алхимика, Кассандра ловкими движениями рук стала расстегивать пуговицы на чужой рубашке. Периодически пальцы заплетались, но уже скоро одежда оказалась рядом с туникой девушки, а через пару мгновений в той же бесформенной куче оказалась и майка.       Вэриан, оставив последний поцелуй на вишневых губах, вновь перешёл на шею и, оставляя после себя мокрую дорожку, спустился к впадинке между ключицами. Проведя языком по ключицам, алхимик вновь стал спускаться вниз к груди.       Кассандра застонала, все потому что юноша обратил свое внимание к её соскам. Играя с одним из них языком, он уже чуть сильнее сжимал вторую грудь, иногда легко покусывал чувствительное место на теле девушки, наслаждаясь её периодическими приглушенными стонами, которые воительница пыталась тщетно скрыть. Но они все равно слетали с губ, резонируя в томной тишине. Иногда девушка, опираясь на фортепьяно, случайно задевала пальцами клавиши, так что стоны эти сливались с звуком, издаваемым инструментом.       Вэриан подошёл ближе, коленом умостившись между ног девушки. Кэсс же, притянув, требовательно поцеловала. Ноги уже не держали ее, она пылала от желания и нетерпения, от того, что алхимик находился рядом. И да, Вэриан прекрасно видел это, чем бессовестно пользовался, нахально проводя пальцами по обнаженной груди, спускаясь вниз к пупку. Спускаясь вниз, юноша ухватился на ремень, сдерживающие штаны любимой. Быстро справившись с ним и со штанами, что тоже были откинуты в сторону резким движением, алхимик запустил руку в трусики девушки. Его рука прошлась по ее промежности, Кассандра выгнулась навстречу и что-то тихо простонала, стиснув зубы. Вэриан ощущал ее дрожь, что, конечно, не могло не вызвать у него улыбки, в то время как девушка продолжала слепо тыкаться в любимого, покрывая его смазанными поцелуями, уже давно вышедшими за пределы губ. И ухмыльнувшись, алхимик подался вперед, пальцами войдя в нее. Воительница что-то негромко вскрикнула, юноша даже не разобрал, но ведь ему было далеко не до этого: Вэриан наслаждался тем, какой беспомощной она сейчас казалась, как мелко дрожала, произнося его имя, как цеплялась за плечи, периодически оставляя на них следы от губ или ногтей.       Движения были мягкими, неторопливыми, тянулись, будто пчелиный мед, в то время как Кассандра уже вся извелась. Алхимик с наслаждением в глазах наблюдал за тем, как обычное желание в глазах любимой перерастает в потребность. Она нуждалась в его пальцах, поцелуях, в нем и это не могло не льстить. В конце концов, Вэриан вышел из нее и вновь поцеловал, чувствуя, как руки Кэсс потянулись к его ремню.       Кассандра чувствовала желание Вэриана, выражавшееся в бугорке в штанах, которые уже скоро оказались на полу. Девушка провела пальцами по члену алхимика, замечая, как он рвано выдохнул в тот момент. Он довел ее, Кэсс чувствовала, что взмокла, чувствовала свои ватные ноги, но сейчас девушка хотела в ответ довести Вэриана. И в их случае месть будет подаваться горячей.       Движение руки были дерганными, возможно даже излишне, все потому, что воительница сама теряла связь с реальностью, утопая в мутном взгляде любимого. Периодически до ее ушей долетали рваные выдохи Вэриана, кажется, он даже говорил ее имя, но уже через несколько движений юноша кончил, прорычав что-то сквозь стиснутые зубы.       Что ж, месть была выполнена, Кассандра даже успела усмехнуться, как вдруг вновь оказалась прижата к фортепьяно, от чего инструмент издал характерный звук, разлетевшийся по помещению.       -Играешь с огнем, фокусник. - Выдохнула ему в губы девушка, но вместо ответа получила пылкий поцелуй, а через пару мгновений почувствовала, как сильные мужские руки требовательно стиснули ее бедра. Пальцы пробегались по оголенной коже, вновь вызывая табун мурашек, периодически сжимали ягодицы, из-за чего Кэсс рвано выдыхала в ухо Вэриану, пока в один момент просто не прикусила чужую мочку. - Давай уже...       Алхимика два раза просить не надо было. Лишив Кассандру последней одежды, он приблизился к ней в плотную. Девушка запрыгнула на него, обвив ногами чужие бедра, чувствуя, как упирается в фортепьяно. Поза была не шибко удобная, но ей уже было все равно.       Она хотела его, всем телом.       Кэсс отчетливо ощутила первый несмелый толчок, после чего сама подала вперед. Затем был второй, третий, после четвертого девушка не выдержала и простонала, зажмурившись. Вэриан переплел их пальцы и взглянул на девушку, что раскраснелась от возбуждения. Девушка все же нашла в себе силы поднять взгляд совсем темных от пелены желания глаз на алхимика и поцеловать его. Вэриан, конечно, ответил, толкнувшись еще раз, а поле, спустя пару мгновений ощутил, поймал губами ее рваный выдох и поцеловал. Пару толчков - кончила Кэсс, а следом и он.       Кассандра повисла на Вэриане, бормоча что-то и все еще цепляясь руками за его плечи. Алхимик аккуратно спустил девушку на пол, заглянув в любимые глаза.       -Что ж... назначай время урока. - Тихо проговорил он.       -Завтра в 12. - Девушка уткнулась в чужое плечо носом, прикрыв глаза.