Разница между случаем и везением

      Первая мысль, появившаяся в голове Роуз, когда она только открыла глаза, было то, что у Канайи Марьям очень длинные и красивые ресницы. Она раздумывала над тем, чтобы прикоснуться к ним. И практически сделала это, уже успев приблизиться на расстояние в несколько сантиметров от неё. Вдруг она застыла в пришедшем к ней осознании. «Канайя в моей кровати».       Она одёрнула руку и залилась краской. «Почему она в моей кровати? ...А. Точно». Последнее, что ей удалось вспомнить, это то, как она положила голову Канайе на плечо и чувствовала себя так комфортно и спокойно, что должно быть там же и уснула. Но лёгкая гудящая головная боль напомнила ей, что её действия прошлой ночь были контролированы одним инородным веществом, очень малым его количеством. По крайней мере, это придало ей смелости приблизиться к Канайе. Это ведь, в конце-то концов, и было тем, на что она и надеялась. «Она в моей кровати. В моей кровати».       Но теперь, когда все эффекты спали, её стало слегка подташнивать. Она была не совсем уверена, было ли этому виной её недопохмелье либо же её тревога из-за такого близкого нахождения рядом с Канайей. И она не могла понять, почему она было особенно встревожена насчёт того, чтобы находиться рядом с ней. Было ли это из-за её зарождающихся чувств? Джейд бы вероятно сказала бы что-нибудь вроде: «Ты боишься любви, Роуз». А затем что-нибудь по типу: «Не бойся».       Роуз просто-напросто не могла с собой ничего поделать. Она чувствовала словно бы некую надвигающуюся угрозу, ожидала, что что-то вот-вот пойдёт не так. И ожидание это заставляло её нервничать. Трепет в её животе тоже особо не помогал. Ей было интересно, так же ли чувствовали все её предыдущие поклонники, пока она их не отшивала.       Головная боль усиливалась, руки немного дрожали. Она было подумала о том, чтобы встать с кровати, но была слишком очаровала спящим видом Канайи. Она выглядела безупречно даже во сне — ни единого волоска не выбивалось из её причёски. Хотя губы её были чуть приоткрыты. Дыхание было ровным и размеренным. Роуз была загипнотизирована этим зрелищем и растеряла всякий ход времени. Из оцепенения её вырвало только тогда, когда Канайя наконец распахнула глаза.       — Доброе утро, Роуз, — сказала она, потирая глаза; её голос чуть надломился. — Как тебе спалось? — Роуз продолжила глядеть на неё во все глаза с выражением чуть ли не шока, ужаса. — Роуз? Ты в порядке?       — М-хм, — было всем, что Роуз удалось выудить из себя, легко кивнув головой, тем не менее, по-прежнему глядя в лицо Канайе.       — Ты уверена? Выглядишь слегка бледной, — подметила Канайя с озабоченным выражением лица. — Ты ведь ничем не заболела? — Она приподнялась, так что теперь сидела на кровати.       В течение нескольких мгновений Роуз по-прежнему оставалась в ступоре, а по их истечению обнаружила свой взгляд, прикованный к груди Канайи, что была прикрыта свободно застёгнутой пижамной рубашкой. Она ярко залилась краской и затрясла головой.       — …А теперь ты выглядишь какой-то красной. У тебя жар? — спросила она, протягивая руку, дабы приложить ладонь ко лбу Роуз. От прикосновения её лица нагрелось и покраснело только пуще, и Канайя хихикнула. — Ну что ж, у тебя есть небольшая температура, но это не жар! — Роуз неуверенно ей улыбнулась и с усилием сглотнула. — Ой! — воскликнула Канайя, отрывая свою руку и хлопая по лицу уже себя. — Прости, пожалуйста! Ты, очевидно, не особо разговорчива по утрам, а я тут забалтывала тебя всё это время! Прошу меня простить. А теперь я заткнусь.       Роуз резко мотнула головой и, наконец, вымолвила:       — Всё нормально. — Она стянула с себя одеяло и села. Её руки ощущались невероятно мокрыми, а головные боли усилились. — Я-я пойду готовиться, — хрипло пробормотала она, прежде чем вскочить с кровати и понестись в сторону ванной.       