Аллергия на ваниль

— Я так рад, что мы все вместе отправились в эту поездку. Чудесный просто будет день, — чуть ли не пел я, укладывая сумки в багажник. Точнее, они были уже уложены и мы проехали более ста километров, но кто-то не посмотрел прогноз погоды. Хоуп зло прищурила глаза, переодевая свои ботиночки на каблуках в мои запасные сланцы, что я взял с собой на всякий случай. Кстати, её парень тоже напялил шмотки не по погоде. Будто мы отправляемся в Сибирь, блин. Вот что за люди? Нет бы взять с собой запасную одежду. Да, Хоуп надеялась купить подходящую одежду по дороге, но ездили мы полями да лесами, так что… Цивилизации не быть ещё долго. — Сегодня адская жара, Кардано, — прошипела девушка, стягивая с маленькой ступни носок. — Так разденься. Не будь занудой, Майклсон, — задиристо произнесла подошедшая темноволосая девушка, на которой были белые пляжные шортики, сланцы и голубой лифчик от купальника. — Спасибо, но я, пожалуй, воздержусь, Алиса, — с достоинством ответила трибрид, стряхивая прилипшие к шее волосы. Затем девушка скосила на меня недовольный взгляд своих голубых глаз. Я улыбнулся. Конечно, из-за солнечных очков было не ясно чему или же кому я улыбаюсь, но Хоуп поняла. В принципе, как и её бойфренд, что снял с себя джинсовку и рубашку. Чёрт. У нас в городке и так не холодно, так зачем одеваться, как капуста? Это ж сколько пацан тратится на дезодоранты. — Так, — начал я, засунув в руки в карманы своих баскетбольных красных шорт. Так как я был парнем без комплексов, то надел на себя свободную гавайскую рубашку из белых и розовых цветочков и темно-красные сланцы. — Народ, нам ещё семь часов трястись, так что заканчиваем с переодеванием и поехали. — Мы только что остановились! Дай хотя бы размяться, Вест, — возмутился Лэндон, закидывая свои вещи в багажник. — Вы будете дрыхнуть, как хорьки. А я с четырёх утра за рулём, так что… — Давай тогда я сяду за руль, — с откровенным вызовом произнёс Лэндон, щуря серо-зелёные глаза. Видно ему до сих пор не давало покоя, что интроверт-Хоуп сегодня утром обняла меня при встрече. Хотя, это сплошная вежливость. М-м-м, парень решил показать яйца. Ладно, дам проявить ему себя. В конце концов, мне же типа всё равно на его подружку (нет). Но я отступлю, потому что я немножечко умнее. — Ладно. Веди, — пожал безразлично плечами я. Затем захлопнул багажник и кинул ключи парню. Хоуп кинула на меня сердитый взгляд, но я проигнорировал её. Вместо этого сел на заднее сидень вместе с Алисой, взял двумя пальцами подбородок девушки и коротко, но страстно поцеловал её в губы. Ведьмочка ответила мне взаимностью. Она отлично знала для чего здесь. У нас была кое-какая договорённость. — Кхе-кхе, мы вообще-то едем по делу, а не устраиваем тебе бордель на колесах, Вест, — раздался хлёсткий женский голосок. Ещё и хлопнула дверью так, что с ближайших деревьев попадали белки. А мне стало жалко очень и белочек, и машину мою. Надо же. А великой Хоуп Майклсон не так уж и безразлично, что я с другой девушкой целуюсь на её глазах. И, похоже, её парень начал это понимать. Я отлепился от губ фыркнувшей девушки, снял с себя очки и весело поинтересовался: — Кто вам мешает устраивать свой бордель на колёсах, Хоуп? Хоуп приняла независимый вид, отвернувшись от меня. Но уши девушки заметно покраснели. А так же я видел, как она взглянула на Лэндона, что никак не мог разобраться, как завести мой «Понтиак». Да, это не автомат, а механика. Так просто не разберёшься. — Это поездка начинает утомлять, — вздохнула приторным голосом Алиса, поправляя лямки купальника. — Может, Вест, сходим на