Вкус заката

      Солнце клонилось к закату, отдавая власть над небом луне, что должна освещать ночное небо, почти так же ярко.       Молодой парень совсем не обращал на это внимание – ему явно было не до этого. Он кусал губы до крови, и посмотрев на него, можно было понять, что у него явно не всё в порядке. Тёмная лисица выжгла из него всё, заставив усомниться в самом себе. Правильные ли поступки он совершает? А что если нет, ведь это уже не изменить. Все его друзья, да даже знакомые поняли – с этим парнем что-то не так, как будто что-то переломилось внутри него. А как объяснить им, что ему каждую ночь снится один и тот же сон, где он – главный герой, но если быть совсем точным, монстр, который убивает тех, кто дорог ему.       Каждый день он просыпается в холодном поту – иногда его будит его отец, ведь он начинает кричать во сне. И каждый день он приходил сюда и размышлял – а за что ему это?        Услышав шаги, парень отвлёкся от мыслей, но не стал оборачиваться – этот одеколон он узнает из тысячи. — Стайлз, ты точно уверен, что ты живёшь здесь? — усмехнулся Питер. А ведь правда, Хейл отправил Стайлза домой, но никак не шастать по городу. — А ты точно уверен, что тебя здесь ждут? — ответил Стилински, не забывая про свой сарказм. Питер покачал головой и накинул на него свою куртку, сев рядом. Он не хотел ничего говорить – зачем, если можно просто посидеть в тишине, возможно, даже наслаждаясь обществом друг друга.        Оборотень и человек просидели так до самых сумерек. Но затем Хейл встал и протянул руку Стайлзу, что наконец взглянул на него: — Как насчёт чашки кофе? — Питер решил действовать сейчас, чтобы не сожалеть потом – неизвестно, что он может натворить, находясь в таком состоянии.        Видимо, перед ним предстал выбор: ехать с этим бывше-психопатом или остаться здесь. Стайлз посмотрел Хейлу в глаза и не увидел там ничего, кроме беспокойства за него – и не капли притворства, что так присуще Питеру.        И Стайлз решился. Именно поэтому сейчас он сидел в дорогом кресле, грея руки о тёплую кружку с кофе и слушая язвительные комментарии Питера. И, кажется, он стал немного счастливее.