меня сломало прошлое

Посидев ещë некоторое время за столиком, Арсений приподнялся, накинул на себя толстовку и хотел было взять сумку и спуститься к тротуару, но в последний момент вбросил Антону: "Тебя подвезти?" — Это было бы здорово, – сделал наигранную и немного глуповатую улыбку парень и стал сгребать недоеденную еду в пакет, – но машина ж осталась у вашего дома, разве нет? — А, точно, – вспомнил Попов и немного ударил себя ладонью по лбу. — Ничего, дойдëм до моего дома, оттуда я тебя, так и быть, довезу. И всë же, что за встреча такая намечается у преподавателя, что тот так сильно скривился, узнав о ней? Почему он не отказался от неë, а принял, как должное, продолжая показывать негодование? — Шастун, шевелись активнее, не задерживай. — А вы куда-то торопитесь? – спросил чуть недовольно парень, прищурив глаза. — Тороплюсь. Поэтому давай, одевайся шустрее и вылетай. — Да куда вы так спешите? А если бы наш баскетбол задержался, вы бы тоже оставили меня? — Время, место, обстоятельства, Шастун, – грубовато прозвучал голос Арсения, а после пошел к основной развилке. "Сука, то мило разводит речи и пытается любым способом завести разговор, то просто сваливает со встречи, даже не объяснился, да что с этим человеком не то?" Парень вышел к ступенькам, по которым спускался вовсе не торопясь, а потом остановился на одном месте и стал смотреть просто в даль. Антон затормозил на некоторое время, будто бы в зависшей игре, застряв между блоками и текстурой. Он хотел уже поскорее прийти домой и засесть в своей комнате, слушая удрученно музыку, хотя мог проводить это время не в пустую и в одиночку, а хотя бы с Арсением Сергеевичем, которому резко понадобилось удалиться. — Хватит дуться, не маленький же, – с лёгкой усмешкой проговорил Попов, заглядывая в лицо парня, а затем в то место, куда уставился его взгляд. — Попрошу заметить, детство у мужчин длится лет до сорока, поэтому.. — Первая половина жизни у мужчин очень сложная, понимаю. А ещë говорят, либо ребячество, либо маразм, среднего не дано. Оба парня немного рассмеялись, смягчив тем самым обстановку. Арсений хотел было ещë что-то сказать, но открыв рот, он лишь вдохнул в себя прохладный воздух и отвернулся от Антона, засунул одну руку в карман и зашагал по дороге, уже немного усыпанную листьями клëна. Но Антон после этого так и не угомонился. Его по прежнему разочаровывал тот факт, что преподаватель оставляет его и сматывается на только что назначенную, даже, вашу мать, не запланированную встречу, на которую даже сам Попов не хотел идти и не соизволил рассказать юноше о таком резком изменении в его расписании. Но он пообещал себе не спрашивать про это, дабы не привлекать внимание такой озабоченностью со своей стороны. Да и сам Попов, думаю, не сказал бы то, что хотел услышать Антон. Опустив голову, он пошел в ногу и в одном темпе с преподавателем, даже не заметив этого. Это давний товарищ, а теперь уже и коллега Арсения. Ранее они были в хороших и крепких дружеских отношениях, но после так называемого "каминг-аута" Попова, Павел (так его друга, собственно, и звали) начал уделять этому слишком много внимания: то совал ему разные анкеты-знакомства с мужчинами, то присылал фотографии их торсов (и далеко не только обнаженный верх тела был на фотографиях), а один раз даже решил устроить "интересную встречу", пригласив Арса в кафе, под предлогом: "нам надо обсудить с тобой, как дальше пойдут дела со спортом", но ступив он только за порог заведения, через пару минут к нему подсаживается неизвестный ему мужчина с предложением "познакомиться поближе". Это как минимум дико, что друг устраивает такие встречи, даже не предупреждая и не обговорив это. Да и после того, как Паша узнал об ориентации Попова, все их разговоры сводились в одно русло. Если и начиналось всë благорассудно, но сопровождаемые тупыми шутками про "особенность" Арсения, то