Расстройство (Disorder)

      Питер, ЭмДжей и Нед давно должны были встретиться, так как прошло три недели с тех пор, как они в последний раз виделись. Питер в целом был очень рад видеть своих друзей, но ему также не терпелось поделиться новостями о Тони. В конце концов, ему все уши прожужжали Нэд и ЭмДжей рассказами об отношениях с их девушками. Разговор мог повернуться в любую сторону: переход Неда и Бетти с обнимашек к поцелуям или содержание последних дебатов между ЭмДжей и Лиз. Теперь наконец настала очередь Питера делиться с ними. Было приятно иметь что-то общее со своими друзьями, так как быть белой вороной может быть одиноко. — Чувак, ты всё ещё жив! — воскликнула ЭмДжей, когда Питер открыл дверь, чтобы впустить её, — Я думала, Мэй уже голову тебе оторвала!       Питер закатил глаза. — Нет, я всё ещё держусь.       ЭмДжей покачала головой. — Мой отец убил бы меня, если бы я начала встречаться с пожилым чуваком. — Мэй определенно бы сказала: «Без обид, мистер Джонс, но я не такая»¹, — пошутил Питер. — Пф. Каким бы ни был мужчина, Тони всё равно староват, — ЭмДжей жестикулировала руками. — Когда Нед приедет? — Он едет сюда от Бетти, — объяснил Питер. — Между ними определенно воздух потяжелел и разгорячился со времен выпускной вечеринки. Я думаю, это что-то в нём пробудило. — Мило, — ЭмДжей кивнула головой в знак признательности. — Я знала, что в нём это есть. — А как насчёт тебя? — Добавила Эм Джей. — Вы уже с Сам-Знаешь-Кем добрались до этого?       Питер покраснел, но не выглядел таким шокированным, как обычно. — Я работаю над этим. Ты же знаешь, прошла всего неделя. — Я могу уважать это, — согласилась Эм Джей. — Я имею в виду, я бы тоже воздержалась, если бы у меня должен был встать…       Питер, к счастью, был избавлен от необходимости слышать конец фразы ЭмДжей — Мэй подошла к детям поздороваться. — Привет, ЭмДжей! — выпалила Мэй. — Как у тебя дела? — О, как обычно, просто говорю этому чуваку, как ему повезло, что ты такая классная, — ЭмДжей обняла Питера за плечи.       Мэй кивнула. — Я стараюсь изо всех сил.       Питер одарил её озорной улыбкой. Он знал, что ему повезло, что Мэй была готова принять Тони в семью. Но в то же время, этот человек был в его жизни всего лишь пять месяцев и не излучал никаких плохих эмоций, поэтому он также чувствовал, что её опасения немного раздуты. Ладно, в чём Мэй сомневалась, он был согласен в двух вещах: это его возраст, из-за которого, как он знал, Тони чувствовал вину, и то, как он секретничал со своим статусом владельца спортивного зала. Тем не менее, чем больше Питер узнавал Тони и себя, тем больше во всём этом испытании был смысл; Тони ненавидел, когда люди замечали и ценили его только потому что он богатый, поэтому вполне вероятно, что мужчина хотел установить отношения с кем-то без оглядки на деньги или статус.       Питер всё ещё сомневался в щедрости Тони даже сейчас, когда они стали парой. Заслужил ли он это? Достаточно ли он отдавал взамен? И не обижался ли Тони втайне на него за то, что он принимал подарки? Конечно, Тони не хотел раскрывать что-то, что заставило бы его чувствовать себя еще более неуверенно, когда они только начинали узнавать друг друга. Даже когда Тони шёл неправильным путём, его намерения всегда были хорошими, и Питеру этого было достаточно. Он знал, что Мэй потребуется некоторое время, чтобы полностью принять Тони, но он был уверен, что это обязательно случится.       Когда Нед приехал, он перво-наперво выпалил. — Питер, что ты хочешь на свой день рождения? — Да, Питер, — эхом отозвалась ЭмДжей. В её глазах появился многозначительный блеск. — Ты станешь полноценным взрослым, скоро совершеннолетие… Чего ты хочешь? — О, так две недели ещё. Тебе не нужно об этом беспокоиться, — объяснил Питер. — Не смеши меня, — возразил Нед. — Если я заказываю что-то в интернете, мне нужно сделать это заранее, чтобы оно пришло вовремя. — Честно говоря, ребята, не беспокойтесь о том, что мне купить. Просто приходите потусоваться со мной, как обычно. — Ну, и что тебе подарит Тони? — спросил Нед. — Я не знаю. Я думаю, он собирается купить мне машину или что-то в этом роде. Он на многое намекал. — Машину? — ЭмДжей усмехнулась. — Зачем тебе машина? — Да, — сказал Нед, — ты ведь не умеешь водить.       Питер нахмурился, но не стал спорить, так как это была правда.       Нед заговорил снова. — Чувак, тебе так повезло, что Тони богатый. Если бы у меня был такой папик, о Боже, я даже не знаю, что бы я купил… Например… Десять грузовиков лего. — Он не мой папик, — возразил Питер. — Он великодушный. Это совсем другое, и, кроме того, я не хочу… Ну, я имею в виду, я хочу получать подарки, но я не хочу прям дорогущие. — Что? Почему нет? Если бы богатый белый мужчина собрался покупать мне дорогие подарки, — многозначительно сказала Эм-Джей, — я бы приняла. — Вот именно, — согласился Нед. — Особенно потому, что Тони крутой и ничего от тебя не ждёт. — Подожди, он ведь ничего от тебя не ждёт, верно? — задала вопрос ЭмДжей.       Питер рассмеялся. — Однажды я оплатил нам ужин, и Тони чуть не подрался со мной из-за этого. Я не думаю, что ему нравится, когда за него платят, хотя он ещё говорит, что ему не нравится, когда люди пользуются им ради денег. На самом деле всё очень запутанно.       ЭмДжей подняла брови. — Может быть, он не хочет, чтобы ты отплачивал именно деньгами. — Что? В смысле оплата натурой? — спросил Нед. — Нет, ни за что. Тони бы так не поступил. — Вот именно. Я не говорю, что он не хочет, гм, делать кое-что, — Питер прочистил горло, — но он определённо готов подождать. Я не знаю, как долго… Но, по крайней мере, сейчас. — Хорошо, — сказала ЭмДжей, — потому что мне пришлось бы оторвать ему башку. — Или мы могли бы попросить отца Лиз сделать это, — предложил Нед. — Он пиздецки страшный. — Я не думаю, что видел его, — сказал Питер. — Держу пари, что Тони его бы победил. — Началось, — ЭмДжей закатила глаза. — Задушите меня.

