Весна в отделе убийств

      - Жень-Жень, очнись, Жень-Жень…       Кто-то звал его, настойчиво, просяще, моля, с такой тоской, что Сюй Жень чувствовал, как важно, очень важно открыть глаза, чтобы успокоить голос. - Жень-Жень, прошу тебя, умоляю… Не уходи… Шептал и шептал голос, мешая ему снова провалиться в темноту. Что-то капало на лицо. Что это? Дождь? На глаза, на щеки, губы. М... соленые. Слезы? Кто-то плачет? Не надо, не плачь, я здесь, не уйду.       И опять темнота.       Медленно, словно сквозь толщу воды пробирается свет в глаза. Все как в тумане, ничего не видно, слепит и голова болит ужасно.       Сюй Жень сфокусировал взгляд, сщурился, проморгался, почувствовал канюли в носу, постарался их убрать, но руку кто-то крепко держал. Он опустил взгляд, приподнял голову и разглядел темную макушку, рассыпанные волосы. Ли Минчжу. Сюй Жень улыбнулся, позвал. - А-Жень! Ты очнулся! - Очнулся, - не своим голосом прохрипел полицейский, - нашли, я знал. - Мы поймали твой сигнал, тебя закопали в ящике в заброшенном карьере, Тем Юй тебя нашел, но искали мы все, почти все управление. Карьер большой, - Ли Минчжу грустно рассмеялась, - мы так боялись.       Она вдруг заплакала и крепче сжала руку. - Как хорошо, что мы тебя нашли, - Ли Минчжу потерлась мокрой щекой о руку Сюй Женя. – У тебя травма головы, ушиб поясницы и ног, но ничего не сломано, тебе повезло! Руку вон всю разодрал. Сюй Жень посмотрел на обмотанную бинтами конечность и спросил: - Сколько я здесь? - Ты спал сутки. Ты что-нибудь помнишь? - Ничего. Я никого не видел. Меня сбили машиной, я упал, пока пытался встать, засунули в нос платок с хлороформом. Все. Очнулся в ящике. Сюй Жень поморщился от воспоминаний. - Ничего, ничего. Мы найдем ее. Я нашла осколок бампера в твоих джинсах. Уже что-то есть. Я позову врача. Ребята так волновались. Надо им сообщить. Потом пришел врач, задавал вопросы, оценивал состояние, поменяли капельницу. Сюй Жень иногда спал. Заходили сослуживцы по очереди, потому что врач велел не беспокоить всей толпой, а то бы они от радости все вломились в палату. Сначала шеф, он задавал вопросы, выразил радость, что Сюй Жень остался жив. Потом Ван Ютин, он пытался потискать старшего лейтенанта, но тот ему не позволил, и опять вопросы, опять никакой ценной информации. Хотя он рассказал, что полицейского зарыли в заброшенном карьере, его было очень трудно найти, потому что сигнал вышки запилинговал сотовый в радиусе трех километров. Цуй Цзяби хоть не тискал, но тоже был очень рад, принес плюшевого мишку. Е Цзя заливалась слезами и пыталась поцеловать не травмированную руку, Ван Ютин ее вывел. Хо Син принесла цветы и рассказала, что после этого происшествия не может спать одна, у нее панические атаки. Когда Сюй Жень спросил с кем же она теперь спит, девушка густо покраснела, но не ответила, пожелала здоровья и ушла. Последним и таким долгожданным зашел Тем Юй. Выглядел он не очень хорошо, лицо усталое, серое, с трехдневной щетиной. Наверное, думал Сюй Жень, он и сам ужасно выглядит. Словно в противовес мыслям старшего лейтенанта Тем Юй произнес: - Выглядишь хорошо, - увидел, как хмыкнул напарник, добавил, - лучше, чем тогда, когда я тебя нашел. - Уже неплохо, - Сюй Жень криво улыбнулся. Тем Юй подошел к койке, накрыл своей рукой ладонь полицейского и спросил: - Ничего важного не помнишь? У Сюй Женя, сдавило гортань от близости мужчины, он помотал головой, показывая, что ничего существенного не знает. Тем Юй сжал ладонь еще сильнее: - Выздоравливай, я жду тебя.       