Пыль дорог

      Что чувствует человек, впервые увидевший снег? И ощутивший, как пушистые хлопья касаются разгоряченной кожи и тут же тают? Я был удивлен. Я не знал, что в мире существует нечто столь прекрасное и завораживающее взор.       Пока Безупречные шли до Винтерфелла, я слушал как снег хрустит под ногами, любовался его кристальной чистотой и искрящейся белизной, и был рад этим новым чувствам, возникшим в моей душе. Я думал, что мое сердце окончательно превратилось в камень, не способно чувствовать радость, трепет и волнение, но это оказалось не так. Когда первые снежинки легли на мою ладонь, я почувствовал, как что-то внутри меня пробуждается от долгого сна. Эти крошечные ледяные крупинки вызвали в моей душе бурю эмоций, и я еще долго не мог оторвать глаз от кружащихся в воздухе снежных хлопьев.       Я видел как дети северян строят ледяные дома, комкают снег руками, а затем кидают ими друг в друга. Должно быть, это такая игра, потому что они громко смеялись, когда снежные комочки ударялись им в грудь или спины. Я не понимал, почему эти дети вышли на мороз, вместо того, чтобы сидеть дома возле жарко натопленных очагов, но потом я осознал, что они привыкли к этим погодным условиям и ни снег, ни ледяной ветер не причиняют им вреда.       Не всем моим собратьям снег и мороз пришелся по душе — оно и понятно. Мы все выросли под жарко палящим солнцем, видели лишь песок и пыль дорог, мокли под дождем и спали под открытым небом, не заботясь об удобствах. Здесь же, в этом суровом краю, мы впервые ощутили холод, пробирающий до самых костей. Почувствовали дуновение обжигающе-ледяного ветра, его настырные пальцы, забирающиеся под одежду, его шепот, в котором слышалась угроза.       Тем не менее мне этот белый край несказанно понравился. В те ночи, когда я стоял в карауле, замотавшись в меховой плащ, я наблюдал за серебристым диском луны, спрятавшимся за покрывалом из облаков. Тут она казалось совсем другой, более яркой и приветливой. И именно в такие ночи я чувствовал спокойствие и умиротворение, даже несмотря на зверский холод. Я чувствовал себя живым.