Penumbra

Идя по коридору, Саяка несла коробку с новым оборудованием в кладовую. Обычно это была не та работа, которая была поручена ей, но сегодня она «добровольно» получила её, так как Кирари назначила вице-президента ответственной за совет, чтобы она могла прогуляться в сад для смены обстановки. «Все стало слишком скучно на мой вкус, и я не в настроении играть с кем-либо», — сказала она ей перед уходом. И это нормально, если Кирари не была в настроении что-либо делать, это её вполне устраивало. Но, честно говоря, Саяке не хотелось оставаться наедине с вице-президентом. Единственная причина, по которой она вызвалась сделать эту работу, заключалась в том, что она могла уйти от вице-президента. Ей нужна была комната, чтобы дышать, потому что вице-президент находилась слишком близко, на её взгляд. Она не знала почему, но девушка в маске была необычно зациклена на ней. Наблюдая за ней, когда она думала, что не смотрит, случайно оказавшись в той же комнате, что и она, и, наконец, она не была уверена, было ли это просто её воображение, но иногда в уголке её глаз она могла видеть ужасающую маску, наблюдающую за ней из тени. Саяка тряхнула головой, отгоняя эти мысли. Чем больше она думала об этом, тем больше становилась параноиком, а это было последнее, что ей было нужно. После того, что случилось с вице-президентом в начале недели, она действительно не очень хорошо спала ночью, и ношение этого тяжелого пакета не очень помогает её и без того уставшему телу. Это действительно расстраивало её, когда страх контролировал её тело. Это мешает ей работать в полную силу. Она борется с зевотой, так как в данный момент находится в общественном месте, и ей нужно поддерживать имидж профессионала перед другими студентами. Студенты, слоняющиеся по коридорам, спешат прочь, когда секретарь Студенческого совета направляется к ним. В такие моменты она была благодарна за то, что стала частью совета, ей не нужно было ничего делать или говорить, чтобы другой ученик двинулся и расчистил ей путь. Никаких раздражающих маневров между студентами, просто легкая прямая линия. Довольно скоро она добирается до кладовки. Она балансирует коробкой одной рукой, а другой хватается за ручку, одновременно следя за тем, чтобы её палец не был полностью прямым и не сломать его, на всякий случай. Она поворачивает ручку и обнаруживает некоторое сопротивление, так как она отказывается открываться. Она смущенно нахмурилась, пытаясь повернуть её снова, но на этот раз с большей силой, она все еще не сдвинулась с места. Раздраженная, она с громким стуком ставит коробку на пол и обеими руками берется за ручку. Она поворачивает ручку вниз, одновременно толкая дверь. Она повторила движение снова, снова и снова. И с каждым ударом её разочарование росло. Проклятая дверь была трудной. Пот выступает на её коже, когда она выбрасывает много энергии, просто пытаясь открыть эту чёртову дверь. Пока, наконец, она не распахнулась и чуть не отправила её кувырком вперед. Саяка выпрямилась, вытерла пот со лба и облегченно вздохнула. Она вернулась, схватила коробку и направилась внутрь, чтобы положить её вместе со многими другими чипами, которые хранились для дальнейшего использования в далеком будущем. Она мягко толкает медленно вращающуюся дверь, прежде чем положить коробку вместе с другими стопками и хлопает себя по рукам. Удовлетворен тем, что наконец-то избавилась от коробки. Но прежде чем она успела сделать что-то еще, она услышала щелчок двери и обернулась, чтобы увидеть, что дверь закрылась. Чувствуя, что что-то не так, Саяка впервые за долгое время последовала своему внутреннему инстинкту и бросилась к двери. Она взялась за ручку и повернула её, но дверь не поддалась. Она снова пытается повернуть ручку, используя ту же технику, что и раньше, но на этот раз тянет, а не толкает, и дверь по-прежнему не открывается. Когда её чувства обострились, она попыталась свести панику к минимуму. Сейчас не время паниковать. Она должна оставаться спокойной и думать, что ей нужно делать, она должна быть логичной. Паника ничего не решит. Выхватив из кармана телефон, Саяка пробежалась через свои контакт, чтобы позвонить кому-нибудь, кто может ей