Канайя с любопытством пронаблюдала за тем, как она скрылась из виду. Роуз вела себя очень странно. В действительности очень странно. Она казалась такой… напуганной. Канайе уже было известно, что у Роуз были некоторые проблемы с тревожностью, но было странно, что сейчас она вела себя так — сразу после вчерашнего вечера, когда была так дружелюбна и мила по отношению к ней. «Может, прошлым вечером она вела себя так, потому что была очень сонной. Может, она проснулась и почувствовала ко мне… отвращение. И на самом деле она не давала мне разрешения спать с ней». — Она покраснела и быстро себя поправила: — «То есть спать рядом с ней».       Она выкинула из головы эти мысли и воспользовалась временем, чтобы вместо этого осмотреть комнату Роуз. В ней царил небольшой беспорядок, но он не был таким плохим, как у Вриски. По крайней мере, здесь не валялось гниющих фруктов. На стенах весело несколько плакатов. Два из них были связаны с «Гордостью Просвещённых», один из которых выглядел похоже на тот, что был у самой Канайи. Рядом висел ещё один постер с изображением нескольких персонажей из «Чарующе Герберт». Ещё один плакат был посвящён симпатичному осьминогу, что она также носила на футболке. На постере было написано «Осьминожки», так что она решила, что так они и назывались. Другая стена была в основном посвящена зоологически сомнительным существам с тентаклями, один из которых был Фтулфу из ГП #2.       В одном из углов комнаты также стоял футляр от скрипки. Канайя вздохнула, размышляя о том, насколько же талантлива была эта девушка во всём, за что бралась. Её тексты были безупречны, она была отличницей, а ещё прекрасно вязала. И теперь она обнаружила, что та ещё и занималась музыкой. «Она наверняка и в игре на скрипке так же преуспевает». Она, однако, решила пока что не спрашивать Роуз об этом. Она и так казалась чем-то жутко взволнованной. За место этого она подошла к её внушительному книжному шкафу. У Лалонд, конечно же, имелись все книги серии ГП, и ещё несколько официальных арт-буков. Были у неё ещё и несколько классических романов, а также пара других Young Adult романов. В самом углу книжного шкафа она заприметила нечто похожее на записную книжку. У неё не то чтобы было название — Роуз просто написала своё имя на самой обложке. Канайя было подумала о том, чтобы глянуть, что там было внутри, но затем услышала шум фена Роуз, исходящий из ванны, и решила, что ей, скорее всего, не захочется, чтоб она его видела. Она оставила записную книжку в покое. Пока она продолжала разглядывать книги, Роуз наконец-таки закончила и вошла в комнату, полностью одетая и готовая идти. Она даже перерисовала свои чёрные губы и стрелки на глазах.       — Я должна извиниться за своё утреннее поведение, — сказала она. — Ты была права — я совсем не утренний человек.       — Всё нормально, Роуз, — ответила Канайя, радуясь, что проблема была такой простой. — И я должна извиниться за то, что заболтала тебя, когда ты была в таком состоянии.       — О, ничего страшного! — настояла Роуз, подбирая некоторые из своих разбросанных вязанных изделий. — Это было довольно… — Она замолкла, но Канайя может поклясться, что слышала, как она мягко сказала «мило». Сунув шарфы и шапки в шкаф, она обернулась к Канайе. — Тебе стоит освежиться. Мать без сомнений примет на себя роль материнской фигуры и скоро начнёт готовить завтрак. Возможно, тебе также перепадёт удовольствие увидеть Дирка в фартуке.       — О боже. Ни за что этого не пропущу, — посмеиваясь, сказала Канайя, собирая вещи, а затем отправилась в ванную. В умиротворении она приняла душ, повсюду сопровождаемая окружавшим её ароматом Роуз. От всего лилось нежным лиловым и сиреневыми запахом; тем не менее, Канайя решила сделать всё быстро, чтобы не заставлять девушку её ждать. Когда она закончила, вдвоём они направились на первый этаж. До них доносились звуки какой-то деятельности из других комнат, но никто из их друзей ещё не встал. Они были первыми, кто появился на кухне, где мать Роуз приготавливала завтрак.       — Доброе утро, — поприветствовала она их с обаятельной улыбкой. После того, Роуз и Канайя ответили ей тем же, она добавила: — Вы две встали в такую спозаранку!       — Мне кажется, что остальные присоединятся к нам в ближайшее время, — сказала Роуз, опираясь на стол.       — Это хорошие новости, — ответила Рокси. — Почему бы вам не присесть за стол, пока я приступлю к завтраку.       — О, нет, мисс Лалонд, — запротестовала Канайя, обмениваясь недоумевающим взглядом с Роуз, а затем вновь оборачиваясь к Рокси. — Мы определённо не можем позволить вам в одиночку готовить на такое большое количество людей. Мы вам поможем. — Роуз нерешительно кивнула.       Роуз и Канайя принялись взбивать яйца и нарезать овощи для омлета, покуда Рокси намешивала тесто для блинов. Роуз оставалась в молчании, пока Рокси с Канайей тут же начали переговариваться. В разговоре Рокси задавала большую часть вопросов, по большей части об её родном городе и семье. Сама Канайя тоже задала пару вопросов: о том, как же Рокси удаётся работать в такой престижной компании и в то же время заниматься домашним хозяйством. Они идеально друг с другом сладили, и Роуз с трепетом наблюдала за ними — за тем, как её мать время от времени гладила Канайю по плечу и шептала что-то ей на ухо, от чего они вдвоём начинали хихикать.       Вскоре после этого пришёл Дирк и по настоянию Рокси надел слегка смущающий фартук. Он взялся за сосиски и жарку бекона. Временами, он вмешивался в разговор Рокси и Канайи. Из детей Дейв был первым, кто проснулся и спустился к ним, а Джейд присоединилась сразу за ним. Вскоре кухня наполнилась детьми, и для Рокси и Дирка стало едва ли хватать места, чтобы развернуться. Они скомандовали детям рассесться за столом, чему они и последовали.       Разные блюда были разложены на разные тарелки, с целью того, чтобы их можно было передавать и поесть в семейной обстановке. Джон смирял блины подозревающим взглядом.       Он тыкнул на них пальцем.       — Эй, мисс Лалонд. Они ведь не сделаны из смеси для блинов от Бетти Крокер, да?       — Господи боже, — проворчал Каркат с набитым ртом. — Просто съешь эти ёбанные блины, они восхитительны. — На секунду он перестал жевать, осознавая какую нецензурщину он только что изверг, что вся комната погрузилась в молчание. Он залился краской. — В-в смысле…       — О нет, Каркат прав, — сказала Рокси с пляшущей на губах улыбкой, что казалось, могла убить. Она перевела своё внимание на Джона и произнесла как можно более нежным голосом: — Тебе стоит просто съесть эти ёбанные блины.       Канайя и Роуз уставились на неё во все глаза, сперва в восхищении, а затем в смущении. Дирк нарушил тишину, хихикнув. Это, должно быть, было заразно, потому как Терези с Дейвом тут же залились смехом. Вриска оперлась на стол, закрыв лицо руками. Её плечи заходились в дрожи, предположительно в попытке сдерживать смех. Джейд была не в силах скрыть своей широкой улыбки, сочувствующе похлопывая Джона по спине, покуда тот застыжено упирал взгляд себе в колени. Рокси засмеялась и уверила его, что просто пошутила и что, если ему станет от этого легче, блины, на самом деле, не были приготовлены из смеси Бетти Крокер. Джон нервно хихикнул и отложил парочку себе на тарелку       Завтрак продолжался довольно долгое время, наполненный болтовнёй и смехом. Канайя подметила, что Роуз стала намного больше похожей на себя саму, гораздо спокойнее. Она даже, казалось, не выражала такой враждебности к своей матери, как обычно.

