Княжество тьмы

      Когда уставший за день Вэй Усянь уснул, Ванцзи вышел из цзинши на улицу и активировал голографический дисплей с общим меню системы управления Облачными Глубинами.       – Отобразить изображение с внешних систем слежения в режиме реального времени, – тихо проговорил он.       Перед ним развернулась панорама окружающего мира за пределами территории, которую защищал барьер «Темный нефрит». Как мужчина и ожидал, там царил хаос: по периметру всей границы Облачных Глубин пролегала выжженная полоса шириной около четырех ли. То, что на данный момент никто не пытался пробиться в их с Вэй Ином цитадель, говорило о том, что Бао Ван понял бессмысленность этой затеи и оставил бесплодные попытки разрушить барьер, хотя, судя по полосе отчуждения, старался он сделать это тщательно.       «Хм, судя по остаточным колебаниям, он не применял ничего мощнее молний. Боялся уничтожить Облачные Глубины, потому что только здесь осталась самая большая база информации и технологий нашего времени? В прошлом они так увлеченно сражались с нами, что не заметили, как разрушили мир. Или низвержение планеты в хаос и было их первоначальной целью? Ведь управлять горсткой испуганных людей гораздо проще, чем высокоразвитым многомиллионным населением. Мда… создать свой собственный мир практически с нуля? Почувствовать себя творцом и властвовать над теми, кто изначально слабее? Глупость, но… Это для меня подобное неприемлемо, а они все изначально жаждали власти и возможности устанавливать свои законы. Принадлежность к Совету Сильнейших не давала права творить беззаконие, ведь он был организован для того, чтобы помогать миру развиваться, а не наоборот, и Единое правительство четко ограничивало сферы их влияния и границы дозволенного. Пф… за три тысячи лет они всё же не смогли подчинить себе наш мир. Глупцы… но считаться с ними придется, ведь неизвестно, один Бао Ван выжил или нет», – размышлял Лань Ванцзи, глядя на опустошенные земли.       – Ладно, надо браться за работу, – произнёс он вслух через время. – Активировать спутники над территорией в радиусе тысячи ли, – скомандовал мужчина.       – Работающих спутников над указанной территорией не обнаружено, – ответила ему система.       – Сколько и в каком количестве имеются спутники в целом над всей планетой?       – Ноль.       – Тц… доигрались, уроды… – рассерженно пробормотал Ванцзи, – но, с другой стороны, когда мы отправимся в путь, они не смогут нас быстро отследить, – он вздохнул и проговорил новый приказ: – Отправить жуков на сбор информации в радиусе тысячи ли.       – Выполняю, – вслед за ответом система выпустила множество нано-роботов в форме разных насекомых. Они прошли сквозь барьер и разлетелись во все стороны, передавая в базу изображение территорий, над которыми пролетали. Этот процесс был не быстрым и Ванцзи переключился на следующее дело.       – Восстановить экосистему на пораженном участке вокруг Облачных Глубин. Установить энергетический щит с функцией зеркальной атаки над всей территорией Гусу Лань, – произнес молодой мужчина.       – Выполняю, – тут же отозвался женский голос системы управления.       – Надо было сразу этот щит установить, как я мог про него забыть, – отругал Ванцзи сам себя. – От сильных атак он не поможет, но, по крайней мере, молнии Бао Вана будут возвращаться обратно к нему, и этот старик больше ничего ими не сожжет. Вэй Ину не стоит смотреть на выгоревшие земли, когда мы покинем Облачные Глубины и будем идти по их территории. Жаль, не выйдет сразу переместиться к первому месту назначения. Мир слишком изменился и в моей памяти больше нет привязки к опорным точкам, потому что они теперь выглядят абсолютно иначе.       Посидев еще немного на улице, Лань Ванцзи вернулся в цзинши. Проверил состояние Вэй Усяня и, увидев, что тот спит глубоким сном, отправился в свою комнату. Там мужчина разместился за рабочим столом и погрузился в изучение имеющихся в электронной базе учебников и пособий по ускоренному обучению управлением одним видом энергии. Его учили управлять сразу всеми и это был достаточно долгий процесс, но Вэй Ину следует сперва научиться управлять каким-то одним видом внешней энергии, причем он должен уметь это делать при помощи флейты, раз выбрал ее себе духовным оружием. Еще сама флейта является слишком мощным инструментом по воздействию на окружающий мир, и он понятия не имеет, как ей управлять и какие последствия могут быть. Фемто-частицы мало изучены, хотя изначально были признаны абсолютно безопасными для людей, но крайне сложными в применении и управлении. Эта технология сродни магии и управлять ей можно только силой мысли, но если магическую энергию можно использовать даже интуитивно, лишь имея дар, то в случае использования фемтотехнологии человек должен крайне четко понимать, что он желает получить в итоге. Но зато она открывает такие горизонты, что никому и не снились.       