озеро, пока Хоуп постарается помочь завести своему парню машину, а? Мне кажется им хочется побыть наедине. Так как эта поездка была важна очень и её стоило немедленно продолжить, то… — Да с удовольствием, Алиса, — разулыбался сытой акулой я, открывая дверь машины и выходя обратно в лес. Затем стянул с себя рубашку и закинул в салон, чтобы на всякий случай не забыть её где-то в лесу. Притащила, блин, Лэндона… Который скорее всего угробит мою прекрасную машину. Нет бы быстренько смотаться туда и обратно. Вдвоём. Так нет! Нужно же было позвать весь свет. Взяв полотенце, что прихватил с собой на всякий случай, я направился вслед за Алисой, насвистывая какую-то весёлую мелодию. Птички пели, листья на деревьях шелестели, а солнце было всё таким же беспощадным. Но я был доволен. Кто бы мог подумать, что где-то на середине пути к озеру меня резко толкнут к дереву и со злостью спросят: — Какого чёрта ты творишь?! Закатив глаза, я спокойно убрал миниатюрную, но сильную ручку со своей шеи, заглянул в глаза Хоуп и ответно поинтересовался: — Сообщение нельзя было написать? — Зачем ты позвал с собой Алису Ченг? Ты же её даже не знаешь! — воскликнула девушка, ударяя себя по бокам. — По сути, я здесь никого не знаю. Ни Лэндона, ни Алису или же тебя. Но именно тебя я хотел узнать хотя бы в этой поездке, — честно говорю я, прислоняясь плечом к дереву. — Зато теперь я знаю, что твой парень не может управляться с механикой. Ты ненавидишь жару. Алиса носит бюстгальтер В. А я же подумываю, что лучше бы съездил один. Без тебя, чем так. Хоуп виновато прикусила губу и хотела что-то сказать, но я опередил её. — Не извиняйся. Похоже, у тебя были причины взять Лэндона. — Были, — кивнула она, выдыхая тяжело воздух сквозь стиснутые зубы. Девушка потопала обратно, сказав: — Через десять минут выезжаем. Я проводил взглядом её удаляющуюся фигурку. В груди заныло откровенно от тоски. Я тосковал по её запаху, вкусу поцелуев, что оставляли её губы и гладкости кожи. Без этого я будто ощущал себя неполноценным, но понимал, что в этом случае мало моих желаний. Не хочу проецировать на Хоуп свою страсть, зная, что её будет — невольная. Мало хотеть сердцем, нужно и понимать разумом. Вообще я делал большие планы на эту поездку, пока не узнал, что бледный дружок Хоуп тоже будет. А Лиззи обмолвилась, что девушка не особо дружна с Алисой, и я не смог удержаться от небольшой шалости. — Ты её хочешь, — усмехнулась Алиса, приваливаясь рядом плечо к столбу дерева. — И получу, — отвечаю твёрдо я. — Правда, придётся потерпеть. — Не обидно, что такой парень, как ты, из кожи вон лезет, чтобы получить её? В то же время, как Кирби даже делать ничего не пришлось, — усмехнулась девушка. — Алиса, я не выше него, а он не выше меня, — говорю я, идя вниз по узкой тропинке. — Просто девушки испытывают большее доверие к интровертам-парням, у которых есть печальная история из жизни. А я же немножко гиперактивный. Ведьмочка резко остановилась и перехватила две мои руки. Не успел я даже отдернуть обратно свои руки, как девушка прочитала рассеивающее заклинание. От кончиков пальцев до локтей проступили разного (от бледно-розового до коричневатого) цвета кружочки размером с пятак. — Это ожоги от сигар. У моей подружки детства был один такой, когда её дядя в нетрезвом состоянии случайно прижёг её руку. Но у неё он слабенький был и не такие круглые и бугристые, как у тебя. Я ещё вчера заметила скрывающее заклинание, когда ты меня пригласил. — Алиса подняла глаза на меня. — Тебя много лет кто-то мучал этой пыткой, Вест. И ты это всё терпел, ради кого-то, да? Ведь у