Всегда и везде

      Большая компания подростков, состоявшая из шести человек, бесцельно (а точнее с целью найти приключения на свои пятые точки) держала путь по пересечённой местности, ища новые места для прогулок, чтобы потом не было скучно и было куда сходить и чем себя занять. Они почти никогда не знали, куда именно они идут, но почти всегда знали и понимали своё местоположение относительно их посёлка. Они обошли уже все возможные живописные поля, густые (или не очень) леса, полностью заброшенные или охраняемые, но не используемые территории и уже были даже на озере в восьми километрах, а теперь, когда, казалось, и не осталось ничего неоткрытого, неразведанного, а старые места уже надоели, ребята радовались всему доселе неизвестному.       — Кать! — крикнул парень, идущий в самом конце, за всеми. Катя обернулась на голос Саши, а он немного ускорился, подбегая к ней.       — Потом пойдём к тебе? — Саша сделал моляще-просящие милые кошачьи глазки, прямо как у кота из «Кота в сапогах» (на самом деле нет). — Мы давно не были.       — Зачем. — Катя раздражённо-скептически посмотрела на друга.       — Ну, я говорю, мы давно не были. — Саша понимал, что это далеко не сильный аргумент, поэтому добавил: — Можем в карты сыгрануть, ну, или посмотреть фильмец какой-нибудь.       — А это был не вопрос. — Катя не очень хотела, чтобы кто-то приходил сегодня, но всё же провести время с любимыми друзьями, играя в карты или смотря фильм, было бы очень занимательно. Она подумала, что решит окончательно по ходу дела, потому что сейчас ей это казалось слишком далёким, ведь было только начало дня.       Ребята вошли в лес. Он не был густым или непроходимым, только снег затруднял передвижение. Буквально через минут пять они по тропинке вышли к пустому, освобождённому от всех деревьев, месту, оставляя лес позади. Им открылся вил на огромное пустое пространство, занимавшее несколько гектаров посреди леса. По этому полю шла широкая-широкая дорога из толстых бетонных плит. Вдалеке была видна какая-то вышка, напоминавшая те, что стоят в аэропортах. Чуть левее вышки, немного дальше неё виднелись другие постройки, предназначение которых было не понятно Кате, да и не особо интересовало её. Небо выглядело особенно пугающе в этот момент: облака были какого-то страшного сизо-серого цвета, в некоторых местах они подсвечивались жёлто-золотыми солнечными лучами, пронзавшими воздух так же, как рыцарский меч пронзает плоть врага в сражении. Вид такого огромного пустого пространства, покрытого пугающе-светящимся покрывалом, создавал какую-то напряжённую атмосферу.       Они прошли несколько десятков метров, пока не стал виден серый решётчатый забор с колючей проволокой и с табличкой, белым по красному кричащей: «Запретная зона».       — Это что? — спросил высокий молодой человек, всё время шедший рядом с Катей, его звали Коля.       — Оно строится ещё даже. — отметил Андрей, невысокий, немного полный парень. — Вон, Камазы, тракторы всякие туда-сюда ездят.       — А там вон люди! — Катя подбежала впритык к забору; все спустились вслед за ней, с любопытством разглядывая всё, что было видно. Белоснежная перина покрывала огромные неочищенные площади. Зима с самого начала выдалась снежной, и среди этих глубоких сугробов, по продавленным колеям носились большие машины, нагружённые какая песком, какая бетонными плитами, какая свежеспиленными брёвнами, какая чем ещё, и всё они уезжали куда-то примерно в одно и то же место. Посмотрев прямо, ребята повернулись направо, где садилось солнце, налево, где ещё оставался невырубленный лес, и пошли налево. Саша дотронулся до забора и вдруг забился в конвульсиях, изображая, будто его ударило током, но на деле выглядел просто, как обычно, как дебил. Никто не смеялся, лишь Андрей выпустил смешок.       — Это аэропорт, кажется. — предположила Катя, всматриваясь вдаль и в снующих по территории за забором людей, — Там эта вышка… ну… как её?.. А-а-а-а-а! — отчаянно возопила она, не зная и не понимая, как объяснить, — Вы поняли, короче!       