***

      Питер чувствовал себя спокойно, когда Тони уехал на второй этап ретрита не только из-за расслабленных выходных, которые он провёл с Недом и ЭмДжей, но и потому, что этот человек сдержал своё обещание. Они разговаривали по телефону каждый день, и даже если Тони не мог долго говорить по телефону, того, что он уделял всё свое свободное время, было достаточно, чтобы Питер не скучал в разлуке.       У него также был ещё один разговор по душам с Мэй, и она призналась, что доверяет ему и потихоньку видит, каким он стал счастливым из-за Тони. Она объяснила, что её беспокоило, что его прогресс полностью зависит от того, был ли Тони в его жизни или нет, и что она не хотела бы, чтобы он снова попал в то тёмное место, если что-то пойдёт не так.       Питер ответил на это так: Тони помог ему заложить основы, но он узнал достаточно, чтобы продолжать свой путь самостоятельно. У него была более обширная система поддержки, чем когда-либо, которая включала его друзей в спортзале, а также его коллег и других членов спортзала. Кроме того, он чувствовал себя в большей безопасности, общаясь с людьми, которые всегда были в его жизни, и сказал Мэй, что это касается не только ЭмДжей и Неда, но и её. Он знал, как просить о помощи, и знал, как саморефлексировать. Он всё ещё работал над этим, но всегда продвигался вперед. Он знал, что, что бы ни случилось, он выживет.       Мэй повторила, что Тони ей нравится, и, конечно, она предвидела развитие отношений, но её единственное сомнение заключалось в том, что это произошло раньше, чем она думала, и что раскрытие козырей произошло после четырехдневного отпуска, когда они могли быть готовы на всё…       Питер пообещал, что ничто не помешает его учёбе, и его новый статус отношений с Тони не означает, что он будет пренебрегать другими своими отношениями и обязанностями. Это было очень вовремя сказано, потому что Мэй расплакалась и сказала, как она гордится им. Конечно, у Питера тогда тоже на глаза навернулись слезы, и они обнимались так долго, что потеряли счёт минутам.