***

      Было уже около полудня, когда Каркату и Канайе пришла пора уезжать. Вскоре, один за другим разошлись и остальные. Рокси вернулась в свою лабораторию, а Дирк отнёс всю посуду на кухню. Дейв и Роуз помогли ему немного, прежде чем Дейв объявил, что он «сваливает» и умчался в свою комнату. Роуз уж собиралась сделать то же самое, когда услышала просьбу Дирка на секунду вернуться на кухню. Она вновь зашла.       — Да?       — Что это? — спросил Дирк, поднимая в руке практически полупустую бутылку водки.       Не моргнув и глазом, она начала:       — В смысле, это…       — Не надо мне тут вставлять свои жутко умные комментарии, — сказал он, ставя бутылку на стойку. — Тогда сразу перейду к самой сути. Зачем ты это сделала, Роуз?       — …Как ты догадался?       Дирк поднял палец.       — Во-первых: отключилась ты вчера довольно непристойным образом. Образом очень похожим на свою мать, могу добавить. — За это он был одарён высококлассным взглядом. Он поднял второй палец. — Во-вторых: у меня довольно острый нюх. Твоё дыхание сдало тебя. — Роуз скрестила на груди руки, пока он поднял ещё один палец. — И в третьих: ты в большей степени это только что подтвердила.       Роуз ухмыльнулась.       — Неужели бабушке Джона наконец-то удалось передать тебе свои детективные навыки? — Это вызвало у Дирка лёгкую улыбку.       — Очень смешно, малая. Но я всё ещё жду ответа.       — Мне было интересно, какая она на вкус.       — Недостаточно хорошо.       — Я нервничала, — призналась она, отводя взгляд в сторону.       — Посмотри на меня. Насчёт чего?       — Насчёт… того, чтобы заводить новых друзей, — ответила она, смотря ему прямо в глаза; лицо её нахмурилось. Его выражение немного смягчилось, показывая то, что он верит её недомолвке. Он положил руки ей на плечи.       — Для этого есть способы и получше. Для начала, ты можешь принимать свои лекарства, как и положено. И мы правда хотим, чтобы ты получила профессиональную помощь…       — Мне не нужна такая помощь, — твёрдо отрезала она, отдаляясь от него, выходя из зоны его досягаемости. — Я та, кто предоставляет её другим.       — Да-да, знаю. — На мгновение он призадумался. — Это не обязательно должен быть мозгоправ. Это могла бы быть какая-нибудь терапия.       — Я не нуждаюсь ни в какой терапии, — настояла она, прикрывая глаза. — Я прошу прощения за то, что взяла алкоголь без разрешения. И… этого больше не повторится.       — Хорошо. А если повторится — Рокси узнает. Поняла? — пригрозил он, щёлкая её по носу. Она чуть замотала головой и отбила его руки прочь.       — Поняла, — сказала она, как только вновь восстановила своё самообладание. Но Роуз подозревала, что, тем не менее, существовала вероятно того, что он всё равно расскажет об этом матери. Она было подумала, чтобы рассказать ему всю правду, но ей не хотелось, что эта информация была передана Рокси. Она только сделает из этого большое дело, и Роуз больше не захочется иметь с этим дело.       — Ладно. Оставлю тебя в покое. Пока что, — сказал он, по-прежнему выглядя слегка обеспокоенным.       Она кивнула и вернулась в свою комнату. Она подумала над тем, чтобы рассказать об этом Джейд или, может быть, даже Джону, но решила отказаться от этой идеи. То, что Дейв сказал ей ранее, притормозило её. Может, он был прав — может они от неё тоже устали.       