непременно заканчивались словами: "Мне так грустно на тебя смотреть, Арсюш, что ты совсем один, тебе бы найти кого. Так много парней, а тебе никто не нравится", а после ехидно улыбался. В начале это может и казалось смешным, но потом это перерасло в огромный негатив и агрессию, которую Арс старался тщательно сдерживать. Но сейчас он стал принимать это не так близко к сердцу, скорее, уже привык. Разговоры с Пашей на эту тему может и замяли его на некоторое время, но не на всегда ведь? Вроде же, что морочить голову, просто перекрой общение с этим человеком, это же такой пустяк! Но когда этот человек стал твоим, считай что начальком, который, как минимум, руководит и обустраивает места для мероприятий, зал для тренировок, ищет спонсоров и, в конце концов, распоряжается (от части) твоей должностью, уже по другому будете смотреть на эту малоприятную ситуацию. Как на счет уходить с этой работы и устроиться, хотя бы, в тот же самый универ преподавателем, хотя бы на подработку, а потом подать заявку на рассмотрения как тренера другой команды? Если бы это было так просто, да, несомненно, Арсений бы сделал это. Но Павел старался удержать Попова рядом с собой. Арсения это немного лишь напрягало, но ему платили хорошие деньги, да и он был одним из лучших тренеров города, поэтому, грех было бы уйти с такой должности. Собственно, держался он только лишь из-за того, что их клуб находится на первом месте в городе и именно в этот клуб будут приходить люди, планирующие связать свою жизнь с дальнейшим спортом. Хотя он подумывал уже о варианте, чтобы бросать это дело и заниматься наконец-то собой, или, хотя бы, в похожей, но тем не менее и отдалённой сфере, ему было бы очень тяжело так сразу расстаться с этим. А может к этому и вовсе бы не дошло. Это всë вопрос времени. Арсений так сильно не хотел впрягать в это дело мальчишку, чтобы тот не загружался этой ненужной информацией, ведь рассказать это в двух словах было бы достаточно сложно и напряжно. Всë, что ему оставалось делать, это переводить тему или, в крайнем случае, если тот будет слишком приставучим – переходить на грубый и более резкий тон, что он так не любил делать и корил себя за это. — Ну что, родной, мы быстро дошли, – произнес тихонько Арсений Сергеевич, – пойдëм, домой быстро зайдëшь ко мне, я вещи закину и отвезу тебя. Парниша остановился и посмотрел на стоящий перед ним огромный дом. — А если не пойду? – нагло спросил Антон, переведя удивленно-интересующиеся глаза на преподавателя. — Я тебя сам тогда донесу до квартиры, не переживай, – ухмыльнулся Арсений. Небольшой смешок от Антона, а после он снова стал приставать к преподавателю. — Ну несите тогда, что уж там, Арсений Сергеевич. — Сейчас договоришься, Шастун, следи за словами. — Так а я что? Вы сами сказали, если не пойду – донесете. Да и я мог бы просто подождать Вас у подъезда, так-то. Всë в ваших руках, Арсений Сергеевич! — Сейчас это моë "всë" станет реально в моих руках, – поддернул Арс парня и посмотрел на окна многоэтажки. — Ага, – тихо произнес Антон и немного отвернулся от преподавателя, присев на корточки. — Я за свои слова отвечаю, Шастун, – улыбнулся Арсений и его руки потянулись к бëдрам парня. — Что Вы.. – не успел произнести Антон, как уже был подхвачен крепкими руками и прижат к телу преподавателя. Арсений Сергеевич легко поднял парня, что даже удивился этому. "Ему бы не мешало набрать несколько кило", подумал про себя Попов и направился к подъезду. Антон хотел было слезть и начал вытягивать ноги, но Арсений перехватил их и вцепился в них так сильно, что парень немного скривился от небольшой боли и положил ногу обратно. — Не рыпайся, ты сам напросился, – снова стал улыбаться Арсений, смотря в зеленые глаза парнишки, у которого снова стали краснеть кончики ушей. — Ну Вы, Арсений Сергеевич, конечно и.. — Ну, и кто же? Антон ничего не ответил на это, а лишь