***

      Когда Тони вернулся со второй смены в ретрите в понедельник вечером, его первой остановкой была квартира Мэй и Питера. Он заказал ужин по дороге, и они все вместе сели за кофейный столик на полу в гостиной и смотрели фильм, наслаждаясь едой. Через некоторое время Питер подсел к Тони поближе. Он скучал по нему и не заботился о том, что тот был откровенно нежен с ним.       В конце вечера Мэй вручила Тони целый контейнер с домашними булочками с орехами и финиками. Питер воспринял это как знак того, что она приняла, что у них с Тони были отношения. Помогло, конечно ещё, проигранное пари. Он перестирал тонну вещей за эти выходные.       Питер проводил Тони до парковки, чтобы ещё чуть-чуть побыть вместе с ним. — Я, так сказать, должен был проводить тебя до двери, — сказал Тони. — Если ты проводишь меня до машины, то мне придется проводить тебя обратно до дома. — А потом я провожу тебя ещё раз, — сказал Питер, — и это будет нескончаемый цикл под названием: «кто из нас больший джентельмен». — Очевидно, это я, — ответил Тони. — Ты сможешь стать джентльменом через пару недель, когда тебе исполнится восемнадцать. — Хорошо, я сказал, кто из нас больший джентльмен, и это был очевидный намёк, чтобы ты сказал, что я, — вздохнул Питер. — Какая возможность была упущена… Если я когда-либо её видел.       Тони закатил глаза. — Я ненавижу эти шутки. Ты же знаешь меня. Питер пожал плечами. — Отлично. Я перестану отпускать глупые шутки о себе, если ты перестанешь шутить об увольнении людей. — О-о, — Тони поморщился. — Это будет непросто… Дай мне подумать. Ладно, я решил. — И что? — поддразнил Питер. — Ты вышел из роли, эм, рассказчика дурацких шуток, — ответил Тони. — Самый простой выбор, который я когда-либо делал. Можно выдохнуть.       Питер ухмыльнулся. — Спасибо, что пришёл к нам. — Спасибо, что пригласили меня. — Спасибо, что позволил мне заполучить тебя. — Спасибо, что позволил мне позволить тебе заполучить меня. — Теперь мы можем поцеловаться? — Питер качнулся вперед на цыпочках. — Я прошёл весь этот путь пешком. Труд должен оплачиваться. — Ты абсолютно прав, — согласился Тони. Он поставил контейнер, который дала ему Мэй, на крышу своей машины и притянул Питера к себе.       Питер был полон энтузиазма. У него появился вкус к поцелуям, и ходить без Тони одному все выходные было очень непросто.       Прежде чем Тони успел открыть рот, Питер провел языком по губам мужчины, даже не заботясь о том, насколько грациозно это было. Он лизнул зубы Тони и не дал ему шанса наверстать упущенное. Он жадно оплел язык Тони своим собственным. Питер не возражал против того, чтобы Тони не отвечал на поцелуй, потому что всё, чего он хотел, — это попробовать то, чего ему так не хватало. Он оторвал свой рот и поймал пухлую нижнюю губу Тони зубами, как этот мужчина сделал с ним в их первую совместную ночь. Он всегда быстро учился. — Господи Иисусе, — выдохнул Тони. — Откуда это взялось? — Я скучал по тебе.       Тони обхватил ладонями лицо Питера и снова соединил их губы, возобновив поцелуй. Он целовал его более осторожно, но потом взял ситуацию под контроль и прижал Питера к машине. Затем он ещё раз нырнул с головой в поцелуй, убедившись, что вернул Питеру всё, что тот дал. — Ты думаешь, что скучал по мне? — шепнул Тони прямо у уха Питера. — Ммм, — пискнул Питер. — Я скучал по тебе больше.       Питер не стал спорить и позволил Тони пощекотать губами подбородок. Когда Тони вернулся ко рту, у Питера подогнулись колени, и он почувствовал, что так сильно прислонился к машине Тони, что, казалось, мог бы с ней слиться. — Ты неотразим, Пит, — восхищенно шепнул Тони, наконец отпуская парня от себя, чтобы Питер мог передохнуть.       Питер едва мог говорить, не говоря уже о том, чтобы бросить Тони какое-нибудь остроумное словечко.       Тони несколько раз щелкнул зубами, глядя на Питера. — Я очень хочу развратить тебя, — признался Тони.       Питер неопределённо кивнул. Он видел это по лицу Тони, но, как бы сильно он ни любил целоваться и как бы сильно Тони ни делился новыми прикосновениями, он не думал, что сможет зайти так далеко, и уж точно не на парковке. — Я знаю, — продолжил Тони. — Я знаю, что мы ещё не готовы. Тебе не нужно ничего говорить.       Питер снова кивнул, благодарный, что Тони приостановился на том же уровне. — Хорошо, — сказал Тони. — Ты уверен, что не хочешь, чтобы я проводил тебя обратно? Потому что я возьму и сделаю это, без никаких но.       Питер засмеялся и покачал головой. — Всё в порядке, но если я останусь здесь подольше, Мэй будет искать меня. — Кот, наверное, всё равно выбрался из мешка, — сказал Тони. — Ты определенно выглядишь так, как будто только что целовался. — Да ну? — спросил Питер. Он обернулся, чтобы посмотреть на себя в боковое зеркало автомобиля. — Чёрт, — его губы были припухшими, а кожа порозовела в тех местах, где бородка Тони терлась о его кожу. К тому же, его глаза выглядели остекленевшими. — Ты сказал, что хочешь меня развратить, а не уже развратил, — обвинил Питер. — Я беру на себя всю ответственность, — сказал Тони. — Что мне с того? — Прости? — Тони попытался ухмыльнуться. — Не за что извиняться, — предложил Питер. — Мне нравится. — Мне тоже. — Тебе не кажется, что мы движемся слишком быстро, нет? — неслышно выдохнул Питер, внезапно осознав, насколько он был самонадеян. — Прошла всего неделя, а Неду и Бетти потребовались месяцы, прежде чем они начали заниматься подобными вещами. — Я похож на Неда или Бетти? — спросил Тони. — Нет, — Питер покачал головой. — Ты… Выдающийся. — Вообще-то, — Питер решил пойти на это. — Нет смысла ходить вокруг да около. Ты горячая штучка. Извини, я знаю, тебе не нравятся люди, которые охотятся за тобой из-за твоей внешности, — Питер скривился, — но это правда, и я не могу притворяться, что это не так. — Не волнуйся. В любом случае, это был риторический вопрос, — махнул рукой Тони. — Но раз уж ты заговорил об этом, не стесняйся называть меня горячим, сколько хочешь. Это меня не обижает. — Разве нет? — Ты со мной или против меня? — С тобой. — Вот так — пожал плечами Тони.       Питер кивнул, успокоенный. — Тебе кажется, что мы движемся слишком быстро? — спросил Тони. — Ты можешь сказать хоть слово, и мы снова сбросим скорость до нуля, может быть, до единицы, если ты не возражаешь, так как я люблю, когда меня держат за руку.       Питер покраснел. — Нет… Я бы хотел, чтобы мы двигались ещё быстрее. Может быть. — У нас есть всё время в мире, Пит. Не беспокойся об этом, не волнуйся. Я имею в виду, перестань мучить свой мозг этим прямо сейчас.       Питер снова кивнул. — Ладно. Я постараюсь, но мне действительно пора идти. — Уф-ф, — пожаловался Тони. — До следующего раза, детка. — Ах, — простонал Питер. — Нечестно. — Что я такого сказал? — спросил Тони с самым дерзким выражением лица. — О, понял. Тебе нравится это прозвище, да?       Питер уже собирался сдаться и позволить Тони целовать его ещё и ещё, но в кармане у него зазвонил телефон, и он понял, что если хочет снова увидеть этого человека в ближайшем будущем, то должен вернуться к Мэй. Он уклонился от поцелуев Тони и отбежал на несколько метров. — В следующий раз, — эхом отозвался он.       Тони ухмыльнулся и послал ему воздушный поцелуй.