Развернулся и ушел. Сердце Сюй Женя так билось, что его гулкий стук перекрывал шум окружающего мира. Полицейский думал о том, что было бы смешно получить сердечный приступ от простого прикосновения, когда он столько пережил.       Провалявшись в больнице три дня и чуть не сойдя с ума от безделья, Сюй Жень наконец-то выписался. У него еще болели ноги и спина, а голова временами кружилась, но нетерпение самому заняться делом его сильно подгоняло. Ему был положен больничный еще на две недели, но тревога за членов команды снедала Сюй Женя, ему повезло спастись, но кто будет следующим? От одной мысли, что кто-то из его людей может пережить подобное, заставляла полицейского дрожать от ярости и беспомощности.        Он забежал домой, с удовольствием вымылся, как всегда элегантно оделся и помчался на работу. Как только старший лейтенант переступил порог кабинета, раздались крики приветствия. Подбежал Ван Ютин, крепко стиснул Сюй Женя в объятьях, и проворчал: - Ну что тебе на месте не сидится, даже лоб еще не зажил? Действительно, рассеченный лоб Сюй Женя был зашит и прятался под пластырем. - Боялся вас оставить, вдруг что натворите без меня, - ответил старший лейтенант, посмотрев на Тем Юйя. Тот отчего-то смутился и опустил взгляд. Тем Юй, как всегда одетый в футболку и джинсы, выглядел усталым и печальным. Сюй Жень нахмурился, думая о том, что с напарником надо поговорить, видимо, тот беспокоился о преступнике, все-таки это его первое дело с серийником.       Старший лейтенант направился к стойке Е Цзя: - Привет, - он тепло улыбнулся девушке, - есть для меня что-нибудь? Е Цзя стояла с красными глазами, полными слез. Девушка нервно заламывала руки, было видно, что она волнуется, наконец-то треснувшим голосом произнесла: - Я так рада, что ты жив.       Сюй Жень хотел ее обнять и ободрить, шагнул от дверей по направлению к секретарю и больно врезался в вечно качающийся журнальный столик. Конфетница опять слетела. Сюй Жень рассмеялся, а Е Цзя кинулась ему помогать собирать карамельки с пола. Старший офицер чувствовал себя очень хорошо, почти счастливым, его команда была ему семьей, его здесь ждали, его вытащили с того света, с края жизни. - Я сам, Е Цзя, не беспокойся.       Офицер опустился на одно колено и стал собирать рассыпанное. Он поднял на нее глаза, девушка стояла рядом, слезы текли по ее раскрасневшимся щекам. Сюй Жень наклонил голову и взгляд его уперся в ножки стола. Они были похожи на биты, только металлические и легкие. Так вот почему они качаются! Две ножки были искорёжены полукруглыми вмятинами. Почему? Биты… Полукруглые вмятины… Голова Сюй Женя закружилась. Взгляд упал на туфли Е Цзя. Полицейского будто прошило чадящим чувством дежавю. Весь мир звуков погас, осталась только темнота и черные туфли Е Цзя. Правая туфля, носок которой была стерт с внутренней стороны. В сознании Сюй Женя все сузилось, сжалось до размеров крошечной черной дыры, которая сожрала все вокруг – любовь Е Цзя, ее ревность, внимание, ее образование, ее улыбку и слезы. Эта дыра пульсировала и наливалась такой тяжестью, что выдержать ее давление было практические невозможным.       