Ближе к рассвету Лань Ванцзи всё же определился с примерным планом тренировок Вэй Ина и, потратив оставшиеся часы до его пробуждения на медитацию и приведение себя в надлежащий вид, отправился на кухню организовать им обоим завтрак. Он решил и сам начать употреблять пищу, ведь, как и сказал Усянь, она и правда вкусная. В стазисе хранилось не только много готовых блюд, но и большое количество всевозможных ингредиентов для их приготовления. Помимо этого, на кухне имелся и синтезатор пищи для особо ленивых или для тех моментов, когда надо быстро накормить огромное количество людей. Ванцзи им не пользовался, но устройство могло оказаться полезным в путешествии. Когда они отправятся в путь, следует захватить с собой один портативный. Мало ли в каких пустынных местах они окажутся, а с синтезатором у них всегда будет еда и вода.       Молодой мужчина принес завтрак и расставил еду на столе в общей комнате. Ванцзи всё еще помнил о том, как в Облачных Глубинах пропагандировали есть только пресную растительную пищу, отказываясь от специй, мяса и сладостей, но в итоге они все перестали есть только плоть убитых животных, заменив ее на синтезированное или искусственно выращенное мясо. В последующие годы все в мире перешли на такие продукты и животноводческие фермы изменили свой профиль, превратившись в лаборатории по выращиванию и синтезу биоволокон для пищевой промышленности.       Лань Ванцзи глубже и глубже погружался в свои воспоминания, и из них его вывела стукнувшая дверь, ведущая в комнату Вэй Ина.       Сонно потирая глаза, Усянь, растрепанный и зевающий, прошел к столу и уселся напротив Ванцзи. Шмыгнул носом, облизнул губы, и осмотрел имеющуюся перед ним пищу еще не до конца прояснившимся после сна взглядом.       – Сколько времени? – спросил Усянь.       – Семь утра.       – Так рано? – удивленно спросил юноша.       – Не рано. Я не буду заставлять тебя просыпаться в пять утра, как было принято в Гусу Лань, но в семь будь добр привыкать вставать, – серьезным голосом проговорил Лань Ванцзи. Сам же он был очарован сонным видом Вэй Ина. Юноша выглядел столь невинно и нежно, что неожиданно захотелось потискать его и, не веря самому себе, поцеловать эти припухшие ото сна губы.       – В пять утра?! Я сегодня в семь случайно проснулся-то... – воскликнул Усянь и остатки его сонливости как рукой сняло. – Я… Лань Ванцзи, если будет нужно, то я научусь просыпаться так рано, но, боюсь, тогда от меня не будет никакого толка, – печально произнес он.       – Достаточно будет вставать в семь. Биоритмы у всех разные и осуществлять столь резкий переход не стоит. Со временем ты научишься обходиться полностью без сна, как я. Но до этого момента еще очень далеко и твоему телу необходим полноценный отдых, – ответил Ванцзи.       – Я понял тебя, – с кивком проговорил юноша. – Сегодня начинаются тренировки?       – Да. Завтракаем, ты приводишь себя в порядок и начинаем занятия, – произнёс молодой мужчина.       Вэй Ин в ответ лишь кивнул и принялся за предложенную еду, параллельно думая о том, как именно его будет обучать Лань Ванцзи.       ***       Тренировки по своей структуре оказались почти такими же, к каким привык Вэй Усянь во время обучения в Юньмэн Цзян. Теоретическая часть, практические занятия, медитации и физическая нагрузка – всё как везде. Но вот само наполнение уроков от бессмертного древнего демона разительно отличалось от всего того, к чему привык Вэй Ин. Первые две недели он почти ничего не понимал и приходилось прикладывать неимоверное количество физических и умственных усилий, чтобы хоть как-то соответствовать установленным Лань Ванцзи требованиям. Юноша еле-еле добирался до необходимых показателей и то лишь благодаря тому, что Ванцзи оказался превосходным учителем, умеющим объяснить простыми словами даже сложнейшие