***

      Питер нервничал, возвращаясь в спортзал. Они с Тони уже возобновили свои пятничные тренировки. Это был их не первый раз, когда они тренировались вдвоём, и он не был уверен, что что-то изменится.       Он не работал в тот день потому что взял отработку смены в предыдущее воскресенье и понедельник, прикрывая Пятницу, когда была ее очередь отдыхать на ретрите. Тони настоял на том, чтобы подвезти его. Питер немного задумался: Квинс был ему не по пути, и хотя Питеру не нравилось доставлять неудобства, ему нравилась идея пойти в спортзал вместе.       Карен поприветствовала их самой широкой улыбкой. Тони прошёл в раздевалку, в то время как Питер остался за столом, чтобы поболтать с ней о недавних событиях с Джарвисом.       Наташа вела тренерскую сессию на полу в зале и когда увидела их, то непринужденно воскликнула. — Привет, голубки.       Питер улыбнулся и наклонил голову, ожидая, что Тони сделает саркастическое замечание, но всё, чем спарировал мужчина, было. — Эй, ты сама такая.       Как признался Питер Тони во время их первого свидания, быть вместе — это не что иное, как быть друзьями. Конечно, завеса, которая была между ними, исчезла, поэтому обмен комплиментами и обсуждение чувств стали обычным делом. Поцелуи были ещё одним преимуществом обновленного статуса отношений, хотя Питер немного стеснялся делать это на публике.       Он также обнаружил, что Тони тоже сдерживал свой флирт. Питеру всегда было трудно распознать флирт, но сейчас это было намного легче определить, так как Тони был очень щедр с выражениями нежности, комплиментами и сексуальными намёками. Честно говоря, грязные шутки всегда были частью их юмора, поэтому Питер не чувствовал себя шокированным или напуганным этим, но теперь, когда он знал, что секс на столе может быть не только в области фантазий, он воспринимал шутки по-другому.       Они с Тони стали довольно раскрепощёнными в своих поцелуях, и Питер хотел предпринять следующие шаги. Определённо ничего такого продвинутого, как анальный секс, особенно с тех пор, как даже мысль об этом слове заставила его покраснеть, но, возможно, стоить попробовать петтинг в одежде.       Однако Питера пугала мысль о том, что Тони увидит его голым. Как бы Тони ни уверял его, что его вес ничуть не беспокоит, и как бы сильно он ни прогрессировал в своей самооценке, и хотя он потерял более двадцати пяти фунтов, это всё ещё было для него умственным блоком. Он работал над тем, чтобы снести его, но это было трудно. Он никогда не был без рубашки перед Тони, даже когда плавал, поэтому он хотел освоить этот шаг, прежде чем даже думать о том, чтобы обнажить что-то ниже пояса. Хуже всего было то, что он хотел этого, если его член именно на это и намекал. Он отвлёкся на мысли о Тони и почувствовал себя комфортно, держа его за руку и целуя в губы, но его неприступная крепость в голове всё ещё не желала сдаваться.       Когда у него впервые появились чувства к Тони, он считал это безопасным, потому что никогда не думал, что ему придётся беспокоиться о том, что делать, если любовь окажется взаимной. Он фантазировал о Тони, как будто тот был далёкой знаменитостью, и теперь его мозгу предстояло многое наверстать. Это было похоже на то, как Мэй видела их развивающиеся отношения и всё ещё была удивлена этим открытием. Ей нужно было время, чтобы акклиматизироваться, и Питеру тоже.       После тренировки Тони немного покатал их на машине, прежде чем отвезти Питера домой. — Спасибо, что пришёл позаниматься со мной, — поблагодарил Питер. Его рука была соединена с рукой Тони рядом с коробкой передач. Он крепко сплел их ладони вместе, даже не спросив, и не мог не гордиться своей храбростью. — Тебе не нужно благодарить меня за то, что я провожу с тобой время, — ответил Тони. — Тебе никогда не надо было. — Да, но, — Питер пожал плечами, — теперь мы выходим в свет. Многие люди меняются, когда начинают встречаться. Я видел это вокруг себя, даже в фильмах. Как только кто-то собирается вместе, и вы перестаете делать то, что сближало вас с самого начала, и, например, ты начинаешь оставаться дома и смотреть телевизор, или вы перестаёте проводить так много времени вместе, потому что вы уже вместе, так в чём смысл? Как будто тебе больше не над чем работать.       Тони усмехнулся. — Ты уверен, что тебе не тридцатник стукнул? Говоришь так, будто так и есть.       Питер пожал плечами. — Я думаю, что это продлится несколько недель, а потом внезапно наши совместные пятницы исчезнут, а потом что последует? Ты уже знаешь, что я буду в колледже, а ты будешь занят расширением своей компании, и тогда мы будем видеться примерно раз в год. — Питер, серьезно, — сказал Тони. — Будь благоразумен. Я знаю, что смогу уместить тебя в своём расписании по крайней мере два раза в год.       Питер вздохнул. — Извини, я снова себя накручиваю.       Тони сжал руку Питера. — Люди, которые подпитывают свой эгоизм отношениями, или скучают, или устают от них, что бы ты ни хотел сказать. Это случается, и иногда в этом никто не виноват, но в большинстве случаев это происходит потому, что люди начинают заниматься вещами, которые их на самом деле никогда не интересовали, в надежде найти кого-то. — Да. — Ты верно заметил, что фитнес — это моя карьера, так или иначе, и ты пришёл в спортзал, я думаю, не для того, чтобы заарканить парня. — Верно, — согласился Питер. — Это вообще не приходило мне в голову. — Итак, у нас больше причин ходить в спортзал, чем просто в гости друг к другу, хотя это бонус — встречаться со своим партнером по тренировкам… Если наши цели когда-нибудь изменятся, мы придумаем что-то новое. — Хотя мы оба будем очень заняты, — добавил Питер. — Я был занят последние двадцать лет, — фыркнул Тони. — Я всегда найду для тебя время.       Питер знал, что это правда, так как Тони уделял ему время с самого начала. Даже когда они едва знали друг друга, Тони заботился о нём. — И посмотри, когда ты был занят всеми своими занудными школьными делами, — Тони подмигнул ему, — ты всегда находил время для меня. — Да, это правда. — Ну вот, тогда поехали. Пока мы этого хотим, у нас будет медовый месяц. — Но… — Питер. Мне нравится проводить с тобой время. Точка. Мне на самом деле всё равно, что мы делаем. — Ладно. Спасибо, — выдохнул Питер. — Мне тоже.