Солнце по-прежнему пыталось протиснуться сквозь тяжёлые плотные облака. Лес всё это время оставался подле и тянулся справа в нескольких метрах от них так, что из забора и леса получался своеобразный коридор. Тропинка постепенно уходила вверх, унося ребят в сторону от забора, наверх, в горку. Ребята шли, разбившись на две маленькие кучки: в первой были Катя, Коля и Олег, во второй — Саша и Андрей. Они шли вдоль забора по твёрдым хрустким сугробам. Первые спорили о чём-то насущном, а Саша, как заводной, без конца скатывался с горы, по которой они шли, и, поднимаясь, каждый раз спрашивал, скатиться ли ему ещё или нет.       Так они дошли до какой-то небольшой деревни и, пройдя по ней чуть дальше, вышли к такой же небольшой, как сама деревня, речке. Речка эта, местами застывшая и покрытая льдом, была уложена в специальную «канаву» для укрепления её берегов и предотвращения разлива при весенних паводках и в общем была ниже уровня земли. Правее на речке виднелась дамба, проходя которую вода стремительно уходила куда-то под пространство взлётной полосы аэропорта. Друзья подошли к дамбе и, заглянув вниз, обнаружили лестницу к нижней части дамбы тоннелям, ведущим воду под аэропорт. Недолго постояв, Катя спустилась. Остальные сразу, как по команде, — за ней.       Ребята оказались как бы у основания всей массивной конструкции: перед ними оказалось три тоннеля одинаковой ширины, два из них уже были зарешёчены, последний же был ещё открыт, и над ними нависала огромная металлическая решётка. Внутри этого тоннеля были видны козлы, ведра, наверное, для штукатурки и множество мелкого непонятно мусора. Стало понятно, что это никакая не дамба, а решётки — это просто своеобразная перегородка, чтобы, когда речка уходила под аэропорт, посторонние крупные предметы не попадали туда. Дальше, в конце тоннеля виднелся свет. Вид был впечатляющий.       Особенно интересного там ничего не было, поэтому они все вскоре вылезли из русла и снова разделились на кружки: Саша и Олег, оставшиеся у дамбы, и Катя с Колей и Андреем, с боевым кличем взобравшиеся на самый верх конструкции. Андрей нашёл в углу площадки, куда они втроём забрались длинные доски, сваленные в кучу, что-то шепнул Коле. В ту же секунду парни вдвоём схватили одну из самых длинных досок и, подойдя к краю, начали раскачивать её.       — Попробуем докинуть её в реку! — радостно завопил Коля.       Саша и Олег по-прежнему оставались внизу, бегали туда-сюда, как муравьи и ржали сами с собой. У Кати было буквально несколько секунд, чтобы предупредить оставшихся внизу пацанов. Андрей и Коля всё ещё раскачивали доску, прицеливаясь, примеряя бросок; они смеялись истеричным заразительным смехом. Катя подбежала к перилам, перегнулась через них, разыскивая двух идиотов. Больше всего она боялась за Олега, хотя ни себе, ни остальным в этом ни за что бы не призналась; его она, как никого другого в компании, да и вообще в жизни, считала своим лучшим другом. Едва она успела крикнуть «Олег, бегите!», как в тот же момент Андрей и Коля, раскачав доску, отпустили её в свободный полёт. С грохотом, вероятно, слышимым на всю округу она упала прямо в то место, откуда только что убежали Олег и Саша.       Олег — и Саша следом за ним — матом-перематом заорал на Андрея и Колю, что они их чуть не убили к чертям. Катя же испугалась, что кто-нибудь мог наблюдать за ними из домов деревни и подумать, что оин занимаются вандализмом и вызвать полицию. Однако, увидев, что остальным ребятам абсолютно нет дела до этого, она тоже успокоилась.       Саша с Олегом тоже забрались на верхнюю площадку, они подошли к решётчатому забору, ограждающему аэропорт от всего; на нём так же была каждые несколько метров повторяющаяся красная табличка с белой надписью «Запретная зона», такой пугающей и отталкивающей, но при этом манящей зазывающей. За ним, за забором, вдалеке ездили туда-сюда разные тракторы, самосвалы с стройматериалами и другие крупные машины, кое-где кучками стояли люди и, по всей видимости, что-то выясняли. С внутренней стороны буквально в метре лежала асфальтированная дорога в одну полосу. В заборе были ворота, они были закрыты, но не на замок — они были перевязаны проволокой, закрученной несколько раз. Саша принялся открывать «замок», и дрожь пробежала по спине Кати.       — Может, не надо?       Парни синхронно обернулись на неё, и почти во всех лицах Катя увидела насмешку, один только Коля, казалось, был солидарен с подругой (это было понятно по его смиренной грустной полу-улыбке).       — Реально, ребят, давайте не будем.       — О! Опять вы двое занудничаете! — раздражённо подметил Олег. — Не хотите — не идите, вас никто не заставляет.       — Мы не занудничаем, просто мы рассудительные и думаем о возможных последствиях.       — За-ну-ды-ы-ы! — хором прокричали Саша и Олег, Андрей молчал.       Катя с Колей, переглянувшись, тяжело вздохнули. Замок к этому времени был почти уже открыт. Саша раскрутил последний узел, вытащил проволоку, подул ветер, и ворота с пустым железячным грохотом открылись настежь. Катя со страхом обернулась на деревню. Ребята пересекли линию забора и попали в «Запретную зону». Сразу же как только они оказались внутри, у Кати сложилось и никак не уходило впечатление, будто кто-то следил за ними, как будто они были на виду, как будто были на мушке у Большого Брата, преследовавшего цель не дать им уйти безнаказанными. Дыхание захватывало, спирало, почти каждую секунду сердце то и дело ухало вниз, оседало где-то пятках. Ей было не страшно, но беспокойно.       Пройдя пару метров, остановились, они огляделись вокруг. В левой стороне метрах в ста от них виднелись какие-то красно-чёрные постройки, а рядом с ними какие-то огромные катушки, похожие на те, в которые сматывают электрические кабели. Было бы удивительно, если бы компания пошла в другую сторону. Они шли всего несколько минут, но для Кати это длилось вечность, она без конца оглядывалась по сторонам и усиленно вглядывалась в пространство впереди, желая убедиться, что нигде поблизости нет людей и никто не поймает их, не арестует. Хотя, конечно, эти оглядывания не давали ей уверенности в том, что этого не случится.       Вдруг Катя обнаружила, что начало смекаться.       Все, кроме Коли и Кати, то молчавших, то тихо переговаривавшихся, горланили на всю округу, словно даже не задумываясь и не предполагая о том, что это чревато.       — Может, вы всё-таки не будете орать? — предложил Коля, раздраженным их тупизной взглядом обводя трёх остальных парней.       На какое-то время его слова подействовали, и парни стали говорить тише, но потом — и почему-то именно тогда, когда Катя увидела вдалеке крохотную едва заметную фигуру человека, ковыряющегося где-то на краю какой-то канавы, — они снова начали орать, как глухо-немой глухому. У Кати от страха внутри всё сжалось даже. И хотя с её зрением на таком расстоянии ещё было не очень понятно, столб ли это, дерево или что ещё, тут она была на уверена, что это точно человек.       — Это что, ч-человек? — дрожащим голосом спросила она, обращаясь к Олегу, как к человеку с самым хорошим в компании зрением.       — Ну да, — как само собой разумеющееся и ничего не значащее.       Небольшая паника охватила Катю. Она остановилась, настороженно, щурясь вглядываясь в того человека.       — Может, не стоит идти дальше? — с надеждой спросила она, всё так же стоя на месте и заглядывая в глаза каждому другу.       — Да, ребят, — вдруг сказал Коля. — Не думаю, что это особенно хорошая идея. Не хотелось бы, чтоб нас повязали…       — Плюс, — согласился Андрей.       Все остановились, собравшись кружком. Андрей, Катя и Коля стояли чуть более скученно и, в общем, ближе друг к другу, а не к Олегу и Саше, лица которых выражали полнейшее спокойствие. Было видно, что они, начав что-то «криминальное», не собирались останавливаться на полпути.       Катя, Андрей и Коля, наиболее рассудительные представители компании, вернулись по дороге, вышли обратно в деревню (ту, напротив которой была дамба) и, плутая по её улочкам, забрели в тупик, приведший их к чьему-то участку, граничащему с лесом. У них не было желания — да и выбора тоже не было — в ночи искать другой выход или идти так же, как пришли сюда, поэтому они пошли напролом через лес. Они никогда раньше не ходили здесь и не были уверены, что выйдут в нужном месте, но по таким мелочам они мало когда заморачивались, и это-то их всех и спасало.       