Fire Star

      — Ёкарный батон! — вырвалось у меня, когда я увидел огромную толпу пони перед входом в замок. А ещё сверху видно, как другая группа окружила двух белых единорогов, которые что-то объясняют толпе. Кажется, я догадываюсь, кто это…       — Давай выберем другой вход в замок, а то не хочется контактировать с такой толпой, — сказал я, смотря вниз.       — Могу предложить балкон тронного зала. Мы в него уже пару раз залетали.       — Давай, всё равно альтернатив нет. Эх, а так хотелось зайти с парадного входа.       Сделав круг вокруг замка, Ева аккуратно посадила меня на балкон, двери которого оказались открытыми. Когда я отошёл от места своей посадки, туда же приземлились и чейнджлинги.       — Не нравится мне этот ажиотаж, — сказал я больше себе, чем чейнджлингам.       — Новости распространяются с гигантской скоростью, — ответил Ластор. — Пони охотно общаются друг с другом. Поэтому информация о любом событии передаётся от пони к пони с феноменальной скоростью. Именно из-за этого фактора нам было приказано маскироваться под похищенных, а затем через пару дней убегать обратно в Хуффингтон, чтобы знакомые и не подумали о том, что их друзей давно похитили, — на последнем слове жеребец наклонил голову и посмотрел в пол. — Сейчас же, когда мы узнали о новом лучшем способе пропитания, я уже не уверен, что затея Кризалис замечательная.       — Не волнуйся, что-нибудь придумаем. Сейчас мы должны узнать масштаб трагедии и оценить наши возможности, — ответил я, развернувшись к дверному проёму в тронный зал. — А сейчас не вешаем нос и ведём себя спокойно, — я двинулся внутрь.       — Постараюсь, — ответил чейнджлинг, следуя за мной. Легиоза также не отставала.       — Мы обязательно её найдём, — сказала Селестия кобылке серой масти, которая стояла подле трона. Также рядом с Селестией стояла белая пони-единорог в пиджаке и очках с карандашом за ухом.       — Спасибо, принцесса, — поклонилась серая пони. — Я надеюсь, что с ней всё в порядке.       Тут Селестия увидела меня, входящего в тронный зал. Она что-то шепнула белой единорожке возле себя и та, кивнув, пошла в сторону массивных дверей по другую сторону зала. Серая пони последовала за ней.       — Я так понимаю, что много не только писем, но и пони? — спросил я, подходя к основанию трона. Стражники, стоящие по обе стороны даже не напряглись при моём приближении. Наконец-то они обо мне знают, а то помню, как они напряглись, когда я всего лишь приоткрыл дверь на балкон с той стороны.       — Да, это так, — слегка усталым, но серьёзным голосом ответила принцесса. — С посетителями я сама улажу дела. А вот письма оставлю на тебя. До меня дошли слухи, что ты можешь искать пони, просто посмотрев на фотографию. Когда я просматривала самые первые письма, то в некоторых были фотографии, на которых изображены пропавшие. С них и начни.       — Это я и планировал. Что-то ещё?       — Да. Как ты мог заметить, я усилила охрану в замке. Не исключено, что чейнджлинги могут подослать шпионов, чтобы выведать информацию о продвижении поисков. Но есть одна проблема.       — Сколько охрану не усиливай, а замаскированные чейнджлинги всё равно в ней окажутся, — перебил я принцессу, а двое стражников переглянулись друг с другом.       — Именно. И я не знаю как их обнаружить.       Хм, по-моему она пиздит. Хоть эмпат не чувствует эмоции другого эмпата, но чейнджлинги являются исключением. Они тоже имеют эмпатию, но при этом другие эмпаты чувствуют их эмоции. И она хочет сказать, что натренированной за тысячу лет эмпатией не может вычислить чейнджлингов? Ебать она слилась! Когда рядом не будет посторонних, спрошу её об этом.       — Скажите, стражники будут выполнять мои приказы? — поинтересовался я.       — Да. Весь персонал замка проинформирован насчёт тебя, так что вопросов не должно возникнуть, — спокойно ответила принцесса. — Только, пожалуйста, не отвлекай их по пустякам.       — Не буду. И насчёт обнаружения чейнджлингов, вы не забыли, что я вижу их даже сквозь маскировку? Я могу просто пройтись по замку и проверить всех обитателей. Если кого и обнаружу, то прикажу страже с ближайшего поста арестовать. Кстати, эти двое чисты, — поочерёдно я указал на стражников, которые с подозрениями косились друг на друга, но успокоились после моих слов.       — Думаю, что это займёт много времени. У меня есть вариант попроще. Я могу созвать всю прислугу, стражу и жителей замка в тронный зал и ты всех осмотришь. Это займёт много времени? — воодушевившись спросила принцесса.       — Нет. Но вы уверены, что стоит беспокоить такое количество пони? Если среди обитателей замка будут шпионы, то они могут просто не прийти сюда.       — Об этом можешь не беспокоиться. Все служанки знают друг друга. К страже это тоже относится. Так что, если кто-то и будет отсутствовать, то знакомые этих пони скажут об этом.       — Логично. Хорошо, я поддерживаю данную инициативу. Теперь вы двое, — обратился я к стражникам, сделав строгий голос, — Молчите в тряпочку и не распускайте слухов среди обитателей замка. Если среди них окажутся чейнджлинги, то вы сделаете хуже не только себе, но и принцессе. Поняли?       — Так точно! — отозвались они.       — Отлично, — я вернул спокойный голос и посмотрел на Селестию. — Продолжим, принцесса. Где мой кабинет, который вы выделили?       — Соседняя к твоим покоям дверь. Ту комнату я приказала переделать в твой кабинет. Все письма, которые приходили насчёт пропавших пони уже там, — сказала она, а я уловил в голосе пару злорадных ноточек. Блять, полюбасу как только я открою дверь, то меня завалит лавина из макулатуры. — Ты помнишь путь или тебе выделить сопровождающего?       — Помню. Кстати, где будут спать мои помощники, потому что, как я понял, мы тут надолго?       — Могу предложить им соседние покои или распорядиться, чтобы в твои покои принесли ещё две односпальные кровати. Выбирай.

***

       Ага, хуй им, а не спать со мной в одной комнате! Я хочу уединения по ночам. Да и им нужно побыть одним и, возможно, обсудить то, что сейчас происходит в их жизни.       — Пи-и-и-издец, — полушёпотом протянул я, когда открыл дверь своего нового кабинета. Никого поблизости, кроме двух чейнджлингов в соседних покоях, не было, так что я могу себе позволить хоть немного повыражаться вслух.       Почти всё пространство кабинета, включая пол, стол и даже диван вдоль левой стены, было завалено мешками с письмами. А Селестия не врала, что ситуация критическая. Чтобы всё это разобрать, понадобится не одна пара рук… в смысле, копыт. Ладно, придётся задействовать Ластора с Легиозой, ибо один я тут точно не управлюсь.       Закрыв дверь, я повернул налево и подошёл к следующей двери, а затем постучал в неё. В ответ была тишина, но так как мне похуй, я всё равно открыл её.       Данные покои ничем не отличались от моих, кроме двух односпальных кроватей вместо двуспальной, раздвинутых друг от друга на небольшое расстояние.       — Придётся повременить с отдыхом. У нас куча работы. Так что собирайтесь и дуйте ко мне, в соседнюю дверь, — сказал я двум замаскированным под пегасов чейнджлингам, сидящим на кроватях, и, не закрыв дверь, направился обратно в кабинет.       Уже в самом кабинете я, огибая мешки с кучей макулатуры, прошёл к противоположной стене с панорамным окном, возле которого стоял стол, а под ним мягкая подушка для сидения.       — Заебись, что не стул или табуретка. А то в теле пони не очень удобно сидеть на них продолжительное время, — сказал я вслух, садясь при этом за стол спиной к окну. — Чувствую себя как какой-нибудь офисный планктон.       — Ты больше похож на Джей Джона Джеймсона. У тебя тут в письмах куча фотографий, если что.       — Но ни в одной из них нет фоток Спайдер Пони! — в шутку сказал я, улыбнувшись.       Тут дверь открылась, и в помещение зашли мои помощники. Охреневшими глазами они осмотрели обстановку, и поняли, что пиздец с рутиной только начинается.       — Легиоза, закрой дверь на замок, — сказал я ей, так как она заходила последней. Кобылка крутанула щеколду под ручкой двери. — А теперь снимайте маскировку и садитесь на диван.       Две зелёные вспышки и передо мной уже не два пегаса, а два жукопони. Хм, мне кажется или что-то в них изменилось? Ладно, потом буду разглядывать.       Когда я телекинезом убрал мешки со своего стола и с дивана, и положил их поверх других мешков в центре помещения, то мои помощники сели на диван, а я продолжил:       — Поначалу будем идти медленно…       — А что конкретно вы хотите сделать? — перебил меня Ластор. Я уже хотел было дать ему словесных люлей за это, но сдержался.       — Рассортировать письма и составить примерную карту оккупированных городов, — я указал на большую карту Эквестрии, которая висела на стене напротив дивана. — Подсчитав, сколько всего пони, фотографии которых есть в этих письмах, мы сможем примерно понять степень проблемы, нависшей над Эквестрией. Делаем так: вы оба вскрываете письма и, если в них есть хоть какая-то фотография, левитируете мне её на стол, а я уже определяю, где находится пони. Хотя, погодите, — я запнулся, приложив копыто к подбородку. — Нам нужны скрепки. Очень много скрепок.       — Когда мы были в тронном зале, то возле принцессы стояла её секретарь. Может, у неё спросим? — предложила Легиоза.       — Идея хорошая, но я не хочу её беспокоить по такому пустяку. У меня есть идея попроще, — ответил я и открыл магазин.       — А как ты будешь манипулировать копытом по магазину, чтобы чейнджлинги не увидели, как ты водишь им по воздуху? — спросила Ева.       — А ты не можешь?       — Нет. Магазином можешь пользоваться только ты.       — Хреново. Ладно, время плана «Б».       — Давно я не пользовался этой магией, — сказал я нажимая на вкладку «предметы», а затем навёл копыто на иконку микрофона. — И всё ради того, чтобы наколдовать скрепки, — перед словом «скрепки» я нажал на микрофон. Он пару раз мигнул красным, показывая, что слушает меня, а затем погас, выдавая мне результат. На обозрение мне выпала коробочки скрепок различной формы. Цена самых простых была от ста до пятисот опыта. Хм, не видел раньше, чтобы лоты имели определенный диапазон цены. Кажется, я догадываюсь почему так. Нажав на эту коробочку скрепок, я узрел новое окошко, в котором мне на выбор предлагают три коробочки разного размера. Самая маленькая содержит пятьсот скрепок и стоит сто опыта. Средняя содержит две тысячи скрепок по цене трёх сотен опыта. А вот третья вмещает в себя пять тысяч скрепок и стоит пятьсот опыта. Ясно, чем больше скрепок, тем выгоднее брать в соотношении цена/количество.        — Похуй, возьму два косаря, ибо пять — слишком дохуя, — мысленно сказал я, тыкнув в среднюю коробочку и подтвердив покупку. Магазин закрылся и передо мной во вспышке появилась небольшая, но и не маленькая, коробка скрепок. Судя по надписи на ней, произведена она в Мейнхеттане. Хех, надеюсь она не испарилась на глазах у кого-то, а то это будет странно.       — Вот, держите, — пролевитировал я коробочку чейнджлингам, которые с открытыми ртами удивлённо смотрели на меня. Точно, вот что изменилось! Кажется у них клыки стали слегка короче.       — Никогда не видел, чтобы магию творили, не используя рог, — сказал Ластор.       — То ли ещё будет, — ушёл я от темы. — Но сейчас мы тут не за тем, чтобы магию обсуждать. В общем, сейчас вы вскрываете письма, и если в каком-то из них есть фотография, то прицепляете листок из конверта к фотографии скрепкой и кладёте сюда, — я пару раз легонько стукнул копытом по углу стола. — Я же посмотрю, где находится изображённый на ней пони и буду складывать письма по стопкам. Каждая стопка будет обозначать отдельный город. Так мы и узнаем сколько городов чейнджлинги захватили, а также примерное количество пони в каждом городе. Затем, если силы найдутся, мы можем почитать письма из каждой стопки, чтобы понять, что общего у всех этих пони или хотя бы обстоятельства похищения. Короче, нам понадобится любая информация, так что начинайте.