***

      Пятница перед днём рождения Питера тянулась очень долго. Он работал в дневную смену в Iron Fitness, а потом они с Тони занимались спортом. Это была одна из самых успешных сессий Питера. Он продвигался вперед со своим искусством Вин Чунь и смог нанести пару ударов в корпус Тони. Наставничество его бойфренда делало занятия спортом ещё более приятными. В какой-то момент Тони уложил его на маты и воспользовался возможностью, чтобы небрежно поцеловать Питера в щеку. Конечно, Сэм притащился в зал и стал жаловаться, что ему недостаточно платят, чтобы видеть это дерьмо.       Питер пригласил Тони поужинать с ним и его друзьями, даже если он не останется на ночь, но мужчина вежливо отказался, поскольку что это было дружеское мероприятие, и у них двоих будет свой шанс следующим вечером. Тони наконец-то добился своего, и они будут ужинать в модном итальянском ресторане. Питер оценил желание Тони не навязываться на дружескую вечеринку, но он всё равно будет скучать по нему.       Питеру не терпелось провести с ЭмДжей и Недом свой день рождения. По традиции все трое собирались на каждый из своих дней рождения и устраивали ночёвку. Из-за того, что дни рождения Неда и ЭмДжей приходились на календарный год, день рождения Питера был в самом разгаре, но это всё равно было первое празднование дня рождения в группе, когда он должен был сидеть на диете. Он нервничал, потому что, помимо праздничного торта, который они все вместе пекли, они обычно заказывали пиццу или китайскую еду, ездили в город перекусить, а на следующее утро завтракали огромными блинами. Он боялся, что на этот раз не сможет так наслаждаться вечеринкой, если будет считать калории. Он хотел отпраздновать свой день от души, но не знал, как найти баланс между тем, чтобы обожраться всего, до чего рука дотянется, и быть несчастным от голода.       Дополнительную тревогу внушали его отношения с Тони. Его вес больше не влиял на его самооценку, и он должен был подумать о том, как Тони будет видеть его, а также как долго мужчина готов ждать физической близости. Питеру весил примерно 97 килограмм, когда он признался в своих чувствах Тони, и теперь его вес был на несколько сотен граммов меньше. Он был в ужасе от любого числа выше 97, потому что это казалось чем-то вроде лимита для того, сколько он мог весить и всё ещё удерживать Тони.       Он чувствовал, что если опять прибавит в весе, то всё равно потерпит неудачу, но вдобавок ко всему теперь ему было что терять. Дело было уже не только в его достоинстве. И в глубине души он думал, что если он не будет продолжать терять вес и не достигнет своей цели, то Тони решит, что он недисциплинирован и не стоит того. Он поставил ментальный барьер в своем сознании, не желая, чтобы Тони даже видел его голым, пока он не будет весить меньше 90 килограмм, и если бы он переборщил с празднованием своего дня рождения, это отдалило бы его цель к похудению и ещё дальше от того, чтобы дать Тони то, чего они оба хотели.       И вдобавок ко всему, быстро приближалось начало учебного года, а ему, Неду и ЭмДжей всё ещё нужно было разобраться с ситуацией по поводу квартиры. Если он будет предоставлен самому себе в колледже, что, если у него больше не будет времени на тренировки и он наберёт вес? Что, если он будет слишком часто ходить на вечеринки там и наверстает алкоголем свои потерянные килограммы? Что, если у него не будет времени готовить или покупать полезные продукты, которые можно было бы держать под рукой, и он пристрастится к еде на вынос? Что, если Тони продолжит водить его в модные рестораны, уверяя, что он может есть всё, что захочет? Питер понятия не имел, что делать. Он был в ужасе от всего этого, но всё ещё надеялся, что сможет себя сдержать и справиться со стрессом.       Он пытался убедить себя, что, несмотря ни на что, Тони не собирается бросать его, но было трудно знать это наверняка, так как на самом деле он знал мужчину всего пять месяцев. Они встречались ещё меньше, и Тони говорил и делал приятные вещи, но люди всегда вели себя наилучшим образом в начале отношений. Как бы он ни говорил себе, что это шепчет темная часть его мозга, пытаясь саботировать её и заставить думать, что Тони не собирается бросать его, он не мог перестать накручивать себя.       Он не знал, как поступить, и хотел попросить помощи или совета, но и хотел принять решение самостоятельно. Он тоже был отчасти поддержкой мужчины, и он хотел быть твёрдой опорой в трудные времена. Лучшее, что он мог сделать, — это позволить времени решить, что будет с ним и Тони, и постараться не зацикливаться и не рушить всё, прежде чем у него появится шанс добиться успеха в своем фитнес-путешествии и своих отношениях.       Питер принял ответственное решение. Он просто послал всё к черту, потому что это был его день рождения, его восемнадцатый день рождения, который был довольно важным событием, но другая часть его не была уверена, что он может доверять этому желанию. Сможет ли он вернуться в нужное русло на следующий день? Даже принимая во внимание его свидание с Тони, он знал, что это не было поблажкой, и он всё ещё регулярно тренировался. Если бы он позволил себе расслабиться на выходные, заразила бы эта «лень» оставшиеся дни лета? Питер обдумывал всё это, пока ждал, когда придут Нед и ЭмДжей.       Он почувствовал страх и дурные предчувствия, когда принял решение отбросить осторожность и дать себе разрешение съесть всё, что он хотел на вечер, но также чувствовал себя расслабленным, и также было приятно иметь в голове решение. Ему не нужно было с завистью смотреть, как ЭмДжей уничтожает пачку чипсов, потому что, если бы он хотел попробовать чипсы сам, он мог бы это сделать. Если у Неда в руках был ещё один кусок пиццы, ему не нужно было брать и себе тоже потому, что Питер чувствовал себя хорошо, и он хотел только свою долю. Он всё ещё пересчитывал свои калории и съел больше одного куска торта, и это действительно заставляло его чувствовать себя неловко. Но также было приятно контролировать ситуацию, отпустив поводья.       Когда Питер опросил всех, что они хотели бы сделать, Нед предложил им пособирать ещё один набор Лего, так как именно это они делали годом ранее.       Не успел никто из друзей вякнуть, Нед материализовал огромную коробку из своего рюкзака и положил её на кофейный столик с обнадеживающей улыбкой. Это была гора из тысячи деталек, которые после завершения строительства в теории сформируют замок Хогвартс. — Чувак, давай посмотрим, сможем ли мы закончить это за вечер, — предложил Питер.       ЭмДжей кивнула. — Согласна. Мы не уснём, пока этот кусок гребаной пластмассы не будет закончен.       Нед просиял. — Вы, ребята, начинайте сортировать по цвету, а я поработаю над краевыми деталями. — Я могу помочь? — спросила Мэй. — Определённо. Нам понадобится вся помощь от тебя.       Они работали над конструктором в течение шести часов, но это стоило ноющих спин и усталых глаз для достижения своей цели. У Питера даже появилась новая фотография, которую он мог добавить в свою папку в спортзале. Мэй сфотографировала их всех втроём за законченным замком. Позже Питер уговорил её сфотографироваться, так как она помогла им запечатлеть момент.       Питер воспользовался возможностью добавить новую фотографию в свой альбом «Прогресс» и пролистал фотографии, уже содержащиеся в файле. Он не был уверен, что чувствовал, когда оглядывался на прежнего себя и своих друзей годом ранее. Больше того, он заметил, насколько по-другому он выглядел из-за своего веса. Он выглядел очень несчастным на первой фотографии. Несмотря на то, что он веселился со своими друзьями, за его фальшивой улыбкой не было ничего, кроме страдания и дискомфорта.       