тебя есть ожоги полностью идентичные, что значит ты за кого-то принимал порцию этой пытки. А он же кочевал из дома в дом со своим другом и просто сохранял статус лузера, коим и был. Нередко отец в детстве применял эту пытку на нас. Разбили что-то, отвлекли или же где-то наследили, то получай ожог в руку. Я брал все промахи Отем. Ей было всего четыре, а я тогда уже привык и знал, что девочки плохо боль переносят. Иногда я специально доводил отца, чтобы он не добрался до сестры. И я выполнил, блин, свою миссию. На Отем не было ни одного ожога от отвратительных отцовских сигар и не знала, что это вообще такое. И всё же эту ведьму не касалось моё прошлое. — Ой, малыш, не делай из меня великого мученика, — закатил глаза я, накладывая обратно скрывающее заклинание. Кожа снова стала ровной, чистой и гладкой. — Погнали лучше сделаем отпадное селфи для твоего недобывшего парня. Алиса тут же отвлеклась и, хихикнув, проговорила: — После этих фотографий он точно придёт тебя морду бить. — Пускай приходит. Я буду ждать с психотерапевтом, который ему объяснит, что насилие и агрессия — это не выход, а путь к саморазрушению, — голосом какого-то нравоучительного Святого Отца произнёс я. Девушка прыснула от смеха и потащила меня к озеру, где мы сделали парочку забавных и достаточно секси-фоток, чтобы взбесить бывшего Алисы, к которому она не равнодушна, похоже. Когда мы пришли к машине, то увидели как Лэндон и Хоуп о чём-то переругиваются, но тут же прекратили, увидев нас. Лэндон сел на заднее сиденье, хлопнув дверью, а Хоуп же за водительское. Я сел на переднее сиденье рядом с Хоуп, а Алиса же на заднее с Лэндоном, что отвернулся к окну и ни на кого не смотрел. Снова посмотрел на Хоуп. Внешне она выглядела спокойно, но вот губы чуть подрагивали. Я понял, что пока лучше никого из них не трогать. Выехав из леса, каждый занялся своим делом. Кто-то заснул, кто-то в наушниках. Словно это действительно обычная поездка в какой-нибудь городок. Когда прошло два часа, я не выдержал и сделал погромче одну из любимых песен, что зазвучала из музыкального центра. — Детка, сегодня ночью я охочусь за тобой, Выслеживаю тебя и съедаю живьем, Как животное, животное, как животное, — пропел я, качая головой в такт песне. Обожал эту песню, но кто бы знал, что и Хоуп нравится песня Maroon 5 — Animals. — Да, ты можешь начать сначала, можешь бегать на воле, Можешь найти еще одну рыбку в море, Можешь притворяться, что так должно быть, Но ты не в состоянии держать дистанцию. Я все еще слышу, как ты издаешь звук, Сбивая меня и катаясь по земле. Ты можешь врать, что я напал первый, Но это не так, — мелодичным голосом пропела девушка слова песни. Я улыбнулся уголком губы, понимая, что неприличный текст остался мне. — Если я убегу, этого не достаточно, Ты по-прежнему в моих мыслях. Ты можешь делать все, что хочешь. Мне нравится твоя ложь, я поведусь на нее, Но не перестану быть животным, Который просыпается во мне, когда я внутри тебя, — негромко пел я. — Не думал, что тебе нравится Maroon 5. — А что по твоему мнению мне нравится? — впервые за эту поездку искренне улыбнулась Хоуп, заправляя рыжевато-русую прядь за ухо. Окна в машине были открыты и из-за этого волосы девушки летали в стороны, но она от этого была лишь красивее. Мне нравилось её видеть за рулём своей машины. — Ну-у-у… Всякие баллады о скорой кончине, кантри или же хеви-металл, — хохотнул я. — Не угадал. Мне нравятся кантри о скорой кончине, — пошутила она. — Ладно. Мы ездили с мамой на их концерт пять лет назад. — В этом году в мае в соседнем городе от Мистик-Фолз будет