***

      Солнце высоко — рабы работают. Только в данной ситуации я тоже являюсь рабом. Ну ничего, мне хотя бы за это платят. Кстати, а где мой аванс?       — Кажется, я её знаю, — отозвалась Легиоза, держа перед собой очередную фотографию в облачке телекинеза. — Помню, как она прибыла в Хуффингтон с мамой. Тогда посреди ночи её схватили, а я заняла её место, — говорила она с нотками стыда в голосе, а я тем временем перехватил фото своим телекинезом и поднёс к себе.       — Это странно, — сказал я, смотря на фото, где белая кобылка с голубой гривой обнимает кобылку-жеребёнка с теми же цветами. — Хуффингтон же освобождён. Что это письмо тут делает? — я приложил копыто к подбородку и нахмурился, пытаясь найти в этом логику.       — Может быть её перенесли в другой город? — предположил Ластор. — Не знаю, зачем командирам нужна была эта дополнительная возня с перевозкой пони туда-сюда, но никто тогда не задавал лишних вопросов, а выполнял свою работу.       — В досье на командиршу, которую мы с Найтом кокнули, была инфа про подобные манипуляции? — спросил я у Евы.       — Только то, что её бесило отсутствие места для хранения новых пони. Может именно из-за этого эту пони и перевезли в другой город?       — То есть для этой кобылки места не нашлось, а для тех двух жеребят из Кантерлота оно было? Нет, тут что-то не сходится.       — Ну извини, анализатор более подробно считывает то, что цель либо хорошо запомнила, либо то, что произошло недавно. Воспоминания многолетней давности описаны так поверхностно, что не представляют никакой ценности. Так что тут мы снова в неведении. Чейнджлинги очень тщательно подошли к сокрытию информации. Кстати, жеребёнка зовут Коттон Клауди.       — Хм, Коттон Клауди. Где-то я её видел, — сказал я вслух, смотря на зависшую перед собой фотографию, и уловил два удивлённых взгляда.       — Мелькает периодически в сериале на заднем фоне, ничего особенного. Лучше пробей её поиском разумных.       Я так и сделал. На карте замигала точка в районе города Додж Джанкшен.       — Снова Додж Джанкшен… — досадно выдохнул я, левитируя письмо с фотографией в одну из четырёх стопок с письмами.       Спустя несколько часов работы уже начинается вырисовываться общая картина. На повестке у нас четыре места: Додж Джанкшен, Хэллоу Шейдс, Йондер Хилл и местность недалеко от Фоал Маунтинг. Из памяти Евы о сериале — об этих местах известно немного.       Додж Джанкшен — это город, в который в одной из серий съебалась Эпплджек, когда проебала какое-то родео в Кантерлоте. Также была серия, где этот город посетила Пинки. Ещё из сериала известно, что в этом городе проживает Черри Джубилли, владелица местной вишнёвой фермы. Город находится на юго-западе Эквестрии чуть севернее бескрайней степи, в которой живут племена бизонов.       Хэллоу Шейдс — в этом городе и происходила, а вернее произойдёт, битва шестёрки и столпов против Пони Теней в конце седьмого сезона. Что примечательно, в сериале этот город заброшен, но в одной из серий, где у Эпплов был слёт семьи, Эпплблум упоминала, что из Хэллоу Шейдс им ответил кто-то из родственников. Если сопоставить эти два фактора, то это либо косяк сценаристов, либо… хуй его знает. Надо разбираться.       Йондер Хилл… Из сериала об этом городе известно целое нихуя. Единственное упоминание этого города было в той же серии про слёт Эпплов.       Фоал Маунтинг — это горная гряда, у подножья которой находится Понхэндж, где Столпы Эквестрии пожертвовали собой и заточили себя и Пони Теней в Лимбе. И всё. Никаких населённых пунктов в этой местности не упоминается, да и по моей карте там нихуя нет. Вангую, что чейнджлинги нашли какую-то огромную пещеру в этих горах и обустроили её под ферму любви. Ибо я хз каким образом несколько сотен пони оказались там, где, по сути, нихуя нет.       Тут в дверь отчётливо постучали два раза.       «Четверть осьминога», — подумал Штирлиц.       — Накиньте на себя маскировку тех же пегасов. И, Легиоза, открой дверь, пожалуйста.       Чейнджлинги сверкнули зелёным светом и превратились в пегасов. Кобылка встала с дивана, подошла к двери и, крутанув щеколду, открыла её. Затем она отошла с прохода и впустила внутрь гостя. Вернее, гостью — та самая кобылка-секретарь.       — Принцесса Селестия приглашает вас в тронный зал. Она передаёт, что всё готово, — отчеканила пони, поправив очки телекинезом.       — Отлично, — поднялся я с подушки, пролевитировал на спину сумки, к которым очень сильно привык, и направился на выход. — Можете пока отдохнуть в покоях, — обратился я к замаскированным чейнджлингам на диване.       Когда мы все вышли из кабинета, я телекинезом снял со своего плаща значок детектива и прислонил к ручке двери. Произошёл щелчок замка, что означает, закрытие. Как объяснила Селестия, она наложила на двери моих покоев и кабинета чары, которые будут открывать и закрывать замок, когда я прислоняю к ним значок. Хуй знает для чего она это сделала, но это удобно — не придётся таскать с собой ключи.       — Ведите, — обратился я к секретарше, прикрепляя значок на прежнее место       Та кивнула и направилась в тронный зал, я последовал за ней. Чейнджлинги же удалились в свои покои. Не нужно им видеть то, что произойдёт, если вдруг на осмотре я обнаружу кого-то.

***

      Уже при подходе к тронному залу я почувствовал присутствие чейнджлингов. Ясен хуй они тут есть. Было бы крайне нелогично, если бы Кризалис не направила сюда шпионов.       На этот раз я подходил к тронному залу со стороны массивных ворот, а не той боковой двери. Странно, но я эмпатией ощущаю большое количество народа не только со стороны тронного зала, но и со стороны другой массивной двери, которая ведёт на выход из замка. Активировав обнаружение жизни, я увидел сквозь дверь множество силуэтов, а анализатор подсказал мне, что на двери наложены чары, которые не пропускают звук. Теперь ясно, почему я не слышу голосов толпы пони. Также на эти двери наложены чары, которые не позволят их открыть, но они не очень долговечны. Что примечательно, там даже нет стражников, а значит Селестия сняла стражу со всех постов, а выходы из замка заблокировала магией. Умно, конечно, но думаю, что это лишнее.       — Готовы? — спросила пони, прислонив копыто к массивной двери.       — Да, — ответил я, и пони одновременно применила телекинез на двери и копытом начала толкать её, открывая до того момента, чтобы в проход поместился пони.       Я молча зашёл за единорожкой и та закрыла дверь.       — Нормальный такой персонал в замке, — пробубнил я, глядя на охуеть какое столпотворение пони в тронном зале.       Все пони стояли стройными рядами по обе стороны от центральной дорожки, которая вела к тронам. По левую сторону по стойке смирно стояли стражники, а вот напротив них кобылки в форме служанок, но уже не так организованно. И если первые почти не подавали никакого беспокойства, то служанки так и вовсе излучали страх, беспокойство и прочие эмоции. Небось думают, что кто-то что-то натворил и всех подозревают в этом.       — Отлично, теперь все в сборе! Думаю, что можно начинать! — громким голосом оповестила всех присутствующих в тронном зале сидящая на троне Селестия, и все перевели взгляды на неё. Ого, да тут ещё и Луна присутствует. Разбудили её посреди дня и посадили на соседний трон. Если присмотреться, то у неё слегка сонный вид. Кстати, тут присутствует не только дневная стража, но и ночная. Только удивительно то, что фестралы стоят не рядом со всеми стражниками, а распределены по периметру зала, словно какое-то оцепление. Стоп, это там Найт Винг стоит на ступеньках подле трона Луны?       — Вы точно уверены, что здесь собрались ВСЕ? — полукриком спросил я у принцессы, когда уже находился в центре всего зала.       — Я лично сверила со списками каждого пони, что присутствует здесь, — ответила принцесса. — А теперь можешь начинать.       — С превеликим удовольствием, — ухмыльнулся я и посмотрел на сестру Селестии. — Принцесса Луна, могу я одолжить вашего подданного на время? — с официозом спросил я, глазами указав на Найта.       Ночная принцесса кивнула фестралу, и тот, отдав честь, сошёл со ступенек и направился в мою сторону, а я тем временем уже подошёл к основанию тронов и развернулся к залу.       — Интересная картина вырисовывается, — сказал я это себе под нос, рассматривая толпу. Среди нескольких стражников и служанок были чейнджлинги, но один из них меня заинтересовал больше всего, потому что вокруг него я видел прозрачное поле, которое я обычно вижу вокруг кусочков полония.       — Дело плохо, — мысленно сказал я. — Это стопудово командир, а значит Кризалис в курсе того, что происходит сейчас, — да и эта служанка ещё и выделяется среди остальных тем, что вообще не заинтересована происходящим, а просто пялит в одну точку и едва заметно шевелит губами. — Сука! Да она прямо сейчас использует телепатическую связь с Кризалис!       — Думаю, что для начала надо снять с неё тот маленький кулончик серебристого цвета, — сказала Ева.       — Все фестралы чисты, так что возьми парочку с собой и иди за мной, — полушёпотом сказал я Найту и направился вдоль рядов пони.       Когда мы проходили возле той самой замаскированной командирши, я повернул голову в её сторону и подошёл почти вплотную, смотря ей прямо в глаза. Та перестала шевелить губами и сфокусировала свой взгляд на мне.       — Думаю, что твой разговор окончен, — сказал я, представив, что у меня вместо правой передней ноги полноценная человеческая рука, которая тянется к кулончику на нитке на её шее. — Это я пожалуй заберу, — окутавшись оранжевым полем, кулон резким движением поднялся вверх, снявшись с шеи замаскированного чейнджлинга, и пролевитировал в мою сумку. Когда замок на сумке защёлкнулся, то полупрозрачное поле, окутавшее нас, пропало, а кобылка стояла с диким ахуем на мордочке, ничего не решаясь сказать в ответ.       — Арестовать её! — сказал я Найту и остальные горничные, стоящие по обе стороны от чейнджлинга, стали со страхом и непониманием смотреть на неё, а затем отходить в стороны. — И поосторожнее. Это командир, наподобие той, что была в Хуффингтоне.       Найт посмотрел на двух фестралов и, сделав пару жестов, указал на пони. Те стали подходить с двух сторон к ней. Один из них достал из-под крыла пару накопытников, скреплённых вместе, а второй приготовил какое-то кольцо. Скорее всего оно предназначено для рога, чтобы заглушить магию. «Пони» тем временем уже отошла от шока и спокойно ждала. Вот только чего?       — Не сопротивляйтесь и никто не пострадает, — сказал Найт Винг.       На эмоциональном фоне добавилось много страха и агрессии. Скорее всего от безысходности. Но загнанный в угол хищник способен на многое, так что бдительность лучше не терять.       «Пони» начала пятится назад, но тут же упёрлась крупом в третьего фестрала, который очень быстро, по команде Найта, подскочил к ней сзади, покинув оцепление.       Внезапно, произошла зелёная вспышка, явив нам истинную личину жукопони. Эта уже отличается от той, что я видел в Хуффингтоне наличием тёмно-красных прожилок между элементами хитина. Кобыла зажгла рог и встала на дыбы, а в следующее мгновение ударила передними копытами по полу, создав ударную магическую волну вокруг себя, отбросив подошедших фестралов. Когда эта волна дошла до нас с Найтом, то мы, слегка пошатнувшись, проехали на копытах назад примерно на метр, а я так вообще чуть равновесие не потерял, в отличие от Найта. Повезло, что чейнджлинг отошла от нас на несколько метров, иначе свободного полёта мы не избежали бы.       Перед тем, как я пришёл в себя, активировалось моё чувство опасности, но, так как я ещё не успел сфокусироваться на цели, то не успел среагировать на это. Первое, что я увидел перед собой, это распахнутую пасть чейнджлинга, острые клыки которой были направлены на меня, но в ту же секунду командирша отлетает в сторону от смачного удара Найта, который буквально за несколько мгновений до момента, как во мне появились бы две лишние дырки, стартанул с места и своим весом убрал чейнджлинга с траектории своего полёта. Во время удара произошла вспышка, которая слегка ослепила меня, а затем послышался звук тела, катящегося по мраморному полу.       — Вам накопытники на что, а?! — крикнул фестрал своим подчиненным, указывая на накопытник с магическим камнем на своём копыте.       — Потом с ними разберёшься, — остановил я его, глянув на бессознательную командиршу в центре зала, а все присутствующие с ужасом смотрели на неё.       Повезло, что я снял с неё кулончик, иначе накопытник просто бы не сработал. Да и Найт не смог бы при помощи крыльев так резко набрать скорость для тарана.       Тем временем, очнувшиеся фестралы подошли к бессознательному чейнджлингу, нацепили ей на рог кольцо, а на передние копыта накопытники, сцепленные друг с другом цепью.       — Отнесите её в темницу, — сказала Селестия одному из стражников, который стоял недалеко от тронов. Тот отдал честь и подошёл к нашей новой пленнице. Затем он телекинезом поднял тело и понёс на выход из тронного зала. Пока он не ушёл слишком далеко, я применил на бессознательной командирше анализатор, чтобы получше изучить её позже.       — Итак, продолжим, — я поправил плащ и стал осматривать толпу служанок. — Вон та с красной гривой в центре толпы, — указал я на пони в центре столпотворения служанок, над которой я видел значок чейнджлинга.       Все кобылки вокруг указанной мной служанки сразу же в панике отошли от неё, а та стала в страхе озираться вокруг. Тем временем Найт стукнул копытом и ближайший фестрал резким взмахом крыльев подлетел к ней, обдав потоком воздуха, и, протянув копыто, несильно ударил её накопытником с магическим камнем. «Пони» упала без сознания, и вокруг неё сверкнула зелёная вспышка, являя нам истинный облик. Обычный трутень, ничего особенного.       Служанки же начали переговариваться на повышенных тонах и откровенно паниковать, а также со страхом смотреть на тех, кто их окружает.       — Успокойтесь! — крикнул я им и все кобылки сразу же обратили на меня свои взгляды. — Среди вас больше нет чейнджлингов, — успокоил я их и развернулся к стражникам. — Теперь вы, — с ухмылкой я прошёлся взглядом по стройным рядам гвардейцев, которые с подозрением смотрели на своих соседей.       — Какое звание у того фестрала? — негромко спросил я у Найта, показывая на бетпони, который стоял позади всех гвардейцев у выхода на балкон.       — Сержант, — ответил фестрал.       — Эй, сержант! — крикнул я ему. Тот перевёл свой взгляд с толпы гвардейцев на меня и с вопросительным взглядом указал копытом себе в грудь. — Да, ты. Видишь вон того гвардейца с зелёной гривой в последнем ряду ближе к тебе? Выруби его.       Фестрал пару мгновений поколебался, видимо, пытаясь понять, исполнять ему этот приказ или нет, но Найт кивнул, давая разрешение. Без лишних слов фестрал за мгновение оказался возле перепуганного гвардейца и саданул по нему накопытником. Стражник, аналогично остальным, превратился в очередного трутня, лёжа на полу.       Я направился дальше вдоль стройных рядов пони в золотых доспехах и остановился у очередного из них, который слегка дрожал, а глаза выражали ужас.       — Боишься, да? — я наклонился и ехидным взглядом посмотрел ему в глаза. — Правильно делаешь. Найт, будь добр, — пригласительным жестом я указал на очередного замаскированного трутня и пошёл дальше. Позади меня произошёл звук падения очередного тела и зелёная вспышка, осветившая зал. — И вон та кобылка, — указал я на пегаску тёмно-бирюзового цвета в центре очередной группы стражников. Та сжалась от страха, а двое соседних жеребцов заломали ей копыта и обездвижили. Ого, хоть кто-то из них решил содействовать нашему делу. Одобряю.       Я подошёл к основанию тронов.       — Вот и всё, — обратился я к старшей принцессе и увидел очередную вспышку зелёного цвета, которая на мгновение осветила стены зала.       — Благодарю, детектив, — слегка улыбнулась Селестия и посмотрела на всех собравшихся пони. — Все свободны! Возвращайтесь к своим обязанностям. Чейнджлингов отнесите в темницу и каждого в отдельную камеру.       — А что с теми пони, под которых замаскировались чейнджлинги? — спросила Луна.       — Сейчас, — я открыл карту и пробил поиском разумных ту тёмно-бирюзовую стражницу и служанку, под которую замаскировалась командирша. Обе точки появились в нескольких метрах позади меня. Обернувшись, я глянул вниз и увидел эти точки сквозь пол, где-то внизу. — Они в подземелье, прямо под тронным залом, — сказал я, отключая карту.       — Найт Винг, бери всех фестралов, которых можешь, и отправляйся туда, — обратилась Луна к своему лейтенанту. — Не исключено, что там есть ещё чейнджлинги, которых оставили охранять пони.       — Слушаюсь, принцесса! — отсалютовал фестрал и направился на выход из зала, созывая всех присутствующих фестралов.       — Там никого нет. Все чейнджлинги, которых ты обнаружил, были не шпионами, а диверсантами. И пони им нужны были только для маскировки, чтобы провести одну операцию, которая тебе очень не понравится. Так что там охрана им без надобности, — сказала Ева, которая видимо уже прочитала часть досье на командиршу.       — Пусть сами разбираются. Если там нет чейнджлингов, то и я им там не нужен. У меня и так много работы.       — Не думала, что здесь окажется командир чейнджлингов, — вновь заговорила Луна. — Та, что мы встретили в Хуффингтоне, была очень опасной. Эту же довольно легко удалось схватить.       — Без этих камней они становятся менее опасными, — пролевитировал я из сумки системным телекинезом серебристый кулончик, который снял с командирши. Затем я поднялся по лестнице, ведущей к тронам, и остановился в метре от принцесс, держа кулон возле них, чтобы они могли рассмотреть его. Хотя, ещё я захотел проверить, как Селестия отреагирует на то, что её магия вырубилась.       — Это один из тех антимагических камней? — спросила Селестия.       — Да, именно. Воспользовавшись одним из таких камней, им и удалось схватить Луну в Хуффингтоне, — ответил я и увидел на щёчках ночной принцессы едва заметный румянец. Ха, да ей стыдно! — Попробуйте использовать любое заклинание.       Дневная принцесса сосредоточилась, но в течение десяти секунд тишины ничего не произошло.       — Не могу, — с ноткой досады сказала принцесса. — Тогда как ты это делаешь?       — Не знаю, — пожал я плечами и пролевитировал кулон обратно в сумку, так как от применения системного телекинеза уже голова болеть начинает. — Вашей сестре я уже говорил, что меняю частоту магии. Хотя, это заготовленная мной отмазка на подобные вопросы. На самом деле, я без понятия как это делаю. Просто получается, но цвет магии меняется с красного на оранжевый.       — Нам нужно изучить этот камень и понять, как противодействовать ему.       Хм, если в мире людей от полония спасала даже обычная фольга, а в этом мире ему на неё похуй, то поможет ли в этом деле свинец? Хуй его знает.       — Не думаю, что ему можно как-то противодействовать. Поле вокруг этих камней игнорирует любое препятствие, заклинание и предмет, — сказал я, приложив копыто к подбородку. — Единственное, что его сдерживает, это чары, наложенные на мои сумки. Предвижу ваш вопрос — нет, я не смогу наложить подобные на другие предметы, так что этот вариант отпадает.       — Тогда как нам противодействовать чейнджлингам, если они вдруг заявятся с такими камнями сюда? Наша магия будет бессильной! — запаниковала ночная принцесса.       — Но до сих пор же не заявлялись! — парировал я. — Вернее, заявлялись один раз, но без них. Думаю, что на это есть причины. Только я не знаю какие.       — Предлагаю позже с этим разобраться, когда допросим пойманных чейнджлингов, — прервала нас Селестия. — Предлагаю всем возвращаться к своим делам. Луна, ты идёшь дальше спать, — заботливым голосом сказала старшая сестра, а затем обратилась ко мне: — Фаер Стар, есть продвижение по делу пропавших пони?       — Есть. Пока что на повестке четыре предполагаемых места. Когда у вас будет свободное время, то можете прийти ко мне в кабинет, и я покажу вам все обстоятельства на карте.       — Хорошо, — кивнула принцесса. — Я подойду, когда солнце сядет за горизонт и меня сменит сестра, — говорила она, пока я спускался со ступенек.       — Увидимся вечером, сестра, — поднялась Луна со своего трона и направилась в сторону массивных дверей в противоположной стороне зала.       — Сладких снов, — помахала Селестия копытом вслед своей сестре.       — До вечера, принцесса, — попрощался я и направился к двери в боковой стене.       — До вечера, детектив.

