1793

— Не думаешь, что это — уже перебор? Кроули смотрел крайне серьёзно на Азирафаэль, когда девушка беззаботно попивала чаёк после трапезы блинчиками. — А у нас есть выбор? — Нет, выбора, конечно, нет, — согласился с очевидным Энтони. — Просто… Я совершенно не понимаю, каким образом ты подружилась с графиней де Полиньяк и почему согласилась на её предложение. — Я с ней не дружила. И не дружу. Кажется, — Азирафаэль улыбнулась своей самой очаровательной и по-ангельски невинной улыбкой. — Просто она мне симпатизирует. — Может быть, она видит в тебе лучик света? — задумчиво протянул демон, а после оборвал себя, возвращаясь к насущной проблеме. — Ладно, с ней разобрались. Но почему тебя приглашают в Версаль? — Графиня рассказала обо мне Её Величеству, и королева решила, что желает видеть меня у себя при дворе. — И ты согласилась? — А что мне ещё было делать? Не отказывать же королеве! — Это, конечно, верно, но… но можно придумать какую-нибудь отговорку. Например, что ты заболела, — Кроули окинул растерянным взглядом комнату и остановил его на ангеле. — Неужели тебе так хочется попасть в Версаль? В это место разврата, интриг и сплетен, в место, где в избытке есть всё то, что ты так не любишь? Нет, ангел, это место не для тебя, оно тебе не подходит! — Я тоже сперва ужаснулась, дорогой, — сказала Азирафаэль ровным тоном. Она уже обдумала всё и приняла решение. Осталось лишь получить ододбрение этого решения от её названного «мужа» — Кроули. — Версаль просто кишит грехами. И это место действительно не для ангела. Но оно мне идеально подходит. Энтони удивленно вздёрнул брови вверх, уставился на Азирафаэль, и ангел даже через непроницаемые стёкла очков почувствовала на себе вопросительный взгляд демона. — Я — ангел. И я подумала, что если я окажусь в Версале, то смогу что-нибудь с этим сделать. Как-нибудь повлиять на его обителей. Сделать их жизнь чуточку лучше, спокойнее, праведнее. — Ты надеешься истребить там грех? — Нет, конечно, это же Версаль! — с лица Азирафаэль не слетела невинная улыбка. — Но я надеюсь уменьшить количество этого греха. Я хочу хотя бы попробовать. К тому же отказывать королеве — плохая идея. А придумать предлог и уехать от туда мы всегда успеем. — Ну, ладно… — протянул Энтони и, взяв бокал с вином, стал потягивать алую жидкость. — Но причём здесь я? — А ты, мой дорогой муж, — сказала Азирафаэль, — должен поехать со мной. — Почему? — Потому что мы семья! Энтони тяжело вздохнул. Уже прошёл почти целый год, как они начали прикидываться замужней парой. И, как оказалась, эта маленькая ложь существенно не влияла на их жизнь. Жили демон с ангелом, как и прежде, в разных домах, и объяснять им это не приходилось, ведь никто об этом и не знал. А на различных встречах они почти что всегда появлялись вместе и вели себя, как и раньше. Разница между «было» и «стало» заключалась исключительно в том, что теперь время от времени Кроули называл Азирафаэль женой, а она его — мужем, и что иногда они бросали в адрес друг друга нежные слова. Хотя, конечно, и обычное, привычное «ангел» и «дорогой» звучали достаточно ласково. В общем, ложь не изменяла уклада жизни этих двоих. По крайней мере, до настоящего момента. — Ты мой муж, и это будет крайне странно, если я уеду жить в Версаль, а ты останешься здесь. — Придумаем оправданием, — не унимался демон. — Поползут сплетни. О нас. Решат, что у нас разлад. — И что? Это разве плохо? — Вся эта история с нашей… с тем, что мы — пара, — краснея то ли от стыда, то ли от возмущения, сказала Азирафаэль, — была затеяна только ради того, чтобы избежать сплетен. Если сплетни поползут сейчас, то ложь окажется бессмысленной! — Ну, ангел, — мученически протянул демон, откидываясь на спинку кресла. — Неужели ты не можешь поехать без меня? — Не могу, дорогой. — Но если я поеду, то я обязательно буду разжигать грех, — заметил демон. — И тогда твой план по направлению людей на путь истинный может рухнуть. — Не волнуйся, — Азирафаэль пожала плечами. — Думаю, у меня получится справиться и с тобой. До этого же справлялась как-то. — Хочешь с-с-сказать, — ехидно протянул Кроули, — что ты на меня хорошо влияешь? — А разве нет? — А разве да? — самодовольная улыбка не спадала с лица демона. — Но я-то точно на тебя дурно влияю. Ты даже начала врать. Азирафаэль моментально вспыхнула от стыда, а Энтони продолжил улыбаться, оставаясь довольным результатом. — Это была случайность, — пытаясь держать себя в руках, сказала ангел. — Ты здесь не причём. — Но если бы не я, то ни у кого не могло возникнуть мыслей, что я твой муж или любовник. — Это Франция, дорогой, это Париж. Если бы не подумали на тебя, то подумали бы на кого-нибудь другого. Кроули хмыкнул, а Азирафаэль продолжила: — Так ты едешь со мной? — Ты же понимаешь, — настаивал на своём демон, явно пытаясь отговорить ангела от поездки, — что нам придётся жить в одной комнате? — Довольно большой комнате, однако. — И нам