Красное носят по средам

      Стоит упомянуть в самом начале, что дела в магическом сообществе Канады тогда шли не очень: какие-то волнения среди магов, а правящая элита не могла совладать с бунтовщиками. Её отца посадили за махинации и коррупцию, отчего ей и матери пришлось бежать обратно на родину. Там жила тётя, имеющая какой-то магазинчик.       Кэй Хэррис волновалась: да, её отец был влиятельным человеком, но неизвестно как отреагируют на фамилию Харрис в Англии. Хоть от Англии до Канады было далеко, но будущие одноклассники могли знать о произошедшем. Они обосновались с матерью в сохранившемся домике в Аппер-Стоке. После поместья он казался крошечным, но сейчас это был лучший вариант.       — Послушай, — говорила Роза Харрис, женщина с красивыми кудрявыми волосами. — скоро всё наладится, но этот год тебе придётся закончить в Хогвартсе. Я там училась, неплохая школа. — мать принялась рассказывать дочери о своей юности и нынешней политической обстановке в стране.       На столе стояли две чашки голубого цвета с горячим чаем. Из окна открывался вид на хмурый лес: из-за пасмурной погоды деревья казались не то серыми, не то тёмно-зелёными. Погода Англии резко контрастировала с солнечной и морозной Канадой. Маги Канады жили преимущественно на северо-восточных территориях, так как магглы не умели справляться с суровой погодой. К сожалению, с крупными магическими городами было покончено, так как в Англии даже магические сёла и города были редкостью. Кэй понимала, что развлекать придётся себя самой. Оставался один месяц до начала учёбы, за который предстояло утрясти все организационные вопросы со школой и немного приспособиться к новой обстановке.       К тёте они отправились через два дня, она жила в Хогсмиде и заправляла небольшим рестораном, по её собственным словам довольно прибыльным. Ресторан назывался «Рог Единорога» и был довольно уютным местечком со светлыми стенами и деревянным чистым полом. Кэй подумала, что было бы неплохо приходить к тёте на выходных, одной или с знакомыми, так как альтернативой были только кабаки или вовсе заброшенная Визжащая Хижина, о которой мама рассказала много чего интересного, пока они осматривали Хогсмид. Ходили легенды, что там водятся полтергейсты, которые как-то убили одного неосторожного бродягу.       Тётя Вильма Давис обладала бойким нравом и зла долго держать не умела: лишь показательно скривила губы и якобы с неохотой провела в личные комнаты. Вильма обижалась на Розу лишь по той причине, что Роза навещала сестру раза два в год, отдаваясь жизни в Канаде с мужем, и приехала дольше, чем на неделю, только когда случились неприятности.       — На тебя я, конечно, не сержусь, Кэй. — потрепала пухлая Вильма девушку по золотистым коротким волосам, из-за чего шевелюра слегка распушилась. Кэй поспешила к зеркалу и постаралась их уложить.       Тётя предложила им с матерью переночевать, чтобы на следующий день всем вместе пройтись по деревушке, и заодно заглянуть в Хогвартс, переговорить с нынешним директором МакГонагалл.       — О-о-о! — отвела глаза Вильма. — Вы столько на самом деле пропустили. Тут была война весь год, часть Хогвартса и вовсе разрушилась из-за боевых действий. Столько человек погибло! — охала Вильма, из-за чего полы серебристой мантии взметались, а сама женщина активно жестикулировала. У Вильмы волосы были такими же кудрявыми, как у Розы, и сейчас они напоминали гнездо; по словам Вильмы был насыщенный день, и та носилась по делам, даже не могла привести себя в порядок. — Мы в Хогсмиде были как гражданские, нас не трогали, только если кто-то не выделывался слишком сильно. Но мы действовали умно и скрытно, нас редко ловили. — по просьбе Вильмы им накрыли обед в зале около большого окна.       