***

      — Ты обязан Найту жизнью, — сказала Ева, пока я в одиночестве шёл по коридорам замка в сторону своего кабинета.       — Ты про то, что он протаранил чейнджлинга, который набросился на меня? Сомневаюсь, что я сдох, если бы эта падла достигла цели.       — Арсенал этого солдата отличается от того, что мы встречали раньше.       — Ну давай, озвучь весь список. Мне уже интересно.       — Энергетическая волна при ударе копытами по земле. Именно её мы и видели. Ещё есть бесшумная походка, которая гасит звук шагов и шум любой брони, которая надета на заклинателя.       — Это уже какой-то билд ассасина с добавлением к нему заклинания типа «Отъебитесь от меня!», — предположил я, поворачивая направо на очередном перекрёстке.       — Тут ты прав. И как раз из-за следующей способности ты и обязан Найт Вингу жизнью.       — Удиви.       — У этого солдата есть железы, которые вырабатывают очень концентрированный нервно-паралитический яд. Впрыскивается в жертву через клыки при укусе.       — Пиздец. А причём тут твоё «обязан жизнью»? Ну парализовала бы меня своим укусом и всё.       — Она хотела ввести в тебя такую убойную дозу, что ты копыта бы откинул за пару минут, если не секунд, — поведала подруга       — Мда. В следующий раз, когда очередной командир чейнджлингов не будет подозревать о том, что я его раскрыл, я просто подойду и уебу мощнейший апперкот, предварительно сняв с него полоний, если тот имеется. Ну или убью, потому что именно к этим тварям я не испытываю никакого сострадания.       — Кстати, тебе ещё повезло, что она не умеет плеваться ядом, как тот солдат из Хуффингтона. Иначе ты получил бы как минимум временный частичный паралич тела, а как максимум — то же самое, но ещё и полную слепоту в случае попадания яда в глаза.       — Тут ты права, повезло конкретно, — выдохнул я, подходя к двери кабинета.       Я притянул свой значок детектива к дверной ручке и услышал щелчок замка. Затем подошёл к соседней двери, постучал пару раз, а затем открыл.       — Пора за работу! Жду вас у себя! — повышенным голосом разбудил я замаскированных чейнджлингов, которые кемарили на кроватях.       Когда я вернулся в кабинет, то сразу же сел на удобную подушку за столом и оценивающе посмотрел на четыре большие стопки писем с фотографиями на столе, которые скоро дойдут до потолка.       — Интересно, что будет, если Кризалис лишится ещё одной фермы любви? Не убьёт же она меня, — усмехнулся я.       — Ну-у-у, я бы не шутила по этому поводу, потому что она уже попыталась это сделать.       — Ты про то, что эта командирша меня чуть не траванула насмерть?       — Да. Заданием этих чейнджлингов был ты. Они должны были пленить тебя и доставить к Кризалис. В случае форс-мажора им разрешено тебя ликвидировать, — объяснила Ева то, что прочитала в досье.       — Пиздец, Кризалис в этой версии Эквестрии реально ёбнутая! Да и как бы они смогли схватить меня, а?       — Ну, про то, что ты видишь их сквозь маскировку, они не знали. Поэтому командирша придумала два плана. Первый — это соблазнить тебя и, когда ты потеряешь бдительность, парализовать ядом. Второй — если бы ты её не подпустил к себе или вокруг было бы много лишних глаз, то она просто парализовала бы тебя ночью во сне. А затем выкрасть тебя незаметно для них плёвое дело, так как они знают расписание патрулей и спокойно могут их избегать.       — Но меня в замке не оказалось, и она решила подождать, когда я появлюсь? Но проверку, которую я устроил, прошла прямо в тот же день, когда я и пришёл, что не дало командиру быстро реализовать первый вариант плана.       — Почти. Дело в том, что она даже не знала, что ты в замке. Вспомни, когда ты шёл сегодня в первый раз в свой кабинет, то не встретил никого из чейнджлингов. Так что ей бы никто не сообщил о тебе.       — Зато я встретил кучу стражников почти на каждом перекрёстке. Они могли пустить слух о том, что в замок прибыл герой, который спас пони в Хуффингтоне.       — Думаю, что обменяться сплетнями между собой стражники могли только в конце рабочего дня, в казарме. Поэтому очень хорошо, что проверку ты устроил именно в день прибытия.       — Мне слишком часто везёт, не находишь?       — Просто совпадение.       — Я не верю в совпадения, ты же меня знаешь, — закончил я наш разговор, потому что в кабинет зашли мои помощники.       — По вашим взглядам вижу, что вам интересно то, как прошла проверка персонала замка, — с улыбкой сказал я. На самом деле я почувствовал крайнюю степень заинтересованности на эмоциональном фоне.       — Да. Удалось ли вам найти кого-нибудь из шпионов? — спросил Ластор, садясь на диван. Легиоза закрыла дверь на щеколду и села рядом с жеребцом.       — Пять чейнджлингов, включая командира. Только эта отличается от той, что командовала вами в Хуффингтоне. Накинулась и хотела отравить меня ядом, — ответил я, уловив очень сильное удивление.       — Это же Лиинкс! — воскликнула Легиоза. — Она является диверсантом, которого Кризалис отправляет на самые важные задания. Как вам удалось схватить её? Да и как вам удалось избежать её яда?       — Найт Винг помог, — ответил я, и чейнджлинги наклонили головы в непонимании. — Это лейтенант ночной стражи. Вы могли его видеть, когда он вместе с Луной и другими фестралами прилетел в лес близ Хуффингтона, — объяснил я. — А ещё она притащила с собой антимагический камень, — пролевитировал я «невидимой рукой» кулон из сумки и положил на стол. Чейнджлинги, когда увидели, что я применяю на этом камне магию, впали в крайнюю степень ахуя. — Вот же дура, — усмехнулся я.       — К… как?! — запнулся Ластор. — В присутствии этих камней только чейнджлинги колдовать могут!       — Я почти всю жизнь изучаю вас, — соврал я, и жеребец злобной гримасой посмотрел на меня. — Прости. Забыл, что для тебя это больная тема, — извинился я, и он успокоился. — Так вот, я почти всю жизнь изучаю чейнджлингов и уж точно научился обходить некоторые приёмчики.       — Это не объясняет то, что ваша магия работает в присутствии этих камней, — возмутился жукопони, пока я убирал кулон обратно в сумку.       — Работает – не работает. Какая разница? — развёл я копытами в стороны. — Ладно, продолжаем вскрывать письма. У нас ещё много работы, — сменил я тему, глядя на груду мешков, которые лежали под висящей на стене картой Эквестрии.