рок-фестиваль. В списках была и эта группа. Если хочешь, я могу достать тебе билеты, — предложил я. — У меня такое ощущение, что ты можешь достать всё что угодно. Этот вариант вероятен. Благодаря моему красноречию, умению находить быстро общий язык и, естественно, обворожительной улыбке у меня было достаточно связей. Я везде всегда был своим в доску, так что достать что-то — проблемой не было. — Смотря, что ты имеешь в виду, — улыбаюсь я, хитро щуря глаза. — Знаю одного польского чувака, который может достать анатомически правильную секс-куклу или же вагон мопсов. Не интересует? — Разве что парочка мопсов, — ответила Хоуп, глядя на дорогу. — А насчёт билетов я подумаю, Вест. — Я всё равно достану. Кстати, не устала за рулём? Давай я поведу. Хоуп не возражала. Да и вообще долгие дороги очень сильно утомляют. — Давайте остановимся, — заныла Алиса, когда мы проехали ещё пятьдесят километров. — Потерпи чуть-чуть, крошка, — попросил я, так как местность рядом была грязной и мне не хотелось здесь останавливаться. — А я не против, — вдруг воодушевлённо сказала Хоуп, перестав печатать что-то в телефоне. Девушка выглядела как кошка, которая поймала жирную канарейку. — Останови, пожалуйста. — Здесь мусор, — упрямо сказал я, брезгливо оглядывая местность, где валялись пустые банки из-под пива. — А иначе мы будем собирать его. — Это ненадолго, — чуть ли не пропела радостно трибрид. Я со вздохом свернул на обочину. Взгляд зацепился за зеркало заднего вида. Сзади нас остановилась балдежная ретро-машина красного цвета. Либо «Камаро» или же «Мустанг». Не мог определить. Но из неё практически вылетел крепкий темноволосый парень, грозно идя к нам. Алиса обернулась назад и зло выдала: — Твою мать. Ка-а-ак любопытно. В особенности, как засияло лицо Хоуп, когда она увидела парня. Что-то не нравится мне эта комбинация. — А что собственно говоря происходит? — с подозрением спросил я. — Это мой тот… — Который мне должен набить морду? — меланхолично поинтересовался я. — Да, — процедила Алиса, выходя на улицу навстречу своему недобывшему. Мы все, в том числе и проснувшийся Лэндон, уставились на заднее окно. Парень, похоже оборотень, начал что-то бурно выговаривать ведьме. Та ему что-то колко отвечала. Как понял они ругались из-за личного пространства. Но мне не давала покоя одна мысль: а как пацан-то узнал куда мы едем, если встречались все возле бара сегодня? И при том так быстро догнал нас. Он должен был с интервалом в двадцать или же тридцать минут выехать после нас. Но тогда бы заблудился, а значит кто-то ему помог. Я скосил глаз на Хоуп. Девушка изо всех пыталась показать равнодушие, но уголок губы дёрнулся вверх. Вот же мелочь вредная. Честно говоря, со мной это редко бывает, но я действительно разозлился. При том очень сильно. И ещё больше я начал злиться, когда парень подхватил счастливую Алису на руки и втащил её в свою машину. Но виду не подал. Ладно, я тоже умею играть в такую игру. — Ба-а-атюшки, мы оказались в центре любовных дрязг и махинаций, — с деланным удивлением говорю я, прикладывая ладони к щекам, как в картине «Крик». — А я даже и не знал, — протянул я, глядя холодно в дерзкие глаза Хоуп. — Извини, старик, но ты у неё не единственный, — с улыбкой сказал Лэндон, хлопая меня по плечу. — Эх, моё сердце будет гореть жуткой агонией… но не долго, — паясничал я, не разрывая зрительского контакта с Хоуп. Девушка отвела первая глаза, а затем пересела на заднее сиденье к Лэндоне. Крепко прижалась к нему и мило поинтересовалась: — Так мы едем или нет? — Да, — кивнул я. Остальная часть дороги прошла практически без