понятия и приёмы. Но было и то, что крайне печалило Вэй Ина – он никак не мог найти для себя ту самую энергию, которой бы сумел с легкостью управлять. Он вновь и вновь обращался к собственным резервам. В случае с мечом и луком проблем не было, так как это оружие изначально было создано таким образом, чтобы самостоятельно использовать определенную ци по воле своего хозяина. А вот флейта… играя на ней боевые мелодии, Вэй Усянь в итоге применял свою энергию, порой выкачивая себя чуть ли не досуха. Сами песни он заучивал с первого раза, но применять их оказалось сложно, и эта сложность заключалась в том, что Усянь раз за разом концентрировался на своем золотом ядре, а не на энергиях внешнего мира. Он не мог переступить через ту тонкую грань, за которой начинался безбрежный океан бесконечной ци мира, имеющей разные виды, переливающейся бесчисленным числом цветов и оттенков. Он научился видеть всё это великолепие, но вот использовать – нет.       Наполненные тренировками, пролетели два месяца и за это время Лань Ванцзи помог Усяню увеличить резерв его золотого ядра чуть ли не в два раза и отточить навыки по использованию своей духовной силы, но всё же они стремились к тому, чтобы Вэй Ин научился работать именно с внешними видами энергии, а у него это всё также абсолютно не получалось.       – Я не могу! Ничего не получается! – кричал Вэй Усянь на тренировочном поле, со злостью сжимая в ладони ни в чём не повинную флейту. Ему хотелось разрыдаться, но гордость не позволяла сделать это при своем наставнике.       – Вэй Ин, ты хочешь всему научиться слишком быстро. Для этого требуется время… – попытался успокоить его Ванцзи.       – У меня нет этого времени! Просто нет! Пока я здесь прохлаждаюсь, там за твоим барьером гибнут десятки тысяч людей! – юноша резко махнул рукой в сторону границы Облачных Глубин.       – Вэй Ин, послушай, если ты так будешь нервничать, то у тебя тем более ничего не получится. Твой разум должен быть чист, не замутнен ни гневом, ни печалью, ни иными эмоциями – только тогда ты сможешь открыть эту дверь, ведущую к внешней силе. Я уже тебе говорил о том, что во время работы в этом направлении ты сам должен пребывать в покое и позволить самому себе стать частью окружающей тебя ци. И… я не смогу исполнить твоё желание, если ты не позволишь помочь тебе.       – Я знаю! Знаю об этом! Но, Лань Ванцзи, ответь, как мне успокоить свой разум, если я знаю о том, что в каждую секунду времени творят псы из клана Цишань Вэнь? Как мне не видеть перед своим внутренним взором картины горящих поселений и зверски убитых людей? Как мне перестать об этом думать? Может быть, ты сможешь научить меня этому? Ты многое видел в своей жизни и столько всего знаешь, ответь же мне! – излишне резко проговорил Вэй Усянь. Лицо его покраснело, словно он был готов заплакать, а ладонь, сжимающая всё еще безымянную флейту, сжалась так, что костяшки пальцев побелели.       – Пусть мне и больше трех тысяч лет, но я не могу однозначно ответить на твой вопрос, – тихо произнес Ванцзи, – это нужно пережить, но у меня было время для страданий, а у тебя его попросту нет.       – Именно… у меня ни на что нет времени… Ни на что! – Вэй Ин ладонью закрыл лицо и рассмеялся. Одновременно злой и обреченный смех разнесся над тренировочным полем, а флейта в его ладони неожиданно начала покрываться черным туманом. – Может быть, мне всё же стоило умереть в той пещере и превратиться в злой дух? Тогда у меня было бы больше шансов доставить неприятности Вэнь Жоханю и его приспешникам? А? Как думаешь, Лань Ванцзи? – Усянь ярко ощутил, как энергия его ненависти и обиды перетекают во флейту, наполняя ее силой, пробуждая скрытые возможности оружия. Это оказалось удивительным ощущением, он еще ни разу не испытывал подобного, когда играл на ней боевые мелодии, используя лишь силу своего золотого ядра. – И правда! К чему все эти тренировки? Желание? Какое, к демонам, желание? Я поверил в сказку, которая просто полная чушь… Может быть, ты вовсе порождение моего сознания, как и всё это место, – он поднял руку с флейтой и повел ей по кругу, указывая на белое тренировочное поле, – а я сам сейчас, по факту, нахожусь где-нибудь в подвалах тюрьмы Цишань Вэнь? Ха! А это больше похоже на правду, чем все твои рассуждения о видах энергий и рассказы о мире, который погиб три тысячи лет назад. Да и ты сам не можешь быть реальным человеком. Таких людей просто не существует… ты не можешь быть реальным… Да… я тебя и всё это просто придумал… просто выдумал… так может быть мне разрушить это место, а вместе с ним умру и я? Создание моего разума умрёт вместе со мной! Прекрасно! Чудесно! Заодно прихвачу и кого-нибудь из Цишань Вэнь на тот свет!       