На новой фотографии его улыбка была искренней, он сидел прямее и, казалось, совсем не чувствовал себя неловко. Всё в нем казалось более живым, и на это было трудно смотреть, потому что это открывало перспективу всему, чему Тони пытался научить его. Мужчина все повторял, что потеря веса — не залог хорошего психологического самочувствия. Его приверженность дружбе, укрепление доверия посредством общения и достижения целей, а также улучшение отношений с самим собой, было самой важной вещью, и похудение было всего лишь побочным эффектом.       На фотографии он был тучным и несчастным, но его окружали одни и те же люди, и он был, по сути, человеком без изменений. Мало что изменилось, кроме его точки зрения. Все, кто был рядом, когда он весил 108 килограмм, всё ещё были с ним и на 95, и он всё ещё был среди этих людей, становясь другом себе, а не врагом. Кто-то, кто был бы рядом с ним так же, как Нед, ЭмДжей, Мэй и Тони. Он видел себя не неудачником, рохлей, а человеком, которому нужна была помощь.       Она всё ещё была ему нужна, и у него всё ещё были свои проблемы и неуверенность в себе. Как и во всем остальном, были хорошие и плохие дни. Иногда он мог целоваться с Тони и чувствовать себя так близко к тому, чтобы сдаться и сделать следующий шаг… В других случаях он даже не чувствовал, что может держать Тони за руку, не чувствуя себя подавленным. С его фитнес-путешествием иногда это казалось второй натурой, и он гордился своими достижениями, а в другие дни он думал, стоит ли вся тяжелая работа того, и чувствовал, что не достиг достаточного прогресса. Единственной зацепкой было то, что теперь у него было больше хороших дней, чем плохих.       Прежде чем Тони заехал за Питером в субботу днём, парень попросил ЭмДжей и Неда сделать ему одолжение и помочь выбрать хороший наряд для свидания. Тони забронировал столик в итальянском ресторане, куда мужчина изначально хотел пойти на их первое свидание, и Питер хотел выглядеть как надо.             Он не хотел надевать костюм, главным образом потому, что у него такого не было, а также потому, что это казалось излишним — ресторан был шикарным, но, вероятно, не требовал дресс-код. В итоге он остановился на том же образе, в котором был на день рождения Стива. Правда, вместо серых джинсов он выбрал более нарядную пару серых брюк, которые ЭмДжей обнаружила в задней части его шкафа. Он даже не хотел их примерять, так как они не налезали на него уже пару лет, но его друзья настояли на том, что ничего плохого не произойдёт. После некоторых манипуляций с утюгом Мэй избавила их от складок, и Нед помог ему решить, надевать ли кардиган или идти без накидки.       Благодаря групповым усилиям Питер был полностью одет и взволнован, хотя и нервничал. Он и раньше часами сидел вместе с Тони и так же ел у него на глазах, но это было именно то, чего он боялся, когда выбирал Бургер Кинг. Будет ли он в вписываться в какое-нибудь модное место? Дойдёт ли счет до какой-нибудь возмутительной суммы счета, из-за которой Питер почувствует себя виноватым? И что они будут делать после этого? Питер вроде как хотел вернуться к Тони, но он не хотел накидывать себе никаких идей, и это было бы насмешкой, так как действовало правило «без ночевок».       Ему было восемнадцать лет, и он был абсолютно законопослушным гражданином, и он знал, что у Тони не было скрытых мотивов, но было неловко думать, что Мэй будет знать, где он и с кем был. Она снова назначила ему комендантский час на полночь, и Питеру захотелось просто переночевать у Тони и покончить с этим правилом. Он был взрослым, но, к сожалению, восемнадцать лет не было волшебным числом, когда дело касалось тети Мэй, и когда ты жил под чьей-то крышей и уважал отношения, которые у вас были с ними, ты тоже уважал бы их правила. Питер воздержался от саркатичного замечания, что ночёвка у Тони не приведёт к какой-нибудь дикой оргии. Секс случался не только в постели после захода солнца — если люди действительно хотели заняться им, они могли заниматься им где угодно и когда угодно, и как угодно.       Нед и ЭмДжей настояли на том, чтобы подождать прибытия Тони в квартире, но Питер позаботился о том, чтобы, как только машина мужчины подъехала к дому, он был внизу. Он хотел умереть от стыда, когда его друзья закричали на него с балкона, когда он направлялся к Тони.       Тони вышел из машины и махнул в сторону буйных подростков, прежде чем сосредоточиться на Питере. — Ух ты, — задумчиво произнес Тони. — Смотришься так нарядно. — Это ерунда. Они помогли, — Питер жестом махнул своим друзьям. — Возможно, мне следует поблагодарить их. Ты выглядишь потрясающе.       Питер опустил голову. — Кстати, с днём рождения, — добавил Тони. — Спасибо, — Тони уже написал ему об этом, но он впервые услышал это лично. — Не за что, мистер Паркер. — Что мы будем делать после ужина? — выпалил Питер, как только сел в машину.       Тони поднял брови. — Э-э, на самом деле я ещё не зашел так далеко. Я собирался спросить тебя, чем ты хотел заняться, раз уж ты именинник. — Хорошо, хорошо, могу я подумать об этом? Я вроде как просто хочу сначала покончить с ужином. — Должен ли я спросить, почему ты хочешь покончить с ужином? Если ты не боишься… — Нет, я не это имел в виду, — настаивал Питер. — Прости. Я хочу поехать, и я с нетерпением ждал этого. Честно. Я просто нервничаю, и вчера я пересчитал свои калории, и это меня немного нервирует. — О, — заметил Тони. — Хорошо, тогда почему бы нам не продолжить наш вечер в боулинге? — Боулинг? — Это свидание и упражнение одновременно. Не говоря уже о том, что я знаю место, куда мы можем попасть бесплатно… — Боулинг, — повторил Питер. — Это звучит потрясающе. Не могу поверить, что я об этом не подумал. — Нельзя всё время выигрывать. Иногда ты должен позволять мне быть самым умным.       Питер рассмеялся. — В любом случае, наверное, это лучшее из того, что мы можем сделать на публике. — И что это должно означать? — спросил Тони с игривым выражением на лице. — Мы склонны увлекаться друг другом, — признался Питер, — и я не хочу, чтобы мы постоянно поддразнивали друг друга на людях… — Во-первых, вот ты опять начинаешь умничать. Твой самоконтроль, честно говоря, поражает и впечатляет. Во-вторых, ты можешь дразнить меня столько, сколько захочешь. Я приму всё, что смогу получить, пока ты даёшь это.       Питер покачал головой. — Ты говоришь это сейчас, но когда мы сыграем вничью, сможешь ли ты смириться с потерей, которую я неизбежно тебе нанесу?       Тони усмехнулся. — О, пожалуйста. Думаешь, сможешь обыграть меня в боулинге? Продолжай мечтать, Пит. Я люблю тебя, но нет, этому не бывать. — Что заставляет тебя думать, что ты так хорош? — бросил вызов Питер. — В своё время я играл одну-две игры. — Хорошо, это справедливо, но раз у тебя есть опыт, у меня есть врожденные навыки и талант. Посмотрим, кто будет наверху². — Кто будет наверху, а? Эти грязные шутки — ещё один твой врожденный талант, или тебе просто везёт? — Повезло тебе? — спросил Питер с ухмылкой. — Лучшее, что у меня когда-либо было, это встреча с тобой и Баки пять месяцев назад. — Ты сказал лучшее, когда имел в виду худшее?       Питер быстро сказал, что он просто пошутил, прежде чем Тони успел отчитать его за самоуничижение. — Однажды мы избавимся от этой привычки, — сказал Тони. — Я остановлюсь, если ты остановишься. — Черт возьми, ты меня поймал.

