Опять ты лжёшь и снова так ласково зовёшь меня «Мой любимый Сайхара-чан»

У Шуичи невероятно красивые прямые тёмно-синие волосы, в полумраке становящиеся практически чёрными, поглощая тьму вокруг, однако, оставаясь лишь дополнением к акценту блестящих серых глаз. В тени нависшего над ним тела они буквально светились, гипнотизируя и внушая неподдельную надежду. Эти глаза были подобны коварному болоту, глубокому до такой степени, что уже можно было смело употреблять эпитет «бездонное». Болоту, в котором без промедления можно было увязнуть навечно и больше не вернуться в реальность, полностью отдаваясь этому холодящему душу взгляду, забывая обо всём, что только могло беспокоить и тревожить. Утонуть в этом болоте – истинное счастье и надежда. Грудь вздымалась, изо рта изредка вылетали томные вздохи. Неотрывный рассеянный взгляд беспорядочно блуждал по открытому под ним телу, но лидер не решался едва ли притронуться к нему. Не сейчас, не в такой момент… Хотя… Нет, пожалуй, именно сегодня Кокичи может послать все свои сомнения к чёрту, набрать полные воздуха лёгкие и выкрикнуть, практически надрывая глотку «Да! Это именно то, чего я так страстно желал, и я добился этого! Я украл его сердце, и я, чёрт возьми, удовлетворён!» Прохладные шершавые пальцы тихо касаются щеки, аккуратно поглаживая очертания скулы, открыто, но как бы невзначай задевая нижнюю губу, от чего всё тело пробивало лёгкой дрожью. Кокичи не художник, но он старательно вырисовывает элементы причудливого узора на обжигающей теплом коже, внимательно следя за «кистью» и табуном мурашек, что остаются после практически невесомых прикосновений. Кокичи и не поэт вовсе, чтобы посвящать баллады этому юному телу и светлому разуму, скорее актёр, что так прекрасно отыгрывает свою роль соблазнителя и лжеца, шепча на ухо так игриво и нежно «Холодно?». В ответ на него лишь устремляется искромётный затуманенный взор, который очевидно нельзя было назвать безмолвным. Шуичи правда не знает, наигранные ли это эмоции, эта тревожность и беспорядочность его действий или очередная блестяще отыгранная роль на сцене. Он правда не знает, стоит ли вверять этому юноше свои чувства или же будет правильнее для всех без исключения запихнуть их куда подальше и даже не пытаться заводить об этом разговор. Они просто друзья, которые уже завтра, возможно, заклятые враги, которым могила будет примирение. Уже завтра, а может быть и сегодня один из них распрощается со своей жизнью, так стоит ли таить иллюзорную надежду взаимности, когда стоило бы сосредоточится на другом? - Сайхара-чан, о чём же ты таком сейчас думаешь? Ещё чуть-чуть, и ты буквально прожжёшь во мне дыру своим взглядом! - П-прости - Ты ведь ни разу не целовался, верно? - Что? Замерзшие губы накрывают горячие, вовлекая в трепетный робкий поцелуй. Такой поцелуй неплохо было бы назвать девственным, девичьим, если бы только это не звучало так несовместимо и глупо. Для Шуичи это действительно был большой шаг в их запутанных отношениях, та рука помощи, что с радостью бы распутала клубок его отчаянных пленительных мыслей, разбивая в дребезги рамки «мы просто друзья». Казалось бы, для Кокичи это всё лишь игрушки, сладостные пытки для уже пойманной в свои сети «жертвы несчастной любви», но тогда почему же так неумолимо краснеют щёки, пылая алым пламенем осознания? Влюбился. Так робко и нежно. Влюбился в его любовь и по пояс увяз в этом новом, неизведанном спектре эмоций, которые стоило бы придержать, а то и вовсе скрыть, но время уже неизбежно потерянно, дыхание сбито, прихватив за собой и уверенность, а глаза вот-вот заслезятся от растущей беспомощности. - Это было достаточно быстро, тебе так не кажется? И как бы сейчас