Сюй Жень задрал голову вверх, его кадык судорожно дернулся, голос хрипло прошептал: - Почему, Е Цзя, почему?       Лицо девушки сразу изменилось. Теперь на Сюй Женя смотрели не растерянные и заплаканные глаза, а злые, решительные. Она дернулась к Ван Ютину, схватилась за кобуру, расщелкнула ее, и достала пистолет, в мгновение ока отскочив назад к столу. Старший лейтенант только успел встать с колен и распрямиться. Е Цзя вытянула руки с пистолетом вперед, осмотрела присутствующих, сместила корпус так, что дуло сделало полукруг, показывая всем серьезность ее намерений, и звонким голосом предупредила: - Не двигаться!       Сюй Жень также быстрым взглядом пробежался по присутствующим. Плохо. Очень плохо. Е Цзя у окна с пистолетом. Напротив нее Сюй Жень, загораживает ей отсуп к дверям. Справа от Е Цзя в пяти шагах подобравшийся всем телом и готовым к прыжку Ван Ютин, за ним сосредоточенный Тем Юй, в глубине офиса Цуй Цзяби рядом с Хо Син. Все без оружия, еще не успели спуститься и получить, кроме Ван Ютина, который так неожиданно с ним расстался. - Ха,ха. Видели бы вы свои рожи, - рассмеялась Е Цзя, - какие вы все кретины. Особенно ты, Сюй Жень. Прямо перед тобой столько месяцев! - Голос секретаря был наполнен торжеством и ненавистью. – Никто из вас не догадался, никто! - Но зачем? – спросил Ван Ютин и шагнул к ней на встречу. - Назад! – рявкнула девушка. – Зубы мне не заговаривай! Мне уже терять нечего, перестреляю вас всех по одному. Она опять совершенно дико рассмеялась. - Было скучно, мне просто было скучно. Такой хваленный ум Сюй Женя, вы все так с ним носитесь, боготворите. А он совершеннейший тупица! Было так весело над вами измываться! - Поэтому ты оглушала жертв ножкой от стола, а потом прикручивала ее обратно? Тебе нравилось, что она на виду? – треснувшим голосом спросил Сюй Жень. - Ну конечно! Догадался! Орудие убийства было прямо перед твоими глазами, сам убийца прямо перед тобой! А ты слепой! Ничего кроме своего Тем Юйя не видел!       Сюй Жень непроизвольно вздрогнул, он смотрел на Е Цзя и не узнавал ее. Сейчас она выглядела как безумная. Горящие, бешеные глаза, сжатый в тонкую линию рот, раскрасневшиеся щеки. Как плохо, что она в брюках, юбка могла бы немного мешать ее движениям. Хотя, глядя прямо на нее, становилось понятным, что девушку ничто и никто не остановит, он могла выстрелить. - Е Цзя, послушай, - Сюй Жень шагнул к ней, вытянув руку вперед в успокаивающем жесте, краем глаза он отметил, как Тем Юй мелким аккуратным шажком двинулся в сторону в попытке оказаться за спиной девушки. Нужно было дать ему время и отвлечь Е Цзя, Тем Юйю понадобится еще шесть шагов.       Девушка вскинулась, дернула в его сторону руками с зажатым в них пистолетом: - Нет! Это ты послушай! Я столько времени таскалась за тобой, как побитая собака! Я любила тебя, - ее лицо исказилось в уродливую гримасу, - а когда пришел этот ублюдок, - она дернула головой в сторону Тем Юйя, - ты совсем про меня забыл! Ты трахался с ним! Извращенец! Голос Е Цзя сорвался на визг, а Тем Юй еще один раз шагнул. - Но Е Цзя! Я не спал с ним, - Сюй Жень говорил просяще, по-прежнему протягивая к ней руку, - не спал. Мы друзья. - Вы ночевали вместе! Ты пришел в той же одежде! Ты все время с ним таскаешься! Даришь подарки! – Е Цзя орала, слезы брызнули из ее сумасшедших глаз. – Мне ты никогда, ничего