***

      Я, конечно, понимаю, что это природа чейнджлингов, и без похищения любви они жить не могут, но это не оправдывает их паразитизм. Вы же не говорите, например, про бычьего цепня, который попал в ваш организм: «Ну он же просто хочет кушать. Это его природа!». Нет, вы истерично будете орать, чтобы доктор вытащил его нахуй, пока он не сожрал вас полностью. И похер, что он на такое не способен. Вам не будет нравиться само присутствие паразита. Вот и с чейнджлингами так же, а роль доктора выполняю я. И будь я проктологом, то сказал бы, что это полная жопа.       — Еще один в Толл Тейл, — сказал я себе под нос, левитируя очередное письмо с фотографией в новую, пятую, стопку на столе.       Толл Тейл Таун. Ещё один город, который упоминала Эпплблум в серии про слёт семьи Эппл. Как и с Йондер Хилл в сериале о нём нихуя неизвестно. Но есть одно «НО». Когда я перед отправкой в Хуффингтон наведался в библиотеку, чтобы читануть про этот город в справочнике, то листая его, я мельком пролистнул Толл Тейл Таун и Ванхувер. Благодаря тому, что Ева помнит даже то, что я забыл или видел мельком, и может воспроизводить передо мной любой момент из моей жизни в виде скриншота, то у нас есть инфа про эти города.       Итак, в справочнике сказано, что это фермерский городок к югу от Ванхувера. Можно предположить, что это как ферма Эпплджек для Понивилля, но в бóльших масштабах. Сама местность находится на северо-западе Эквестрии. Ванхувер же является крупным портовым городом, а вот Толл Тейл — фермой, которая и снабжает город. Если смотреть на карту, то в этой местности отсутствуют горы, что уменьшает вероятность нахождения похищенных пони в пещерах. Да и судя по поиску разумных, все похищенные пони не только разбросаны по городу, но и перемещаются по нему. Это пиздец как подозрительно. Думаю, что наведаться в этот город нужно в первую очередь, потому что он отличается от остальных.       — То-то все родственники пропавших в Толл Тейле живут в Ванхувере и его окрестностях. Видать, чейнджлинги там охуели настолько, что похищают пони из всех окрестных городов, — мысленно сказал я, кладя очередное пролевитированное мне письмо в стопку с похищенными в Фоал Маунтинг.       — Заметь, только письма из Ванхувера, в которых были фотографии, показывают нам похищенных пони в Толл Тейле. Во всех остальных похищенные раскиданы по четырём местам, но похищенные в Толл Тейле все поголовно из Ванхувера. Это уже подозрительно.       — Либо у чейнджлингов там очень хуёвая логистика, либо там вовсе не чейнджлинги, — предположил я.       — А кто тогда? Кому ещё выгодно похищение пони? Не драконам же.       — Знаешь, что ещё примечательно? — глянул я на стопку писем из Ванхувера. — Ни в одном из этих писем нет жеребят. В основном молодые совершеннолетние кобылки и жеребцы.       — Да, это тоже верно. Вроде это почерк чейнджлингов, а вроде и не он.       — Обсудим все вопросы с Селестией. Может быть, она предложит дельную мысль на этот счёт.

***

      Пиздец макулатуры! Когда я в следующий раз приду в понивилльскую библиотеку, то у меня начнутся панические атаки от большого количества книг. Блять, вот я только первый день работаю с бумагами, а уже в край заебался. А Селестия это делала веками. Веками, Карл! И у неё при этом крыша не поехала. Хотя, нет. Если подумать, то она ёбнутая, но в другом плане.       — Предлагаю отдохнуть, — пролевитировал я очередное письмо с фотографией в стопку с пропавшими в Хэллоу Шейдс. — Вы как?       — Согласен. У меня уже рог болит от такого количества левитации, — ворчал Ластор, потирая свой рог.       — Согласна, — вторила Легиоза.       Вдруг в дверь постучали.       — Маскировка! — полушёпотом крикнул я чейнджлингам. Произошли две короткие зелёные вспышки — и на диване уже сидели два пегаса. — Войдите! — крикнул я, поворачивая щеколду телекинезом. Блин, немного неудобно пользоваться им, когда цель заклинания находится на расстоянии больше пяти метров. В следующий раз буду заставлять Легиозу открывать.       Дверь немного открылась, и в кабинет заглянула секретарь Селестии.       — Принцесса Селестия приглашает вас и ваших помощников на ужин. Вас сопроводить, или вы знаете дорогу? — проговорила она так, будто заучивала эту фразу.       — Вот как чувствовал, — усмехнулся я, вставая из-за стола. — Не откажусь от сопровождения. Замок я ещё не полностью изучил.       — Подожду вас за дверью, — пони поправила очки и скрылась за дверью, при этом закрыв её.       — Вы есть-то будете или у вас энергии ещё хватает? — поинтересовался я у чейнджлингов, остановившись перед диваном. Выглядели они немного напуганными. — Не волнуйтесь. Селестия не будет на вас злиться. Вы же не виноваты в том, что в замке появились шпионы. Думаю, что разговор насчёт этой Лиинкс будет интересен, если он вообще состоится.       — Я иду, — ответил Ластор. — Ты как? — поинтересовался он у Легиозы.       — Хорошо, я тоже пойду.       — Отлично. Не волнуйтесь, я вас в обиду не дам. До тех пор, пока вы не захотите меня предать, — последнее я произнёс суровым голосом, прищурив при этом глаза.       Чейнджлинги нервно сглотнули.       — И в мыслях не было, — сказал он правду, встав с дивана.       — Хорошо. Потому что если это не так, то… — говорил я строгим голосом, а затем задумчиво посмотрел в потолок. — Хотя, вам лучше не знать все способы умертвления, которые я знаю, — улыбнулся я и как ни в чём ни бывало пошёл на выход. Чейнджлинги проводили меня слегка охуевшими взглядами, но пошли следом. Знаю, что перед пони лучше не говорить на тему убийств. Но эти двое не пони.       Но есть и один жирный плюс. Походу Ластор реально решил больше не иметь дела с чейнджлингами. Насчёт Легиозы я даже не сомневался, а вот её друг совсем другое дело. Ничего, я как нибудь устрою им проверку. Так, на всякий случай, чтобы быть уверенным на сто двадцать процентов.

***

      Хм, я думал, столовая выглядит больше, но нет. Это обычное помещение замка, в центре которого находился накрытый скатертью стол. Вдоль одной и стен шли разноцветные витражи. Обстановка не очень то и пышная. Хотя, мне на обстановку похуй, главное, чтобы еда была нормальная.       — Приветствую, детектив, — улыбнулась сидящая за одним концом стола принцесса дня. — Здравствуйте и вы, мои маленькие пони.       Она назвала чейнджлингов пони? Она прикалывается или просто пытается промыть им мозги? Хотя, если подумать, то я так-то тоже по мозгам им ездил. Но Пинки больше всех — это факт.        Я с уставшим видом сел напротив Селестии за другой конец стола. На нём пока что ничего не было. Видимо, принцесса решила сначала подождать нас. Чейнджлинги тем временем сели по центру стола аккурат посередине.       — Давайте на чистоту, принцесса, — начал я. — Что вы задумали?       — С чего ты взял, что я что-то задумала? — мягко спросила она, продолжая улыбаться.       — Я это вижу, — спокойно ответил я. — Вы либо хотите поговорить на очень серьёзную тему, либо дать мне какое-то задание.       — А может быть я просто хочу поговорить и узнать, как продвигается задание, которое я тебе поручила, — ответила она, мельком глянув на чейнджлингов.       — Всё замечательно. Твайлайт, Пинки Пай и Рейнбоу Дэш вызвались помочь мне.       — Рейнбоу Дэш тоже согласилась? — принцесса слегка удивлённо подняла брови. Как-то это выглядит наигранно. — Насколько я знаю, она очень бойкая и ни за что не согласилась бы, — пока принцесса говорила, чейнджлинги скромно переводили глаза то на неё, то на меня.       — Ну, пришлось рассказать им, что она бы сделала с ними, — акцентировал я внимание на местоимениях, но сразу видно, что Селька поняла о ком идёт речь, и при этом осуждающе на меня посмотрела. — Надо отметить, что это сработало. Знаю, что при них на подобные темы говорить не стоит, но чтобы переубедить в чём-нибудь Рейнбоу, нужно бить в лоб.       Принцесса вернула себе нейтральное выражение мордочки и пролевитировала в воздух колокольчик, который, видимо, стоял на полу возле её стула. Затем аликорна магией пару раз дёрнула колокольчик, и он зазвенел.       — Согласна на этот счёт, но чтобы это было в последний раз, — охладевшим голосом говорила она, левитируя колокольчик обратно.       — Хорошо.       Ага, хуй тебе! Только не мой. Я буду говорить со всеми о том, о чём захочу.       Дверь в другое помещение отворилась, и в столовую зашёл… грифон? Неожиданно.       — Сегодня я распорядилась, чтобы в меню была грифонья кухня. Вы же не против? — посмотрела она на нас с чейнджлингами.       — Я нет, — ответил я, пожав плечами, а замаскированные жукопони отрицательно помотали головами.       — Замечательно. Джирон, — обратилась она к грифону с поварским колпаком на голове. — Будь добр.       — С радостью, принцесса, — учтиво сказал тот, поклонившись, а затем в таком положении попятился обратно.       Когда он отошёл вглубь кухни, то оттуда по очереди вышли четверо кобылок-единорогов в форме поваров, которые катили перед собой тележки с едой, накрытой серебряными крышками. Бля, как же это киношно выглядит. Каждая из кобылок остановилась перед одним из нас, и они синхронно начали левитировать тарелки с тележек на стол, а затем открывать их.       — Нихуя себе! Микижа! Ещё и жареная, да я её обожаю!       — Ты случаем нигде не проболтался Селестии о том, откуда ты? — спросила подруга.       Под крышкой на второй тарелке оказался фаршированный рисом кальмар. Нихуя себе! Да мне его мама дома постоянно готовила, и я уплетал его за обе щеки! Селёдка стопудово что-то знает.       Третьим предметом, который пони пролевитировала на стол, был поднос с графином и стаканом.       Когда все предметы на тележках у пони закончились, те откланялись и вернулись туда, откуда пришли, закрыв дверь.       — Красиво, конечно, принцесса, — похвалил я её. — Но выглядит слегка наигранно.       Дело в том, что я пытаюсь немного расшатать Селёдку, чтобы понять, можно ли как-то заставить её вести себя иначе.       — Это не моя заслуга, — усмехнулась она. — Пони сами выбрали такую манеру подачи блюд. Приятного всем аппетита.       — Взаимно, — ответил я. Чейнджлинги же промолчали. Видать, чувствуют себя не в своей тарелке.       — Знаете, — начал я, после того как прожевал кусочек рыбы. — И всё же я чувствую, что у вас что-то произошло.       — Не у меня, — выдохнула принцесса. — С Луной. Уже пару дней она выглядит подавленно, но пытается не подавать виду.       — И она, конечно же, не хочет вам об этом говорить? — дополнил я и отправил вилкой в рот очередной кусок рыбы.       — Почти. Она сказала, что мне это тоже не понравится и поэтому решила не огорчать меня, — ответила пони, смотря в свою тарелку. — Только от этого ещё больше неспокойно.       — Походу, она огорчена тем, что вы с Твайлайт рассказали друг другу о взаимной симпатии, — сказала Ева.       — Я тоже об этом подумал.       — Я могу поговорить с ней. Думаю, я знаю, что с ней, — ответил я после того, как прожевал пищу.       — Расскажешь? — спросила аликорна и съела кусок рыбы.       — Простите, но нет, — я отрицательно помотал головой. — По крайней мере, не сейчас. Это личное.       — Хорошо, — немного грустно сказала Селестия и отпила ягодного морса из своего стакана.       — Думаете, что у нас от вас секреты? — продолжил я нажимать.       — Нет, — нейтральным голосом сказала она.       — Хоть я и не чувствую ваших эмоций, но я знаю, что это ложь.       — Может, это и так, — пони пожала плечами, смотря мне прямо в глаза, а у меня появилось ощущение, что меня ментально атакуют. Не-а, не получится. Тут нет той глушилки из храма Таликона, так что мне насрать.       — Не сработает, принцесса, — сказал я, наколов ещё один кусочек рыбы и отправил в рот.       — Прости. Просто не хотела, чтобы разговор на эту тему продолжался.       — И вы меня простите. Я хотел увидеть в вас больше эмоций. Наверное, зря я попытался вызвать у вас злость.       — У тебя неплохо получается, — похвалила она меня. — Но со мной такое не сработает, — принцесса вернула мне ответку.       — Предлагаю сменить тему. О чём бы вы хотели поговорить? — спросил я и отпил морс.       — Ну что мы как будто одни тут? — нежно улыбнулась принцесса и посмотрела на чейнджлингов, которые до этого молча ели. — Я бы хотела послушать твоих помощников, — те слегка напряглись и отвлеклись от своей еды.       — Спрашивайте, — пожал я плечами и отправил в рот очередной кусочек рыбы.       — Кхм, — прокашлялся Ластор. — О чём бы вы хотели услышать, принцесса?       — Как вам общество пони? Каковы первые впечатления? — спросила Селька.       — Если честно, то мы очень удивлены.       — Говори, пожалуйста, за себя, — прервала его принцесса. — Сначала я хочу послушать твоё мнение, а потом твоей подруги.       А ты коварна, Селёдка. Прощупываешь их своей эмпатией и хочешь понять, где они пиздят, а где говорят правду? Ну давай послушаем. Мне тоже интересны их общие впечатления.       — Хорошо, — ответил жеребец, — Как я уже сказал, я очень удивлён. Нам всю жизнь говорили, что пони нас боятся и могут даже напасть, если узнают о том, кто перед ними.       — А на деле оказалось по-другому? — спросила аликорна.       — Почти. Вернее, не со всеми пони так, — ответил Ластор.       — На вас кто-то напал? — обеспокоенно спросила Селя.       — Не то, чтобы напал. Просто это неловко, — попытался он уйти от ответа, а Селестия, приподняв бровь, посмотрела на меня осуждающе.       — А что я-то сразу? — возмутился я. — Просто они нанюхались муки, которая витает в воздухе в Сахарном Уголке, расчихались, и с них слетела маскировка. И всё это было на глазах у Пинки Пай. Вот она и закатала их в кусок теста, а потом связала и спрятала в чулане, — объяснил я, и Легиоза еле заметно покраснела от стыда. Принцесса же улыбнулась, явно представив эту картину, а затем вновь посмотрела на чейнджлингов.       — А что делали те, кто не нападал?       — Сначала были неприязнь и ненависть к нам. Затем, когда пони в процессе разговора привыкали, то почти весь негатив куда-то испарялся, — ответил чейнджлинг.       Я всё это время молча ел и слушал рассказ. У Ластора хорошо язык подвешен. Вернее, у него есть уверенность, чтобы вести с кем-то хоть какой-то диалог. А вот Легиозу к этому диалогу нужно подключать постепенно, потому что она стеснительная.       — Похвально, что почти все пони, увидевшие вас без маскировки, не нападали на вас и шли на диалог, — сказала принцесса и отпила морс.       — Ты забыл упомянуть, благодаря кому этот диалог состоялся. Если бы я заранее не предупредил Рейнбоу о том, кто вы такие, то она бы от вас и живого места не оставила. А ведь она с самых джунглей чувствовала, что с вами что-то не так. Согласись, как только мы помогли Дэринг, а затем отправились в сторону Понивилля, то от Рейнбоу так и веяло негативом в вашу сторону. Вы же тоже это чувствовали?       — Да, — кивнул Ластор.       — Сколько пони знают о них? — спросила Селестия.       — Дэринг Ду, Твайлайт, Рейнбоу и Пинки, — перечислил я. Чейнджлинги утвердительно кивнули.       — Дэринг Ду? — спросила Селестия. — Кажется, Луна говорила мне об этой пони. Помнится она прочитала о ней в какой-то книге.       — Так и есть. Оказывается, автор этой серии книг А.К. Йерлинг и главная героиня Дэринг Ду — это одна и та же пони. Она просто пишет о своих археологических приключениях и издаёт их как приключенческую книгу.       — Забавно, — ухмыльнулась Селестия. — И как эта Дэринг Ду отреагировала на вас? — обратилась она к Ластору.