хотелось ему, чтобы это всё было глупым сном, порождённым его несбыточной фантазией, но вовсе не потому что тот действительно этого не желал, а по той простой причине, что он не был готов пережить это сейчас. Эдакая шутка, зашедшая слишком далеко. Шутка, основанная на детском любопытстве и желании узреть, но именно та шутка, что так отрезвительно стукнула по голове, громогласно провозгласив: «Это влюблённость!». И как бы сейчас снизу возмущённо не ворчали, скорчив выражение неодобрения, ответ всё-таки будет един для обоих: «Дождались!». Наконец-тоОма дождался, когда эти серые глаза уставятся на него по-новому робко, не от тех многочисленных пошлых шуток, невзначай брошенных вслед, не от тех многозначных взглядов, изучающих от и до, пока загадочная ухмылка не сходит с лица. На него уставились как на сокровище мира, только что откопанное и почему-то кажущееся ненастоящим, поддельным. Наверняка в этот момент в глазах Сайхары проскользнула искра, огонёк авантюры – Кокичи в этом более чем уверен, но всё же не может узреть это воочию. Наверно стоило бы включить настольную лампу тут, на прикроватной тумбочке, ведь за окном вот-вот стемнеет, а они уже едва ли могут разглядеть силуэты друг друга будучи почти вплотную. Но тогда и вся атмосфера романтики рассеется с последним лучиком света, прогнавшим мрак. - Я ведь и засос могу оставить, я отчасти собственник, Сайхара-чан, - неловко пробубнил хитрец, нетерпеливо оттягивая нашейный платок, делая вид, что ему жарко, - ты тоже можешь оставить мне засос, если пожелаешь, - брюнета быстро окинули проницательным взглядом. - Ой, как я мог забыть, ты ведь наверняка и этого не умеешь, верно? - К-кокичи! Нелепо и абсурдно. Смешно настолько, что Ому аж трясёт. Ему даже пришлось слезть с Шуичи и перевалиться на бок, свернувшись в клубочек, прежде чем подавить приступ безудержного смеха. Ему пришлось слезть с Шуичи прежде чем за дверью послышались удивлённые восклицания, стремительно приближающиеся к комнате. - Да ладно, серьёзно, что ли? Если бы Миу обладала большей мышечной массой, то непременно бы выломила эту бедную дверь, влетая в помещение как к себе домой. - Рантаро сказал, что вы тут тра… В смысле?! То есть Ирума мчалась с другого конца здания, едва услышав что-то про соитие абсолютного детектива и коротышки, а они тут… Сидят, да ещё и одежде! А этот лошок ещё и ржёт хрен пойми над чем! - Как это понимать? Вы что, хотите сказать, что уже успели переспать и одеться? Вот вы скорострелы, конечно! А ты чё ржёшь, а? что-то не думаю, что этот извращенец такой крутой шутник, у нас тут другой клоун за это отвечает, - недовольно взвизгнула Миу, с презрением окинув взглядом Кокичи. - Валите из моей комнаты! - Ой, ну и больно хотелось, - обиженно надула губу девушка, слегка призадумавшись, - но если вы решите пойти на второй заход, то позовите меня. - Я сказал пошли вон! - Ладно, - как ни в чём не бывало сказала изобретательница, едва успев договорить, прежде чем в её лицо метко прилетела первая попавшаяся подушка. Опять их прервали, опять эта гнетущая тишина. Пожалуй, сегодня судьба решила сыграть с ними в одну большую злорадную шутку, игру, где априори удача была не на их стороне. И вот сидят они, переглядываются, смущённо отворачиваясь каждый раз, когда взгляды всё же пересекались, очевидно говоря друг другу: «Да, я тоже считаю, что момент икс был упущен по полной и мне тоже капец как неловко». - Не хочешь на закат посмотреть? - Прямо сейчас? - Ну, можем и потом, только заката уже не будет - Зато звёзды будут - Ты же неспроста это предлагаешь, верно? - Кто знает? - Будешь смотреть на звёзды, попутно нашёптывая мне на ухо очередной пошлый вздор? - Непременно - Тогда пошли