В место этого она решила поговорить со своей интернет подругой. Она листала блоги на протяжении практически полутра часа, прежде чем МА наконец залогинилась. — тентаклеТерапевт [ТТ] начал доставать мрачныйАссистент [МА] — ТТ: Привет. МА: Здравствуй Роуз МА: Давно Не Списывались МА: Как Ты ТТ: Да, определённо давно. ТТ: И я в порядке, спасибо. ТТ: Как ты? МА: У Меня Тоже Всё Хорошо ТТ: Приятно слышать. ТТ: Прошу прощения, что так внезапно тебе навязываюсь, но мне просто нужно с кем-нибудь поговорить. МА: Ты Ведь Знаешь Что Я Всегда Здесь Роуз МА: У Тебя Случились Какие-То Проблемы ТТ: О, нет. Не совсем. ТТ: Боюсь, что собираюсь бессвязно побормотать тут. МА: Всё Нормально Я Слушаю ТТ: Есть она девушка. ТТ: Та, о которой я тебе рассказывала, новенькая в моей школе. ТТ: Я, на самом деле, довольно сблизилась с ней. МА: Боже Мой МА: Я Думала Она Тебе Не Нравится ТТ: Я ошибалась на её счёт. ТТ: И мне очень жаль говорить тебе такое так скоро после моего признания тебе, ТТ: Но мне кажется, что я больше, чем просто близка с ней. ТТ: Это произошло так быстро. ТТ: Я начинаю испытывать к ней чувства. МА: ! ТТ: У нас много общих интересов, в особенности, когда дело касается литературы. Она фанатка ГП. ТТ: И мы с ней расходимся во мнениях и многих других делах как раз-таки в нужных местах. ТТ: Этого достаточно, чтобы заставить меня чувствовать себя так, будто она может быть… ТТ: Не знаю. Моей второй половинкой. ТТ: Она дополняет меня. МА: Роуз ТТ: Ещё она очень красивая. Не думаю, что вообще когда-либо прежде испытывала физическое влечение к кому-либо. ТТ: У неё потрясающие нефритово-зелёные глаза, и они всегда так светятся и заинтересованы во всём вокруг. ТТ: Меня никогда прежде не интересовали модные тенденции и тому подобное, но её чувство стиля настолько необыкновенное, и она просто так талантлива. МА: Роуз ТТ: И её голос подобен шёлку, и она говорит так красноречиво, и в то же время иногда запинается о слова и легко становится взволнованной. ТТ: Она так очаровательно смущается. В начале я приняла это качество за мягкотелость, но теперь я полностью окунулась в неё. ТТ: Я ненавижу себя за то, что не дала ей шанса, за то, что не ценила тот факт, что она всегда хотело быть моей подругой. Я была такой самодовольной и эгоистичной. ТТ: Это я та, кто её не заслуживает. МА: Роуз Я МА: Я Не могу Понять Почему Ты Так Расстроена МА: Разве Она Не Разделяет Твоих Чувств ТТ: Я вполне уверена, что разделяет. МА: Тогда В Чём Проблема ТТ: Проблема в том, что… ТТ: Она вызывает во мне такую тревогу. ТТ: Когда мы с ней просто разговариваем или общаемся с друзьями, я не могу с собой никак справиться. ТТ: Но когда я думаю о том, чтобы рассказать ей о своих чувствах. ТТ: Я как будто не могу дышать. МА: Боишься Ли Ты Её Отказа МА: Я Прошу Прощения За Это К Слову Говоря МА: О Том Что Было Ранее ТТ: Не беспокойся об этом. ТТ: И нет. Как я уже сказала, я уверена, что она чувствует ко мне то же самое. ТТ: Это то, что я поняла из её манер, а также из того, что рассказали мне её друзья. ТТ: Но мне кажется, что даже близкое нахождение с ней заставляет меня нервничать. ТТ: Прикосновение к ней вызывает у меня опасения. ТТ: Но раскрыться перед ней — вот что тревожит меня больше всего. ТТ: Близость. Физическая и эмоциональная. МА: Понятно ТТ: Вчера вечером мы устроили вечер кино вместе со всеми нашими друзьями. ТТ: Ей пришлось провести целую ночь в моей комнате. ТТ: Это был идеальный шанс сблизиться с ней. ТТ: Но мысль о том, чтобы сделать какой-то шаг, вызывала у меня неистовую тревожность. Так что я сделала кое-что глупое. МА: ? ТТ: Я взяла водку из ликёрного шкафчика моей матери и смешала её со своими напитками. МА: Что