Тело Вэй Ина окутал черный туман ци ненависти. Эта энергия нашла свой выход через флейту в его ладони и, словно живая, текла и обнимала его, пряча за своей колышущейся вуалью белоснежные одежды, что были на нём. Ванцзи пытался докричаться до юноши, но Усянь абсолютно не слышал его, отгородив свой разум от внешнего мира, позволяя ему полностью погрузиться в прогрессирующее безумие, скачками вгоняющее его сознание в бездну отчаяния и душевной боли. Больше для него ничего не существовало, лишь ненависть да боль, которую ничего не могло унять. Песни, что играл для него Ванцзи и мелодии, которые он сам для себя исполнял, лишь на краткое время позволяли облегчить страдания, а по ночам вся боль возвращалась с удвоенной силой, терзая его душу и ломая тело изнутри, разрушая его этой злой энергией.       Ванцзи попытался воздействовать на ци ненависти вокруг Вэй Ина, но та ощерилась сотнями колышущихся темных отростков, направленных на него, не подпуская мужчину к своему создателю. Эта тьма не реагировала ни на одно из заклинаний Лань Ванцзи, и не позволяла никак по-иному воздействовать на Вэй Усяня. Юноша же, не видя никого и ничего перед собой, поднёс к губам флейту и начал играть одну из самых разрушающих мелодий, которой его старательно научил сам Ванцзи. Но он направлял разрушительную силу не вовне, а внутрь себя.       – Вэй Ин! Вэй Ин! Остановись! Ты убьешь себя! – что есть мочи закричал Лань Ванцзи, он уже не пытался влиять на темную ци вокруг Усяня, а позволил ей покрывать и его тело. Сам же медленно-медленно двигался к своему подопечному.       В этот раз Усянь неожиданно услышал Ванцзи, и его взгляд, что несколько минут назад стал огненно-красным и затуманенным, слегка прояснился. Зрачки не потеряли оттенка пламени, но взор стал более осознанным.       – Лань Ванцзи? Порождение моего воображения пытается меня остановить? Ты смешон! – отняв от губ флейту, произнес Вэй Ин.       – Я абсолютно реален! – прокричал мужчина.       – Конечно, реален… в моей фантазии… – и вновь продолжил играть. Вся тьма, что витала вокруг него, начала втягиваться в тело юноши, но, будучи уже преобразованной в полноценную ци ненависти, она более не могла обратно превратиться просто в эмоции, что создали её, и поэтому возращение обратно вызывало разрушения в структуре тела Вэй Ина как на энергетическом уровне, так и на физическом.       – Вэй Ин, нет… не надо… – уже шепотом проговорил Ванцзи, но его никто не слышал. Юноша, забыв о самом себе и своих желаниях, позволил самой вредоносной энергии этого мира убивать себя. – Система! – Лань Ванцзи поднял голову к небу.       – Да, господин.       – Установить над тренировочным полем барьер. Разместить над нами самый объемный накопитель с высшей степенью защиты от утечки энергии, – приказал он.       – Выполняю.       В то же мгновение в небе раскинулась мерцающая голубая сеть, а над Ванцзи и Усянем завис огромный мерцающий красным светом кристалл. Лань Ванцзи помнил один древний способ борьбы с темной ци, но за ненадобностью никогда его не использовал, ведь в их время в этом не было необходимости, а заклинатели из числа тех, кого ему приходилось обучать для исполнения желания, не имели достаточных сил для использования этого приема, да и не нужен он им был.       – Вэй Ин, прости, но будет больно, – Лань Ванцзи собрал всю свою духовную энергию золотого ядра, ведь в данном случае только она могла бы помочь, и направил её ударной волной в сторону Усяня, выбивая всю темную ци из его тела. Половина уже успела впитаться и по коже юноши пошли черные полосы – тьма текла по его кровеносным сосудам и каналам духовной силы. Вэй Ин от силы удара и адской боли, пронзившей тело, выронил флейту и ошарашенным взглядом посмотрел на Ванцзи.       – Ты! Что ты творишь?! – выкрикнул Усянь. Не имея в руках флейты, он тем не менее продолжил вбирать темную ци всем телом, раскинув при этом руки в стороны и опустив голову. – Я хочу отомстить… хочу убить их всех… они все должны умереть в страданиях… я буду мучить и пытать их так же, как они это делали с нами, – вдруг вскинул голову и вперился красными глазами в лицо Ванцзи, и тот не увидел в этом взгляде осознанной мысли. – Ты не помешаешь мне сделать это! Никто не сможет мне помешать! Вэнь Чао, Вэнь Чжулю, я приду за вами, пусть и в виде духа! Я убью всех… всех…       Вэй Ин еще что-то хотел проговорить, но Ванцзи, поняв, что его удар не смог выбить тьму из тела юноши полностью, а та, что ушла, быстро возвращается обратно, резко рванул к нему и заключил опешившего Усяня в крепкие объятия, не позволяющие вырваться.       – Отпусти! – выкрикнул Вэй Усянь.       – Ни за что, – резко ответил Лань Ванцзи и неожиданно приник к губам Усяня в глубоком поцелуе. Обезумевший заклинатель замер, не понимая смысла этого действия, творимого созданием его собственного воображения.       Воспользовавшись минутным замешательством Вэй Ина, Лань Ванцзи принялся переносить всю тьму, что была в теле юноши, в свое собственное. Это было безумно больно и организм сопротивлялся такому вторжению. Он никогда не взаимодействовал с подобной ци в таком огромном количестве и тем более никогда не разрешал ей прикоснуться к своему телу, а сейчас позволил ей заполнить его до краев.       Темная ци всё текла и текла, словно внутри Усяня был целый океан этой энергии. Ванцзи был на пределе, его сознание затуманилось от боли, объявшей всё тело и будто огнем выжигающей его изнутри. А сам Вэй Ин стоял без движения, почему-то перестав сопротивляться и разрешая себя целовать таким странным образом, позволяя забирать эту тьму.       Очень больно.       Непереносимо.       Но он обязан выдержать.       Ведь кроме него, Вэй Ину помочь некому, да и он сам поклялся исполнить его желание во что бы то ни стало.       И вот наконец-то настал тот момент, когда Ванцзи полностью впитал всю темную ци, что образовалась из ненависти и боли Усяня. Мужчина аккуратно уложил на белые камни поля бессознательного юношу, а сам, шатаясь, отошел немного в сторону. Красный кристалл в небе полетел вслед за ним.       – Раскинь над ним щит, – шипя от боли, произнес Ванцзи.       – Исполнено, – и над Усянем замерцал голубой защитный барьер.       Тело Лань Ванцзи скрутило судорогой, и он упал на колени. Тьма начала сочиться из него, не находя для себя ничего доступного для поглощения и начиная покидать непригодную оболочку. Его бессмертное тело не по зубам этой ци, но неприятных моментов это не умаляет.       – Активировать накопитель на поглощение темной энергии, – прошептал мужчина и красный кристалл загудел низким тембром звука. Тут же витающая над Ванцзи энергия взметнулась в воздух, притягиваемая накопителем. Та, что еще оставалась в его теле, начала прокладывать себе путь наружу, прожигая собой новые пути.       Лань Ванцзи кричал так сильно, как ему не приходилось это делать, наверное, никогда. Даже получив известия о гибели младших, дяди, а после и всего клана, он практически молча перенес все те страдания. Сейчас же ему казалось, что его тело пронзают тысячи раскаленных игл – поглощенная тьма покидала его тело таким мучительным для него образом.       Но ничто не длится вечно, так и спустя полчаса эта пытка тоже прекратилась.       – Темная ци помещена в накопитель с высшей степенью защиты от утечки. Куда его поместить? – раздался нежный голос системы.       – В мое личное хранилище, – обескровленными губами прошептал Ванцзи и отключился.       Он пришел в себя на закате дня. Солнце едва начало скрываться за кромкой леса и всё еще достаточно ярко освещало мир. Лань Ванцзи встрепенулся и, пошатываясь, поднялся с каменных плит тренировочного поля, направился в сторону всё также лежащего под барьером Вэй Ина. Убрал щит и опустился перед ним на колени, дрожащими руками беря его тонкое запястье в ладони. Пульс бился неровно, но с уверенным ритмом. На остальную диагностику организма у Ванцзи просто не было сил, но это можно сделать и позже, главное, что его подопечный живой.       – Фух… Тебе просто нужен отдых, как и мне, – пробормотал он с явным облегчением. Еще неизвестно, какие повреждения нанесла эта тьма Вэй Ину, но то, что она не угробила его полностью – уже хорошо. Посидев немного рядом, Ванцзи накопил немного сил и, встав сам, поднял на руки Вэй Усяня, сразу направляясь с ним в цзинши. Им обоим сейчас как никогда нужен хороший отдых.