отвернулся и уткнулся носом в лежавший на плече у преподавателя капюшон толстовки. Что сама одежда, что сам Арсений – всë пропахло этим непонятным одеколоном, отдававший сладковатым запахом ванильки и печенья, как казалось Антону. Он прильнул настолько сильно к телу мужчины, что смог расслышать биение его сердца, которое учащалось с каждым его шагом. Неловкое чувство, однако, ну слишком неловкое и некомфортное: мужчина, а быть конкретнее – твой преподаватель, несëт тебя на руках до своей, блять, квартиры. Будто бы смотришь сериал на канале "Россия 1" и не знаешь, какие именно эмоции у тебя вызывает эта картина: радость, смех, умиление, опровержение увиденного или просто накал страстей, наблюдающийся между двумя людьми одного пола? У Антона было приятное ощущение: "Вау, меня несëт на руках симпатичный мужчина!", но и в то же время " Стоп, меня несëт на руках мужчина? Какого черта?" Пока эти порывы непонятных эмоций крутились в голове парня, уткнувшегося в плечо преподавателя, мужчина уже поднялся по ступенькам, сопровождая каждый шаг вздохом или тихим кряхтением. — Спрыгививай, – смолвил Арсений и опустил руки. Антон приземлился на чуть согнутые ноги, простояв так секунды две, а потом резко выгнулся, поправляя складки на штанинах. — Так, а ну и зачем я здесь, собственно? – поинтересовался Антон, следя, как преподаватель открывает дверь ключом. — Выпить не хочешь? – спросил Арс, только потом поняв, что поставил акцент немного не на то, на что хотел. — Ну раз вы предлагаете, грех не отказа.. — Чай, кофе, просто вода? – перебил его мужчина и сделал немного злорадную улыбку, смотря на то, как сменяется довольное лицо Антона на непонимающий взгляд. — Забирайте ключи да выходите, че я топтаться буду, – вкинул он и интуитивно отвернулся от дверного проëма и спускаясь вниз на пару ступенек, доставая параллельно откуда-то, даже не понятно, где он её реально взял, сигарету и начал зажигать прям на лестничной площадке. – Только посмей, Шастун, – прорычал голос из квартиры. – Я говорил тебе, чтобы ты не курил при мне. — Я помню, Арсений Сергеевич, поэтому и отхожу от Вас, чтобы не видели. О Вас же забочусь, – посмеялся немного Антон и все же зажег сигарету, но для безопасности спустился ещё на несколько ступеней ниже. Дверь квартиры стала закрываться, но, к сожалению для Антона, не изнутри, а снаружи. Этому выводу послужил четкий щелчок ключей в замке. — Если ты, баламошка, щас куришь, ты получишь знатно, – уже на серьезных тонах стал говорить Арсений. Парень почувствовал неприятный накал и хотел уже потушить бычок о стену (это было не самым умным решением), как их взгляды с преподавателем встретились: его взгляд буквально пожирал парнишку. Антон почувствовал большой прилив страха и адреналина. Уже не контролируя свою речь он, продолжая аналогично в упор смотреть на человека, стоящего от него в нескольких ступенях, брякнул: — А у Вас, знаете ли, глаза красивые.. Поздно он осознал, что зря это сказал и рванул вниз, что было силы, перескакивая сначала через две, а потом и через три ступеньки. Арсений не отставал; это выглядело со стороны даже смешно, что двое, вроде уже взрослых парней бегут, только один собирается дать оплеуху, а другой старается избежать неминуемого наказания. Антон быстро скрылся из виду, Арсений немного сбавил ход, и тут резкое: Бам. Очень сильный такой "Бам" и тишина. А спустя несколько секунду снизу стали доноситься вздохи и мычанье. — Твою мать.. Антон.. Парень валялся на ступеньках, а точнее верхняя часть его туловища. Нога была немного поддëрнута в неестественном состоянии, что даже показалось, что она была сломана. Нет, обошлось, он просто так неудачно согнул еë. Антон лежал и стонал, держась рукой ближе к боку и пояснице. Арсений подбежал к мальчишке и немного приподнял его, придерживая за талию и голову. По руке пошло неприятное чувство, будто что-то