***

      В целом, когда чейнджлинги привыкли к обстановке, то стали вести себя более бодро. Вернее, это больше относится к Легиозе, потому что Ластор привык к обстановке ещё в самом начале диалога.       Селестия распросила их о наших небольших приключениях, а также то, что они думают о своей новой жизни. Ластор в основном говорил, что ему всё нравится. Только вот у Селестии очень странная реакция на подобный ответ, а именно никакая. Дело в том, что чейнджлинг напиздел кое-где, а Селя даже не отреагировала на ложь. Либо она не заметила, либо сделала вид, что не заметила. Хм, надо спровоцировать чейнджлингов на ложь, чтобы проверить одну теорию.       — Ластор, ответь, что ты думаешь о Рейнбоу Дэш? — задал я вопрос, когда Селестия прервалась, чтобы попробовать кальмара.       — В целом, добрая пони. А что? — ага-ага, пиздабол.       — Принцесса Селестия, что вы сейчас почувствовали? — спросил я.       Селя прожевала кусочек кальмара и с недоумением на меня посмотрела.       — Ты о чём? — не поняла она.       — Что по-вашему это было — правда или ложь?       — Правда, — ответила пони с явным непониманием.       — Он сейчас соврал. Неужели вы не почувствовали?       — Это исключено.       — Легиоза, — обратился я к кобылке, и та вздрогнула от неожиданности. — Ты бы хотела вернуться в улей?       — Нет, конечно! — выпалила она. Не врёт.       — А теперь соври, — попросил я.       — Но… я не хочу врать принцессе, — вновь правда.       Блин, для чистоты эксперимента надо заставить кого-нибудь из них соврать не специально. Это сложнее, чем я думал. О, придумал.       — Ладно. Ластор, ты считаешь, что Пинки Пай сумасшедшая?       — Нет, — соврал он. Либо он сделал это специально, либо не захотел говорить правду о Пинки перед принцессой.       — А сейчас? — спросил я у Селестии.       — Правда, — ответила она, явно поняв по моему взгляду, что произошло.       — Вы серьёзно? — спросил я таким голосом, как будто ответ противоположный. Селестия же переменилась в лице. На её мордочке появились суровые нотки, а в воздухе повисло напряжение. Она немного холодно посмотрела на чейнджлингов.       — Ответьте мне честно, — прищурилась она, ментально давя на них. — Когда вы согласились сотрудничать с Эквестрией и помогать королевскому детективу, вы сделали это, чтобы в нужный момент сбежать или всё же решили жить среди пони? А может вы решили шпионить?       — Сначала я не знал, что делать дальше, и решил действовать по обстоятельствам, — начал Ластор, и взгляд Селестии стал ещё холоднее. Чейнджлинг немного съёжился, но продолжил: — Но сейчас я точно уверен, что хочу жить среди пони, не причиняя им вреда.       Селестия перевела взгляд на меня, и я почувствовал на себе очередную ментальную атаку, которая не принесла никакого результата. Вместо ответа я просто утвердительно кивнул. Затем взгляд принцессы перешёл на Легиозу. Ух, и не завидую я ей в данный момент.       — Я… я ещё с самого начала решила, что буду дружить… — кобылка нервно сглотнула, и Селестия, поняв, что это перебор, сбавила нажим, — …дружить с пони и не причинять им никакого вреда, — ответила она и в страхе зажмурилась, втянув шею.       — Они не врут, — спокойно ответил я и отправил в рот очередной кусок кальмара.       Напряжение в помещении резко сошло на нет, а взгляд принцессы стал нейтрально-добрым.       — Простите за допрос, — сказала Селестия, орудуя телекинезом, чтобы отрезать кусочек от кальмара.

***

      Блять, кто же знал, что эмпатия чейнджлингов способна маскировать ложь? Я просто в ахуе! Эмпатия обычных трутней заставляет соснуть эмпатию тысячелетнего аликорна. Ебать Селестию поимели!       Ладно, теперь серьёзно. Похоже, что благодаря системе и/или своему классу, на меня эта маскировка не действует. Может быть, маскировка лжи является пассивным скиллом иллюзии? Вполне правдоподобно. Тогда второй вопрос: а хули в анализаторе об этом ни слова?! Я, конечно, понимаю, что ничего серьёзного не случилось, но блять, это пиздец какой-то! Теперь я понимаю, почему ни Луна, ни Селестия не ощущают чейнджлингов под маскировкой. Видимо, этот скилл также маскирует то, что отделяет чейнджлинга от пони. Хорошо, что мне на это похуй и система показывает мне чейнджлингов, вешая над их головами значки.       В общем, когда мы закончили трапезничать, все разошлись по своим делам. И если у меня настроение было приподнятым, то у чейнджлингов оно было слегка подавленным.       — Чего такие кислые? Неужто грифонья кухня не понравилась? — спросил я, когда мы шли по одному из коридоров замка в сторону моего кабинета.       — Все вкусно, просто… мне грустно осознавать, что принцесса нам не доверяет, узнав то, что она не чувствует нашу ложь, — ответил жеребец, на ходу смотря в пол.       — Сейчас она вам доверяет. Просто она немного ошарашена.       — А вы? — спросила Легиоза.       — Тоже немного. Хотя, я не меньше Селестии удивлён, что вы можете маскировать ложь от неё.       — Тогда как она может теперь доверять нам? — не понял жеребец.       — Потому что она доверяет мне, — ответил я. — Поймите, ей больше тысячи лет. Представьте её удивление, когда отточенная за многие века эмпатия дала сбой. Вот она сейчас и сбита с толку. Надо дать ей время, чтобы обдумать полученную информацию.       — Понятно, — синхронно ответили чейнджлинги.       — Помните, я вас в обиду не дам, пока ваши помыслы чисты. Так что попытайтесь никого не разочаровать. Тем более меня. Уяснили? — спросил я и получил два утвердительных кивка.       А вот и мой кабинет.       — Думаю, что сейчас вы можете отдохнуть, — сказал я, прислоняя свой значок к ручке двери. — Уже вечер, а значит скоро придёт Селестия, чтобы узнать о том, как продвигаются дела по поиску пони. Да и вы недавно испытали сильный стресс, а это негативно скажется на работе, — пусть знают, что проявление доброты является частью дружбы.       Как странно. Недавно я готов был ёбнуть их обоих, а сейчас как нянька забочусь о них. Может это со мной что-то не так? Или я просто решил исполнить просьбу Селестии?       — Спасибо, спокойной ночи, — ответила Легиоза и отправилась в сторону соседней двери. Ластор благодарно кивнул и направился за ней.       Я же, пожав плечами, хмыкнул и зашел в кабинет. Когда я сел за стол, то прикинул с чего начать.       — Итак, раз уж я собрался первым делом отправиться в Толл Тейл, то нужно понять с чем мы имеем дело. В досье на эту… Лиинкс, да? В общем, есть там инфа про захваченные деревни? Мало ли вдруг Кризалис отправляла её для проверок.       — На этот счёт ничего нет. Да и сомневаюсь, что Кризалис нужны проверки, когда есть телепатическая связь с солдатами, — ответила подруга.       — Эх, а я надеялся. Ладно, тогда предлагаю почитать письма из Ванхувера, — посмотрел я на груду писем оттуда.       — Сомневаюсь, что ты сможешь что-то найти. Все эти письма до боли однотипные. В них, в основном, просят отыскать пропавших, обещая чуть ли не всё своё имущество, — констатировала Ева.       — Всё равно без Селестии мы не сможем правильно составить план. А прочтение хотя бы части писем поможет собрать дополнительную информацию, я надеюсь.       — Как знаешь, — хмыкнула Ева. — Я тут пока полежу на диванчике, так что не теряй.       — Хорошо. Приятного отдыха, — ответил я и, перестав разглядывать светло-розовую кобылку с синей кучерявой гривой на фотографии, приступил к чтению.