Лес оказался всего-навсего неширокой полосой деревьев, хотя раньше, может, это и было лесом. В общем, сквозь него ребята быстро вышли к дороге. Уже совсем почти стемнело, и лес виделся, как одно сплошное густое тёмное полотно.       Катя смотрела вокруг в ужасе — она боялась темноты. Вдруг её телефон зазвонил, звук был включён так громко, что заметно вздрогнула и её сердце на несколько мгновений ухнуло сначала в желудок, а потом ушло в пятки. Звонил Олег.       — Да?       — Алло. — сказал он и подождал, пока подруга угукнет, подтверждая, что связь работает и они слышат друг друга. — Вы где?       Катя назвала деревню, в которую они теперь заходили и поинтересовалась, где они с Сашей. Олег ответил, что это «не важно». Катю эти слова укололи.       — Не важно-то оно неважно, — она сделала небольшую паузу, потому что от обиды, пусть и небольшой, хотелось плакать. — Но вы где?       — Мы не важно где, — грубо отрезал Олег. — Встречаемся через час у нас в посёлке.       Катя почувствовала второй укол в то место, которое нельзя указать пальцем, которое нельзя назвать каким-то точным определением.       «Не важно» — со злобой повторила она мысленно, ещё больше усаживая обиду на стульчик где-то внутри себя. Она была обижена больше на Олега, чем на Сашу. Она обожала Олега как своего лучшего друга, как брата, как самого близкого человека, хотела каждую минуту проводить в его компании, а он… Он вот так вот кинул её, оставив с теми, с кем ей скучно. Без него ей почти всегда было скучно. Она была готова на всё для него, а он теперь не мог просто сказать, где он и Саша были. Вот она дружба! Вот оно — самое ценное! Всё — палка о двух концах!       — М-м-м… Ага. — зло ответила она (старалась скрыть обиду и то, что вот-вот расплачется, от Андрея и Коли) и, не дождавшись какого-то ответа, сбросила.       Когда Коля и Андрей спросили, где те двое, Катя передала всё дословно и с тех пор всю дорогу совсем почти не разговаривала.       «Я не понимаю, за что мне это? За что мне такое отношение? Почему я отношусь к нему лучше, чем к кому-либо, а он так поступает со мной? И ладно, может, у него и есть право не говорить, где он — личное пространство, все дела. Но можно было и повежливее!.. Нет, я не говорю, что я делаю только хорошее по отношению к своим друзьям, никто не без греха. Но почему? Почему нельзя было просто назвать место?» — пока эти и множество других подобных мыслей роились в её голове, обида всё больше накапливалась и внутри от неё всё сжималось сильней и сильней, она очень хотела сломать, кинуть что-нибудь.       Через минут сорок позвонил Саша и спросил, где они. Катя, хоть и обидчивая и вредная, но не настолько, потому просто назвала место.       — Я буду ждать вас у поворота на вашу улицу, — сказал Саша. — За десять минут дойдёте?       — За десять — нет. За пятнадцать.       Катя уже собиралась прощаться, но её вдруг прорвало и она высказала всё, что о чём думала всё это время, что сидело у неё в душе. Она понимала, что дело тут не в Саше — а даже если и в нём, то на него у неё такой сильной обиды нет, — дело в Олеге и с этим нужно обращаться к нему, но ей хотелось сказать всё сейчас, прямо теперь, потому что знать об этом кто-то должен, а потом она уже простит и хотя и не забудет. Саша ничего внятного не ответил, скинул всё на Олега, но извинился. Напоследок Катя ещё спросила: «А Олег ещё с тобой?» — и, получив ответ «Нет», попрощалась с другом.       Тем временем Катя, Андрей и Коля уже дошли до родного посёлка. Кате и Коле дальше было по пути, с Андреем же они только что попрощались.       Тяжёлая ночь уже давно опустилась на местность. Небо было чистое, практически без единого облачка, видны были даже самые маленькие звёзды. Катя шла рядом с Колей и думала обо всём, что случилось за этот день. Ночное небо как бы увлекало за собой, затягивало, затягивало и давало понять свою ничтожность. Но тогда Катя не знала, что любые невзгоды и неудачи, пережитые вместе, скрепляют связь между людьми, и что люди, на самом деле дорожащие друг другом и своей дружбой, всегда найдут, как устранить камни преткновения, чего бы это ни стоило.