Пейзаж

Демон вновь стоял на верхней террасе, невидимый для всех, обдуваемый слегка прохладным ветром с моря. Чудесные золотистые листья кружили в воздухе круглый год, пытаясь дотянуться до звёзд, покидая свои деревья. Со всех сторон возвышаются чёрно-синие горы, таящие в себе залежи кор ляписа. Но Сяо не думает как обычно о великом. Прекрасные виды он теперь пропускает мимо глаз. Его взгляд прикован лишь к одному. Небольшой молодой лесок недалеко от двора. Одинокий затухающий костерок. Кривая кучка трупов неподалёку. И путешественник, сладко заснувший посреди пушистой травы и зарослей шелковицы. Никакой обычный человек не заметил бы этого, но для адептов видеть на несколько километров вперёд - нормально. Итэр, выбирая место для ночлега и не желающий тратить ни единой моры на комнату, по ходу разнёс небольшой лагерь хиличурлов. Не успев убрать трупы, даже не обработав многочисленные, но не смертельные раны, он с жадными глазами принялся готовить еду, подогреваемый своей летающей консервой. Вытягивая свой плоский живот с прилипшей туда соломой и кровавыми потёками, он опускается на траву рядом с деревом. Паймон улетает в какое-то своё измерение и путешественник остаётся один. Ждать долго не приходится. Едва оглядывая небо Тевайта, он уже закрывает глаза и зарывается в летнюю траву. Сяо видит светлячков, которые беспечно садятся на броню, живот, лицо, освещая голубовато-жёлтым цветом бледную кожу, которая в свете луны выглядит ещё болезненней. Он видит струйку крови, запёкшуюся на щеке. Он подавляет внезапное желание вытереть её и залечить порез. На лицо Итэра упала летняя ковыль, припудрив нос своей пыльцой. Коса, будто родная с землёй Ли Юэ, сливается с букетом летних подсушенных солнцем пахучих трав. Сяо уже много лет не чувствует запахов. Не чувствует боли, усталости, вообще ничего. В его голове осталось только слепая преданность властелину. Люди же чувствуют всё. Итэр чувствует всё. Сяо видит как путешественник изматывает себя настолько, чтобы перед сном не оставалось сил даже на мысли. Как он каждый день проваливается в сон и каждый раз старается не думать о какой-то сильной боли, которая порой омрачает его лицо вечерами. Сяо видит, как путешественник принюхивается к окороку, проверяя на пригодность, или пробует приправу, творя одно из своих блюд. Как вдыхает аромат цветочных террас в Цинце и просто падает навзничь, приминая свои весом траву и игнорируя кабана неподалёку. Сяо видит, как путешественник получает по голове, когда во время боя по-глупому отвлекается на бабочку или спешит подобрать запасы монстров. Ещё ни из одного боя, на памяти демона, он не вышел без царапин, синяков и красных потёков. Он не умеет сдаваться даже когда противник ему явно не по зубам и со всеми силами бьёт снова и снова, раня себя снова и снова. Сяо видит, как путешественник тепло заботится о своих немногочисленных друзьях из Ли Юэ. Он каждый раз тепло улыбается и помогает каждому, хотя в глазах у него застыла горькая печаль. Сяо всё ещё помнит тот неповторимый сладко-кремовый вкус тофу с нежным ароматом миндаля. Он будто вернулся в то время, когда ещё имел власть, когда ещё шла война, когда к властелину была не только верность, но и своеобразная любовь. Он будто снова почувствовал себя на заре своего рождения, в вихре светлячков. Он почувствовал запах гальки, вкус крови. И с того момента его пост наблюдения стал регулярно менять место. Стал следовать за Итэром. Похоже, он очень много времени потратил на то, чтобы запомнить, как путешественник ест, спит и говорит. Его мысли стали перестраиваться в нечто иное, подёрнутое сладким шлейфом розовых воспоминаний, сладким прямо как вкус того тофу. Это была…модель…мечта? Он видел с себя с ним. С юным парнем, человеком, однажды принёсшему ему вкус жизни на тарелке. Он бы не допустил тех царапин. Он бы лечил их. Он бы сел вместе с ним на склоне Зимородка и ждал бы, когда тот заснёт. Он бы бесконечно смотрел в эти глаза, полные грусти и любви. Он бы вдыхал его запах, сразу после боя, в поту, крови, в тёплом летнем сене, всегда. Научи меня вновь чувствовать запах. Дай мне остановить красную медовую кровь. Научи плакать и смеяться. Научи меня чувствовать снова, Итэр.