***

      — И тут ничего, — пробубнил я себе под нос, откладывая уже хрен знает какое письмо. — Вы, блять, все сговорились что ли? Нахуя мне сдалась твоя тарелка, которая передавалась в твоей семье на протяжении десяти поколений?       — А у отправителя там случаем фамилия не Аретино? — услышал я голос Евы, но звук был такой, как будто она кричит из другого конца комнаты.       — Нет, — ответил я и убрал письмо, а затем пролевитировал следующее.       — А я говорила, что это дохлый номер! — крикнула она, чтобы я услышал её.       Я проигнорировал её слова и стал читать письмо. Странно, в отличие от остальных, оно выглядит внушительным. Словно автор написал целый мини-фанфик.       Чем дальше я читал, тем больше становились мои глаза от удивления. А когда я дочитал почти до конца то…       — Чего блять?! — полушёпотом выкрикнул я. — Ева, это джекпот!       — Что там? — крикнула она.       — Золотая жила, вот что. Ты только послушай, — я вернулся в начало письма.       «Здравствуйте, меня зовут…»       — Бла-бла-бла это оффтоп. Вот:       «У меня пропала сестра. Вернее, сначала она пропала, а потом я её нашла, но вела она себя странно. Начну с самого начала. Где-то месяц назад мы с Минти решили отдохнуть от городской суеты в Толл Тейл. Этот город находится ближе всего от Ванхувера, так что далеко идти не пришлось. С первых же мгновений нам показалось, что жители городка сторонятся нас. Мы сослались на то, что деревенские пони отличаются от городских или для них такое отношение к туристам — норма. Сняв номер в местной гостинице, мы отправились осматривать сам городок. Я приметила то, что некоторые жители как-то странно на нас смотрят. Другие же общались друг с другом, но стоило нам пройти рядом, как они замолкали и ждали, пока пройдём мимо. Странностей было много, но в своём письме я их опущу. На следующий день Минти уговаривала меня отправиться домой, ссылаясь на то, что ей очень некомфортно в этом городе из-за странного поведения местных жителей. Я с ней согласилась и мы отправились обратно в Ванхувер…»       — Ничего не напоминает? — спросил я.       — Даже не знаю! — саркастично крикнула Ева издалека. — Читай дальше! Мне интересно как она её нашла и почему отправила письмо о пропаже.       — Ты же, вроде, знаешь всё, что знаю я. А я уже прочитал это письмо, а значит ты в курсе того, что тут написано.       — Пока я не на своём рабочем месте, то все полученные тобой знания мне неведомы до тех пор, пока я не усядусь обратно. Думаю, эта функция сделана для того, чтобы я могла отдохнуть.       — Удобно ты там устроилась. Ладно, я продолжу.       «По возвращению в Ванхувер странности не прекратились. Минти стала забывать свои обязанности по дому и много ворчать по разной чепухе. Я тогда сослалась на плохое настроение из-за испорченного отдыха и поэтому не акцентировала на этом внимание. На следующий день, когда я проснулась, то всё пошло своим чередом. Я решила отложить свой отпуск на другое время и отправилась в свой магазинчик овощей и фруктов. Минти уже не было дома, и я поняла, что она тоже решила пойти на работу и сообщить начальству, что её отпуск отменяется. Именно так я подумала — и зря. Вернувшись вечером домой, я удивилась, что моя сестра всё ещё не пришла домой. Я сходила к ней на работу, и каково же было моё удивление, когда мне сказали, что она в тот день даже не появлялась! Я тут же отправилась в полицию, чтобы написать заявление о пропаже. Его приняли, но с тех пор о поисках ничего не известно, а детектив из участка всё время утверждает, что поиски ведутся. Но это ещё не конец истории. Недавно я решила отправиться в Толл Тейл, чтобы попытаться договориться с местными фермерами о поставках продукции в мой магазинчик. Моему удивлению не было предела, когда я увидела Минти, которая спокойно шла по одной из улиц.»       — Я так и не поняла, из-за чего ты всполошился-то? — спросила Ева.       — Терпение. Сейчас начнётся самое интересное, — ответил я и вернулся к чтению.       «После того как я вытерла слёзы, стала распрашивать сестру о том, что она тут делает и куда пропала почти месяц назад. Минти сказала, что ей понравилось в этом городке и она решила переехать сюда, не пожалев о своём решении. А меня она не забыла уведомить об этом? В общем, в ходе долгого разговора, я сделала вид, что поверила ей. Но в глубине души я чувствовала, что что-то не так. Всё время, когда я с ней говорила, она то и дело мельком озиралась по сторонам. А манера речи у нее изменилась…»       — Дай угадаю, она раскусила в своей сестре чейнджлинга? — прервала меня Ева.       — Мимо. Потерпи, тут немного осталось.       «Тембр голоса у неё стал более нейтральным, словно она стала менее эмоциональной. И при этом всё время твердила, что спешит. Куда — не сообщила. Тогда я решила проследить за ней. Когда я попрощалась с Минти, сказав, что у меня дела на ферме, я свернула за первый же дом и стала высматривать её из-за угла, а попутно делала вид, что читаю свой блокнот, который я везде ношу с собой. Так я незаметно и шла за ней по улице. Через несколько минут моя сестра пришла к одному из домов, у входа к которому стоял крупный пони и сверял всех приходящих с каким-то списком. Мою сестру он пропустил без проблем. Идти напролом я не решилась, а поэтому обошла здание с другой стороны и зашла в переулок, чтобы найти другой вход. Двери я не обнаружила, но зато было окно с завядшими цветами на подоконнике. Когда я заглянула в окно, то увидела толпу пони перед какой-то мини-сценой. Моя сестра была там и как и все ожидала чего-то. Через несколько секунд на сцену вышла элегантная единорожка. Что она говорила я не слушала, так как всё моё внимание приковала толпа пони. У всех светились глаза, а взгляды были обращены на пони на сцене. После короткого монолога единорожка взяла магией микрофон и стала петь. Песня была настолько приятной, что я даже на пару мгновений впала в некое подобие транса, из которого меня вывели странные звуки. О, Селестия, я никогда не забуду то, что произошло дальше! Все пони стали вытворять такие вещи, что мне воспитание не позволит описать их! Но больше всего меня повергло в шок то, что моя сестра делала подобное с каким-то жеребцом! Я не смогла всё это вынести. Я выбежала из переулка и тут же направилась на выход из города. К счастью, меня никто не заметил, но местные жители, мимо которых я пробегала, вызывали у меня панику, ведь не исключено, что и они тоже занимаются подобным!»       — Теперь поняла? — спросил я у Евы, не дочитав письмо до конца, так как дальше был оффтоп. — Это письмо позволяет примерно понять, что там происходит. А происходят там, как я понял, оргии, чтобы выкачивать любовь из пони. Причём страшно представить, сколько при таком способе генерируется любви. Это же пиздец какой-то!       — И это объясняет тот факт, что среди пропавших в Толл Тейле нет жеребят.       — Видимо, чейнджлинги следят за рейтингом таких мероприятий. Ладно, шутки шутками, а у меня есть несколько вопросов. Почему пони добровольно идут на это? Как чейнджлинги отбивают у них желание вернуться домой? И кто эта пони или чейнджлинг, которая пением заставила всех сношаться?       — Это командир, сто процентов, — своим обычным голосом ответила Ева, а это значит, что она села на своё рабочее место.       — Скорее всего. Тогда откуда у неё способности сирен? — задал я логичный вопрос.       — Ты заметил, что мы встретили уже двух командиров, у которых совершенно разный арсенал способностей? Не исключено, что этот может подчинять пони своей воле. Хотя, если опираться на то, что видела автор письма, то могу предположить, что этот командир может промывать пони мозги. Хорошо, что у тебя на подобную ерунду иммунитет.       — Очень странно то, что почти любую херню, что я встречаю или встречу в будущем, постоянно разбивается о мой резист или я могу как-то обойти эффект. Высокие температуры? Похуй. Радиация? Почти насрать. Камень памяти? Фиолетово. Ментальные атаки? До пизды. Гипноз или промывка мозгов? Адамантиево похуй, — перечислил я.       Вместо ответа, передо мной появился экран системы, на котором проигралось видео.       — Вместо тысячи слов, — улыбнулся я и пролевитировал письмо, которое только что читал, в сторонку, чтобы потом дать почитать его Селестии.

***

      Эх, как говорится, надежда умирает последней. Спустя дохуя писем из Ванхувера, я так и не нашёл тех, которые дополняют ту информацию, которой уже владею. Кстати, в некоторых письмах упоминался всё тот же детектив из участка, который говорил, что поиски ведутся. Кто-то даже предположил, что он как-то в этом замешан.

Внимание. Замечено применение телепортации. Высчитывается точка прибытия.

