Fire Star

      — Ёбаный рот этого Дискорда! Хули ему надо?! — мысленно негодовал я, левитируя письмо в одну из стопок, а затем достал следующее из мешка.       Дело в том, что активировалось моё чувство слежки, которое говорит, что наблюдатель смотрит отовсюду. Эта фишка и позволяет опознать этого драконикуса. Ладно, сделаю вид, что не замечаю его.       — Тебе ещё повезло, что он не следил за тобой, когда тут была Селестия. Продолжай делать то, что делаешь. Может, Дискорду просто интересно?       — В мире полно вещей, за которыми можно наблюдать беспалевно, и он выбрал меня? Знаешь, мне это даже льстит немного, — удерживаемое магией письмо отправилось в стопку с Фоал Маунтинг.       — У кого-то ЧСВ завысилось, — упрекнула меня Ева шутливым тоном.       — Ага, вот так и бегу сообщать всем, какой я пиздатый, чтобы они мне завидовали, — я пролевитировал очередное письмо в стопку с Додж Джанкшен. — Слушай, такой вопрос. Не помнишь, упоминались ли в следующей серии какие-нибудь временные промежутки? Я помню, что вроде бы были, но не помню какие.       — Сейчас найду, — ответила подруга. — Так-с, в школу пришла Харшвини, рассказала про церемонию, на которой несут флаги городов, а затем дала жеребятам три дня для подготовки номеров.       — Три дня, — я приложил копыто к подбородку, делая вид, что задумался над содержанием письма, висящего передо мной. — Нам надо узнать, когда Харшвини придёт в школу.       — Минимум завтра, вернее уже сегодня. Если это так, то через три дня меткоискатели и Рейнбоу Дэш поедут в Кристальную Империю. А к чему ты спрашивал?       — Меня интересует серия, которая будет следом, — ответил я, отправляя письмо в стопку Фоал Маунтинг.       — Комикс? Ты же хотел забрать его у Спайка или вырвать последнюю страницу.        — У меня жопа ищет приключений, — ответил я с сарказмом. — Мне просто стало интересно, кем я стану, если попаду в комикс?       — Либо останешься собой, либо станешь каким-нибудь Мэри Сьюшным персонажем.       — С чего вдруг? Может я превращусь в какого-нибудь злодея из той вселенной? И я не про Мэйн-як.       — Если хочешь приключений, то минимум через четыре дня следи за девочками через карту. Как только они отправятся в замок Двух Сестёр, то отправляйся туда по воздуху.       — Как думаешь, мы сможем освободить Толл Тейл за трое суток? — спросил я, и чувство слежки пропало.       — Ты его освобождать собрался? Ты же сказал Селестии, что пока только разведку провести надо.       — Конечно надо, — перешёл я на голос. — Просто, если наша теория про гипноз или промывку мозгов подтвердится, то у меня есть план как быстро расправиться с командиром.       — Какой?       — Увидишь, — улыбнулся я уголком рта и продолжил сортировку писем.       — Кстати, ты ни о чём не забыл?       — Да вроде нет, — я пожал плечами, левитируя ещё одно письмо в стопку с Йондер Хилл.       — Ты обещал Селестии, что поговоришь с Луной.       — Точно! Совсем из головы вылетело, — стукнул я копытом себе по лбу и глянул на мини-карту. — Что Луна делает в саду?       — А мне почём знать? Иди давай, расхлёбывай кашу, которую заварил.       — Ты так говоришь, как будто по моей вине кто-то умер, — я поднялся с подушки и размял задние ноги. Затем я пролевитировал с пола свои сумки, ставшие чуть ли не частью меня самого, и направился на выход.

***

      Сад. Сука, как тут красиво ночью. Все эти статуи, ухоженная трава, кусты и прочая растительность, и всё это освещает луна. Вдобавок тишину нарушает стрёкот сверчков. Лепота.       Ночная принцесса сидела под деревом у одинокого ручейка и не двигалась, отсутствующим взглядом смотря на поверхность воды.       Когда я стал подходить, то почувствовал слежку откуда-то со стороны листвы. Активировав обнаружение жизни, я посмотрел наверх и заметил силуэты двух пони среди веток – фестралы. Видать, охраняют свою принцессу даже тогда, когда она хочет побыть одна.       Отключив обнаружалку, я улыбнулся и помахал им, вызвав тем самым удивление, которое отразилось на эмоциональном фоне, а затем продолжил свой путь.       — Привет, — поздоровался я, садясь в полуметре от принцессы.       — Здравствуй, — нейтрально ответила пони, несмотря на меня.       — Слушай, я пришёл поговорить о том, что случилась недавно во сне Твайлайт.       — Оставьте нас одних! — приказным тоном сказала она, посмотрев наверх. В ответ листва дерева зашуршала, и из нее в разные стороны вылетели двое фестралов. — С чего ты взял, что что-то случилось?       — Только слепой не увидит, что тебя это огорчило.       — Сестра растрепала? — закатила она глаза и повернулась в сторону ручья.       — Она просто за тебя беспокоится. И нет, я не сказал ей по какому поводу ты грустишь. Я же дал тебе слово, что не расскажу про твою способность затаскивать посторонних в… то место, — ответил я, почесав затылок. — А ещё я хочу попросить у тебя прощения.       — Тебе не за что извиняться, — ровным голосом ответила она, даже не взглянув на меня.       — Есть или нет, но я сделаю это. Прости меня за то, что, зная о твоих чувствах ко мне, я признался в симпатии другой кобылке, — выпалил я, и щёчки Луны приобрели слегка розоватый оттенок. А может мне показалось из-за темноты?       — И что дальше? — несколько секунд спустя спросила пони. — Ты признался Твайлайт в симпатии, хотя до этого дал мне намёк, что я тебе не безразлична. Как это понимать?       Я так понимаю, она про поцелуй в щёку.       — Что тебя так озадачивает в этом вопросе?       — Тебе симпатичны две кобылки, вот что! — выпалила она, слегка повысив голос.       — Три, — вставила Ева свои пять копеек.       — Цыц!       — Всё, молчу, — хихикнула подруга.       — И… что? Это плохо? — не понимал я её логику.       — Конечно! Это ненормально!       — Погоди, погоди. Ты не знаешь про табуны? — выгнул я бровь в удивлении.       — Табуны? А они разве не презираются в обществе? — удивлённо спросила ночная принцесса, сбросив спесь.       — Нет. С чего ты вообще взяла? А-а-а-а я, кажется, понял. Табуны презирались тысячу лет назад?       — Ну… не совсем. Они не были запрещены, но те, кто имел отношения с несколькими пони сразу, становился в глазах других… как бы это сказать… — аликорна покрутила копытом в воздухе, пытаясь сформулировать мысль. — В общем, я не очень хорошо помню, но к таким пони относились с презрением. И это ещё мягко сказано. Не знаю почему так, но мне кажется, что им просто завидовали.       — Их можно понять, — улыбнулся я. — Сейчас всё по-другому. Табуны не презираются, но и никак не восхваляются. То есть, они не повысят твой статус и не дадут каких-то новых привилегий в обществе, — сказал я то, что прочитал в анализаторе про основы морали в обществе пони.       — Говоришь так, как будто не веришь в это, — усмехнулась Луна.       — Верю. Хотя, жеребцу может взбрести в голову, что ему все обязаны, раз у него много кобылок. Только вот остальным пони на это будет всё равно. Из-за подобных казусов и могут возникнуть некоторые проблемы. Особенно у аристократов, которые друг перед другом красуются и пытаются обойти своих «друзей», — я сделал кавычки копытами.       — Истину глаголишь, — улыбнулась Луна. — А что насчёт тебя? — неожиданно спросила она.       — Меня? Я-то тут причём?       — Ну, тебе нравлюсь я и Твайлайт. Что, если у нас втроём будет табун, — после этого вопроса я чуть не вздрогнул, но вовремя взял себя в копыта. — Ты не зазнаешься перед знатью?       — Вчетвером, — выпалил я, а глаза пони стали размером с большие блюдца. — Твоя сестра дала понять, что тоже в меня влюбилась. Да и я, честно говоря, тоже начал испытывать к ней некую симпатию.       — Она тебе призналась?       — Поцелуй в губы считается за признание? — съязвил я, пытаясь вызвать взрыв шаблона у Луны.       — Ты её поцеловал?! — с охуением на мордочке выкрикнула аликорна.       — Она меня, — спокойно поправил я её, смотря по сторонам. — Я тогда сам был в шоке. И будь потише, пожалуйста – мало ли, вдруг нас услышат.       — Ой, — прислонила она копыто к губам. — Ну, сестра! Я такого от неё ожидала.       — Я тоже, — ответил я, улыбнувшись.       Вдруг мы услышали хлопанье крыльев. В следующее мгновение позади нас приземлилась тёмно-фиолетовая фестралка, которая сразу же пала ниц перед своей принцессой. На эмоциональном фоне было много страха и тревоги. Также снова активизировалось чувство слежки, которое говорило, что наблюдатель везде. Ой, не к добру это.       — Принцесса Луна! — начала она. — Случилась беда! Чейнджлинги, которых сегодня схватили, сбежали!       — Что?! Кто охранял их?! — строгим тоном потребовала она ответа.       — Дневная гвардия, ваше высочество, — пони так и не посмела посмотреть на нас.       — Когда это произошло? — спросил я.       — Не знаю, сэр, — пони подняла на меня глаза и встала с земли. — Я была в своём кабинете, когда двое стражников резко ворвались в него и начали всё обыскивать. Один из них говорил, что я могу быть чейнджлингом. Следом я узнала у них, что пленные чейнджлинги сбежали. Других подробностей я не знаю.       — Стоит поговорить с сестрой насчёт её стражи, — сказала Луна себе под нос, переведя взгляд на меня. — Фаер Стар, сможешь отыскать их командира?       — Постараюсь, — ответил я.       — Отлично. Сначала предлагаю осмотреть темницу. Там могут быть улики, которые помогут понять нам, как они выбрались.       Хотя, я могу при встрече с командиром вновь её просканировать, чтобы узнать об этом, но пусть Луна поиграет в детектива, если хочет.       — Я с тобой. Мне тоже интересны все обстоятельства.       — Хорошо, — кивнула она и обратилась к фестралке. — Нокти, лети в казармы ночной стражи и скажи Найт Вингу, чтобы собирал отряд.       — Слушаюсь, принцесса! — ответила она и сразу же взлетела вертикально вверх, растворившись в ночи.       — Пошли, — сказала Луна и направилась в сторону замка, а я, хмыкнув, пошёл следом.       — Нам стоит оповестить Селестию? — спросил я, поравнявшись с Луной.       — Думаю, она уже в курсе.

***

      — Ну что я могу сказать — жить будет, — сказал я, осматривая анализатором лежащего на скамье парализованного белого жеребца с застывшей гримасой ужаса на морде.       — Отнесите его в лазарет, — распорядилась Селестия, и две медпони погрузили стражника на носилки и удалились вместе с ним.       Когда мы пришли в темницу, то первое, что мы увидели, это лежащего на скамье стражника, вокруг которого сновали единорожки в медицинских халатах и колдовали над ним. Также было слишком много гвардейцев на один квадратный метр: они осматривали каждый сантиметр пола, стен и потолка, пытаясь найти хоть что-то.       — Капитан, удалось найти что-нибудь? — спросила Селестия у одного из гвардейцев.       — Никак нет, ваше высочество! — подскочил к нам крупный единорог в доспехах, которые отличаются от тех, что носили остальные, наличием герба с солнцем на груди. И этот пони теперь заменяет Шайнинга в замке? Выглядит он, конечно, статно, но его недавний факап хорошо ударит по его репутации.       — Сворачивайте этот осмотр, — Селестия едва заметным раздражённым взглядом оглядела шарящих по темнице гвардейцев. — И выставите охрану в каждом коридоре замка.       — Есть! — отчеканил он и направился к подчинённым.       — Зачем охрану? — спросил я. — Чейнджлинги сейчас не в замке. Нет смысла усиливать охрану. Да и как стражники опознали бы их под маскировкой, будь они здесь?       — Тогда где они? — спросила Селя.       — В Белохвостом лесу. Это недалеко от Понивилля, — ответил я.       — Сестра, я предлагаю отправиться туда с отрядом фестралов, — вмешалась Луна. — Мы сможем быстро добраться до леса и схватить чейнджлингов.       — Нет, полечу я, — отрезала старшая.       — Но…       — Никаких «но». Сейчас ты должна исполнять свои обязанности. Я хочу лично убедиться, что никто больше не пострадает сегодня.       — Для подстраховки нам всё же нужны фестралы, — влез я в их разговор.       — Берите Найта и его подчинённых, — с досадой выдохнула ночная принцесса. — У них уже есть опыт борьбы с чейнджлингами, — намекнула она про нашу операцию в Хуффингтоне.       — Капитан, — обратилась Селестия к пони, который раздавал своим подчинённым указания. — Вместо коридоров, усильте охрану тронного зала.       — Эй, я не маленькая кобылка! — возмутилась Луна. — Я сама могу за себя постоять!       — Я знаю, — спокойно сказала Селестия. — Но мне так будет спокойнее.       — Хорошо, Тия. Но только чтобы ты не волновалась.

***

      — Она что?! — удивлённо выкрикнул Ластор, сбросив с себя остатки сна.       — Мне повторить дважды? — хмуро спросил я у него. — Она сбежала. Теперь понятнее?       — Я понял это с первого раза. Просто… А если она сейчас ищет вас?       — Не ищет. Она сейчас далеко отсюда, — успокоил я его. — Вы с нами?       — Я не хочу её даже видеть, — отозвалась Легиоза с другой кровати. — Я и так за последние пару дней получила столько потрясений, что на всю жизнь хватит.       — Понимаю, — кивнул я. — Ладно, отдыхайте, — я направился на выход из покоев.       — Удачи! — выкрикнула Легиоза перед тем, как я закрыл дверь.       — И почему я любезничаю с ними? — мысленно задал я вопрос и направился в сторону тронного зала.       — У кого-то проснулся отцовский инстинкт.       — Не неси чепухи.

