Enterrez-moi dans un champ de lavande

***

      Хюнин Кай сидит в столовой со своими двумя шумными друзьями, обсуждая то, как они проведут сегодняшний вечер. Никто не сомневался, что они выберут клуб, в котором посетители в основном — парни нетрадиционной ориентации.       В школе почти никто не знал, что эти трое больше предпочитают парней, чем назойливых девушек. Их популярность среди женского пола, может быть, и не упала бы, однако от парней одобрения можно было не ждать. Да и кому нужны проблемы в выпускном году? Им хватало того, что в девятом классе Ёнджуна заподозрили в «нетрадиционных» отношениях, с тогда ещё его парнем. — Как вам новый учитель? — спросил Субин попивая своё отвратительно-невкусное, по мнению Кая, миндальное молоко. — Не кажется ли вам, что он кого-то напоминает? — Хм… — Ёнджун бросил быстрый взгляд на лицо учителя, мило болтающего с учительницей младших классов, — понятия не имею, вроде нет. — Пойдёмте в класс, осталось 5 минут, — парни неохотно направились в сторону кабинета.

***

      Остальные уроки пролетели незаметно, да и Кай настолько устал от вида своих одноклассников, что хотел свалить куда подальше и поскорее напиться.       Новенький мерседес подъезжает к парадному входу школы. За рулём все тот же красивый мужчина — Ким Сокджин. Мимо проходящие девушки улыбались, пытаясь обратить на себя хоть какое-то внимание, но Джину плевать, он ждёт своего молодого господина.       Хюнин Кай, не торопясь, садится на заднее сидение, не обращая никакого внимания на старшего. Быстрый взгляд в зеркало заднего вида, в котором был виден скучающий Кай. Младший вызывал улыбку, однако Джин настолько привык сдерживать эмоции, что ни одна мышца на лице не дрогнула.       За окном проносились большие магазины, люди, высотные здания. Джин молчал, все ещё поглядывая на Кая, и младший соврал, если бы сказал, что не заметил этого. — Джин, что-то случилось? — Послезавтра приедет господин Хюнин. — Да? Даже полугода не прошло. А мама приедет? — Нет, у неё срочные дела в Арабских Эмиратах.       Ощущение, что его бросила родная мать, почти никогда не покидало, да и Кай был уверен, что матери он не нужен. Отец всегда старался приехать, но в последнее время сделать это становилось всё труднее.       Машина остановилась возле дома, и Кай потянулся к дверной ручке, чтобы выйти из машины, но Сокджин остановил его. — Кай, я хотел спросить тебя… — неловкое молчание повисло в воздухе. Это напрягло, но Кай нигде не сомневался, что вопрос касается сугубо их двоих. — Так спрашивай. — Я долго думал на счёт наших отношений… И… — Тебя что-то не устраивает? — Нет, всё так, просто… Просто, может, начнём встречаться как это делают обычные люди? Ну, типа, в кино вместе ходят, в кафе… На свидания. — Джин… Я… Я подумаю, правда. Спасибо.       Хюнин Кай, не дожидаясь ответа, вышел из машины. Слова Джина и вправду заставили его задуматься. Неужели сам Сокджин предложил ему встречаться? Боже, как же парень был рад, если бы Джин предложил ему встречаться чуточку раньше, года два назад.       Неудивительно, что юный мальчишка влюбился именно в него. Ведь Сокджин всегда был рядом, помогал и поддерживал. Но сейчас всё. Сейчас это — конец. Нет больше никакой любви в его сердце. Или просто Хюнин Кай постоянно внушал это себе, чтобы забыть эту неприятную, жгучую боль. Он пообещал сам себе никогда больше не возвращаться к этой теме, и сам же нарушает обещанное. Отчего-то больно в груди, но сейчас это не так важно. У него есть пара часов на сборы в клуб, где он точно напьётся и найдёт себе кого-нибудь на одну ночь.       Он бредёт по гигантскому особняку в свою комнату, прокручивая в голове, что же он хочет напялить на свою задницу. «Важные» размышления прерывает вибрация телефона. На дисплее высвечивается имя и номер Ёнджуна, отчего Кай грустно выдыхает и отвечает на звонок. — Кай, ты скоро? — старший почти орет в телефон из-за громкой музыки на фоне.       Краткое «Да» — и Кай сбрасывает. Нет желания с кем-то разговаривать, да и смысла нет. — Putain, — Кай, выругавшись, заходит в свою комнату.

***

      В уши бьёт музыка, приятно посылая вибрации по всему телу. Кай проходит дальше, ища друзей. Запах алкоголя, табака и чего-то ещё непонятного смешались воедино. Пробираясь сквозь толпу, Кай сталкивается с пьяно танцующим Субином. Он держит в руках сигарету и виски. «Какой странный контраст» — подмечает Хюнин. Только сегодня утром его хён пил миндальное молоко, а сейчас бухает, как заядлый алкоголик. — Где все? — кричит Кай на ухо другу. — В вип-зоне, где же ещё!       Не отвечая на колкость, Кай пробирается дальше. Проходя в зал для элитных клиентов, он замечает свою компанию. Парни сидят, куря сигары и сигареты. Кто-то пьёт алкоголь, а кто-то — просто сок. Так странно. — О, Кай! — Ёнджун двигается, освобождая место товарищу. Его высветленные в почти белый цвет волосы отливают фиолетовыми оттенками, а розовый свитер привлекает внимание ещё больше. — Вы слышали, что сегодня тут выступает RM? — Да неужели? — глаза Бомгю расширились в удивлении, — я так долго его ждал! — Говорят у него большой член! — компания хихикает, а Каю как-то не смешно.       Музыка резко затихает и голос ведущего объявляет, что сейчас сам RM появится на этой сцене. Под шум пьяной толпы выходит высокий мужчина крепкого телосложения. Красивый дорогой костюм, необычная укладка, платок Dolce&Gabbana на шее, зелёная рубашка из шёлка с большим воротником, а, главное, знакомые перстни на руках репера. Хюнин Кай всматривается в лицо и резко осознаёт, что великий рэпер, которого все превозносят, — это его учитель по литературе.