помочь. Некоторым из них она не хотела звонить (Кирари и вице-президент по очевидной причине), или она знает, что они заняты (Юмэми, Мидари, Юрико), так что остаётся только… — Алло? — усталый голос ответил после минутного ожидания, прежде чем последовал хлопающий звук. Саяка почувствовала временное облегчение, когда Руна ответила на её зов. — Руна, мне нужна твоя помощь, это срочно. — Что? Что происходит? У нас опять внезапная встреча? — Саяка практически слышала раздражение в её голосе и не могла винить её. Старшая девочка усердно готовилась к предстоящим выборам и только что получила передышку. — Нет, дело не в этом. Слушай, я сейчас застряла в кладовке. На другом конце провода раздался смех, — Как тебе это удалось? Я ожидала чего-то подобного от Мидари, а не от тебя, — дразняще спросила она, её прежняя усталость, казалось, растворилась в воздухе. Глаза Саяки слегка подергиваются, прежде чем она начинает их массировать. — Дверная ручка сломана. Я не могу заставить её открыться.- горячо сказала Саяка, слегка оскорбленная тем, на что намекает старшая девочка. — Ладно. Хорошо. Успокойся, я просто играю с тобой, — сказала Руна с легким смешком. — В любом случае, я не могу помочь тебе напрямую, но могу послать кого-нибудь, чтобы помочь тебе выбраться. Не волнуйся, она идеально подходит для этой работы, и она умеет мягко убеждать. Тебе просто придется терпеливо ждать, пока она приедет. Теперь всё, что мне нужно сделать, это повесить трубку и позвонить этому человеку. Пока! — весело попрощалась она, не дожидаясь, пока Саяка скажет хоть слово. — Подожди! — Подожди! Руна! — Но она опоздала, а Руна уже повесила трубку. «Мягкое убеждение.» — решительно закончила она. Раздраженно вздохнув, Саяка сунула телефон в карман. Как мягкое убеждение поможет ей выбраться? Одни только слова не помогут ей сбежать. Она решает пока отогнать эту мысль, она не знает, когда прибудет помощь, так что она должна найти другой выход тем временем. Лучше быть продуктивным, чем ждать помощи, которая может занять некоторое время. Она старательно двигалась по комнате в поисках любых инструментов, которые она могла бы использовать, чтобы открыть дверь или даже вентиляцию, которая была достаточно большой, чтобы она могла поместиться, чтобы сбежать. Сначала она нашла кое-какие полезные инструменты, но теперь они просто обветшали и заржавели, практически бесполезные для неё. Затем она приступила к обыску коробок и вышла оттуда ни с чем, что могло бы помочь ей сбежать, только с какой-то школьной формой и другим снаряжением. Затем она осматривает комнату и находит несколько вентиляционных отверстий, но, к сожалению, все они просто слишком малы для нее, это была вентиляция размера Руны. Исчерпав свои возможности, она была вынуждена ждать. Саяка постукивает туфлями по полу, чтобы заполнить тишину. Она не нашла ничего, что могло бы помочь ей выбраться. Теперь у нее нет другого выбора, кроме как ждать человека, которого Руна пошлет, чтобы вытащить ее из этого пыльного старого хранилища. Прошло несколько минут, и она начала чувствовать беспокойство. Старый свет в комнате мерцает так же, как и в её последнем отрезке, время от времени бросая в комнату темноту. Воздух неподвижный и удушливый. Её ноги начали уставать от ходьбы весь день, поэтому она решает сесть на один из ящиков. От нечего делать её глаза начали бегать, выискивая что-нибудь интересное, чтобы скоротать время. Краем глаза она замечает что-то блестящее на дне полки, полной краски. Любопытство взяло верх над здравым смыслом, она спрыгнула с ящика и медленно направилась к таинственному ящику. Она опускается на колени и вытаскивает коробку из тайника и видит, что на ней есть слова «не трогать» и много красных пятен по всей поверхности (в форме руки). Саяка уставилась на зловещего вида коробку и нервно сглотнула слюну. По какой-то причине, просто глядя на коробку, она чувствовала себя неловко; как будто она собиралась открыть ящик Пандоры. И все же она не могла не найти коробку интересной, что в ней было такого, что оправдывало такие слова? Любопытная, как кошка, Саяка дрожащими и потными руками хватает верхнюю крышку и медленно открывает её. Она в шоке отшатывается, с