Вышла троица уже в сумерки, Вильма успела переодеться в платье-мантию розового оттенка. Оно выгодно подчёркивало фигуру женщины, при этом особо не оголяя кожу. Вильма продолжала рассказывать о событиях предыдущих лет, и Кэй поняла, что это ещё большее сумасшествие, чем Канадские народные волнения. «Гарри Поттер теперь у них в статусе народного героя, но неизвестно, что от него ожидать. Да у них тут ещё большая разруха, чем в Канаде! Зачем мы только приехали…» — подумалось ей, но мысль быстро позабылась, когда Вильма привела их в «Три Метлы» к своей знакомой мадам Розмерте. Сливочное пиво было фишкой этого заведения, постоянным топ-заказом. Кэй заказала его по совету тёти и осталась довольна: пряный сладкий напиток с небольшой горчинкой, единственное, что не было понятно, почему оно называлось пивом, ведь процент хмеля тут был чрезвычайно низок. Но кто она такая, чтобы спорить с барменом.       Семья вернулась лишь к полуночи, когда все клиенты уже давно разошлись, Вильма с Розмертой (немного пьяные) травили байки, как бывалые партизаны на отдыхе. Роза Харрис, тоже успевшая захмелеть, хохотала и плакала, вытирая слёзы платочком. Мама Кэй, обычно горделивая сухопарая женщина с лёгкой улыбкой, сейчас опиралась локтями на барную стойку и громко комментировала рассказ Розмерты, пока попивала что-то из кружки (горячительное подливалось само собой, на выбор Розмерты, уже час кряду). Кэй успела перепробовать почти все виды питья в пабе, кроме крепкого алкоголя, и её фаворитом стало ирисовое пиво с добавлением кленового сиропа. Девушка еле поднялась со стула, ведь последние полчаса она дремала, просыпаясь от эмоциональных вскриков Вильмы.       Лето в Великобитании выдалось тёплым и дождливым, и если теплу Кэй радовалась, то дождь её не радовал. В Канаде лето было коротким и длилось максимум месяц, с погодой около шестидесяти градусов по Фаренгейту и прохладным ветром. Здесь погода сильно отличалась, и у Кэй началась акклиматизация в виде сильного насморка на третий день. Перед походом в Хогвартс пришлось заскочить в аптеку за бодроперцовым зельем — средством хоть и противным, зато действенным. Уже к одиннадцати часам они подошли к входу в замок — почти отреставрированный, работа кипела на незавершённых участках. Их встретил домовой эльф и сообщил, что скоро подойдёт один из профессоров и проведёт к директору.       — Здесь многое изменилось. — отметила Роза и поправила хвост на голову. Роза была выше Вильмы и Кэй, а лёгкая прозрачная мантия в пол подчёркивала её рост.       Кэй засмотрелась на интерьер: резные стены и большие витражи не удивляли, но обилие картин бросалось в глаза. Портреты, пейзажи, натюрморты самых разных размеров. Некоторые рамки пустовали, жители отправились в гости к другим. В Бримгерлоджи* из картин были только портреты в человеческий рост мёртвых правителей страны и выдающихся волшебников прошлого с разных континентов. Кэй пока не решила, дизайн какой школы ей больше нравился — Хогвартс был слегка готическим, и это ей нравилось, а Бримгерлоджи был построен относительно недавно, — в позапрошлом веке в знак противостояния колонизации Британией и существовал поначалу тайно, а в начале двадцатого века соперничал с Ильвермони — архитекторы школы словно назло построили замок вверх тормашками, все комнаты в нём были пятиугольными в бордово-серых оттенках.       К дамам подошёл лысый мужчина на вид лет пятидесяти с пышными усами и графичными прямыми бровями. Он был низок и полноват, облачён в длинный изумрудный сюртук с цепочкой. Профессор представился Слизнортом и попросил следовать за ним. Роза Харрис иногда списывалась с Горацием Слизнортом, даже как-то приглашала погостить в Канаду, но мужчина отказался. Харрис в юности любила зельеварение и даже некоторое время проработала в аптеке фармацевтом, пока не вышла замуж за отца Кэй. Минерва МакГонагалл, директор Хогвартса, объяснила, о каких документах следует позаботиться, и заверила, что практика приёма иностранных студентов хоть и редкая, но в ней нет ничего сложного.

Первое сентября, 1998 год, платформа 9 и ¾.