***

      — Времени на составление плана мало, поэтому предлагаю разобраться на месте, — сказал я собравшимся в зале сёстрам и Найт Вингу. — Пока что чейнджлинги до сих пор находятся в Белохвостом лесу. Я не знаю, почему они ещё не сдвинулись с того же самого места. Предлагаю разведать обстановку и составить план на основе того, что узнаем.       — Согласна, — ответила Селестия. — Не будем терять времени, — она направилась в сторону двери на балкон, а я следом.       Солнечная принцесса вышла на балкон, а я остановился возле двери и оглядел фестралов.       — Найт Винг, — обратилась Луна к лейтенанту ночной стражи. — На время ты и твои подчиненные поступаете в распоряжение Фаер Стара. Приказы выполнять беспрекословно!       — Есть, ваше высочество! — отдал он честь и повернулся к бетпони. Затем он махнул копытом в сторону балкона, и все фестралы отправились на выход.       — Удачи вам! — дополнила Луна.       Я молча кивнул и вышел на балкон последним. Фестралы уже висели в воздухе и ждали, когда мы с Селестией взлетим.       — Веди нас в сторону леса, — мысленно сказал я.       Мои крылья сами собой вынырнули из-под плаща и начали махать, плавно поднимая меня в воздух. Затем Ева перевела меня в горизонтальный полёт, и мы полетели к нашей цели.       — Ты придумал, что будешь делать с командиром? — спросила Ева, пока я смотрел в сторону горизонта, любуясь ночными красотами.       — Сначала хотел просто убить. Сейчас же с нами Селестия, и я думаю, что делать такое в её присутствии – очень плохая идея. Парализую, да и дело с концом. Пусть останется у Селестии в темнице под усиленной охраной.       — Не получится. У неё иммунитет к любым парализующим эффектам, — сказала Ева то, от чего я охуел.       — Чего?! Почему ты раньше не сказала?       — Я тогда не дочитала список её способностей и мы с тобой отвлеклись на другое. Да и не знала я, что мы отправимся ловить её.       — Ладно, замнём этот проёб. Тогда что делать-то будем?       — Я не знаю. Единственное, что мы знаем, так это то, что они в Белохвостом лесу, но не знаем, что они там делают. Может, придумывают новый план, чтобы схватить или убить тебя? А может, у них что-то случилось?       — Ладно, разберёмся на месте. Сейчас пристройся рядом с Найтом. Хочу поговорить с ним, — мысленно попросил я, смотря на летящего слева от меня лейтенанта.       Моё левое крыло слегка опустило переднюю кромку, заставив мою тушку сделать плавный левый поворот. Когда до фестрала было несколько метров, то те же самые действия сделало правое крыло, сравняв наши с пони траектории.       — Слушай, хочу поблагодарить тебя, — начал я. — Если бы не ты, то я давно был бы мёртв. Спасибо, я у тебя в неоплатном долгу.       Фестрал посмотрел на меня слегка удивлённым взглядом и ответил:       — Это был мой долг. Ты мне ничего не должен.       Немного обидно. Теперь я понимаю, почему для пони отказ от благодарности является оскорблением. Человек может и стерпит подобное, но мягкий характер пони явно не заточен под такое. Хорошо, что я не пони. Или я уже почти им стал?       — И всё же, я настаиваю, — продолжил я. — Может, для тебя иметь дело со смертью — это обыденность, но для меня спасение жизни — не пустое место.       — Ладно, — выдохнул фестрал, — Дашь время подумать?       — Конечно, — улыбнулся я. — Жду ответ в любое время, — после этих слов я дал команду Еве, чтобы она отлетела от Найта на прежнее расстояние.       — Что ты задумал? — спросила она, когда выровняла полёт. — Подобная ерунда с неоплатным долгом не в твоём стиле.       — А может, я и в правду хочу отблагодарить его?       — Ты забыл, с кем говоришь, да? — нейтральным голосом парировала подруга.       — Ладно. Да, это неспроста. Я хочу расположить его к себе. Ну и заручиться поддержкой фестралов в будущих миссиях. Не одному же мне идти в самое пекло, ведь так?       — А Луну попросить о выделении тебе в помощь фестралов не судьба?       — Я и так планирую это делать. Одно дело, когда они слепо будут выполнять её приказ о помощи мне, а другое, когда они сами с удовольствием захотят исполнить этот приказ.       — Ты что-то недоговариваешь. Для этого же не обязательно дружиться с Найтом.       — Обязательно. Я хочу, чтобы у него и его подчинённых было больше стимула на операции по освобождению пони от чейнджлингов. А поэтому нужно заполучить их симпатию. Прозвучало по-гейски, но суть ты уловила.       — Да у них и так этого стимула выше крыши!       — Вот тут ты ошибаешься. Когда мы освободили пони из Хуффингтона, я видел, как на фестралов со страхом смотрели взрослые пони. Найт тоже это заметил, но не подал виду, что это его как-то оскорбило. Он просто продолжил исполнять свой долг как ни в чём не бывало. Но как скажется подобное на будущих операциях? Вангую, что дело будет хуже. Именно поэтому нужно научить пони не бояться фестралов. Тогда у Найта и его подчинённых будет больше резона спасать пони.       — И ты решил выступить в роли того, кто не боится?       — Примерно. По сути, я единственный, не считая Луны и Селестии, кто спокойно может говорить с фестралами, при этом не выражая страха. Всё потому, что я не считаю их какими-то монстрами. Это просто пони с клыками и крыльями летучих мышей. Что в этом такого?       — Чейнджлинги – это пони с клыками, хитином и крыльями как у насекомых. Что в этом такого? — передразнила меня Ева.       — Фестралы, по крайней мере, не ведут паразитический образ жизни, — ответил я. — Так вот, я не закончил. Как я уже говорил: я хочу показать фестралам, что пони могут их не бояться. Вот когда спасём пони, например, в Фоал Маунтинг, то я представлю фестралов как добрых пони, без помощи которых я бы не справился. А там новости разлетятся быстрее чумы.       — Такое ощущение, что ты решил начать искоренять расизм из Эквестрии.       — Это невозможно. По крайней мере, сейчас. Если судить по восьмому и девятому сезонам сериала, то шестёрка и так с этим прекрасно справится. Тут я не нужен. Хотя-я-я… моё присутствие нарушает канон, так что надо мониторить ситуацию и исправлять возможные косяки.       — Но в пятом поколении всё равно расизма было много.       — Не лезь в такие дебри. Пятое поколение произойдёт ой как не скоро. Нам нужно сначала прожить до конца девятого сезона, а потом уже пытаться понять, что произойдёт с магией в Эквестрии. Сама знаешь, что до попадания сюда, последнее, что я смотрел про пони — это полнометражка пятого поколения. Вдруг в моё отсутствие на Земле уже вышло продолжение, и там объясняют, что произошло с магией? Представляешь как обидно будет? Ладно, у нас сейчас совсем другие проблемы. До пропажи магии в Эквестрии ещё очень много времени, — закончил я и глянул мельком на летящую справа Селестию. — Блин, она то и дело мозолит моё чувство слежки. Пристройся рядом с ней.       — Думаешь, что момент для разговора подходящий? — спросила Ева и сделала плавный поворот. Я же проигнорировал её вопрос.       — Принцесса, как ощущаете себя после того, что сделали? — «ударил» я в лоб. Глаза Селестии дрогнули на мгновение.       — Снова пытаешься пробить меня на эмоции? — раскусила она мой злобный план.       — Нет, просто хочу понять, почему вы своим взглядом пытаетесь прожечь дыру в моём затылке?       — Ладно, я отвечу, — смирилась она. — Но только когда не будет лишних ушей, — оглядела она летящих фестралов.       — Хорошо, — пожал я плечами и попросил Еву вернуться на прежнее место.       — Знаешь, когда мы только её встретили, она вела себя немного по-другому, — сказала подруга, когда выровняла полёт.       — Это из-за меня. Она, считай, тысячу лет в одиночестве сидела на троне и каждый день для неё был ебучим днём сурка. И тут появляюсь я, который говорит с ней на равных, пытается манипулировать её эмоциями, да ещё и будущее знает. Это как минимум её заинтересует. И как мы видим, то заинтересовал я её ещё и в другом ключе.       — Сам себя не похвалишь – никто не похвалит, — упрекнула меня Ева.       — Завидуешь?       — Очень смешно. Было бы чему. Ты бы лучше смотрел в оба, а то будет потом момент, когда Селестия захочет спихнуть часть своих обязанностей на тебя. Вот тогда будет не до смеха.       — Да хуй ей! Я не собираюсь участвовать в политике и государственных делах. Это скукота ещё та. Тысячу лет она ебалась с этой политикой и ещё столько же пусть ебётся!       — Ну, не только с политикой! — подъебала меня Ева и заржала.       — Блять! — я еле удержался от фейспалма. — Мне даже страшно представить подобное.       — Думаешь, что она тебя раздавит? — продолжила Ева свою шарманку. Вот же извращенка!       — Боюсь, что накопленное за тысячу лет высушит меня до смерти.       — Или выдоит.       — Фу, блять! Кончай уже… — и только после этих слов я понял, что ляпнул. — Да блять!       — Ах-ха-ха-ха, не могу! Будь я смертной, я бы уже умерла со смеху. — она уже откровенно «задыхалась». — Не знаю, что смешнее. То, что мы обсуждаем половую жизнь Селестии, находясь в нескольких метрах от неё, или то, что ты представляешь её в образе похотливого монстра.       — У этого монстра даже имя есть — Молестия. И я бы не сбрасывал её со счетов. Мы уже убедились в том, что некоторая хуйня, которую придумали фанаты, является тут реальностью.       — Ну давай, приводи свои аргументы. Какие фанатские вещи ты приметил? — спросила всезнающая Ева. И зачем ей это надо?       — Да взять хотя бы ту алебарду и броню Луны из фанатской анимации про падение Кристальной Империи. Само присутствие этих предметов говорит о том, что все действия той анимации происходили в этом мире тысячу лет назад. Да и досье анализатора на Луну подтверждает это.       — Ой, ну подумаешь одно совпадение, — со скепсисом ответила подруга.       — Одно? А что насчёт заразной песенной магии? Многие фанаты называли это говно именно так. И хуяк, она здесь реальна. Хотя, помню в одном фанфике её называли Музыкой Гармонии. Но один хуй, она тут есть.       — Как бы она и была в сериале на всём его протяжении. Только персонажи на неё никогда не обращали внимания. За исключением пары случаев, конечно. Фанаты просто придумали название тому, что уже было, так что этот аргумент мимо.       — Хорошо. А что ты скажешь про Доктора? Ещё до выхода сотой серии, где к его сериалу было несколько отсылок, фанаты окрестили жеребца на заднем фоне воплощением Доктора Кто. Блять, да тут у него даже Тардис есть, которую вижу я, Франсин и, скорее всего, Дитзи.       — Два совпадения ещё не говорят о том, что Молестия существует. Кексиков же тут нет.       — Это из дарк-мира. Думаю, что садизм, кишки, расчленёнка и тому подобное обошли этот мир. Если, конечно, не считать фестралов и их способа борьбы с хищниками. Кстати, это еще не все аргументы. События одного из фанатских комиксов, где Кейденс познакомилась с Шайнингом, тоже тут произошли. Или взять Динки, например. В сериале зрителю постоянно намекают, что она является родственницей Аметист Стар, но тут она приёмная дочь Дитзи, а это придумали фанаты. Хотя, тут у Аметист дочерью является Тутси, что и было показано в серии… кажется, про таинственного защитника. Если я правильно помню, то это второй сезон. Короче, с Аметист Стар и её родственниками в сериале такая путаница происходит, что проще застрелиться, чем пытаться понять кто есть кто. Ладно, это меня уже на бомбёж прорывает. В общем, в этом мире эти пони находятся в статусах, которые им дали фанаты. И после всех этих совпадений ты всё ещё не веришь в «неё»? — я мельком глянул на Селестию. — Не исключено, что это не все фанатские вещи, которые мы встретили.       — Просто признайся, что боишься, — сказала Ева.       — Хорошо. Я ПИЗДЕЦ КАК ОЧКУЮ! Хоть сейчас я и пони, но разум у меня человеческий. Знаешь, одно дело целоваться с пони, а совсем другое… ну, ты поняла.       — А чего бояться? Сейчас они одного с тобой вида. Даже твои гормоны от пони. Да ты без капли сомнений поцеловал Твайлайт в губы. Я повторю свой вопрос: чего ты боишься?       — Боюсь обосраться. Хоть ты и говоришь, что гормональный фон у меня не человеческий, но что делать с разумом? Я мыслю основами морали из мира людей. Там нет аналогов табунов, за исключением некоторых стран. Но жил-то я в России, где такое запрещено. А тут – хуяк, вот тебе другой мир, заводи сколько хочешь кобылок и радуйся жизни. Да и вдобавок тут матриархат, что позволяет тебе в большинстве случаев хуй пинать, пока кобылки за тебя всё сделают. Просто сиди и выбирай, кто тебе больше понравился. Это слишком резкий переход с одного на другое.       — В чужой монастырь со своим уставом не ходят, — хмыкнула Ева. — Тебе придётся перестроиться под этот мир, а не подгонять его под себя.       — Постараюсь, — я опустил свой взгляд вниз и увидел освещённые улицы Понивилля. — Есть идеи с чего начать?       — Есть несколько. И одна из них летит справа от тебя.       — Ты опять за своё?       — Да нет же! — выкрикнула подруга. — Ладно, изменим стратегию. Как насчёт того, чтобы собрать Селестию, Луну и Твайлайт в одном месте и обсудить с ними всё это? Ну и, скорее всего, до основания табуна дело быстро дойдёт.       — А не слишком ли это круто?       — Я просто предложила. Или у тебя есть идеи получше?       — Может подождем конца четвёртого сезона? — я попытался, увильнуть от этого плана.       — Хочешь как можно меньше нарушать канон, чтобы в Понивилле появился кристальный замок?       — А почему нет? Меня очень интересует та карта. С её помощью девочки будут нести гармонию в Эквестрию. А если я сейчас начну забивать голову Твайлайт и принцесс собой, то это круто поменяет ход событий, если я не разрулю ситуацию.       — Больше похоже на отмазку. Как твои шуры-муры с Твайлайт и принцессами нарушат канон четвёртого сезона? И я про ключевые серии, а не филлерные, — констатировала Ева. — Но ты прав. Без карты девочки не смогут нести гармонию по Эквестрии. Ведь благодаря тому, что в сериале они сплотили многих из-за призывов карты, им и удалось принести дружбу и процветание в Эквестрию.       — Мне больше интересно, будет ли карта отправлять меня на задания? И будут ли это те же самые места или из-за моего вмешательства в этот мир добавятся новые?       — Сам-то в дебри лезешь, — вернула она мне ответку.       — Да ладно тебе. Уж порассуждать нельзя, — «отмахнулся» я и глянул на карту.       — Они здесь, — сказал я в сторону Найта и указал копытом вниз в сторону слабого свечения между деревьев. — Садимся на это большое облако, — я указал на оное перед нами.       Ева перевела режим полёта в вертикальный и затормозила. Когда она приземлила меня на мягкую поверхность, то я сразу же подошёл к краю и посмотрел вниз. Благодаря поиску разумных, я видел черную точку в красной обводке сквозь деревья и точно такую же, со стрелочкой вниз, в нескольких метрах от себя на карте.       — Насколько я знаю, у фестралов очень острый слух, — обратился я к лейтенанту. — Не слышишь никаких разговоров внизу?       Фестрал навострил уши и замер. Его подчиненные тоже замерли, чтобы не издавать ни единого звука. Вот что называется дисциплиной. Дневная гвардия сосать!       — Очень тихо и неразборчиво, — ответил Найт Винг. — Единственное, что я опознал, это недовольство одного из говорящих и треск костра.       — Негусто, — я прислонил копыто к подбородку, задумавшись.       — Каков план? — Селестия подошла ко мне слева и тоже посмотрела вниз на свечение, которое было видно сквозь листву.       — Сначала проведём разведку, — ответил я ей и глянул на Лейтенанта справа от себя. — Среди твоих подчиненных есть тот, кто летает бесшумнее остальных?       — Сержант Мунлайт, подойди сюда, — бросил он в сторону подчиненных.       От группы отделился бетпони в форме сержанта и встал по стойке смирно. Найт Винг махнул головой в мою сторону, а затем вновь обратил свой взор в сторону свечения внизу и навострил уши. Мунлайт же перевёл свой взгляд на меня, ожидая приказа.       — Смотри туда, — я указал вниз, и сержант подошёл к краю облака. — Слетай на разведку и найди любой просвет между деревьями, где есть прямой визуальный контакт с любым из противников. Если таковых нет, то ищи просвет недалеко от их расположения, в который можно спуститься и осмотреть лагерь со стороны, но ни в коем случае не спускайся в лес. Не исключено, что у них наблюдатели по периметру. Всё понял?       — Так точно! — отдал он честь и сиганул вниз. Я же бросил на него видение разума.       Дело в том, что я почти нихуя не вижу в темноте. Весь вид внизу для меня является сплошным чёрным полотном со светом от костра сквозь листву под нами. Фестралам же с их ночным зрением будет легче найти мало-мальски пригодное для приземления место в этом густом лесу.       — Что ты задумал? — спросила принцесса.       — Сбор информации. Именно для этого мне и нужен визуальный контакт, — ответил я, смотря на окошко видения разума. — Чейнджлингов не стоит недооценивать.       — Ты хочешь применить на них заклинание, благодаря которому видишь глазами того, на ком его применил? — спросила Селя, и я перевёл на неё удивлённый взгляд. — Луна рассказала мне о нём, — ответила она на мой немой вопрос.       — Да. Именно поэтому я хочу найти просвет в деревьях. Для заклинания мне нужно видеть того, на ком хочу его применить.       — Луна говорила, что у неё глаза зудели, когда ты применил его на ней. Это может быть как-то связано? — поинтересовалась аликорна.       — Скорее всего самовнушение, — сделал я полукруг глазами и перевёл свой взгляд на окошко системы предо мной.       За что я люблю видение разума, так это за то, что оно отображает мир именно так, как видит цель. В данный момент я вижу так, как видит Мунлайт — всё как днём, но в чёрно-белых тонах, за исключением света от костра.       — А можешь применить его на мне? Хочу проверить слова сестры, — попросила пони.       — Вы сейчас серьёзно? У нас тут серьёзная операция по поимке чейнджлингов. Нет времени на эксперименты.       — А что такого? Мы всё равно бездействуем, пока ждём сержанта, — ответила принцесса. Так-то она права. Но не в такой же обстановке, блять!       — Я уже применил заклинание на Мунлайте и сейчас вижу всё, что видит он. Если применю на вас, то не смогу использовать его снова на сержанте, потому что я не увижу его в такой темноте.       — Есть что-нибудь интересное? — Селестия посмотрела вниз.       — Пока ничего, — вздохнул я. — Знаю, что вам не терпится схватить их. Поймите, я тоже жажду этого.       — Я и не тороплю никого, — хмыкнула Селестия.       — Вы не видите в них угрозы, — посмотрел я на неё, прищурившись. — По вам видно, что вы просто хотите применить магию, чтобы обезвредить их.       — Признаюсь, ты частично прав. Но в то же время я доверяю это дело тебе и не собираюсь тут командовать. Считай, что я сторонний наблюдатель.       — Спасибо за оказанную честь, — нейтральным голосом сказал я, и вновь перевёл взгляд на системное окно и сосредоточился.       — Так что именно ты хочешь узнать? — перешла Селестия на серьёзный тон.       — Хочу узнать, кто помог им сбежать. Не исключено, что там не только те чейнджлинги, которых мы поймали, но и тот или те, кто их освободил. Также меня интересует причина, по которой они сидят в этом лесу, а не идут в сторону улья. Я понимаю, что фестралы могут обезвредить трутней, а вы – Лиинкс, и дело в шляпе, но что, если там антимагические камни? Нам нужно разузнать всё, прежде чем их брать.       — Согласна, осторожность не повредит.       Тем временем сержант завис на одном месте, отогнул ветку и посмотрел в сторону костра. Отлично, двое чейнджлингов, одна из которых Лиинкс. Не хватает ещё троих.       Мунлайт взмыл в воздух и направился в нашу сторону.       — А сержант молодец. Отыскал то, что нужно, — сказал я себе под нос и тут же узрел себя в окошке видения разума.       — Я нашёл просвет в листве, — отчитался фестрал, зависнув передо мной. — Что прикажете делать?       — Как думаешь, если я зависну рядом, то звук моих крыльев услышат? — спросил я.       — Думаю, что нет, — предположил он. — У них там горит костёр, который очень громко трещит. Может, и не громко, но этот звук точно замаскирует хлопки крыльев.       — Веди, — встал я на все четыре копыта и дал команду Еве, чтобы следовала за сержантом. — Ждите здесь, я сейчас вернусь, — бросил я лейтенанту и принцессе, а затем Ева понесла меня вниз за фестралом.       Когда мы с бетпони зависли на небольшой высоте от верхушек деревьев, то фестрал указал копытом в сторону одного из деревьев.       — Вон там хорошее место, чтобы увидеть чейнджлингов. Только я не понимаю, зачем вам их видеть? Вы вряд ли сможете услышать, что они говорят.       — Не забивай голову, — отмахнулся я, пока Ева медленно направляла мою тушку в указанную сторону. — Найди несколько мест недалеко отсюда, где можно безопасно спуститься в лес. Но помни, что я говорил — сам туда не спускайся.       — Вас понял, — полушёпотом сказал он и улетел прочь.       Я же отогнул одну из веток и увидел двух сидящих чейнджлингов у костра. Что там говорила Луна Селестии? Глаза зудели? Очень похоже, что мои заклинания и анализатор чувствуют сильные эмпаты. Так как командир из Хуффингтона почувствовала на себе анализатор, то есть вероятность, что Лиинкс почувствует на себе видение разума. Или не почувствует. Хуй знает, я не экспериментировал с этим заклинанием.       Я применил видение разума на трутне и мысленно сказал Еве, чтобы доставила меня обратно на облако.       — Как успехи? — спросила принцесса.       — Всё отлично. Сейчас мы обо всём узнаем, — ответил я, садясь на облако между Селестией и лейтенантом. — Найт, что за кольцо фестралы нацепили на рог командиру?       — Оно блокирует магию, а что?       — Оно до сих пор надето на её рог. Она не смогла его снять?       — Чтобы его снять, нужно специальное заклинание, которое знают гвардейцы дневной стражи, — Найт мельком глянул на принцессу, а затем снова перевёл глаза на меня. — Ну или… — он поднял переднюю ногу с накопытником. — Прикоснуться к кольцу камнем из накопытников ночной стражи.       — Я так понимаю, какие-то чары не позволяют снять его? — спросил я у принцессы.       — Да, — ответила Селестия.       — Почему такие же кольца не надеты на трутней? По крайней мере на того, от лица которого я сейчас смотрю.       — Стены каждой камеры темницы поглощают магию и, на самом деле, кольцо на командира можно было не надевать. Я просто решила перестраховаться, и, как вижу, не зря, — ответила принцесса. Ой, а гордость аж из всех щелей сейчас польётся.       — Интересно, а антимагический камень чейнджлингов заглушит чары кольца?       — Думаю, что да. Именно поэтому нам нужно найти способ противодействовать этим камням, — ответила принцесса, переведя взгляд на свет от костра. — Что чейнджлинги сейчас делают?       — Просто молча сидят и смотрят на костёр. Там только один трутень и командир. Куда делись ещё трое я не знаю.       — Может за хворостом отправились? — предположил Найт.       — Логично, конечно, — я потёр подбородок. — Но это не объясняет причину того, почему они не идут в сторону улья. Тут что-то другое.       Лиинкс оживилась и стала раздраженно бубнить что-то себе под нос.       — Где там Вирос прохлаждается? — недовольно спросила она, но моя шпионка не ответила. — Сложно что ли провести разведку местности? — шипела она, неуклюже копытом подкидывая парочку веток в костёр.       — Судя по её словам, один из чейнджлингов разведывает округу. Осталось понять, что делают последние двое.       — Наверное ищут продовольствие, — хмыкнул фестрал. — Чейнджлингам же нужна еда или им любви достаточно?       — Нужна. Любовь в их организме способствует усваиванию пищи. Не знаю почему их организм такой, да и сейчас это не важно, — не говорить же ему, что такое любовный диабет. Хех, буду теперь это так называть.       — Понятно. Когда будем брать их?       — Думаю, что нужно дождаться остальных. У меня не получится их отследить по той простой причине, что я не видел их в настоящем обличии.       — Хорошо, подождём, — спокойно ответил Найт, а я сосредоточился на видении разума.       — Лиинкс, с тобой всё в порядке? — спросила кобылка-трутень, глазами которой я смотрю. По командирше видно, что она в бешенстве, но пытается сдерживаться.       — Нет! — выпалила она. — Будь проклят этот *звук стрекотания*! Я должна сообщить Кризалис, что есть пони, который видит нас сквозь маскировку, но из-за этого кольца… — она указала себе на рог, — я не могу с ней связаться! И ты спрашиваешь меня в порядке ли я?! По-твоему всё нормально?! — яростно крикнула она, со всей дури ударив по мелкому брёвнышку перед собой. Оно отлетело в костёр, подняв в воздух кучу искр.       Моя шпионка не ответила на этот вопрос, так как была напугана. Мда, а она умеет общаться с подчинёнными.       — А она в ярости, — констатировал Найт. — Не знаю, о чём они там говорят, но последнюю фразу я отчётливо услышал.       — Из-за кольца она не может связаться с Кризалис и сообщить, что я вижу чейнджлингов сквозь маскировку. Это значит, что Кризалис не ведомо то, как я отыскал пропавших в Хуффингтоне и как разоблачил чейнджлингов.       — Удалось выяснить где остальные? — спросила Селестия.       — Нет, — ответил я и присмотрелся. Моя цель обратила внимание на силуэт пони позади командирши, который приближался к костру. — Погодите, там кто-то ещё.       — Лиинкс, кажется, Вирос вернулся, — сказала трутень и указала в сторону зелёного земнопони. Тот сверкнул зелёной вспышкой и принял своё истинное обличие. Хм, кажется у него корзинка на спине.       — Удалось узнать где мы? — спросила командирша, обернувшись.       — Да. Если идти в ту сторону, — он указал себе за спину, — то сразу после выхода из леса начинается яблоневая роща. Затем я осмотрел ту местность с воздуха. Мы недалеко от Понивилля. Кстати, вот что мне удалось взять на ферме, — он поставил перед своим командиром корзину с яблоками.       — Молодец, Вирос, — похвалила она его, хотя по голосу было слышно, что ей пофиг. — Понивилль, значит, — Лиинкс приложила копыто к подбородку, — я слышала, что недавно там появилась новая принцесса. Эх, был бы у меня антимагий, мы бы могли похитить её, а затем обменять на этого *звук стрекотания*.       