ужасом глядя на содержимое. Внутри были три одинаковые ухмыляющиеся театральные маски, покрытые красной субстанцией. Под ними лежали различные ножи и другие мелкие безделушки, от сильно сломанных до даже совершенно новых, причем все они были покрыты одним и тем же красным веществом. Из коробки начал исходить гнилостный запах, от которого у неё свело живот и она с отвращением закрыла нос и рот. Она не могла точно определить, что это за запах, но те немногие, которые она смогла уловить, заставили её сердце упасть в желудок. Она почувствовала металлический отвратительный тошнотворно-сладкий запах из коробки. Это было по меньшей мере отвратительно. Она быстро закрыть рот и отодвинула коробку туда, откуда она взялся. Она не знает, что это было, и впервые в жизни не хочет знать. Она слишком боялась того, что может прийти ей в голову, если дать ей возможность проанализировать это. К счастью для неё, из-за двери послышались шаги, и на неё нахлынуло облегчение. Наконец-то её выпустят. Она может притвориться, что ничего не видела, и продолжить веселиться. Она открывает рот, чтобы позвать на помощь, когда… ТРЕЩИНА. Она закрывает рот и слегка подпрыгивает от громкого звука. Что это было? ТРЕЩИНА. Дверь с сопротивлением вздрагивает, когда через нёе слышится второй удар. Саяка встает и медленно идет к двери, слегка опасаясь того, что должно было произойти дальше. Она нерешительно открывает рот, чтобы крикнуть человеку с другой стороны:"Эй». ТРЕЩИНА. Саяка испустила испуганный крик, когда голова топора проломила дверь прямо над дверной ручкой. металлический красный блестит ярко, как единственный источник света в хранилище, отражаясь от его поверхности, как оконная равнина после сильного ливня. Она нашла бы его красивым, если бы не тот факт, что это был топор. Топор шевелится, когда человек с другой стороны вытаскивает его обратно, оставляя довольно большую щель, через которую она может видеть. Вопреки здравому смыслу она склоняет голову набок, чтобы получше рассмотреть своего «Спасителя». Только чтобы застыть в шоке и невообразимом ужасе, когда её встретили черные глаза и ухмыляющаяся улыбка белой маски. — Игараши, я пришла чтобы… Искаженные слова вице-президента, кажется, уходят на задний план, поскольку её мысли пересиливают её пять чувств. Её чувства осознания отступают обратно в её разум, когда он медленно перешло в овердрайв. Её сердце громко бьется о грудную клетку. Её легкие горели от слишком быстрого дыхания. Глаза щиплет, зрение расплывается. Это было похоже на сцену, вырванную прямо из фильма ужасов. Она отчаянно пытается разобраться в ситуации. Почему вице-президент здесь? И почему у нее топор? Если не… Саяка заставила свое тело двигаться и бросила взгляд на коробку под полками, коробка, должно быть, была оснащена сигнализацией. Вице-президент, должно быть, обнаружила, что она залезла в коробку и пыталась избавиться от улик, в том числе и от неё. Это было похоже на старую поговорку: «любопытство убивает кошку». И это действительно убивает кошку. В то время как у неё был серьезный психический срыв, вице-президент закончила говорить и начала вбивать топор ещё раз. На этот раз она всемогущим взмахом вонзает топор в дверную ручку, с громким треском ломая её пополам, и Саяка отвлекается от своих мыслей. Она наблюдает, как остатки ручки-единственной преграды между ними-с грохотом падают на дверь, скатываются вниз и врезаются в её ногу, решая её судьбу. Вице-президент толкнула дверь забинтованной правой рукой, в то время как левая держала топор. Она подошла ближе к Саяке, слегка сгорбившись, и все же стояла так же внушительно, как всегда. С каждым шагом вице-президента она чувствовала, как её нога делает шаг назад. Странный искаженный звук доносился из-за модулятора голоса в маске, но она не понимала ни одного слова, которое произносила; на самом деле, это вообще не похоже на слова и больше похоже на дыхание? Паника поднялась, когда Саяка почувствовала, как её спина ударилась о стену, и вице-президент, стояла перед единственным выходом, через который она могла убежать. Глаза Саяки расширяются до размеров обеденного блюда, и он наблюдает, как вице-президент подходит все ближе и