Сломанная мечта (DreamSwap)

      — Брум, зайди ко мне на секунду.       Инк отпустил кнопку вызова, откинувшись на спинку кресла, он ждал свою сотрудницу с лёгкой улыбкой. Не то что бы ему что-то надо было, просто он захотел её увидеть. И вскоре дверь открылась, а на пороге стояла девушка. Она в начале высунула голову и после зашла полностью, закрыв за собой дверь.       — Вызывали, мистер Тинт?       Названный улыбнулся шире. Его секретарша была лучшей, для него разумеется. Высокая, но не выше непосредственного начальника, с аккуратными формами и мягкими волосами, обычно собранными либо в шишку, либо в конский хвост. Из них иногда торчали пряди, так как она была натурой креативной и частенько рисовала в промежутках между работой, а для поправления прически не всегда находилось время.       — Да, кисточка, — Инк встал и направился к ней. Это прозвище «кисточка», она получила за то, что из её причёски всегда торчали кисточки, для поддержания мягких и довольно коротких волос, — Да и зачем так официально? Мы ведь одни здесь, ты знаешь.       — Знаю.       Инк обвил талию сотрудницы руками, притягивая поближе к себе. Та уткнулась носом в его грудь и мягко улыбнулась.       — Нас ведь не поймают? Меня могут уволить за роман с заместителем начальника фирмы, — Инк улыбнулся шире.       — Никогда не поймают, ты ведь знаешь.       Тот затянул её в короткий поцелуй, что меньше, чем через минуту, оборвался. Та вновь уткнулась тому в ключицы, вдыхая аромат дорогого парфюма в перемешку с табаком. Ей сносило голову это сочетание запахов, оно очень гармонично сочеталось с видом неприступного начальника, что не подпускал к себе ни девушек, ни парней. Он как крепость, не подпускал к себе никого, после инцидента с Дримом в прошлом. Видимо, боялся повторения этой истории, а конец её был, мягко говоря, не самый лучший.       Инк отстранился и приказал той сидеть и ждать его в кабинете, пока сам ушёл в курилку, попутно думая, как его угораздило влюбиться в собственную секретаршу. Хотя встречный вопрос, как можно было НЕ влюбиться в неё? Для Инка она была идеалом. Спокойная, но по своему своенравная. А её волосы, одно удовольствие было их трогать или оттягивать в пик соития, а той это очень нравилось. Своеобразный фетиш. Ухмыльнувшись, он зашёл в курилку и моментально опалил табак меж губ, выдыхая клубы дыма.       Странно, но для всех его друзей и подчинённых, она не была тем же идеалом, как для Инка. То слишком костлявая, то, что говорят, «доска». А Инку это нравилось до дрожи в коленях. Именно такая его кисточка. С выступающими ребрами и ключицами, по которым можно провести рукой и почти, лишь теоретически, схватиться за них. А то, что она «доска», для него было не важно вовсе. Рядом с ним крутились такие красавицы, какие не снились никому, но они все были не тем. Они хотели лишь денег и власти, что имелись у старшего Тинта. А Брум… Она хотела любви и ласки. От всех денег отказывалась, от повышения тоже, хоть Инк и предлагал. Как она сама сказала:       — «Мне не важен твой банковский счёт, и не важно моё карьерное повышение. Я лишь хочу быть рядом с тобой, Художник. Ведь я — твоя кисть. Мы неделимые.»       Эта фраза глубоко засела у Художника. Они и впрямь неделимые, если так посмотреть. Через что они только не прошли. И весь путь вместе. Завоевание доверия (Как со стороны Инка, так и со стороны Брумми. У Инка всё еще складывалось впечатление, что ей что-то нужно от него, а та думала, что ему нужен лишь секс) так и их дальнейшее будущее. Они уже распланировали, что и когда будет. Даже, упаси звёзды, как будут звать их детей.       Инк лежал на спине, держа одной рукой девушку у себя на обнажённой груди, пока та, прикрываясь после соития одеялом, крутила пальцем по рельефной грудной клетке того.       — Чего бы ты хотела? Я сделаю всё, что ты пожелаешь.       Брум улыбнулась, прикрывая глаза от поступившей усталости.       — Семью с тобой. Может в будущем. Представь, топот маленьких ножек по дому и огромный сад, где бы они вечно играли.       Инк погладил ту по спине и улыбнулся в ответ на такое предложение.       — Конечно, моя кисточка. Мы заведём большую семью.       Инк невольно улыбнулся, воспоминания приятно грели душу. Как и окурок, что сейчас дотлевает у него на пальцах.       — Чёрт!