Услышав эти слова, я напрягся. Если она ещё раз спизданёт подобное, то превратится в удобрение!       — Что такое? — спросила Селестия, обеспокоенно глянув на меня.       — Ничего. Просто она за языком следить не умеет, — отмахнулся я, продолжая смотреть за чейнджлингами. — Скажите, антимагическое кольцо лишает способности летать?       — Не знаю, — ответила аликорна и задумалась. — Хотя, если подумать, то вполне возможно. Когда я испытывала эти кольца на единорогах, то у них помимо магии пропадал копытокинез. Это значит, что они дестабилизируют любые проявления магии в организме. Получается, теоретически, аликорн или чейнждлинг летать не смогут.       — Теперь понятно почему она неуклюже берёт предметы в копыта, а не использует магию. И поэтому она не может лететь в сторону улья, а пешком туда идти очень долго. Будем надеяться, что отправить одного из трутней в улей за помощью ей ума не хватило.       — Ты говорил, что там ещё двоих нет, — отозвался Найт Винг. — Может они уже на пути в улей?       — Надеюсь, что это не так, — сказал я, смотря на задумавшуюся командиршу.       — Пробей поиском разумных трутня, которого ты обнаружил после Лиинкс. Его настоящий облик ты видел.— сказала Ева и передо мной появилось ещё одно окошко с изображением бессознательного чейнджлинга в кругу испуганных служанок.       Я последовал совету Евы. Точка трутня появилась далеко отсюда и, судя по траектории движения, он направляется в Бэд Лэндс. Блять, хватило всё-таки мозгов!       — У нас проблема, — сказал я пони по обе стороны от себя. — Я вспомнил, что видел одного из чейнджлингов в истинном обличии и попытался найти его. В общем, он на пути в улей. И проблема в том, что мы его не догоним, так как он преодолел больше половины пути. Судя по скорости, он летит туда изо всех сил.       — Это плохо, — ответила Селестия, прищурив глаза. — Он может сообщить о твоей способности обнаруживать их, а это усложнит освобождение городов.       — Сотри тому трутню память о приказе Лиинкс! — крикнула Ева.       — Хорошая идея.       Я открыл сумку, в которой лежит волшебная книга и камень памяти. Достав телекинезом яйцеобразный булыжник, я пролевитировал его перед собой и представил то, что хочу стереть и кому. Камень засветился.       — Луна говорила мне, что ты достал его, — сказала Селестия, смотря на светящееся «яйцо». — Не буду спрашивать как. Мне больше интересно, что ты задумал?       Откуда-то из-за горизонта прилетела магическая зелёная светящаяся ленточка и впиталась в камень, после чего он погас и ушёл на перезарядку.       Я глянул на карту и заметил, что точка чейнджлинга заметно замедлилась, а затем резко остановилась. Потом она стала очень-очень медленно двигаться в противоположном направлении и после этого просто исчезла.       — Проблема решена, — сказал я, убрав камень обратно в сумку.       — Что ты сделал? Почему трутень исчез с карты? — не понимала подруга.       — Всего-навсего стёр из памяти знание о полёте.       — Жёстко. Ты уверен, что это было необходимо?       — Уверен. Если бы я стёр приказ, то был бы шанс, что чейнджлинг всё равно решил бы лететь в улей. Слова Лиинкс он бы не передал, но её местоположение и обстоятельства я бы не стёр, а значит о её местоположении он бы сообщил. Ведь камень позволяет стереть только конкретное воспоминание или знание о чём-нибудь. Вот я и стёр знание о навыке полёта.       — Судя по замедлению траектории, чейнджлинг стал падать по параболе и грохнулся в лес. Только не могу понять, почему он медленно стал двигаться в обратном направлении.       — Скорее всего, отползал от хищников, но те сделали своё дело.       — Опасная штука этот камень.       — В моих руках он гораздо опаснее, — пафосно дополнил я её слова. Главное не спиздануть про руки при пони.       — Осталось понять, где ещё один трутень, — сказал я, возвращаясь к просмотру видения разума.       — Что ты сделал? — спросила Селестия.       — Поверьте, лучше вам не знать, — отмахнулся я, не смотря на неё.       В ответ принцесса промолчала. Видимо, она уже поняла, что если я что-то не хочу говорить, то выпрашивать ответ бессмысленно.       Через видение разума послышались шаги. Моя шпионка обернулась и узрела ещё одного трутня, в дырках копыт которого застряли мелкие ветки и грязь.       — Я ничего не нашла! — сказала кобылка-чейнджлинг, пытаясь очистить отверстия в копытах.       — От тебя пользы как от Дискорда! Что сложного в том, чтобы найти еды? — злобно сказала Лиинкс. — Бери пример с Вироса. Он не только узнал наше местоположение, но и нашёл еду, — пока она отчитывала свою подчинённую, та села рядом с моей шпионкой.       — Все в сборе. Можно приступать, — сказал я, магией доставая два желтых светящихся камешка из сумки. Затем я откинул их в сторону. — Предлагаю их сначала немного припугнуть.       — А если они убегут? — спросил фестрал. — Мы же их по всему лесу ловить будем.       — Я видел каждого чейнджлинга. Так что я найду их даже там, где Дискорд не додумается искать. А теперь скажи своим подчинённым, чтобы распределились вокруг местоположения чейнджлингов. Я пока дам указания волкам.       — Хозяин, где мы? — спросила Сейба.       — В лесу. Слушайте, что нужно сделать, — мысленно сказал, — Недалеко расположены четыре чейнджлинга. Тот, у которого между пластинами хитина идут красные полосы нам нужен живым. Остальных можно в расход. Сейчас я к вам спущусь и расскажу, что будем делать.       — Хорошо, — выдали они вместе.       — Итак, — я встал на все четыре копыта и развернулся к фестралам. Найт Винг же закончил раздавать указания подчинённым. — Если чейнджлинги побегут в кусты в вашу сторону, то обездвижите накопытниками. Главаря попытайтесь не трогать — нам нужно кое-что у него выведать. Следите внимательно за моими жестами. Если я два раза копытом стукну по земле, то атакуйте трутней, а командиром займутся древесные волки. Если же я стукну сначала левым, а потом правым, то вырубайте всех. Если нет вопросов — разойдись!       Фестралы синхронно отдали честь и поочерёдно сиганули с облака. Найт Винг прыгнул последним.       — Не думал о своём личном отряде? — спросила Селестия, когда мы остались одни на облаке. — У тебя хорошо получается командовать.       — Нет, — ответил я с покерфейсом на лице. — Мне хватает волков и двух чейнджлингов, которых вы завербовали. Не привык к большим компаниям.       — Если в будущем заинтересуешься, то только скажи. Мы найдём достойных пони.       — Я подумаю.       Я уже подумал. Мой ответ – «нет».