      Вместе с уведомлением на моей мини-карте появилась белая стрелочка, которая находилась за дверью. Произошёл тихий хлопок и вместо стрелочки на карте появилась белая точка, обозначающая Селестию.       — А пешком ей видите ли лень, — полушёпотом сказал я и в этот момент в дверь постучали. — Войдите!       Дверь открылась и в комнату со всей грацией зашла белоснежная аликорна. П-а-а-а-а-фос!       — Добрый вечер, принцесса, — поприветствовал я её, хотя мы виделись несколько часов назад.       — Доброй ночи, детектив, — вторила она, а я посмотрел в окно позади себя. Хм, и вправду ночь. Так зачитался, что не заметил смену светил.       — Проходите и присаживайтесь поудобней, — я указал на диван и встал из-за стола. — Чтобы вас не задерживать, объясню ситуацию кратко, — говорил я, подходя к карте на стене, пока принцесса дня усаживалась на диван.       — Можешь как тебе удобно, — мягко сказала она. — Я не тороплюсь.       — Начну с пропавших пони, — я пролевитировал со своего стола маркер и обвёл пять мест. — Все пропавшие, фотографии которых были в письмах, находятся в этих четырёх городах и, скорее всего, в какой-то пещере в Фоал Маунтинг. Мест может быть больше. Пока сказать не могу, так как я ещё не все письма отсортировал, — копытом я указал на груду закрытых мешков в углу кабинета.       — Как предлагаешь действовать? — спросила пони, серьёзным взглядом смотря на карту.       — Отправлять гвардию или фестралов смысла не вижу, — пресёк я самое очевидное, что она может предложить. — Чейнджлинги могут с лёгкостью их обдурить, — сказал я, уловив маленькие нотки возмущения в глазах Сели. — Вернее, командиры. Сегодняшний инцидент в тронном зале и одно из писем вскрыли один из неприятнейших фактов о чейнджлингах, о котором я даже не знал.       — О каком?       — Каждый командир по своей сути уникален. Они имеют индивидуальные способности, о которых мне ничего неизвестно. А лезть к врагу, о котором ты ничего не знаешь, очень опасно, — ответил я и Селестия кивнула. — Предлагаю провести разведку. Как раз с этим могут помочь Ластор и Легиоза. Мне же в города с чейнджлингами лучше не соваться, потому что благодаря газетам и нашумевшей новости про Хуффингтон, меня каждый чейнджлинг знает в лицо.       — Хорошо. Это вся информация или есть что-то ещё?       — Второе, — ответил я и вновь повернулся к карте. — Из всех мест, что я отметил, от остальных отличился только Толл Тейл Таун, — маркер в моём облачке телекинеза указал на фермерский город на северо-западе Эквестрии. Селестия же своим видом показывала, чтобы я продолжал. — В отличие от остальных городов, пони в нём не находятся в одном месте, как это было в Хуффингтоне. Они передвигаются по городу, как будто спокойно живут там, — закончил я и брови Селестии поднялись вверх от удивления.       — Ты точно в этом уверен? — спросила принцесса и я утвердительно кивнул.       — Это ещё не все странности, — продолжил я. — В Толл Тейл находятся только взрослые пони. Ни одного жеребёнка. И все они из Ванхувера, — маркер подлетел и указал на город севернее.       — Это действительно очень странно, — пони потёрла копытом подбородок и прищурилась. — Неужели никто не нашёл своих родных, если они вот так ходят в соседнем городе? И почему только взрослые?       — Благодаря новостям про Хуффингтон, одна пони из Ванхувера решила написать очень интересное письмо, которое отвечает на ваш последний вопрос, — я пролевитировал Селестии свёрнутый лист, который ранее отложил в сторонку. — Прочитайте его и скажите, что думаете, — сказал я и подошёл к столу. Затем я сел за него и, пока принцесса молча читала письмо, я обратился к Еве.       — Будет смешно, если сейчас в воздухе резко запахнет ванилью, когда Селестия представит то, что происходило с сестрой автора письма, — я едва заметно улыбнулся уголком рта.       — Думаешь, её это возбудит?       — Да хуй её знает. Этих пони хер поймёшь. Они могут быть серьёзными и, в один момент бац, стать ебанутыми. Пинки тому яркое подтверждение.       — Сомневаюсь, что это сработает с Селестией.       — Они с Луной тоже могут стать ёбнутыми. Да хотя бы от монотонной жизни в замке. Вспомни серию, где они стали лезть в дела шестёрки, чтобы поучаствовать в гуще событий, хотя все дела, в которые они вмешивались, были пустяковыми.       — Но потом же они осознали, что не стоит лезть в дела других и надо уважать мнение окружающих, — парировала подруга.       — Бля, это выглядело так, как будто они не многолетние аликорны, а малолетние дебилы, которые в каждой жопе затычка.       — Ты придираешься. Даже многолетним существам присущи ошибки.       — Необычный способ добычи любви, — отозвалась Селестия, левитируя письмо обратно на стол.       — Он гениален, в каком-то смысле, — ехидно улыбнулся я на пару секунд, а затем вернул нейтральное выражение лица. Селестия же удивлённо подняла правую бровь. — Только вот я не могу понять, как чейнджлинги заставляют пони жить в городе и почему те не пытаются вернуться домой?       — Может, массовый гипноз? — предположила Селестия.       — Я тоже так думал. Но потом меня заинтересовало пение. Ничего не напоминает? — спросил я голосом, как будто ответ очевиден.       — Сирены, — ответила принцесса дня и перевела взгляд на карту. — Но их же изгнали десять веков назад. Да и ты недавно принёс их ожерелья из другого мира, а значит они лишились своих сил.       — Значит это командир с похожими способностями. И в свете того, что хотела сделать Лиинкс, я знаю, что сделаю с той недосиреной, — я напряг брови, чтобы моё лицо выглядело решительным.       — Лиинкс? Кто это? — не поняла Селя.       — Та командирша, которую мы сегодня схватили в тронном зале, — ответил я. — Ластор и Легиоза опознали её по моим рассказам, — предвидел я очередной вопрос.       — Помню, что она хотела тебя укусить, но Лейтенант ночной стражи пресёк это.       — Он мне жизнь спас, между прочим. В клыках Лиинкс содержится очень токсичный яд. Думаю, вы знаете, что бы случилось, достигни она цели.       — Даже не хочу представлять, — принцесса махнула головой, отгоняя плохие мысли. — Думаю, что в свете этих событий, я должна выбрать ей наказание.       — Зная вас, вы её не убьёте, — спокойно ответил я, а принцесса в очередной раз удивлённо подняла брови. — Ой, да бросьте. Не всем же пони в Эквестрии бояться разговоров о смерти. Но на вашем месте, я бы её казнил, — хмыкнул я и пролевитировал рандомное письмо из случайной стопки на столе и стал делать вид, что читаю.       — Луна говорила мне, что ты убил командира чейнджлингов в Хуффинтоне, — начала Селестия, но я её перебил:       — И вы хотите знать, откуда у меня силы на подобные деяния и почему я не испытываю муки совести? — отложил я письмо и серьёзным взглядом посмотрел в глаза Селестии. Та молча кивнула в ожидании ответа. — Скажем так, у меня с чейнджлингами личные счёты, — соврал я и вернулся к прочтению письма. Эх, придётся в будущем придумывать предысторию того, почему я ненавижу чейнджлингов. — Да и я, как и вы, всеядный, между прочим. Только вы всю жизнь ели мясо, живя в замке, а готовили вам его слуги-грифоны, а я много путешествовал и добывал его в условиях дикой природы, — вновь соврал я. — Ведь у пони его не купить, а к грифонам соваться опасно. Только Флаттершай не говорите, а то в гневе она способна на многое. И я сейчас не шучу, — серьёзным голосом сказал я и Селя утвердительно кивнула, но по её взгляду видно, что она не поверила в то, что я сказал про элемент доброты.       — Именно из-за личных счётов, ты так отреагировал на своих новых помощников? — не унималась Селестия.       — Да, но в конце концов я решил дать им шанс. И если они вдруг решат меня предать, то их участи я не завидую, — ответил я, откладывая письмо в сторону. Затем я положил локти на стол, свёл копыта на уровне носа и положил на них голову. — В данный момент у них и в мыслях подобного нет, но кто знает, что будет в будущем?       — Разве не ты? — спросила пони. — Ты же знаешь будущее.       — Да, знаю, — ответил я, ехидно улыбнувшись. — А также знаю всех злодеев, которые нападут на Эквестрию. Правда, мне известна только очерёдность, но не даты.       — Тогда почему ты не расскажешь нам о них, чтобы мы могли заранее их остановить? — спросила Селестия, не скрывая возмущения.       — Думаю, Дискорд меня поймёт, — ответил я, усмехнувшись. — Но это одна из причин. Вторая заключается в том, что в будущем, которое я знаю, нет меня, — ответил я и аликорна изобразила недоумение. — Некоторые будущие события, которые мне ведомы, могут даже не произойти, потому что вы встретили меня.       — То есть, своим присутствием ты изменил время? Хочешь сказать, что ты прибыл из будущего? — предположила она.       — Сейчас выключи ментальную маскировку, а когда я отвечу на её вопрос, включай обратно, — обратился я к Еве.       — Готово.       — Нет, принцесса, — сказал я правду и моя собеседница слегка вздрогнула. Что, не ожидала почувствовать мои эмоции? Или ты удивилась, что я не лгу?       — Тогда откуда ты? — спросила Селя напрямую. Эх, этого вопроса я боялся больше всего.       — Не могу сказать. По крайней мере сейчас, — отрезал я и почесал переносицу копытом, закрыв глаза. — Знаю, что это делает меня очень подозрительным, но…       — Вырубай снова на несколько секунд, — я вновь обратил свой взор на Селестию, серьёзным взглядом смотря ей в глаза       — … я вам обещаю, что не причиню вреда пони и, тем более, не буду нести вред вашему правлению и Эквестрии в целом. Я на вашей стороне, принцесса. И не скрывайте — вы чувствуете, что я говорю правду, — серьёзным голосом сказал я.       — Я и не подозревала тебя ни в чём, — ответила она и едва заметно сморщила носик.       — Хоть я этого и не чувствую, но вы лжёте, — парировал я, и глаза Селестии приняли более строгий вид. Значит я прав, — Думаете, я сразу не понял, что вы задумали? Должность королевского детектива, — с сарказмом проговорил я. — Я ещё в Кристальной Империи понял, что вы её придумали на ходу, чтобы был способ держать меня поближе, — и чем больше я говорил, тем больше становились глаза у Селестии. — Скажите, я прав или нет? Хотя, по вашим глазам вижу, что я попал в самую точку.       — Не слишком ли жёстко? — спросила Ева.       — Ничего, пусть думает, что есть кто-то хитрожопее её.       — Тогда… — принцесса пришла в себя и приняла более виноватый вид. — Почему ты согласился?       — Потому что то будущее, которое я знаю, под угрозой, — ответил я. — В нём нет не только меня, но и чейнджлингов. Вернее, есть, но они не промышляют превращением городов в фермы любви. Я чувствую, что их нужно остановить, иначе последствия для Эквестрии будут плачевны. Вы же не хотите этого допустить? — нажал я на самое больное для Селестии.       — Нет, — она смиренно выдохнула и вновь посмотрела на карту. — Действуй, как считаешь нужным. Я готова оказать любую помощь, о которой ты попросишь. Спаси моих маленьких пони, детектив.       — С радостью, принцесса, — я улыбнулся правым уголком рта. — Но скажу сразу, процесс этот не быстрый, так как чейнджлинги могут быть опаснее, чем вы думаете.       — Я понимаю, — ответила аликорна и её рог засветился золотым светом.       Через секунду во вспышке телепортации появился мешочек, который при любом передвижении по воздуху издавал характерный звон монет. Мешочек пролевитировал ко мне на стол и облачко телекинеза, окутавшее его, пропало. Я же от удивления поднял брови и посмотрел на принцессу, будто бы задавая немой вопрос.       — Твоё жалование, — ответила принцесса. — Придумала я твою должность или нет, но теперь я официально утвердила её. Будем считать, что это была спонтанная идея, которая принесла свои плоды, — мягко улыбнулась она.       — Согласен, — улыбнулся я в ответ и открыл сумку, в которой лежат деньги.       Блять! Лучше бы я этого не делал! Как только защёлка открепилась, произошёл пиздец. Нас с принцессой накрыло полупрозрачное поле и в этот же момент мешочек, лежащий на столе, раздулся и увеличился в размерах, а затем ткань, не выдержав давления изнутри, разорвалась по шву, рассыпая целую кучу монет. Они посыпались на стол, затем на пол, разлетевшись по всему кабинету, закатываясь под диван, шкаф и по углам. В итоге по всему полу было рассыпано просто дохуя битсов. А ещё часть из них разлетелась по столу, разрушая аккуратно сложенные стопки писем с фотографиями.       — Эм… — вырвалось у меня.       — Что это было? — не поняла Селестия.       — Не уверен, но кажется антимагический камень умножил на ноль заклинание, наложенное на мешок, — Эх, теперь порядок наводить.       — Закрой сумку, пожалуйста, — попросила принцесса.       Как только я это сделал, то аликорна снова зажгла свой рог. Каждую монетку, разбросанную по кабинету окутало магией. Все они пришли в движение и стали кружить хоровод в центре комнаты. Я не удержался и включил анализатор, чтобы рассмотреть всё заклинание более детально. Какой же я словил ахуй, когда анализатор выдал мне, что это заклинание времени. К этому моменту все битсы и письма изображали подобие смерча в центре кабинета и увеличивали свою скорость, вызывая ветер. Внезапно произошла яркая вспышка, которая ослепила меня. Ветер внезапно пропал, а когда я открыл глаза, то увидел, что письма лежат ровно так, как и лежали до «взрыва» мешочка. Сам мешочек, лежал целым и невредимым на том же месте, куда поставила его Селестия.       — Спасибо, принцесса, — поблагодарил я.       — Пустяки, — махнула она копытцем и улыбнулась. — всего лишь небольшое заклинание уборки.       — Уборки? — удивился я. — Не знаю, врёте вы мне сейчас или нет, но это было заклинание времени! Вы буквально отмотали время на минуту назад, чтобы вернуть всё на свои места! Хорошо, что это заклинание действует только в пределах определенной комнаты.       — Откуда ты знаешь? — вот теперь ахуй словила Селестия.       — Я чувствую любое колебание временного потока, — соврал я. Надо же поддерживать легенду, что мне подвластно временное пространство.       — Почему ты раньше не говорил?       — Вы не спрашивали, — спокойно ответил я очевидным фактом.       — Да, тут ты прав. Можно вопрос? — спросила Селестия.       — Зачем спрашиваете? Задавайте.       — Когда ты впервые в своей жизни почувствовал изменения во времени?       — Вы это про временную петлю, которую сделала Твайлайт? Или перемещение Кристальной Империи в будущее на тысячу лет? — уточнил я и пони утвердительно кивнула. — Когда я впервые почувствовал это, то не сразу понял, что произошло. А через неделю это произошло снова. Не знаю как, но тогда я понял, что кто-то применил заклинание путешествия во времени. В моей голове просто появилось объяснение, что именно это и произошло. Второй раз я почувствовал это, когда вернулась Кристальная империя. Тогда я уже умел получать информацию из линии времени и знал, что это. Я узнал, что хранительницы элементов гармонии смогут спасти Империю от Сомбры.       — Получать информацию из линии времени? Ты про заглядывание в будущее?       — Не только в будущее, но и прошлое. Вспомните, когда в Кристальной империи я предложил Кейденс «погадать», — я изобразил копытами кавычки. — То, чтобы доказать, что я не вру, рассказал ей о том, как она познакомилась с Шайнингом.       — Да, помню, — кивнула Селя. — Но при этом ты не хочешь говорить, что угрожает Эквестрии в будущем.       — Одно дело, видеть будущее, — я серьёзным взглядом посмотрел в глаза принцессы. — А другое — пытаться изменить его.       — Но ты хочешь остановить чейнджлингов. Разве это не вмешательство?       Я еле сдержался, чтобы не сделать фейспалм. Вместо этого я потёр переносицу, закрыл глаза и спокойно ответил:       — Вы меня слушали? То, что делают чейнджлинги, не входит в то будущее. Значит своими делами они изменят его, — объяснил я и открыл глаза. — А я пытаюсь исправить временную линию, пока это ещё возможно, — я опустил голову и уставился в поверхность стола. — Только сомневаюсь, что у меня это получится полностью.       — Ты про себя? — догадалась собеседница.       — Именно. Раскрывшись перед вами, я сам изменил будущее. Этого уже не исправить. И я не знаю к каким последствиям это приведёт, — для большей драматичности я поставил локти на стол и схватился за голову копытами. Не знаю почему, но мне так легче думать.       Селестия встала с дивана и, обойдя стол, подошла ко мне. Её рог сверкнул, и в воздухе появилась точно такая же подушка, на которой в данный момент сижу я. Принцесса положила её рядом со мной и села. Затем она расправила своё большое крыло и обняла меня им.       — Порой мы все совершаем ошибки. Но эти ошибки не всегда приводят к плохому результату. Скажи, что плохого в том, что ты завёл новых друзей, с которыми бы ты не хотел знакомится, потому что увидел это в будущем?       — Ничего, — ответил я, не шелохнувшись. — Просто я не хочу менять то, что случится, потому что из-за этого останется неизвестность.       — Я понимаю, что тебе тяжело, — мягкий голос действовал успокаивающе. Вернее, действовал бы, если бы не разбивался о мой резист, который в данный момент отражал попытки Селестии воздействовать на меня эмпатией. — Но что плохого в том, что в нашей жизни что-то меняется не так, как мы запланировали?       — Для меня подобное сравнимо с выходом из зоны комфорта, — ответил я.       — Понимаю. Многие пони так считают. Но как бы тебе ни хотелось оставаться в этой зоне, ты всё равно из неё выйдешь. Все когда-нибудь выходят из неё.       А она права. Если перефразировать, то весь известный мне канон всё равно не получится сохранить. Тогда нахуя я сдался в этой Эквестрии? Чтобы остановить чейнджлингов? Это похоже на правду, но я не сомневаюсь, что те пидоры, которые отправили меня сюда, могут просто щёлкнуть пальцами, и все проблемы улетучатся. Похоже им не очень интересно так делать, и они ради забавы решили спиздить с Земли рандомного человека, который знает канон и ненавидит чейнджлингов. И этим рандомным человеком оказался я. А теперь, поместив меня сюда, они удобно устроились на диване, жрут попкорн и ждут, когда я решу все проблемы. Чувствую себя использованным гондоном.       — Полегчало? — спросила Селестия, выводя меня из размышлений.       — Немного, — ответил я и повернул голову в её сторону. — Теперь вы знаете каким образом я узнал о вашем с Луной отношении ко мне. Ответьте, как вы относитесь к данной информации?       — Я очень удивлена и заинтересована одновременно.       — По вам и не скажешь, — усмехнулся я и Селестия тоже улыбнулась.       — За века правления можно научиться контролировать проявление эмоций. У меня уже давно это вошло в привычку.       — А ещё у вас вошло в привычку воздействовать на пони эмпатией, — упрекнул я её. — Но в большинстве случаев в положительном ключе. Даже сейчас, когда вы успокаивали меня, я чувствовал, что вы воздействовали на меня эмпатией.       — Это выходит неосознанно, — ответила Селестия, убирая с моей спины своё крыло.        — А использовать её на мне, чтобы нагнать страху, тоже выходит неосознанно?       — Ты про ужин? — спросила пони. — Я уже извинилась за это.       — Я и не требую никаких извинений. Мне просто любопытно.       — Тогда я использовала её специально, — призналась она. — Мне просто не нравилось, к чему шёл наш разговор.       — Я уже извинился за это, — произнёс я эту фразу с такой же интонацией, что и принцесса. В ответ принцесса улыбнулась, а я вторил ей.       — Знаешь, я ещё не скоро привыкну к тому, что ты общаешься со мной как с равной, — голос Селестии стал немного серьёзней.       — Знаю, — ответил я. — Или вы хотите, чтобы я, как все пони, кланялся в пол и терял дар речи при виде вас?       Принцесса вновь улыбнулась и ответила:       — Нет. Разговаривай со мной как хочешь. В пределах разумного, конечно.       — Вот она охуеет, если я с ней на русско-матерном заговорю, — мысленно сказал я, рассмешив Еву.       — Хорошо. У меня к вам будет просьба, — сменил я тему. Принцесса своим видом показала, что слушает. — Не вербуйте больше чейнджлингов. Это может плохо кончиться.       — После того, что я сегодня узнала о них? — спросила аликорна. — Я откажусь от этой идеи. Но разрешу тебе делать подобное.       — Хорошая шутка, принцесса, — нейтральным голосом сказал я, беря письмо из стопки Толл Тейл.       — Не против, если я помогу тебе? — спросила Селестия.       — Вы не устали от дневных дел? — спросил я, выгнув бровь.       — Немного. Но я хочу ускорить работу по спасению моих маленьких пони. Я же говорила, что готова оказать любую помощь.       «Мои маленькие пони». То, как она говорит эту фразу, вызывает приступ тошноты. Нет, её можно понять: она волнуется за каждого пони. Но слова «пони» было бы вполне достаточно.       — Почему нет? — пожал я плечами. — Так как первые города, в которые я собраюсь отправиться, это Ванхувер и Толл Тейл, то я читаю письма из Ванхувера, чтобы собрать информацию.       — Хорошо, я поняла. Приступим, — ответила Селестия и пролевитировала письмо из нужной стопки.