инородное и вязкое там образовалась. Кровь. — Блять, доигрался, Шастун? – стал ругаться Арсений, смотря сначала на свою кровавую ладонь, а затем в глаза парня, – как тебя угораздило упасть? — Промахнулся, – прошептал Антон, чуть прикрывая глаза, – нога проехала по ступеньке, твою мать.. Парень зашипел от боли в затылке. Арс аккуратно приподнял его на руки, закинув длинные, худые руки парня за свою шею и стал подниматься обратно наверх, обдумывая, что будет дальше делать с этим бестолковым мальчишкой. — Радуйся, – пробубнил преподаватель, а затем уже мягким и спокойным голосом добавил, – никаких встреч у меня сегодня не будет, по твоей заслуге, родной. Почему же эта новость меня радует, Арсений Сергеевич? Парень жалобно стонал от любого неприятного движения, отдававшееся болью во всëм поясничном отделе и голове и, стараясь не издавать слишком громкие звуки, просто кусал губы изнутри. — Тшш, Тош, потерпи, гузыня, ещë немного до квартиры осталось. После этих слов Антон лишь сильнее вцепился в преподавателя, прильнув лицом к области шеи и скулы. Арс аккуратно уложил его на кровать, поправляя голову и укладывая еë в удобное положение. — Я за аптечкой, не умирай главное, – и мужчина вышел в другую комнату. Он вспомнил, что ещë не предупреждал Пашу о том, что с ним вообще произошло, а быть точнее, с его студентом, ведь встречу надо было бы отменить. Он поерзал в кармане в поисках телефона и быстро напечатал что-то вроде: "Приношу извинения, но встречу мы отменим, у меня образовались неотложные дела". Ответ не заставил себя долго ждать: "Да, ничего. У меня тоже есть небольшие дела, так что до встречи." Даже удивительно, что никаких подколов и шуток не было в его сообщении. Но в какой-то мере, Арса это порадовало. Но спустя пару секунд он уже сообразил, что пришел сюда за аптечкой и стал вытаскивать всë в быстром темпе. Антон слышал длительное копошение, а взгляд его был направлен в потолок. Глаза понемногу стали, слезиться, что-ли, а потом и картинка вовсе поплыла. То ли от боли, то ли от ещё неизвестной для него самого причины у парня скатилась по щеке слеза. Глаза закрылись, и парень провалился в дрëму, слыша шаги преподаватели и звук прогнувшейся под весом кровати. — Антон, боже.. ты такая балда. Парень слышал последние слова преподавателя, но был уже не в силах как-то на них отреагировать. Открыть глаза не было для него сейчас возможным, не то что пошевелить конечностями: он не ощущал их. Он почувстовал, как его переворачивают на живот и лицо уткнулось в подушку. Ещë бы чуть-чуть, и у парня не было бы возможности дышать, но Арсений, всë же, человек разумный, приподнял его головень, подложив под неë.. просто что-то подложив под неё для удобства. Он отрезал небольшой квадрат от пластыря и отложил в сторону, начиная обрабатывать рану перекисью и смазывая по краям йодом. Он делал это умело и быстро: биология в школе и институте не прошли мимо него. Под итог он аккуратно прилепил пластырь на место ушиба, а после перевернул парня обратно на спину, аккуратно придерживая его. Он немного приподнял его футболку, чтобы посмотреть, не получил ли он еще серьезных повреждений. И.. — Да твою же мать, парень, как тебя так, блять, угораздило.. – пролепетал Арсений, поглаживая бок парня, который был красным и немного припухшим. Он даже не был удивлен, когда запустив руку поглубже, к самому позвоночнику, продолжал чувстововать припухлость и, кажется, даже обжигающее ощущение в этой области. Мужчина притащил из морозилки замороженную курицу (это было лучшим вариантом, правда) и приложил еë к боку Антона, поверх простыни, чтобы ему не было сильно дискомфортно. Парень немного съежился во сне, видимо, он чувствовал неприятные ощущения даже сквозь сон. — Терпи, Тоша, терпи, сам виноват, бедный ты мой.. – чуть шепотом сказал Арсений, продолжая перекладывать в разные болевые зоны несчастную ледяную курицу.