***

      — Что это за запах? — принюхиваясь спросила сидящая у костра кобылка-чейнджлинг.       — Похоже на древесных волков, — сказала чейнджлинг с красными полосами между пластин хитина. — Не волнуйтесь, они боятся огня.       — Эм, Лиинкс? — другой трутень посмотрел ей за спину. — Кажется, им забыли об этом сказать.       Когда командирша обернулась, то увидела двух древесных волков, которые приближались к компании чейнджлингов.       — Двое? — с прищуром глянула она. — Обычно они ходят стаей. Неужели их вожак затаился недалеко от нас?       — Я не настолько крыса, — послышался голос из-за волков. — Но комплимент принят.       Чейнджлинги перевели взгляд туда, откуда пришли волки и увидели белого пони с огненной гривой. Одет он был в плащ, а по бокам свисали седельные сумки. Он встал между волками, которые уже стояли в нескольких метрах от группы чейнджлингов.       — Ты! — злобно прорычала Лиинкс. — Да я тебя *звук стрекотания*, а затем отнесу к Кризалис! Ты угроза для нашего вида!       — Фу, как некультурно. А я, между прочим, пришёл вежливо предложить вам сдаться.       — Да что пони может сделать с нами? — насмехалась она. — Вы даже собственной тени боитесь! А волками меня можешь не запугивать — я и не с таким сталкивалась.       — Значит вы всей своей компанией присоединитесь к той, которая командовала чейнджлингами в Хуффингтоне. Ах да, — жеребец приложил копыто к подбородку и посмотрел вверх, делая вид, что задумался. — Она немно-о-о-ожечко мертва. Ведь с деревянным колом в шее и проломанным черепом долго не проживёшь.       — Так это ты убил её?! — возмутилась Лиинкс.       — Что ты?! — притворно возмутился пони, прижав копыто к груди. — Я же собственной тени боюсь. Как я способен на такое?       — Довольно! — командирша злобно топнула копытом. — Хватит паясничать! Когда я принесу тебя моей королеве, то посмотрим, как ты запоёшь!       — Да никак, — жеребец пожал плечами. — Просто я не умею. Да и сможешь ли ты нести меня без своей магии? Кстати, колечко не жмёт?       — Скоро оно будет красоваться на твоём роге! И ты думаешь, что я буду нести тебя? — намекнула она на своих подчиненных.       — Конечно, — хмыкнул пони. — Или ты намекаешь на то, что меня понесут три трупа?       — Кого ты пытаешься напугать своим высокомерием? Я лучшая из лучших в улье! Я могу за пару секунд повалить минотавра с ног!       — Ты про свои ядовитые зубки? А как тебе такие? — пони прикоснулся к клыку одного из волков возле себя. — Вот это зубы. А твои ему и в подмётки не годятся.       — Ну давай, нападай! Увидишь, чего я стою, — прищурилась Лиинкс.

***

      Блять, да мне похуй, чего она стоит! Я тут, видите ли, до конца пытаюсь решить всё мирным путём, но меня, сука, вынуждают!       Я два раза стукнул копытом, давая фестралам понять, что нужно обезвредить трутней.       Ближайшие к жукопони кусты зашевелились и из них выскочили ночные пони, которые двигались так быстро, что больше были похожи на тени.       — Сэйба, беги на эту тварь и вали её на землю! — передней ногой я указал на командиршу.       Тем временем, фестралы своими накопытниками синхронно вырубили трёх трутней. Лиинкс отвлеклась на шум позади себя и, спустя пару секунд, была протаранена огромной волчицей. Тушка жукопони от удара пролетела дальше и впечаталась в дерево, а затем скатилась на землю. Затем, пока Лиинкс не пришла в себя, Сэйба легла на неё сверху, полностью обездвижив.       — Думаешь, я настолько идиот, чтобы идти за тобой в одиночку? Ну уж нет.       — Да я тебя собственными копытами прибью! — ёрзала она под тушей древесного волка. Ха, да удар об дерево ей один клык выбил. Будет знать, как выёбываться!       — Бла-бла-бла. Кстати, подмоги можешь не ждать. Я разобрался с тем, кого ты послала в улей. Так что о твоей участи никто не узнает, — я злорадно улыбнулся и прищурился, смотря ей прямо в глаза. Затем я повернулся в сторону лейтенанта, который вместе со своими подчиненными надевал накопытники на бессознательных чейнджлингов. — Найт, подойди сюда.       Фестрал подошёл ко мне, встал рядом и презрительно уставился на Лиинкс.       — Фанг, возьми её за шкирку. Сэйба, когда он это сделает, то слезай с неё.       Когда волк подошёл и сомкнул челюсти на загривке, послышался хруст. Уф, надеюсь, когда ломается хитин, чейнджлинги чувствуют боль.       Затем Сэйба встала с командирши, а Фанг поднял её над землёй и повернул в нашу сторону.       — Как думаешь, что с ней делать? — спросил я.       — Это уже мне решать! — позади меня послышался грозный королевский глас. Селестия грациозной походкой и раскрытыми крыльями стала подходить к диверсантке.       — Это крыльевой стояк? — спросил я у Евы.       — Нашёл, о чём думать.       — Прежде чем приговор будет вынесен, я хочу узнать, как ты сбежала из моей темницы?! — строгим голосом отчеканила принцесса, смотря чейнджлингу прямо в душу.       — Ничего я не скажу! — выкрикнула она и зашипела, обнажая уцелевший клык, с которого свисала капля яда. На мордочке Селестии не дрогнул ни один мускул.       — Найт, будь добр, — я пригласительным жестом указал на Лиинкс.       — С радостью, — злорадно улыбнулся фестрал и подошёл к скалящемуся командиру чейнджлингов.       На протяжении пяти секунд они сверлили друг друга глазами, а затем лейтенант резко и молниеносно сделал хук левым копытом прямо по морде Лиинкс. Фестрал уже замахнулся правым, но…       — Довольно! — выкрикнула дневная принцесса, и Найт с безразличием посмотрел сначала на неё, а потом на меня. Я молча кивнул, давая понять чтобы он послушал. Хмыкнув, бетпони отошёл в бок на один шаг.       — Даю последний шанс на более благосклонный исход, — продолжила Селестия допрос.       — Не знаю я! — выкрикнула Лиинкс. — Дверь в темницу сама открылась! Я и воспользовалась этим.       Селестия перевела свой строгий взгляд на меня, задавая немой вопрос.       — Она не врёт, — ответил я, приложив копыто к подбородку. Хм, это странно.       — К чему этот фарс? — спросила Ева. — Просканируй её, да узнай побольше.       — Так скучно. Мне больше интересно, что будет делать Селестия. Пусть думает, что она тут главная. — ответил я, кидая анализатор на чейнджлинга. Та вздрогнула и посмотрела на меня ошарашенным взглядом. — Вот, если хочешь, то почитай.       — Сама открылась, говоришь? — Найт подошёл к Лиинкс и глянул в её злобные глаза. — Это возможно только в одном случае, — он повернулся к чейнджлингу боком, а ко мне передом. — Кто-то применил магию снаружи.       — А тебя не смущает тот факт, что перед тем, как узнать о побеге чейнджлингов, за тобой два раза следил Дискорд? — предположила Ева.       — Точно! Я знаю, что произошло! — сказал я, и в этот же момент Лиинкс дёрнулась и вырвалась из пасти волка, а кусок хитина с её загривка так и остался в его пасти. Резко и молниеносно она рванула в сторону лейтенанта.       — Берегись! — крикнул я и оттолкнул Найта копытом в сторону.       Так как вместо фестрала на пути атаки командирши стала моя вытянутая нога, она в этот же миг впилась своим единственным клыком в ногу чуть выше копыта.       — Твою же… — единственное, что вырвалось из моих уст в момент осознания.       — Дурак! У тебя же телекинез есть! — это было последнее, что я услышал, перед тем как мир передо мною «растворился».