      Кэй попрощалась с мамой и зашла в поезд, плохо скрывая волнение. Она кое-как затащила вещи в вагон и принялась искать свободное купе, стараясь не особо вертеть головой по сторонам. Первые два вагона были уже заняты, и Кэй пришлось тащиться дальше. «Стоило сразу залезть в самый дальний вагон, как я не подумала об этом!» — негодовала она, так как проходы были слишком людными: дети кричали, бегали и всячески бесили волшебницу. Ей было неуютно от такого скопления народа, да и некоторые в открытую пялились на девушку. «Неужели так заметно, что я неместная? Вы не в зоопарке, чтобы так разглядывать меня!» — Кэй старалась сделать максимально суровое лицо, копируя мать. Всё это раздражало, хотелось быстрее найти свободное место и запереться там. В сундуке лежала новая книга по чарам иллюзий, с которой было запланировано ознакомиться во время поездки. Сова Кэй, птица весом в полкило, уставшими жёлтыми глазами и пятнистым раскрасом, флегматично сидела в клетке, крепко ухватившись лапами с длинными когтями за жёрдочку. Ясна был у Кэй уже лет пять, её подарил отец в честь окончания учебного года на хорошие оценки. Наконец, купе было найдено, и Кэй торопливо забралась в него, заперев дверь и опустив шторку. С одной стороны, познакомиться с кем-то было выгодно до начала учёбы, узнать побольше о преподавателях и существующей иерархии (если она вообще была, Кэй знакомилась с разными сообществами и заметила, что не везде люди строго делятся по каким-то критериям сверху вниз).       Часы пролетели незаметно. Кэй купила немного еды у продавщицы с тележкой; обнаружила, что бутерброды с лососем тут не особо вкусные, будто рыба «полежала» уже какое-то время. Она взяла на пробу несколько сладостей, которых не видела в Канаде, стоит присмотреться к местным производителям. Шоколадная лягушка и правда очень хотела убежать к ближайшему водоёму, как и написано в предупреждении на упаковке. Позже она обнаружила, что с лягушкой шла какая-то карточка. На ней был изображён молодой парень, возможно, её ровесник. «Что за придурок?» — молодой человек носил круглые очки в серебряной оправе и лучезарно улыбался камере. Он помахал рукой девушке и внезапно скрылся. Кэй недоумённо повертела карточку, и на обратной стороне появились буквы.       «Гарри Поттер, Мальчик-который-выжил, родился 31 июля 1980 года, наиболее известен как победитель Того-Кого-Нельзя-Называть. Убил Сами-Знаете-Кого 2 мая 1998 года. Сирота, родители Джеймс Поттер и Лили Поттер погибли в 1981 году. Увлекается Защитой от Тёмных Искусств и игрой в квиддитч.»       Герой войны, как вспомнилось Кэй по рассказам Вильмы. «Интересно, как выпускники этого года сдавали экзамены?» — не могла понять девушка.       Вскоре пришлось сменить повседневную одёжку на школьную форму, так как её факультет был неизвестен, Кэй была облачена во всё черное. «Как на похороны!» — ужаснулась она. Обычно Кэй надевала светлые вещи либо сочетала бордовые оттенки с белым.       За окном была ночь. Поезд остановился. «Приехали.» — с тяжелым сердцем волшебница открыла дверь и поманила палочкой сундук с клеткой за собой. Но все ученики вышли с минимальным набором вещей. «Они что, уже куда-то сдали багаж?» — запаниковала девушка и поспешила расспросить девочку на пару лет младше себя с зелёной подкладкой мантии. Та в ответ недоумённо оглядела Кэй, но всё же ответила, что багаж надо оставить в поезде. «Хоть какое-то удобство. А дальше куда идти-то?» — снова занервничала она уже на улице. Окружающие собирались в группки, пока полу-великан горланил, чтобы все первокурсники подошли. «Так, всё хорошо. Я не первокурсница, » — лихорадочно соображала Кэй, — «посмотрим, куда идут остальные».       — Кэй Харрис! Кэй Харрис! — вдруг начал кричать полу-великан.       — Иду! — отозвалась Кэй и поуспокоилась. Про неё всё-таки не забыли.       — Меня зовут, эх, Рубеус Хагрид. — с улыбкой обратился ко всем мужчина. Его борода вообще-то закрывала половину лица, но по глазам было видно, что он много улыбается. — Залезайте в лодки, давайте.       Кэй пристроилась рядом с тремя мальчишками. Они с интересом осматривали её, явно недоумевая, что такая взрослая девица делает с ними. Один из них, с каштановыми волосами и прямым носом, набрался смелости и заговорил:       — Ты Кэй Харрис? — вытаращился он. Кэй это умилило.       — Да. А ты?..       — Джин Фелпс! — темноглазый с важным видом протянул руку. Два других мальчика с нескрываемым любопытством следили за разговором. — А почему ты не с ними? Ну… С другими ребятами. — Джин посерьёзнел и словно собрался в кучку в ожидании ответа.       — Я тоже новенькая. — созналась девушка, стараясь не засмеяться.       — Рик Хьюстон! — незамедлительно представился длинный пацан с чёрными волосами.       — Скотт Варгас. — якобы неохотно произнёс третий, но его выдавал озорной блеск глаз. — Тебе только в этом году пришло письмо что ли?       — Я из другой страны, Скотт. — Кэй приподняла брови от удивления, от такого мелкого шкета она не ожидала столько спеси.       — Я всегда знал, что я не такой, как большинство! — с восторгом выпалил Джин, не заметив, что Скотт уже был готов выдать ответ. Кэй тихо злорадствовала.       — Так ты из семьи не-магов? — скорее из вежливости спросила Кэй.       — Грязнокровка? — Скотт быстро опомнился.       — Чего-о?! — рассердился Джин. — Я тебя сейчас в озеро окуну, сам ты грязный!       — Хватит! Оставьте свои расистские замашки при себе! — взбеленилась Кэй. Не хватало ей ещё спасать одного дурака от другого и плыть до замка самостоятельно, так как лодка перевернётся из-за намечающейся драки. — Я могу нажаловаться мистеру Хагриду! — угроза подействовала и они плыли дальше в тишине.       — А Хогвартс красивый. — вставил Рик и перестал обращать на пассажиров внимание.       «Хоть один умный мальчонка!» — закатила глаза Кэй и тоже решила смотреть только на замок.       Хогвартс в темноте был не особо виден, его освещал только свет из некоторых окон, так что ребята видели лишь главную башню. Оказалось, что после того, как они приплыли к причалу, надо было ещё минут десять идти ввысь по ступенькам к Хогвартсу. «Я так уста-ала» — ныла сама себе под нос Кэй. Три бывших попутчика затерялись где-то в толпе. Хагрид шёл впереди всех, неся большой факел в руке, дополнительно освещая путь. Спустя долгое и мучительное количество времени, они вошли в замок, и Кэй уже ничего не видела перед собой, лишь машинально следовала за Рубеусом Хагридом по бесчисленным коридорам. Когда они остановились, Хагрид наказал ждать «туточки» и ушёл. Ещё через пару минут пришёл Гораций Слизнорт, сегодня он был одет в чёрную мантию, застёгнутую на все пуговички. Мужчина подмигнул Кэй и произнёс очень краткую вступительную речь, рассказывая про баллы, общежития и распределения. Но Кэй уже ничего не слышала, думая о каких-то странных вещах вроде той девочки из поезда, или почему кошки не гоняются за медведями. Её разморила долгая поездка, в которой девушка успела провалиться в некрепкий сон, и тёмная обстановка нагоняла сонливость.       