Прости за любовь

Джехен сидит в комнате долго, пытаясь унять свои эмоции и чувства, в то время как Доен долго стоял под душем, удовлетворяя себя. Казалось, ему было все равно, и он совершенно забыл о том, что наговорил Джехену. Когда он, наконец, кончает пару раз, то все же вылезает из душа и, наспех вытеревшись полотенцем, абсолютно голый выходит из ванной в поисках Джехена. Тот сидит уже в гостиной во влажной одежде и с мокрыми волосами. Доен мягко улыбается, бесшумно подходит к нему и тут же садится на его бедра, широко раздвигая ноги. Он берет его лицо в свои ладони и глубоко целует Джехена, который отвечает ему, а затем отрывает от себя и медленно выдыхает. Хорошее настроение Доена стремительно начинает портиться. - Доен, прекрати это. Я не могу. - С чего это вдруг? Раньше ты был сам не прочь ко мне поприставать. С этими словами он начинает целовать его шею. Джехен шумно выдыхает: - Доен, сейчас все действительно по-другому... Давай поговорим. Доен сквозь поцелуи отвечает: - Я немного занят... Когда ты, наконец, трахнешь меня, тогда я с удовольствием поболтаю с тобой... Джехен снова перехватывает его запястья и отрывает от себя. Доен смотрит на него недовольно. Джехена убивает эта постоянная перемена настроения. - Ты... правда меня ненавидишь? Доен игриво улыбается и смеется: - Ну что ты, дурачок, конечно же, нет. Я тебя люблю. Очень сильно. Как тебя можно ненавидеть, ты же такой потрясающий, хён. Джехен чувствует себя каким-то сумасшедшим - Доен неосознанно играл с ним и его чувствами и вел себя при этом так естественно и непосредственно. - Тогда... Доен, обещай мне, что будешь бороться с болезнью. То, как ты ведешь себя сейчас, вовсе не ты. Это болезнь заставляет тебя быть таким. Доен закатывает глаза, вырывает руки и встает с Джехена. Он останавливается посреди гостиной и зло произносит: - Как вы мне все надоели. То папа сначала что-то бормочет про то, какой я сильный мальчик и что я обязан бороться с болезнью, то Юта талдычит, что это не я, постоянно напоминая о тебе, а сейчас еще и ты присоединился к этому сладкому дуэту и пытаешься взять с меня какое-то глупое обещание. Я не болен! Джехен встает напротив, между ними несколько шагов. - Чего ты хочешь? - Я хочу секса и больше ничего, ясно? Зачем ты привез меня сюда? Дома меня хотя бы хорошо трахали, а ты не позволяешь к себе даже притронуться. Джехен сглатывает: - Что? О чем ты говоришь? Доен издевательски усмехается: - О, ты знаешь, Юта такой хороший друг, готов сделать все для моего счастья и благополучия, поэтому переспал со мной. А еще Джонни, помнишь, был у тебя такой друг? Так вот, он такой сильный и мужественный, а когда прижимает тебя к столу и так грубо толкается в тебя, что у тебя потом даже начинает идти кровь, то просто невероятно... Джехен не выдерживает, стремительно сокращает между ними расстояние и больно хватает за плечи. Он тихо выдавливает из себя: - Ты что, мне изменил? Еще и с этими двумя... Доен продолжает улыбаться: - Да, а что? Ты ведь себя не сдерживал, так почему я должен? Знаешь, в чем моя ошибка? Надо было сразу начать отношения с Ютой, он, оказывается, так превосходен в постели. Особенно когда душит тебя и в это же время втрахивает в постель. Это настолько сильно возбуждает, что от одного воспоминания об этом ноги начинают трястись... Джехен с силой его встряхивает и почти кричит: - Замолчи! Доен на это лишь громко смеется. - Ты не мог так поступить, Доен! - С чего ты взял? Я захотел их, и они были не против сделать это со мной. Мне, знаешь ли, было одиноко без тебя, а они превосходно скрасили мое времяпровождение. Доен видит, как Джехену больно и как его глаза становятся влажными. Джехен напряженно смотрит на него несколько секунд, а затем отворачивается, пытаясь успокоиться. Доен его откровенно провоцировал, и его бесило, что что бы он ни делал, Джехен не ведется и не делает именно то, что ему нужно. Джехен его отпускает и разворачивается спиной к нему, взъерошивая волосы. Доен стоит так некоторое время, глядя в его спину, а затем снова бесшумно подходит к нему, нежно обнимая. Он тихо произносит: - Мне холодно, хён. Согрей меня, пожалуйста. Джехен разворачивается и крепко обнимает его. Доен утыкается в его плечо, вдыхая любимый запах. Джехен всегда был горячим парнем во всех смыслах, и ему постоянно было жарко, даже если в