приключений. Лэндон с Хоуп сидели на заднем сиденье и миловались, иногда целовались. А я кипел бешенством, но сохранял свой статус сдержанного водителя. Ибо, мать вашу, я спокоен! Не понимал специально это девушка делала или нет, но я жутко возненавидел эту поездку. Но когда под самый конец это «прекрасной» поездки парень притянул к себе удивлённую девушку и глубоко поцеловал её, то я не выдержал. Включил на всю громкость игравшую из колонки песню Dope — Bitch и запел задиристым голосом: — Есть что-то в том, как мы подходим друг другу. Что-то цепляет в этой сумасшедшей суке! Ту, которую я люблю, я ненавижу, Но секс великолепный! Ту, которую я люблю, я ненавижу, Но секс великолепный! Парочка расцепилась, вспомнив — Аллилуйя — что я здесь. После этого они вели себя прилично, хотя я ловил на себе злые взгляды Хоуп и сердитые Лэндона. Тоже мне, блин, любовнички. Да даже у кротов брачный период проходит не так вяло, как у них лобызания! Вскоре мы въехали в город. Это вызвало почему-то удивление у Хоуп. — А мы разве не в лес поедем? — Когда я такое сказал? — произнёс я, сворачивая в центр города. — Ковен, из которого я происхожу, обычно берёт на свои субботние магические сборища либо роскошный отель «Осколок» или же клуб «Чёрная Церковь». Как понимаешь, эти два здания принадлежат ковену и изолируются, когда мы собираемся вместе. Сегодня мы посетим «Осколок», где как раз и переночуем. Я забронировал два номера на одну ночь. — Класс. Но может объяснишь, чем ваш ковен отличается от остальных? — спросил Лэндон, осматривая высотки. — Мы — впитывающие. Не берём энергию на протяжении всей жизни, но в момент рождения мы впитываем в себя один из генов богов. И колдун получает силу своего покровителя. Есть ещё тотемы. Но редко кто может впитать в себя тотем, ибо духи зверей строптивы и не хотят делиться своим и кому-то прислуживать. Животное, друг и защитник, в которого лишь единицы из нас могут обращаться. — И ты один из них, — сказала Хоуп. — Да, — кивнул я, взлохмачивая волосы на голове. Лэндон перевёл взгляд с Хоуп на меня и спросил: — Я чего-то не знаю? — Ничего такого. Просто Вест может оборачиваться в лиса. — Типа гибрид? — усмехнулся парень, а затем закопался руками в свои кучерявые волосы и сказала: — Боже, от этой магии и сверхъестественных форм жизни — голова идёт кругом. Когда мы подъехали к великолепному четырехэтажному отелю из чёрно-матового камня с красной дорожкой, золотым декором и переливающейся в ночи золотисто-серебристой надписи посередине фасада, то уже стемнело. Вокруг стояли дорогие иномарки, «бентли» или же джипы. Машины, что показывали влияние и авторитет своих хозяев. Да, многие из нас не бедствовали. И любили жить на широкую ногу. Мы представляли собой интересную композицию: я с гордо поднятой головой иду в своих дешевых сланцах за шесть долларов и цветастой рубашке, Хоуп, которая всё же переодела мои сланцы на свои ботиночки и плетущийся сзади Лэндон. И всё-таки даже в таком виде нас пропустили, так как я показал и пригласительный и квитанции об оплате номеров. На ресепшене мы получили две ключ-карты: один номер на третьем этаже для Хоуп и Лэндона и другой поскромнее на втором этаже — для меня. — Через двадцать минут буду ждать в холле, — сказал я, когда мы поднялись на лифте на второй этаж. — Магистр будет недолго, так что у нас немного времени. — Хорошо, — кивнула девушка. У себя в номере я первым делом принял душ. Постоять под холодными струями — это то, что нужно было мне сейчас. Не хотел думать, что сейчас делали Хоуп и Лэндон, но мысли неизменно возвращались к ним. К чёрту