***

      Пока они ехали в ресторан, Питер уже сто раз передумал насчёт своего наряда. Но, передав машину парковщику, Тони схватил его за руку и снова сообщил, как здорово он выглядит. Питер поверил мужчине на слово.       Они сидели за столиком на двоих с зажженной свечой, и вся эта обстановка вызывала у Питера желание захихикать. Это было так слащаво и романтично, но в то же время идеально. — Сначала Бургер Кинг, теперь Карбон, — вздохнул Питер. — Найди себе мужчину, который сможет сделать и то, и другое.       Глаза Тони загорелись. — Разнообразие полезно для души. — Ты полезен для души, — парировал Питер.       Ответ Тони был прерван, когда подошёл официант с меню наперевес. Он налил им по стакану воды и спросил, будут ли они пробовать бутылку вина для начала или предпочтут, чтобы им порекомендовали бутылку после выбора первых блюд. — Спасибо, сэр, но я ещё недостаточно взрослый, чтобы пить, — ответил Питер. — Конечно, — мужчина приподнял бровь и повернулся к Тони. — Для вас, сэр? — Сейчас мы попробуем ваше лучшее красное, — ответил Тони. — Сегодня его день рождения.       Питер рассмеялся, когда официант удалился. — Какого черта, верно? — сказал Тони. — Даже если мы не сможем эту дурацкую бутылку выпить, она будет хорошо смотреться на столе. — Может быть, я смогу незаметно сделать глоток, — сказал Питер. — Я думаю, ты мог бы. Итальянцы не так… Сдержанны, когда дело доходит до вина. Я думаю, что они наполняют им детские бутылочки.       Питер старался сохранять нейтральное выражение лица, просматривая меню, в котором не было ни цены, ни калорийности, и даже раздела «подешевле». Это было похоже на азартную игру. Он улыбнулся про себя, подумав о том, насколько странными смотрятся богатые люди и как им, должно быть, наскучило быть финансово стабильными, что им на самом деле пришлось снова добавлять стресс в свою жизнь, используя «таинственные» меню. — Тебе что-нибудь понравилось? — Тони задумчиво спросил. — Может быть, что-то из пасты, — ответил Питер. — Или, может быть, вот ещё паста под другим соусом.       Тони закатил глаза. — Я думал, тебе нравится итальянский. — Да. Я просто дразню тебя. — Опять это слово.       Питер покраснел. — Знаешь, я могу прекратить грязные шутки, если ты не… — Тони, прекрати, — Питер протянул руку через стол и положил её поверх руки Тони. — Мы всегда так шутили, и я не планирую в ближайшее время прекращать веселиться, так что просто расслабься. И я хорошо провожу время, и ресторан отличный. Серьёзно.       Тони кивнул, и Питер был рад видеть, что его заверения сделали своё дело. Очевидно, он не единственный тут нервничал. — Кстати, как прошли дела с ночёвкой у твоих друзей?       Питер улыбнулся. — Это было здорово. Как я уже сказал, мы немного переборщили с едой, но всё прошло хорошо. Я собираюсь пойти в спортзал завтра, и… — Ты же знаешь, что тебе не нужно тренироваться в наказание за хороший день, верно? — перебил его Тони. — Я собирался сказать… Что завтра иду в спортзал на группу поддержки, которую организовал Стив. — Ой, — Тони откинулся на спинку стула. — Тогда продолжай.       Питер продолжил. — И я тоже мог бы позаниматься спортом, но не в качестве наказания. — Хорошо, — Тони поднял руки вверх. — Ты же знаешь, что я должен был это сказать. Ты не можешь перестать веселиться так же, как я не могу перестать поучать тебя.       Питер ухмыльнулся. — Кроме этого, мы наконец-то нашли квартиру, которую думаем снять.       Тони кивнул. — Милое местечко? — Ну, мы так думаем, — начал Питер, — но я собирался спросить тебя, могу ли я принять твоё предложение. Например, если тебя это не затруднит, не мог бы ты пойти со мной, чтобы проверить квартиру и сказать мне, хорошая ли это сделка, хорошее ли место… Я не знаю, захочешь ли ты, но было бы круто. — Безусловно, ты можешь принять моё предложение, — настаивал Тони. — На самом деле, я поощряю это. — Ладно, потрясающе. Спасибо, — Питер улыбнулся. — Особенно потому, что мы собираемся пробыть там, по крайней мере, четыре года, если доживём до выпускного. Кто знает, поступим ли мы на магистратуру, или, ну, я не хочу забегать вперед. Это просто важно, вот и всё, что я пытаюсь сказать. — Я бы проверил квартиру, даже если бы ты остановился там на неделю, — Тони пожал плечами. — Должен же я как-то быть полезным.       Питер посмотрел на него в поисках полезного совета, прежде чем предложить ему съездить проверить квартиру где-нибудь на неделе. — Чем скорее, тем лучше, — сказал Тони. — Если квартира окажется свалкой, нам понадобится время, чтобы составить запасной план. — Спасибо тебе, Тони. — Конечно. Всё что угодно для моего лучшего парня.