помещении была откровенная холодина, он никогда не болел и даже зимой ходил в тонких куртках и пальто. Доен же был его полной противоположностью - он всегда мерз и поэтому всегда старался тепло одеваться. Джехен привык отдавать ему свое тепло. - Никто не может согреть меня, кроме тебя. Ни Юта, ни Джонни, ни папа... Никто не может отдать мне свое тепло, кроме тебя, хён. Только ты мог всегда согреть меня. Я чувствую себя так, словно внутри меня зима. - Впусти меня, и я разгоню ее. Доен улыбается: - Ты уже там. - Я люблю тебя, Доен. Мне никто не нужен, кроме тебя. Джехен сверлит взглядом красивые губы Доена, мучаясь соблазном, и все же не выдерживает, мягко целуя его. Доен обвивает его шею руками и отвечает. Когда Джехен отрывается от губ Доена, то делает глубокий вдох и медленный выдох, прикрыв глаза. Он невесомо проводит кончиками пальцев по его шее, с болью оглядывая следы от пальцев Юты, разные засосы и укусы. Часть из них уже проходила, а другая была свежей. У Доена была содрана кожа на тыльной стороне ладони, и Джехен нежно целует и там. - Что произошло? Доен смотрит на руку, вспоминая, и отвечает: - Папа дверью прижал, когда я пытался выбраться из комнаты. - А с ногой что? - Бросил в Юту вазу и наступил на осколки. Джехен вздыхает, а затем снова крепко обнимает его: - Тебе нужно одеться. - Возьми меня, Джехен. Джехен, наконец, отрывается от него и мягко произносит: - Доен, ты знаешь мой ответ. Доен недовольно протягивает от обиды, пожимая губы: - Ну почему? Что случится, если мы сделаем это хотя бы раз? - Тебя потянет к другим мужчинам. Доен обворожительно улыбается и виснет на его шее: - Что ж, я даже польщен этим. - Это был не комплимент. - В любом случае, ты же понимаешь, что когда-нибудь я выберусь отсюда, и тогда ты меня не найдешь, тут же горько пожалев о том, что не дал мне того, чего я хочу. Джехена по-странному пугают его угрозы, потому что в глубине души он действительно боялся, что Доен сможет выбраться из квартиры, и тогда он не сможет его найти. - Ты мне угрожаешь? - А что если и так? Что ты мне сделаешь? Джехен отрывает его от себя и идет в спальню, чтобы переодеться в нормальную одежду: - Ты такой опасный, Доен. Он игриво улыбается, пытаясь выглядеть непринужденно и расслабленно, хотя один вид злого и такого надменного Доена его пугает и заставляет нервничать. Доен следует за ним и тут же забирается на постель, ложась на спину. Он внимательно оглядывает обнаженное тело Джехена, пока тот переодевается, и возбуждение волной прокатывается по его телу. Он томно выдыхает и облизывает губы, опуская руку вниз. Джехен стоит спиной к нему. - Тебя возбуждает опасность? Джехен усмехается: - Ну, я встречался с парнем, которому нравился экстрим, и он постоянно ходил в походы в горы. Доен растягивает себя пальцами, прикусив губу. - Ты мне не говорил, что до меня у тебя кто-то был. И скольких же ты успел соблазнить до меня? Джехен замечает его странный тон и оборачивается. Он замирает с футболкой в руке, глядя на то, как Доен ласкает себя сзади, и облизывает губы. Доен смотрит прямо ему в глаза, и Джехен невольно сглатывает. - Ну же, хён, ответь. Сколько их было у тебя до меня? Джехену вдруг это напоминает моменты, когда он сам практически так же заставлял Доена отвечать на его провокационные вопросы. - Двое. Доен выгибается и второй рукой начинает ласкать вставший член. Он тихо стонет: - И кто же из нас троих лучше, хён? Кто заставил тебя терять голову во время секса и буквально задыхаться от возбуждения и удовольствия? Джехен, как завороженный, не задумываясь, отвечает: - Ты. Доен высоко стонет, и Джехен четко видит, как дергается его кадык, а губы становятся краснее от того, как сильно тот их прикусил. Доен выдыхает: - То, как ты смотришь на меня, хён, ужасно возбуждает. Я готов кончить только от этого. Джехен отворачивается, снова вставая спиной к нему, и чувствует, как в паху тяжелеет и начинает ныть. Доен тихо произносит: - Ну же, иди ко мне. Я же вижу, что ты хочешь меня. Я готов тебя принять, Джехен. Хочешь я пообещаю, что смогу вылечиться? Хочешь? Только ты... взамен побудь со мной хоть немного. Джехен хочет закрыть уши руками, чтобы не слышать высокие стоны с придыханием и его соблазняющие речи. Доен сейчас напоминал змея-искусителя, и Джехену стоило немалых усилий не сорваться сейчас к нему. Однако подсознание