их! Решив так, я надел черный строгий костюм, белую рубашку без галстука и зачесал свою непослушную волосню назад. Приличия в своём ковене стоит соблюдать. А то здесь глава такой говнюк. Естественно, я спустился раньше них в холл. Успел даже пообщаться со знакомыми ведьмами и колдунами. Они спрашивали почему я перестал появляться, а я говорил, что во всём виновата школа. — Надо же, а ты здесь популярная личность, — сказала Хоуп, подходя ко мне. Одна. — Это побочный эффект неотразимости, — рассмеялся я. — А где Лэндон? — Сказал, что подождёт нас в номере. Нужно было предупреждать, что надо взять с собой нечто официальное, — говорит она, оглядывая огромные каскады хрустальных водопадов, свисающих с зеркального потолка и переливающиеся холодным голубым светом. — И тем не менее, тебе не помешало прийти сюда в джинсах и водолазке, — с улыбкой сказал я. Оглядев зал я увидел высокую темноволосую женщину в изумрудном платье. Та обернулась и кивнула мне. — Пошли. — Это Магистр? — шепотом спросила Хоуп. — Да. Её зовут Миранда О`Брайен, — подсказал я. Когда мы подошли к столику, то женщина встала с сиденья и обняла меня, тепло сказав: — Вестлей, мой нежный лисёнок, как я рада снова тебя видеть здесь. Нам бывает тоскливо без твоего общества. Когда я получу от тебя анкету и смогу дать направление? Я проигнорировал последний вопрос. Не время поднимать такую тему при Хоуп и я не смогу дать честный ответ Магистру. — Магистр, я здесь был лишь шесть-семь раз. Не думаю, что вы по мне соскучились, — с почтением проговорил я, помогая колдунье сесть за стол. Затем я показал на девушку рядом. — Это Хоуп Майклсон. Единственный в своём роде трибрид и дочь Никлауса Майклсона. — Добрый вечер, миссис О`Брайен, — приветливо проговорила Хоуп. — Угу. Я наслышана о уникальном трибриде и вашей семье. Не сочтите, мисс Майклсон, за оскорбление, но я искренне рада, что мне не довелось встретить ваших легендарных родственников. — Понимаю, — кивнула девушка. — Ладно. Перейдем к делу. Усаживайтесь и рассказывайте по какому делу прибыли. Я принесла гримуар, как ты и просил, Вестлей. Но не дам, пока не услышу с какой целью вы хотите его взять, — жёстким голосом сказала Магистр, обдавая нас строгим взглядом. Я кратко, но всё же не упуская ни одной детали рассказал о странных смертях паренька из школы и моей сестры, а затем о том, что мы нашли в церкви и моих подозрениях. Магистр выслушала меня предельно внимательно и серьёзно. — Да, это похоже на чёрных друидов, — медленно сказала она. — Но вся та информация, что ты знаешь о них наиболее правдива. Остальная же мало поможет. — Почему? — спросил я. — Это же бывшие колдуны, что выродились, Вестлей. А характер, как и мотивы, разные у всех. В том числе и у чёрных друидов. Часть человеческого сознания им всё ещё присуща. Так что способ искоренить это древнее зло — вам придется отыскать самим. Но, чтобы вы не мучались в догадках, я зачарую гримуар особым образом. Он вернётся ко мне, как только вы поймете, как решить эту проблему. В воздухе возник огромный талмуд из чёрной кожи и с золотыми символами. Магистр положила руки на книгу и прошептала быстро заковыристое заклинание. По «книжке» пробежались голубые волны, а потом она передала его мне. — Спасибо, — поблагодарил искренне я. — Надеюсь, на этом всё и… — Подождите, — вдруг сказала Хоуп. — У меня к вам один вопрос. — Спрашивайте, мисс Майклсон, — чуть улыбнулась Магистр. Хоуп замерла, словно обдумывая свои мысли, а потом выдохнула: — У меня есть проблема. Точнее у меня и Веста. В нашу первую встречу нас начало как-то противоестественно тянуть к