Огромные двери отворились, и их процессия потянулась вперёд. Глаза заболели от внезапного света, Кэй прищурилась. Как и везде, в зале были светлые стены, но они заканчивались темными сводами, в которых расположилось звёздное небо. Кэй ненадолго засмотрелась, но быстро взяла себя в руки. Они следовали к столам учителей, а на них глазели ученики, сидящие за четырьмя длинными узкими столами. Помещение освещалось сотнями свечей, парящих в воздухе. Создавалось ощущение сказки и домашнего уюта, будто все проблемы остались на холодной улице. За учительским столом тихо переговаривались профессора, а перед ними стоял один единственный стул, на котором лежала потрёпанная остроконечная шляпа с заплатками. «Сейчас будет конкурс, победителю достанется шляпа-невидимка» — пронеслась совсем глупая мыслишка у Кэй. Не будь она настолько измотанной, догадалась бы, что она имеет отношение к факультетам. Шляпа уже пела песню, видимо, тоже участвовала в конкурсе: если выиграет шляпа, то она получит свободу. Смысл песни Кэй потеряла в самом начале, на неё отчего-то навалилась ещё большая усталость, наплевать было даже на ужин — подавайте койку!       — Кэй Харрис!       За руку дёргал Рик Хьюстон, неизвестно как рядом оказавшийся:       — Иди уже, давай!       Хотелось надеяться, что мальчик сообразил сразу, что делать, и её имя не прозвучало раз пять. Кэй быстро подошла к табурету, чудом не споткнувшись, и уселась. Шляпа закрыла глаза своими полами.       — Не знала, что у нас в этом году иностранцы! Ну-ка, посмотрим, какая ты.       Кэй закрыла глаза и упёрлась руками в сиденье, чтобы ненароком не упасть.       — Да-а, ты проделала работу над собой. Есть предпочтительный факультет?       — Э-э-э… Нет, я даже не знаю, чем они отличаются, да и соображаю сейчас плохо.       — Тогда… Слизерин! — восторженно закричала шляпа.       Первые пару секунд все стихли, а затем раздались неуверенные хлопки с разных сторон. «Н-да, снова какие-то расистские замашки» — спокойно подошла девушка туда, куда указал Слизнорт. Зато почти все слизеринцы аплодировали. Она села на ближайшее место к краю стола, по счастливой случайности оставленное свободным. Напротив сидели блондин, брюнетка, темнокожий парень с пухлыми губами, а по правую руку со скучающим взглядом расположился шатен с вьющимися волосами.       Кэй решила, что знакомства не помешают, даже если ты желаешь больше всего провалиться в сон. Она повернулась к парню с волнистыми локонами до кончиков ушей и нацепила легкую улыбку:       — Привет, я — Кэй Харрис! — девушка протянула руку для рукопожатия.       — Теодор Нотт. — без какого-то энтузиазма пожал ей руку парень.       «Ясно, закрытый человек, а мне нужен кто-то, кто поможет разобраться во всём тут» — проанализировала обстановку Кэй. Она повернулась к блондину:       — Кэй Харрис!       Парень вздрогнул и в глазах проскользнуло недоумение.       — Драко Малфой. — он с непроницаемым лицом повернулся к соседям и кивнул им.       — Пэнси Паркинсон.       — Блейз Забини. — придвинулся к ним мулат.       — Вы же мне расскажете? — хитро посмотрела на них Кэй. — Что тут да как устроено? — она улыбалась, не показывая зубы.       — Ты не тех людей выбрала для экскурсий по Хогвартсу. — взял слово Драко. — Мы стоим в стороне ото всех. Обратись лучше к другим.       На столе появилась еда, и про новенькую сразу забыли. «Мерлин, очередные додики. А мама говорила, что раньше Хогвартс был хорошей школой» — Кэй расстроилась и без энтузиазма начала ужинать.       Староста Слизерина говорила долго, может даже интересно, но Кэй снова потеряла нить повествования и следующие полчаса на автоматизме разбирала вещи и готовилась ко сну.