ближе; как хищник, загоняющий свою жертву в угол, готовый наброситься и убить. Она останавливается в нескольких дюймах от нее, возвышаясь над ней и глядя на неё сверху вниз. Её фигура загораживала свет и отбрасывала на неё тень. Саяка почувствовала, как у неё перехватило дыхание, когда вице-президент подняла забинтованную руку. Время, кажется, замедляется, когда её жизнь проносится перед глазами. Её инстинкт самосохранения включился на полную мощность. И в припадке отчаяния и иррациональности, она закрыла глаза, схватила ближайшую вещь, до которой смогла дотянуться (старый ржавый гаечный ключ), и вслепую замахнулась им на вице-президента. УДАР. Она почувствовала напряжение в руке, когда её выбранное оружие успешно поразило цель. Послышался стук, словно что-то упало на землю. Саяка усилием воли подняла глаза и увидела, что вице-президент отвернулась от неё, согнувшись пополам от боли, зажимая рот правой рукой и стонав от боли. Она смотрит вниз и видит девственно-белую маску, лежащую на земле, нижняя левая сторона маски была заляпана каплями крови. Вице-президент оборачивается и… Кровь Саяки застыла в жилах от того. Она роняет гаечный ключ, и её руки взлетают ко рту. Её приветствовало великолепное лицо её любимого президента, но вместо того, чтобы быть встреченной с обычной озорной ухмылкой, она была встречена с окровавленной ужасной травмой, похожей из фильма слэшера. Вице-президент (?) убирает свою пропитанную кровью руку с повязкой изо рта и, увидев, какой урон она нанесла, Саяка почувствовала слабость. Осколки от маски от большого до маленького вонзились в её кожу и плоть, губы имели большой порез и сильно кровоточили. Вице-президент (?) смотрит на её руку, прежде чем перевести взгляд на неё. Её взгляд становится жестким, когда смесь гнева и недоверия вспыхивает в её глубоких бирюзовых глазах. Саяка недоверчиво смотрела, как её разум замер. Её тело словно налилось свинцом, руки чувствовал себя потным, биение её сердца, кажется, остановилось. Она начала задыхаться. Черные пятна заполнили её зрение, так как в легкие поступает недостаточно кислорода. — Игараши Саяка. Но она не слышала, что сказала вице-президент (?), когда мир погрузился в блаженную темноту.

***

Кирари слушает инструктаж медсестры о ранении её сестры и дорогой секретарши. Она ушла всего на час погулять и возвращается обратно в полной катастрофе. Студенты сплетничали о том, как вице-президент держала в одной руке топор, а Секретарь Совета висела на плече, как мешок с картошкой, с наполовину разбитой маской и вся в собственной крови. Она отпустила медсестру после того, как услышала полный раппорт, и направилась прямо в частную комнату, которая была наспех сделана с использованием только занавесок. Она раздвинула занавески и увидела Саяку и Ририку в двух разных кроватях друг напротив друга. Между ними была разительная разница, которая показывает, кому достался худший конец палки. Нижняя половина лица её сестры сильно забинтована марлей, её униформа исчезла и была заменена больничным халатом. В общем, её младшая сестра-близнец выглядит как после крушение поезда. Саяка, с другой стороны, выглядит в основном нормально, только её блузка покрыта кровавыми отпечатками на спине и бессознательное состояние. — Ты знаешь… Ты должна быть ответственным близнецом между нами двумя, а не наоборот, — поддразнила Кирари, придвигаясь ближе к своему сидящему близнецу. Ририка в ответ бросила на неё невозмутимый взгляд, не находя это замечание забавным. «Ммммммммм.”- Ририка тычет пальцем в сторону другой больной. — Ну, это ты виновата, что не была ясной с самого начала. Как бы это ни было забавно, мне всё равно нужно, чтобы вы обе были в добром здравии, чтобы помочь мне сделать мою работу, — игриво пошутила Кирари, выдвигая стул и садясь рядом с ней. «Ммммммммм.» — Ты знаешь, что Саяка пуглива рядом с тобой, почему ты думаешь, что она никогда не разговаривает с тобой? И о чём ты думала, используя Мягкое убеждение. Мы используем его только в чрезвычайных ситуациях. «Ммммммммммм.» — Я знаю, что это была чрезвычайная ситуация, но ты могла бы использовать вместо этого Силовое вторжение. Это единственная причина, почему она у нас