друг другу. Потом так же и… — Странно, что вы удивляетесь, — говорит Магистр. — Ваши натуры идентичны. Звериная сущность, магия ведьм и та тонкая грань, где каждый из вас может спокойно впасть во тьму. Только в вашем случае вы станете — вампиром, а Вестлей если же примет в себя больше тёмной магии — выродится в чёрного друида. — Хоуп кинула на меня быстрый взгляд. — И ваш друид — тоже был одним из впитывающих. Вы с Вестом одиноки среди ваших общин, но вместе вы не уникумы. Так что я не вижу здесь ничего удивительного, что ваши звери потянулись к друг другу. Слышали, что минус на минус даёт плюс? — Спасибо за урок математики, но можно ли как-то это ослабить? — раздражённо проворчала девушка. — Можно, — равнодушно кивнула Магистр, вставая из-за столика. Мы с Хоуп удивлённо посмотрели на неё. — Просто не попадайтесь друг друг на глаза. Вот и поговорили. Ладно, главное, что поездка не была напрасной и гримуар у нас. И хоть с виду он небольшой, но как только я открою замок, то «книжка» тут же в разы станет больше и толще. — Так коробит связь со мной? — усмехнулся я. — Не люблю то, что контролирует меня, — дерзко сказала Хоуп, вскидывая на меня независимый взгляд. Не знаю то ли это усталость от дороги, то ли злость от часового вида Хоуп с Лэндоном, но во мне вдруг поднялась такая агрессия. Поэтому, чтобы не сказать чего-либо лишнего я встал из-за стола и кинул: — Тогда не буду попадаться тебе на глаза. — Вест! Но я уже быстро вошёл в лифт. В своём номере я зло стянул с себя пиджак и собрался было насладиться напитками из мини-бара, как в дверь раздался стук. И я открыл дверь без задней мысли. Правда, я тут же об этом успел пожалеть, когда рёбра с хрустом сломались. Взвыв, я грохнулся на колени и с ненавистью покосился на вошедшего рыжеволосого мужчину. — По-моему, я тебе говорил, Вестлей, что тебе здесь не рады, — усмехнулся отец, шевеля пальцами. Я ощутил, как рёбра зашевелились и разорвали кожу. Кровь пропитала мою рубашки и образовала вокруг меня лужицу. Которая начала лишь становится больше. — Я приехал с приглашения Магистра, — прохрипел я, стараясь не подавится своей же кровью. Собрав волю в кулак, я встал, несмотря на то, что коленные чашечки вдруг стали мягкими и хлюпали от каждого движения ног. — И я уезжаю завтра. — О, а я-то уже решил, что ты собрался просить тебя направить, чтобы выбиться в важные люди, — протянул отец. Неожиданно он резко схватил меня за воротник и прорычал: — Даже не думай, что когда-нибудь станешь членом нашего ковена. Ты сгниёшь в грязи, но никогда не станешь важным человеком в чьей-либо жизни, крысеныш. Ты — ничто. Отец с силой ударил меня в челюсть, из-за чего я грохнулся неуклюже на пол. Переломанные кости разом заныли, как и внутренности. Кровь тягучим ручейком стекала с носа и рта по подбородку. Я мог ему ответить. Отец это знал. И тогда меня выгонят из ковена за то, что я напал на одного из нас на нашей территории. В принципе, папаша на это и рассчитывал. А я из упрямства не дам ему этого шанса. Сам удавлюсь, но не доставлю этому ублюдку такого удовольствия! — Большим ничем, чем ты — мне уже не стать. Так что, выкуси, — с вызовом проговорил я, показывая ему средний палец. В этот же миг все кости на моём теле треснули разом. Я закусил и так разбитую губу до крови, чтобы не заорать от боли. Горьковато-приторный запах коснулся моих ноздрей, а в следующую секунду кожу на шее разъело от конца прижатой сигары. Аромат паленной кожи, крови и сигарет витал в комнате. — Хорошо, что Отем умерла, — процедил отец, идя к двери. — Она хотя бы не успела стать таким же непригодным