не дарил! - Е Цзя, это ничего не значит, это просто приветственный жест для новичка, чтобы влился в компанию, понимаешь? – Сюй Жень говорил очень твердо, спокойно, убеждающе, краем глаза отмечая, что Тем Юй шагнул еще два раза, а Ван Ютин удобно развернулся. – И мы просто переночевали в одном номере, все остальные были заняты. Мне не интересны мужчины и Тем Юйю тоже. - Ты врешь, - уже тише сказала Е Цзя, ее руки задрожали, Сюй Жень понимал, что долго на вытянутых руках неопытному человеку пистолет не продержишь, девушка стала уставать. - Нет, не вру. Ты любила меня, я просто не знал, Е Цзя, я не видел. Ты же знаешь, какой я рассеянный, - Тем Юй еще немного продвинулся, он почти оказался за спиной секретаря, Цуй Цзяби медленно закрыл собой Хо Син, Сюй Жень боялся осмотреться, боялся разорвать зрительный контакт с Е Цзя, чтобы она не увидела эти перемещения. – Ты поэтому не закопала меня в песке? Это был неудачный вопрос. Он как будто отрезвил девушку. Сюй Жень про себя чертыхнулся. Она совершенно успокоилась и трезво посмотрела на него. - Ты всегда весь из себя спокойный, уверенный, умный. Недоступный, - губы Е Цзя скривились, - мне нравилось водить тебя за нос. Как тебе тот факт, что есть люди умнее тебя? - Прости, Е Цзя, я не хотел тебя обижать, я и правда иногда веду себя ужасно, - у Сюй Женя был раскаивающийся вид, он наклонил голову вниз, но не опускал глаза, он даже боялся моргнуть. Чудовищная игра, чудовищная. - Не просто ужасно! – девушка опять стала злиться, - ты мерзкая тварь! А не закопала я тебя потому, что хотела, чтобы ты мучился дольше, чтобы понимал, как сдыхаешь!       Сюй Жень, как в замедленной съемке, видел, как палец Е Цзя нажимает на спусковой крючок, Тем Юй бросается на нее сзади, а Ван Ютин на него. Бах! Удар затылком об пол, тяжелое тело на нем и крик Цуй Цзяби: - Ван Ютин! Сюй Жень! Совершенно белое лицо Хо Син, наклонившееся над ним, освобождение от тяжелого тела. Сюй Жень закрывает глаза на две секунды, а когда открывает, страх уже уходит на задворки сознания. - Ничего, ничего, царапина, - бодро проворчал Ван Ютин. Сюй Жень вскочил с пола на колени, подполз к сидящему рядом с серым и потным лицом Ван Ютину, который зажимал рукой свое плечо. Тем Юй сидел на спине у Е Цзя и застегивал на ней наручники, красное лицо, облепленное волосами, кричало: - Я убью тебя, убью всех вас! Подонки! – ее рот брызгал слюной, а тело неестественно выгибалось.       В дверь ввалились полицейские, Хо Син пыталась объяснить в чем дело, стоял страшный шум, перемежающейся с визгами Е Цзя.       Сюй Жень помогал Ван Ютину подняться, придерживая за здоровое плечо. - Спасибо тебе, друг. Спасибо, - голос его звучал глухо и хрипло, - зря ты это сделал. Старший лейтенант опустил глаза. - Не выдумывай, - Ван Ютин аккуратно сел на подставленный старшим лейтенантом стул, - я знаю, ты бы сделал тоже самое. - Сделал бы, - согласился Сюй Жень, разматывая бинт, который подсунул ему Цуй Цзяби. - Скорая уже в пути, - рапортовал бодрым голосом Цуй Цзяби, поглядывая на плечо своего напарника, - пуля прошла на вылет под ключицей, ранение не серьезное. Повезло. - Не то слово, - рассмеялся Ван Ютин, но тут же застонал, когда Сюй Жень стал прижимать к его ране комок бинтов, чтобы остановить кровотечение, - меня жена убьет, - очень печально добавил полицейский.