Следующим утром

      Семикурсница встала пораньше, чтобы успеть привести себя в порядок и не потеряться в бесконечных подземельях, так как дорога ей не была известна. Расписание уроков выдадут за завтраком, сообщила Пэнси, девушка среднего роста с крупными чертами лица и выдающимися скулами: оказалось, что они обучаются на одном курсе. Слизеринка окинула её безразличным взглядом и примкнула к друзьям. Кэй уже порядком надоело, что её игнорируют: «Ну и пожалуйста! Найду здесь нормальных людей, я же не с одной Паркинсон в комнате соседствую!».       На входе в зал для приёмов пищи, «Большой Зал», как её уведомили позже, Кэй сильно столкнулась с кем-то. Этот человек даже упал.       — Эй! Поосторожнее! — раздалось снизу.       «Гарри Поттер?» — парень с растрёпанными волосами потирал плечо. Он был одет во всё красное, каким-то образом всё равно умудряясь соответствовать школьной форме. Мантия была чёрной с красной подкладкой (приблизительно стоимость в восемьсот пятьдесят галлеонов), как и положено одному из факультетов, но рубашка (сто семьдесят пять галлеонов) и штаны (триста двадцать галлеонов) были из дорогой бордовой ткани (в подделках Кэй разбиралась!). Галстучный зажим в виде снитча (от трех тысяч галлеонов) отливал золотом, будто подобранный к очкам (от тысячи семьсот галлеонов).       — Извини? — скривился Гарри, заметив сканирующий взгляд. Ему помог подняться высокий конопатый парень с рыжими волосами и тонким длинным носом, тоже одетый в красные оттенки. Девушка с кудрявыми объёмными волосами («Гарри! Что случилось, Гарри?!») крутилась рядом.       — Ты — Кэй Харрис? — вскинула брови подружка Поттера и оглядела слизеринку.       — Да, а тебя как зовут? — Кэй улыбнулась и протянула руку.       — Мило. — проигнорировала жест девушка. Гарри Поттер к этому времени успел привести себя в порядок.       — Неплохое ожерелье у тебя. — процедил очкастый.       Кэй внезапно подхватили под руки начали уводить в сторону слизеринского стола.       — Доброе утро, Поттер, мы уже уходим. — железным тоном отрапортовал Драко.       — Ты такими темпами действительно сможешь общаться только с нами. — впервые сказал целое предложение Теодор Нотт. Они уселись за стол.       — Да что тут, драккл вас дери, происходит?! — не выдержала Кэй. — Вы выглядите как нормальные волшебники, да и по первому впечатлению я поняла, что вы точно не угнетаемый слой. Вы так не любите иностранцев?! Вы ненавидите Канаду из-за политических разборок с Британией прошлого века?! — она старалась говорить не слишком громко, чтобы другие ученики не начали шептаться.       — Глупая. — снова вклинился Нотт, поджимая губы и закатывая глаза.       — Ты же не грязнокровка? — прошептала Пэнси.       — Мерлин помоги, снова расисты! Моя мать — полукровка, как и отец, отвалите уже с этим бредом. Не знаю, как в Британии, а в Канаде судят не по этому критерию.       — Потому что ты в первый день умудрилась связаться с Золотым Трио. — с какой-то саркастичной интонацией заключила Пэнси.       — Что за Золотое Трио?       — Школьная элита. — продолжил Драко, метнув взгляд в сторону алого стола. — Будь у нас свой Ежедневный Пророк, они бы не сходили с обложек.       — Вон тот видишь, рыжий? — Пэнси вилкой показала куда-то вперёд. — Рональд Уизли. — Рон пока шёл мимо стола своего факультета, успел всем дать «пять». — Дурак-дураком, тупее не бывает. Блейз в том году сидел с ним.       Блейз хохотнул:       — Он спрашивал, как пишется Вингардиум Левиоса.       — А вот эта мелкая, Гермиона Грейнджер, — Гермиона на ходу заколдовывала какое-то сообщение в конверт, — богачка.       — Её предок-маггл изобрёл тостер. — Блейз как-то двусмысленно повысил интонацию.       — Гермиона Грейнджер магглокровная. Прирождённая шпионка, она знает всё и про всех. Оттого и волосы дыбом. От секретов. — Гермиона впервые улыбнулась за утро какой-то девушке и быстро обнялась с ней.       — Гарри Поттер зло в чистом виде, «Мальчик-который-не-сдох» — передразнил Драко надпись на карточке от шоколадной лягушки. — Он только кажется обычным самовлюблённым павлином и мажором. На деле он куда хуже.       — В позапрошлом году он серьёзно ранил Драко темномагическим проклятьем. — тихо говорила Пэнси, как будто боялась, что её кто-то услышит. — И знаешь, что? Отмазали, никакого наказания не было, никто до сих пор не в курсе.       — Король Хогвартса. Спаситель всей магической Британии от Того-Чьё-Имя-Нельзя-Называть. — выплюнул Драко Малфой, казалось, что даже черты лица ещё больше заострились. — Звезда. Остальные так, на побегушках.       — А мы — дети проигравшей стороны. Почти все наши родители в Азкабане, гостят у дементоров. Бывшие Пожиратели Смерти. — Теодор перевёл взгляд на Кэй, выжидая реакцию, как и остальные три сокурсника.       — С каждым днём я всё больше убеждаюсь в том, что зря мы переехали в Англию.