мусором, как ты. Я не поднялся с пола. Даже когда хлопнула дверь. И продолжал сидеть на коленях, мешая процессу регенерации. Мне будет легче винить те покатившиеся слёзы из глаз на то, что я в таком состоянии. Что мне просто физически было больно, а так-то я неуязвим. Дверь в мой номер вдруг мягко раскрылась. Я отвернулся, догадываясь кто ко мне пришёл. — Вест. — Уходи, Хоуп, — сухо сказал я, утыкаясь лбом в колени. — Я не в настроении болтать. — Вест, тот человек, что вышел… твой отец? — не унималась девушка, осторожно подходя ко мне. Я резко развернул голову и, уже психанув, крикнул: — Прикинь, но да! Не каждому так везёт с отцами или же с семьей. Но это мои проблемы! Мои! Хотя, какая тебе разница? На самом деле тебе неинтересно знать ничего обо мне, как и многим, пока я весёлый и беспроблемный парень! Так что иди к своему парню… а я… — Я вздохнул, отвернувшись от неё. — …а я завтра снова буду тем самым душкой-весельчаком. Просто не трогай меня и… Хоуп вдруг резко села на колени передо мной и обняла бережно моё лицо ладонями, стирая кровавые подтеки с лица. Глаза девушки блестели от слёз. Я пытался отвернуться от неё, так как меня никто и никогда не видел в таком состоянии. Когда я забивался в угол, чтобы залечить раны и не дать повода близким беспокоится о том, что со мной что-то не так. — Уходи, пожалуйста, Волчонок, — потребовал я, обхватывая её руки своими. — Не могу, — тихо шепчет Хоуп. — Из-за связи? Она неожиданно прижалась губами к моим губам. Я хоть и был удивлён, но тоже поцеловал её. Быстро и импульсивно. В этом поцелуе смешался вкус крови и какое-то даже отчаяние. Её руки скользили по моей шее, лицу и закопались в волосы. Наверняка она испачкалась в моей крови. А мои всё ещё не зажившие кости трещали от каждого движения. Во мне просыпалась бесконтрольная страсть. Задыхаясь от углубившего и ожесточившегося поцелуя, я рывком притянул её за талию к себе на колени. Мои губы осыпали поцелуи каждый участок шеи и лица девушки, прежде чем снова вернуться к её теплым губам. — Так, что это? — спросил я, заглядывая в её глаза. — Ты мне нравишься Вест, — призналась Хоуп. Её голубые глаза чуть сияли. — Не из-за дурацкой связи, а действительно. — А… — Пожалуйста, ничего не говори. Я не понимаю сама, чего сейчас хочу. Но в эту минуту я хочу быть с тобой, — попросила она, обнимая меня за шею и кладя голову на грудь. Прикрыв глаза, Хоуп прошептала: — Ещё чуть-чуть. Я ощутил, что к моей магии примешалась ещё чья-то. Раны начали быстрее затягиваться, а внутренности перестали болеть. Обняв её, я уставился в одну точку. Это было даже не начало. Хоуп так прощалась. Порядочно и как-то даже благородно. Она сделала свой выбор. — Ты не поступишь так с ним, — утвердительно припечатал я. — Нет, — всхлипнула Хоуп. — Я не смогу, ведь… ведь он тот самый. Тогда что же ты плачешь? Я подавил вздох и прикусил изнутри щёку. — Не оправдывайся, — улыбаюсь я, гладя её по волосам. — Я же говорил, что приму любой твой выбор. Может, отец прав, и я действительно не стану важным человеком в чьей-либо жизни. Но в моей жизни есть главные люди. Есть ради кого стараться быть лучше и к чему стремится, так что грех жаловаться. Если я в её жизни не «тот самый», то может и она не «та самая», как мне кажется. В конце концов, у меня есть масса грандиозных проектов и гуру в отношениях Итан. Точно! Как приедем, то обязательно устрою какой-нибудь вечер знакомств, где люди там меняются по столикам каждые пять минут. Или же соединить игру в лесу «Догонялки» и «Семь минут в раю»? Чёрт, да что угодно, лишь бы напрочь забыть Хоуп Майклсон.