***

      Хоть с самого начала знакомства с Селестией, я думал о ней как о двуличной твари, то сейчас я думаю о ней точно так же, но в меньшей степени. Чем больше я разговариваю с ней, тем больше я узнаю её. И скажу, что узнавать её без анализатора гораздо интереснее, чем с ним. Да и живое общение куда приятнее.       Но вот реакция принцессы на письма весьма меня удивила. Она читала их медленнее меня, словно вгрызалась глазами в написанный текст. Мельком я посматривал на неё, чтобы понять, от чего она так долго читает маленькие с виду письма.       — У вас что-то случилось? — спросил я, глядя на Селестию, которая вот-вот дыру своим взглядом прожжёт в очередном листке, который висел в золотом облачке телекинеза.       — Ничего, — нейтральным голосом ответила она, пролевитировав письмо в стопку с прочитанными. Знакомая интонация. На Земле я много раз слышал её от тех, у кого плохое настроение.       Я взял телекинезом отложенное Селестией письмо, и начал читать. Ничего особенного. Затем мой взгляд зацепился за фотографию маленькой кобылки, которая улыбается, обнимая при этом маму. Кажется, я понял, что с Селькой.       — Бремя аликорна, — выдохнул я и повернулся к Селестии, которая читала другое письмо. Пони дёрнула веками, но сделала вид, что проигнорировала. — Я вас понимаю.       — Как ты можешь понимать, если не прожил и ста лет? — спросила она, не отрываясь от письма.       — Но я видел эти сто лет в будущем. Я видел смерти, которые ещё не произошли, — соврал я. — Именно поэтому я и понимаю как вам тяжело. Но зная, какой путь вы прошли, я вами восхищаюсь, принцесса, — сказал я. Селестия в удивлении раскрыла глаза и посмотрела на меня таким взглядом, как будто я ей в любви признался.       Затем принцесса положила письмо на стол, не отрывая взгляда от фотографии, которая прикреплена к письму.       — Всю жизнь, что я прожила, я многое повидала, многое ощутила, многое узнала. Но за всю свою долгую жизнь не познала то, что ведомо всем пони — радость семьи, — говорила она грустным монотонным голосом. — Тысячу лет я наблюдала, как пони покидают этот мир, оставляя частичку себя. Я наблюдала и… — Селестия пару раз моргнула, сдерживая слезу. — …завидовала. Совсем недавно ко мне вернулась Луна, что вернуло мне ощущение того, что я не одна. Но всё равно это ощущалось как-то неполноценно. Знаю, что это прозвучало эгоистично, но… — аликорна пыталась сдерживаться, чтобы не зарыдать, но у неё это получалось с трудом. Видимо, я вскрыл очень больную рану, которую она веками пыталась не замечать. — Даже аликорны не идеальны, как многие думают.       — Я знаю, принцесса, — ответил я и придвинулся к ней поближе. — Никто не идеален в этой жизни, — дополнил я и обнял её за шею. Я уже ожидал магический удар, быструю телепортацию отсюда или кантерлотский глас, но ничего из этого не последовало. Вместо этого Селестия просто вздрогнула от неожиданности, но потом наклонила голову набок и положила её на мою гриву как на подушку, томно вздохнув.       — Полегчало? — спросил я после полуминутной паузы и отстранился.       — Да, — ответила аликорна. — Спасибо, что выслушал. После того как я выговорилась, мне даже легче стало.       — Всегда пожалуйста, — улыбнулся я уголком рта. — А теперь разрешите дать вам рекомендацию — идите спать, а то завтра будете клевать носом, сидя на троне.       — Ты уверен, что справишься тут один? — обеспокоенно спросила Селестия, смотря на груду писем.       — Да, — сухо ответил я, читая очередное письмо.       Секунд пять Селестия не двигалась со своего места. И в тот момент, когда я отвлёкся от письма и повернул голову в её сторону, чтобы снова отправить её в свои покои, она наклонилась в мою сторону, прильнула своими губами к моим и закрыла глаза. ЕБА-А-АТЬ!       — Я и не ожидала, что она это сделает. Вернее, я догадывалась, но чтобы т-а-ак.       — Меня целует чуть ли не богиня этого мира! И я не ебу че делать в данной ситуации! Спасай, у меня сейчас начнётся паника! — мысленно орал я.       — Я могу, конечно, усилить стабилизатор эмоций, но оно нам надо? Ничего же плохого не случилось. Просто кайфуй и получай удовольствие, — говорила Ева, пока я смотрел в закрытые глаза пони, которая целовала меня в губы.       — Ну хотя бы панику выруби!       — Окей, — отозвалась подруга и меня накрыла приятная волна, приносящая успокоение.       Тут принцесса медленно открыла глаза и отстранилась. Затем она улыбнулась и зажгла свой рог, чтобы через секунду пропасть во вспышке телепорта.       — Пиздец, — вырвалось у меня. — И чё теперь делать?       — Что ты сейчас чувствуешь? — спросила подруга.       — Вкус ванили на губах.       — И не говори, что тебе не понравилось, — ехидные нотки добавились к её голосу.       — Понравилось, но… Это же Селестия! Се-лес-ти-я! — по слогам выговорил я.       — И что? Она такая же живая пони как и все. Да и ты уже давно знаешь, что она влюбилась в тебя. Неужели ты думал, что до подобного не дойдёт?       — Я хотел немного поиздеваться над ней и потроллить незамысловатыми намёками, но она опередила меня.       — Ну а зачем ты полез к ней обниматься?       — Хотел успокоить её. В тот момент я и не думал, что это будет выглядеть интимно или типа того. Сейчас же я понял, что я долбоёб.       — Да ладно тебе. Ты просто преувеличиваешь.       — Возможно, — вздохнул я и осмотрел груду ещё не открытых мешков. — Пиздец, и как теперь работать? У меня же теперь вся башка будет забита этим.

***

      В просторной комнате с большой кроватью во вспышке появилась белоснежная аликорна.       «Получилось!» — ликовала она в мыслях, ложась на кровать.       «Я и не ожидала, что он захочет повернуться ко мне в тот момент, когда я решилась поцеловать его в щёку. Я хотела просто намекнуть ему, что он мне нравится, но всё вышло ещё лучше!» — пони лежала на кровати, смотря в окно. На горизонте была луна, которая освещала часть покоев.       «Что же скажет Луна, если узнает об этом? Ведь он ей тоже нравится. Может, стоит рассказать? А если она разозлится? У нас ведь недавно наладилось общение, и я не хочу, чтобы она снова смотрела на меня как на соперницу. Тысячу лет назад она восстала против меня из-за смены дня и ночи. А сейчас она сделает это из-за жеребца? Нет, я не думаю, что Луна такая. Она поймёт меня, надеюсь. В крайнем случае я расскажу ей больше про табуны, которые во время её отсутствия стали набирать популярность. Только вот есть одна проблема — согласится ли на подобное Фаер Стар? Тут я не уверена. Он не боится оскорбить меня или хоть как-то задеть. Он с лёгкостью может отказаться и тогда… я не знаю, что будет. Быть может я почувствую себя как Луна и превращусь в свою тёмную версию? А она у меня есть?» — принцесса резко вздрогнула и повернулась на другой бок.       «Что за мысли?! Нет, я никогда не стану такой! Да и Фаер не такой уж и чёрствый, каким пытается казаться. Несмотря на его попытки быть строгим и жёстким, я всё равно вижу добро в его сердце. К тому же, он первый пони в моей жизни, не считая Луны, который посмел обнять меня. Я понимаю, что он хотел успокоить меня, но вот так сразу без колебаний — это о многом говорит. А может я тоже ему нравлюсь? Хоть раньше я и не видела подобного в его глазах, но сегодня что-то изменилось. Возможно, это из-за того, что я позволила ему узнать себя получше. Может, именно поэтому он и сказал Луне, чтобы мы вели себя в его присутствии не так официозно, как при других пони? Очень похоже на то. Но зачем ему это? Чтобы узнать нас получше и потом выбрать одну из нас? Или он не любит, когда собеседник надевает маску и пытается изображать кого-то другого? Тогда зачем он сам делает подобное?» — аликорна легла на спину и уставилась в потолок.       «Так много вопросов без ответов. Впервые встречаю подобного пони, да ещё и аликорна. Но соглашусь с тем, что когда он появился, то монотонность моей жизни в замке куда-то улетучилась. Я чаще стала думать о нём, а чувства, которые я испытываю в последнее время, не беспокоили меня уже несколько веков. Что же будет дальше?»