МА: Зачем МА: Я Думала Ты Ненавидишь Алкоголь ТТ: Ненавижу. ТТ: Я просто хотела немного успокоить нервы. МА: Разве У Тебя Не Было Лекарств Простив Твоей Тревожности ТТ: Да, но мне просто нужно было избавиться от своего бедствия. ТТ: Я также нуждалась в этой жидкой храбрости. ТТ: Оно сработало. ТТ: Но оно преждевременно меня усыпило. ТТ: «Непристойно», как выразился Дирк. ТТ: Мне всё же удалось уговорить её поспать со мной. МА: Эм МА: Что Серьёзно ТТ: Ничего не было! ТТ: Хотя на утро моё недопохмелье не слишком хорошо смешалось с моими опасениями по поводу более близких с ней отношений. ТТ: … ТТ: Прости. Я без понятия, почему я так бессвязно бормочу. ТТ: Я ведь даже не прошу совета, я просто хотела с кем-нибудь поговорить. ТТ: Спасибо, что терпишь меня. МА: Я Уже Сказала Тебе Что Я Совсем Не Против МА: Честно Говоря Роуз У Меня Есть Такое Чувство Что У Тебя Всё Будет Хорошо МА: Вы Обе Судя По Всему Идеально Друг Другу Подходите И Если Кто-То И Может Помочь Тебе С Твоими Тревогами То Это Вероятнее Всего Именно Она МА: Может Быть Она Планирует Сделать Какой-Нибудь Шаг В Твою Сторону МА: Возможен Ли Такой Сценарий ТТ: Спасибо за такие слова. Ты всегда знаешь, что стоит сказать. ТТ: Но мне кажется, что во время наших первых встреч, я могла по-идиотски вести себя слишком враждебно по отношению к ней. ТТ: У меня есть такое чувство, что она может посчитать, что я в ней в таком плане не заинтересована, и потому она, вероятно, не станет делать первый шаг. ТТ: Её друзья также наверняка уже ей рассказали, что я склонна отшивать всех поклонников подряд и всё такое. МА: Ну В Любом Случае МА: Думаю В Конце Концов У Тебя Таки Появится Подходящая Возможность МА: Тебе Просто Стоит Расслабиться И Немного Подышать МА: … МА: Я Вообще Никак Не Помогаю Да ТТ: У тебя всё хорошо получается. ТТ: Более чем хорошо. Благодаря тебе я действительно чувствую себя намного лучше. ТТ: Приятно было всё это выпустить. МА: Рада Что Смогла Помочь В Таком Случае ТТ: Это странно. ТТ: Ты напоминаешь мне её. ТТ: Или, скорее, она напоминает мне тебя, учитывая что с тобой я познакомилась раньше. МА: Может Быть Это Потому Что Мы С Ней Единственные Люди Которые Обсуждали С Тобой ГП ТТ: Да, вероятно. ТТ: В этом есть нечто ещё, но это скорее всего основная причина. МА: Можешь Извинить Меня На Минутку МА: Меня Достаёт Мой Друг ТТ: Всё в порядке, мне всё равно стоит прекратить тратить твоё время и просто уйти. ТТ: Ещё раз спасибо, что выслушала. Ты замечательная подруга. МА: Без Проблем Роуз МА: Береги Себя ТТ: Пока. — тентаклеТерапевт [ТТ] прекратил доставать мрачныйАссистент [МА] —       Разлогинившись, Роуз с облегчением вздохнула. Она действительно чувствовала себя намного лучше. Может, ей просто нужно было немного поговорить, побормотать и снять всё это с груди. Ей не нужен терапевт. У неё есть очень хорошая подруга, которая никогда и ни за что её не осудит. Она читает её фанфики, в конце концов.       К слову говоря, Роуз решила, что ей стоит продолжить писать следующую главу её фанфика. Писательство всегда было для неё отдушиной и источником стресса. Так или иначе, прошло уже долгое время с тех пор, как она в последний раз обновлялась, и у неё закрадывались подозрения, что её читатели могли жаждать чего-нибудь ещё. В качестве вознаграждения она могла бы добавить крупинку пошлости. Чуть позже ей надо будет предупредить МА, что ей стоит ожидать новый главы в ближайшее время, и дать ей соответствующие предупреждения. Не то чтобы она станет возражать, конечно.