придётся спать в одной кровати. — Я не сплю, так что кровать будет в полном твоём единоличным распоряжение. — А на тебя там могут положить глаз. — Чей глаз? — ужаснулась Азирафаэль. — Я не слышала, чтобы там люди вырывали себе глаза! — Ой, стой, стой, это просто выражение такое: положить глаз, — Кроули взмахнул пару раз ладонью, после чего поставил локти на стол и подпёр голову рукой. — Оно значит, что ты кому-то можешь там понравится. — Но я… замужняя дама. — Думаешь, это кого-то остановит? — Должно… — неуверенно протянула Азирафаэль, а демон усмехнулся: — Брось, ангел. Это Версаль. Там статус замужней дамы никого никогда не останавливал. Даже наоборот. — В таком случае, ты мне там определенно нужен. У демона буквально отвисла челюсть. Он хотел напугать ангела тем, что к ней могут начать приставать, но в итоге она решила, что Энтони ей просто необходим. Демон не понимал логики ангела. И словно почувствовав немой вопрос, Азирафаэль поспешила на него ответить: — Если рядом со мной будет мой муж, то ко мне отважится подойти далеко не каждый. К тому же, ты сможешь меня защитить от посягательств мужчин в случае необходимости. — Опять решаешь свои проблемы за мой счёт? — А я буду защищать тебя от посягательств дам. — О, а я тебя просил об этом? — Кроули криво улыбнулся, допил вино, поставил стакан на стол и, задержав на нём на секунду взгляд, поднял глаза на ангела. Азирафаэль улыбалась: — У тебя есть жена, дорогой. Тебе не следует гулять по дамам. Это породит множество сплетен, тем более, если это будет происходить в Версале. Я тебе не позволю. — Теперь уже и развлекаться нельзя, — недовольно фыркнул Энтони. — Что за жизнь! — Взамен могу предложить свой поцелуй. Кроули вытаращил глаза на Азирафель. Такого предложения от неё — от ангела! — он точно не ожидал. Демон нахмурился и посмотрел на собеседницу поверх очков. — Прос-сти, что? — Я могу предложить взамен свой поцелуй, — спокойно повторила Азирафаэль и, наклонившись вперёд, невесомо коснулась пальцем щёки демона. — Вот сюда. В щёку. — А твоя Контора?.. — Братские поцелуи в щёку не возбраняются. Демон шумно выдохнул и растерянно улыбнулся, наклоняя голову набок и не отводя задумчивого взгляда с ангела. — Неужели мне обязательно ехать с тобой? — Почему ты так не хочешь ехать в Версаль? — Азирафаэль строго посмотрела на демона. — Как ты сам сказал, Версаль кишит интригами, развратом и прочими грехами. Идеальное место для демона. Ты мог бы там при желание хорошо повеселиться. Так почему ты так сильно не желаешь жить там? Демон молчал, задумчиво смотрел на Азирафаэль, чуть покачивая головой из стороны в сторону и решая, говорить или нет. Наконец, он сообщил: — Только не смейся. — Хорошо, дорогой. — Что ж, — Кроули выдохнул. — Там чертовски холодно. На миг лицо ангела вытянулось от удивления, а после на губах заиграла лёгкая улыбка, и Энтони возмущённо воскликнул: — Не смейся! Ты обещала! Ангелы должны держать слово! — демон сжал губы в тонкую полосочку. — Версаль ужасно холодный! Там сплошные сквозняки и не все камины работают. А я люблю тепло, я там замёрзну. — Я не смеюсь, не беспокойся, — Азирафаэль продолжала мило улыбаться. — Мы обязательно что-нибудь придумаем с этим, чтобы ты не замерзал там. — Что, например? — губы демона тронула горько-ядовитая улыбка. — Что с этим можно придумать, кроме одеял? А я с-сомневаюсь, что эти чёртовы одеяла способны спас-сти меня от холода! — Я могу помочь, — невозмутимо сообщила Азирафаэль. — По природе своей ангелы способны давать… некоторое спокойствие. Желаемое. Человек с бессонницей — засыпает. Уставший обретает силы. Замёрзший — согревается. — Но я не человек. — Это не важно, — улыбнулась Азирафаэль. — Важно, что твоё желание искреннее и не несёт в себе греха. Остальное — мелочи. — И что же ты предлагаешь? — хмыкнул Кроули. — Чтобы я ходил всё время рядом с тобой? — Не всё время, но хотя бы ночью. Этого должно хватить. — По ночам я сплю, ангел. — Значит, по ночам я буду сидеть рядом с тобой на кровати, пока ты спишь. Кроули заколебался. Изначально он был уверен, что ни за что не поедет в Версаль, чтобы Азирафаэль не сказала, но сейчас он засомневался в своём решение. — А если ничего не выйдет? — спросил Энтони. — Если твоя сущность не сработает и я буду замерзать? — Тогда мы вместе уедем, — ангел была само спокойствие во плоти. — Скажем, что ты замерзаешь и что у тебя плохое здоровье. Тебе нельзя мёрзнуть. Никто и слово не скажет против этого. Очень серьёзный аргумент. — Ну… — Кроули, — серьёзно сказала Азирафаэль, и демон непроизвольно уставился на ангела, — я обещаю тебе: я не позволю тебе замёрзнуть. В ответ Энтони лишь улыбнулся. А Азирафаэль спросила: — Ты поедешь со мной в Версаль? Ответ послышался не сразу, но когда он был произнесён, демон протянул руку ангелу: — По рукам, ангел. Нежно улыбаясь, Азирафаэль грациозно пожала руку Энтони. Они заключили соглашение. Им предстояло переехать в Версаль.