есть. «Ммммммммммм.» Кирари подняла бровь на эту новую информацию, которую она получила: «Он в ремонте? Почему ты мне об этом не сказала?» Тело Ририки непроизвольно вздрагивает, словно вспоминая что-то ужасное. «Ммммммм.» На этот раз улыбка Кирари падает вниз и превращается в хмурый взгляд, — Ах, верно…. Давай никогда больше не будем об этом говорить. «МХМ.» — Хорошо. Но, честно говоря, Ририка, это безрассудно даже для тебя. Почему ты думаешь, что это была хорошая идея-подойти к Саяке, когда она была на грани. Ририка слегка склонила голову набок, с любопытством глядя на неё. «Ммммм?» — Откуда мне знать, что она была на взводе? Саяка прибегала к физическому насилию только тогда, когда была на грани. В любое другое время она использует свой электрошокер. — весело объясняет Кирари, мельком взглянув на лежащую без сознания секретаршу. Вспоминая тот случай, когда Саяка «случайно» ткнула её локтем в печень, зная, что у её секретарши довольно сильные руки. «Мммммм…» — Почему тайзер? Он более чистый и легче справляется с работой. В отличие от тебя, — Кирари откидывается на спинку стула с насмешливо-жалостливым выражением лица, — Иногда мне жаль служанок, которым пришлось чистить твою одежду, либо она вся в дырах, либо в засохшей крови, а иногда и то и другое. Я не завидую их работе. Ририка смотрит на неё с выражением, похожим на шок, трудно сказать, поскольку половина ее лица закрыта. «Мммммммм.» — Конечно, я знаю об этом. Мы жили в одном доме. Было бы очень наивно с моей стороны, если бы я не знала о тех мелочах, которые происходят в моем собственном доме… И отец не слишком тонко говорил о твоём месте в семье. — сказала Кирари редким деловым тоном. Что-то, что она обычно не использует перед собой. «Мммммм…» Голова Ририки опускается вниз, ее глаза опущены. «Мммм…» — Ты должна перестать слушать всё, что говорил тебе отец, Ририка. Этот человек только и делал, что доставлял нам неприятности, — сказала Кирари с болезненно-сладкой улыбкой, изящно поглаживая свою младшую сестру по невредимой щеке. Ририка может сказать, что Кирари не улыбалась искренней улыбкой. Её улыбка была слишком отчетливой, слишком сильной, слишком опасной. Она как будто наблюдала за пауком, терпеливо ожидающим, когда её жертва попадет в её замысловатую паутину. Она знает, поскольку преимущества возможности поменяться местами друг с другом заключались в том, что они должны изучать привычки друг друга; вплоть до их подсознательных тиков. Это не было исключением. Ририка прищуривается и выжидающе смотрит на свою старшую сестру. «Ммммммм?» Кирари пожимает плечами и играет с волосами младшей сестры. «В конце концов, он все еще нужен нам, когда бы мы этого ни хотели. Но будь уверена, придет время, когда мы избавимся от него. Нам просто нужно дождаться подходящего момента.» И в мгновение ока её поведение меняется, и она перестает играть с волосами. Кирари наклоняется вперед на кровать и кладет сложенную руку на подушку, поза выглядит неудобной, и Ририка собиралась рассказать ей о нездоровой позе.  — Теперь, когда мы закончили говорить о скучных вещах. Почему бы тебе не рассказать мне все, что произошло между тобой и Саякой? Её настроение мгновенно портится, и она отказывается от любых мыслей об изменении позы сестры. «Ммммммм.» — Не будь такой, Ририка. Это был просто несчастный случай, ты же знаешь, что она не хотела этого делать, — смеется Кирари, похлопывая ее по плечу. «Мммммммм!» — сердито пробормотала Ририка, отмахиваясь от руки, прежде чем указать на свое забинтованное лицо. — Теперь ты просто маленькая Ририка. Ты страдала от гораздо худшей травмой, чем эта. Зачем жаловаться сейчас? — спросила она, приподняв бровь, находя жалобу сестры забавно веселой. «Мммммммммммммм!» — Ладно, признаю. Твой довод полностью оправдан. — Кирари смилостивилась, кивнув, в кои-то веки охотно признав свое поражение. Они обе «разговаривают» с прошедшим временем. По крайней мере, до тех пор, пока Ририку и Саяку не выпишут из лазарета. — Я бы хотела, чтобы ты сохраняла порядок вместо этого, за этим бы более интересно наблюдать. — рассеянно прокомментировала Кирари, воображая забавный хаос, который может произойти. Какая упущенная возможность!