***

      Питер был в фантастическом настроении, выходя из ресторана вместе с Тони. Не только ужин был фантастическим, но и вино тоже. Официант налил бокал для Тони, который он незаметно пододвинул Питеру, сделав глоток сам. Предполагалось, что это был всего лишь глоток, но Питеру это так понравилось, что он выпил весь бокал. После этого он остановился, но он был таким лёгким на подъём, когда дело касалось алкоголя, что всё его тело гудело от одного бокала даже с полным желудком. — Всё ещё хочешь поиграть в боулинг? — спросил Тони. — М-м-м, — промурлыкал Питер. — Ага. — Я не забыл твой подарок, просто чтобы ты знал, — добавил Тони. — Я отдам его тебе в конце вечера.       Питер хихикнул. — Отдашь его мне?       Тони фыркнул. — Ладно, Тони. Ты уже свёл меня с ума, этого достаточно. — Достаточно хорошо — это недостаточно хорошо. — Останемся при своих мнениях. — Однако у меня есть к тебе важный вопрос, — сменил тему Тони. — Что? — Питер выпрямился, услышав про серьёзный вопрос. — Ты готов к тому, что тебя схватят за задницу в переулке? — Боже мой, — пожаловался Питер. — Опять это. Я уже сказал тебе, что ты грязно шутишь. — Я… — Нет, я даже не позволю тебе пошутить ещё раз.       Тони рассмеялся. — И я думаю, что ещё один подходящий вопрос — готов ли ты морально снова увидеть Скотта? — Скотт? О. Скотт. Да. — Будем надеяться, что Квилла там нет, — задумчиво произнес Тони. — Он не слишком хорошо воспринял твоё триумфальное выступление на старой шестиструнке.       Питер сложил два и два, что Квилл это был Питер 2. — О, Питер 2. — Питер 2? Должен сказать, мне это прозвище нравится намного больше, чем то, которое я использовал. — Уэйд подсказал. — Я передумал.       Питер рассмеялся. — Кто ещё там работает, кроме Питера и Скотта? — Гамора и Дракс, я думаю, единственные, кого ты знаешь. Все остальные были во второй поездке. — Круто, — сказал Питер. — У нас будут зрители, когда я уничтожу тебя. — Ты волк в овечьей шкуре, — обвинил его Тони. — Всё так невинно выглядишь с этими глазами и милым личиком… Но всё это уловка. — Если я волк в овечьей шкуре, то кто тогда ты? — спросил Питер. — Удивительно талантливый игрок в боулинг.       Питер рассмеялся. — Я думал, ты овечка в волчьей шкуре… Ты выглядишь устрашающе, но в душе ты такой мягкий. — Я… Не буду возражать.

***

      Из четырех партий Тони и Питер сыграли вничью. Питер настаивал на пятой игре, чтобы оторваться вперёд, но приближался его комендантский час, и он чувствовал себя хорошо, что и он, и Тони закончат вечер победителями. Он долго и кропотливо фотографировал каждый экран в конце игры, а также сделал несколько фотографий Тони у дорожки, пока тот не смотрел. Он знал этого человека почти полгода, и у него не было ни одной его фотографии, которая не подходила бы ему. Ему нужна была одна для фото контакта в телефоне, и одна, чтобы смотреть на него, когда он мечтал об их отношениях. — А я видел! — сказал Тони.       Питер чуть не отшвырнул свой телефон через всю комнату, чтобы избавиться от улик, но Тони только рассмеялся. — Если ты фотографируешь меня, я хочу сделать одну фотографию с тобой вместе. — О, — Питер заколебался. — Эм, хорошо. Если хочешь, — даже за месяц до этого он, вероятно, сильно отбивался от камеры, но его откровение с его собственной фотографией накануне вечером заставило его подумать, что, возможно, фотографии были не тем врагом, которым он их считал.       Тони достал свой телефон и направил его на Питера, пока тот не покраснел и не улыбнулся, и тогда он щёлкнул его. — Идеально.       Питер вздохнул. — Я думал, мы встанем вместе. — Ну конечно, — заверил Тони. — Просто проверяю камеру… — Ага, — Питер закатил глаза.       Тони снял селфи на свой телефон, и Питер попросил его отправить фото ему.       Когда пришло сообщение, Питер прикусил губу, чтобы не ухмыльнуться, как идиот. Это была его первая фотография с Тони, и он выглядел не так уж плохо. Конечно, Тони выглядел как модель, как всегда, но этого и следовало ожидать. — Мне нравится, — признался Питер.       Тони кивнул в знак согласия. — Я думаю, теперь пришло время для твоего подарка. — О, хорошо. До тех пор, пока ты обещаешь, что это не будет чем-то нелепым, вроде машины.       Лицо Тони вытянулось.       Питер запаниковал, решив, что Тони действительно расстроен, но потом улыбнулся и закатил глаза. — Успокойся, Пит. Это не машина. — Хорошо. — Хотя он в машине. — Я пока могу смириться с этим.       Питер знал, что не стоит ожидать поздравительной открытки, так как Тони сказал, что не делает их, поэтому старался не разочаровываться, что он её не получил, но он надеялся, что однажды он сможет. Это было бы особенно необычно, так как это было редкостью.       Тони достал из бардачка небольшой сверток, и когда Питер открыл его, он решил, что не получить открытку не так уж и плохо. Тони подарил ему золотой браслет-манжету с гравировкой «С 18-летием, люблю, Тони» на металлической стороне, которая прилегала к его запястью.       Питер надел браслет и обнял Тони. Это было гораздо лучше, чем открытка, потому что он мог бы ходить с ним каждый день. Каждый раз, когда он сомневался в себе, всё, что ему нужно было сделать, это взглянуть на браслет и вспомнить, что Тони всегда был на его стороне. Это был бы полезный подарок за день до этого, когда он чуть не расплакался из-за праздничного торта и веса меньше 97 килограмм. — Тебе нравится? — спросил Тони. — Я люблю его, — поправил Питер. Это было просто, миниатюрно и лично, и всё, чего он хотел. Он надеялся, что Тони не обязал его вещью, которая выглядела недорогой, хотя на самом деле была дорогой, но он решил, что лучше ему не знать, и не спрашивал.       Какое-то время они так и стояли на парковке у боулинга. Просто обнимались. Тони один раз поцеловал Питера в шею, но дальше этого они не пошли. Примечания переводчика: ¹«Я не такая, мистер Джонс» - если кто забыл, полное имя ЭмДжей - Мишель Джонс, и соответственно отец у неё мистер Джонс :) ²«Кто будет наверху» или «We’ll see who comes out on top» — у предложения два смысла: кто будет сверху и кто победит. С первым значением мы уже понимаем, что имеется ввиду :))