Миссия «Найти Учиха»

      Поход к Ино был сложным делом. Нет, конечно, Шисуи не волновался. Он был взрослым мужчиной, бывшим шиноби, Сакура говорила, что он был гением клана. Ключевое слово «был». Ибо последние десять лет Учиха жил в небольшой хижине у реки, и всей его «тяжелой» работой была помощь в сборе и сортировке трав. Да, он мог быть самостоятельным в пределах своего дома, он ежедневно занимался физическими упражнениями и обладал отлично развитыми остальными органами чувств. Это очень хорошо для обычного человека, но бесконечно мало для шиноби. Особенно, для таких, к числу которых относились Харуно и её друзья.       Учиха и раньше знал, что Сакура едва ли не лучший ирьенин пяти стран и героиня войны. Но одно дело, когда ты просто Мизуко, сын травницы Хироко, и совсем другое — когда ты человек, которого раньше признавали как отличного шиноби и опасались не только в своей стране, а ещё, когда ты один из двоих последних представителей некогда великого клана. Клана, об уничтожении которого так старательно избегала говорить его родственная душа. Да и со вторым Учиха не все понятно было. Вот он вроде сокомандник Сакуры, а говорит она о нем так, что создаётся впечатление, что он как минимум пытался её убить.       Лучшими друзьями Сакуры, оказалась недавно поженившиеся ребята, знавшие друг друга с детства, но так ни разу и не подумавшие, что они могут быть родственными душами. Девушка была главой большого и известного клана, и ученицей Ибики Морино, а парень был самым геройским героем войны, и изо всех сил стремился скорее занять пост Хокаге, на котором сейчас был их, общий с Сакурой, сенсей. Это, вообще, была отдельная песня. Два сенсея Хокаге, лучший друг следующий Хокаге, в близком круге общения Казекаге, первые советница Казекаге и советник Хокаге, наследники всех главных кланов, постоянные запросы на миссии по обмену знаниями и, ярким флагом маячившая, должность главного врача в госпитале.       И Шисуи. Который просто Шусуи, без зрения и чакры. Который даже не был из главной семьи мертвого клана, и которому из-за этого, в лучшем случае, полагалась комната в общежитии. Поэтому, конечно же, Шисуи не волновался. Разве был повод.

***

      Девушка, к которой они пришли, Яманака Ино, была милой и тактичной. Они перекинулись парой дежурных вежливых фраз, а затем его отвели в рабочий кабинет. Мужчине нацепили несколько разных датчиков на проводах, и объяснили, что будет происходить дальше. Некоторое время после ничего не происходило, пока он не почувствовал чужое присутствие в своём сознании. Угрозы от этого не чувствовалось, но и к любимым ощущениям он бы это точно не причислил. А затем всё также внезапно закончилось, и он почувствовал, как помощник девушки избавляет его от датчиков.       — Простите, Шисуи-сан! Но, к сожалению, я ничем не могу Вам помочь. Более того, у меня есть основания полагать, что в вашем случае, это благо — не помнить, что произошло. Мне не известно, какая конкретно ситуация вызвала такую сильную реакцию подсознания, но это никогда не происходит по хорошей причине. Иногда незнание гораздо предпочтительней губительной информации.       Почему-то, это не стало для него удивительной новостью. Шисуи как будто чувствовал, что если бы мог, уже давно бы всё вспомнил. Что же, это было не самое важное для него исследование в этот день. Гораздо более насущным был вопрос о работе чакры. Если Сакуре и Шизуне удастся выяснить в чем проблема, это будет просто прекрасно.

***

Сакура и Шисуи пообедали в квартирке у девушки, и это странно, но он чувствовал себя так уверенно в её доме, как будто он всегда тут жил. Сакура лишь глупо хихикала, и в очередной раз к нему прижималась. Кто бы мог подумать, что девушка такой фанат объятий?       А затем они отправились в больницу. Сакура там была как рыба в воде, но из-за этого их часто останавливали. Его не слишком это смущало, хотя Учиха спинным мозгом чувствовал, что на него направлено слишком много чужого внимания.       И опять кабинет, датчики, пищание приборов, и неизвестность, потому что Сакура где-то за стеной изучает показания приборов. Шисуи не знает насколько все плохо, а Харуно не возвращается достаточно долго. Он уже начинает понемногу нервничать, когда дверь открывается и девушка молча подходит к нему. А затем в очередной раз обнимает, утыкается в него мокрым от слёз лицом, и тихо шепчет:       — Все в порядке… Все в порядке! Я смогу тебе помочь. Это не будет быстро, но мы сможем это сделать.

***

      С того дня, Харуно принимается за его лечение. Каждый день она проводит непонятные ему манипуляции, пока однажды он не начинает чувствовать чакру. Сначала это маленькие капли, но день за днём поток чакры увеличивается. Конечно, это здорово, но Шисуи трезво понимает, что это не сделает его ни шиноби, ни полноценным членом общества. Так же как понимает, что Сакура что-то не договаривает, потому что она определённо преследует какую-то цель, для осуществления которой у него должен быть определенный запас чакры.       Пока однажды, ему всё становится понятным. С самого утра Харуно явно нервничала, и отказывалась говорить в чем дело. А потом и вовсе спросила:       — Ты доверяешь мне, Шисуи?       — Конечно, я тебе доверяю, — заверяет её парень.       И тогда она рассказывает, что есть шанс вернуть ему зрение. Но это будет не быстро, болезненно, и делать это будет не она, а гораздо более опытный специалист. На вопрос, почему она тогда нервничает, девушка честно признается, что она переживает, потому что человек, который будет это делать, скажем так, несколько эпатажный. Но с другой стороны, если кто-то и может ему помочь, то только он.       Для Учиха это не просто радостная новость, а лучший подарок Шинигами. Он и не думал, что такое в принципе возможно. Пусть это будет долго и болезненно, но если у него есть хоть самый маленький шанс — он обязательно им воспользуется. Хотя, его энтузиазм немного слабеет, когда его новый врач приветствует его фразой:       — Ну здрассссствуй, Шисссссуи-кун! Какая ирония ссссуудьбы — когда-то я пытался заполучить твои глаза ради шшшшарингана, а теперь сссссобираюсь попробовать вернуть тебе зрение.