настойчиво выдавало мысль:"Что будет от того, что ты переспишь с ним?". Наконец, он слышит, как Доен стонет особенно высоко, прикусив губу, - так он стонал, когда получал оргазм, и именно в этот пик удовольствия Доена самообладание и здравый смысл Джехена летят к черту. Джехен резко разворачивается, подрываясь с места, и пока Доен отходил от оргазма, он схватил его за щиколотку и притянул к себе. Доен тут же широко раздвинул ноги, и Джехен целует его с каким-то остервенением и неудовлетворенностью, жадно кусая губы и крепко прижимая к себе. Тот довольно улыбается сквозь поцелуи и стягивает с него штаны с бельем. Джехен подтягивает его к себе за бедра и входит на полную длину. Доен громко стонет и выдыхает: - Сделай это грубо, хён. Ты еще ни разу не делал такого со мной. Джехен вбивается в него сильно и как-то сбивчиво, кусая за шею и плечи и оставляя засосы. Доен, не переставая стонет, и сильно царапает его спину, руки и торс, оставляя кровоточащие следы. Джехен шипит из-за боли - царапины щипали, а Доен продолжал оставлять следы короткими ногтями. Когда Джехен кончает в Доена, тот притягивает его к себе за шею и целует, кончая следом. Джехен тяжело дышит и ощущает, как тело Доена мелко трясется. Спустя некоторое время он слышит довольный тихий смех. Доен выглядит как никогда радостным. Джехен заваливается рядом на постель. Доен садится на его бедра и снова насаживается на член. - Подожди, он же... - Ничего, встанет в процессе. - Это какой-то бред, серьезно... Доен медленно двигается на нем: - Скажи, и стоило сдерживаться все это время? Ты этим лишь доказал, как сильно хочешь меня, только строишь из себя благородного рыцаря. Джехен садится, целует его шею и сминает ягодицы сильными руками. - Я никогда не пытался быть благородным. Это ты, Доен, всегда был чистым и невинным, за что моя мать так обожала тебя. Все очаровываются этой твоей чистой аурой и милой внешностью. - Но я отдался тебе. Только тебе. Так почему ты этого не оценил? - Скажи, а Юту и Джонни ты так же соблазнял? - Твой Джонни только притворяется милым и добрым, а на деле попользовался мной и свалил в закат. Мне даже не пришлось прикладывать особых усилий: я просто походил перед ним без белья, а он уже через секунду трахал меня на кухонном столе. Доен начинает двигаться быстрее, чувствуя, что член Джехена становится все тверже. Джехен смотрит ему прямо в глаза мутным взглядом. - А Юта другой, он... он никогда меня не бросает. Я заставил его сделать это со мной. Но это не отменяет того факта, что в постели он великолепен. Джехен перехватывает его за талию и валит на спину, начиная снова грубо в него толкаться. - Что, решил променять меня на Юту? Доен стонет: - А что если и так? Джехен больно хватает его за плечи, поднимая к себе, и заставляет посмотреть себе в глаза. Доен видит, что он зол. - Ты мой Доен, и даже твоя болезнь не меняет этого факта. С кем бы ты ни спал, что бы ни делал для того, чтобы избавиться от меня, я всегда буду напоминать тебе о том, что ты принадлежишь мне. Доен целует его, схватившись за шею, а затем кусает за нижнюю губу до крови. - Я тебе не вещь, чтобы так говорить обо мне. Джехен усмехается: - Я думал тебе нравится такое отношение к себе. Доен наваливается на него, и Джехен падает на спину, Доен снова насаживается на его член с неким раздражением. Джехен крепко держит его за бедра и шумно выдыхает. Доен с какой-то злостью цедит сквозь зубы: - Ты... тот еще ублюдок, хён. Джехен снова садится, кусает его за основание шеи, обхватывает его талию и начинает двигаться еще быстрее. Доен громко стонет, вцепившись пальцами в его плечи. - Ты сейчас ничем не лучше. - Я болен. - Ты ведь говорил, что ничем не болеешь. Доен злится еще сильнее и кусает за шею, оставляя четкий след. Джехен рычит, ощущая, как это распаляет его еще больше, и он выходит из Доена, слезает с кровати, стаскивая его оттуда тоже и с силой прикладывает его спиной о зеркало. Доен резко выдыхает, и у него начинает кружиться голова от возбуждения и неожиданного удара, а в это время Джехен подхватывает его за бедра, приподнимая над полом, и входит снова. Доен обвивает его ногами за талию и держится руками за плечи, ощущая его мускулы. Он широко облизывает хрящ уха и целует губы. Доен ощущает холодную поверхность зеркала спиной. - Если бы знал, что ты так божественно умеешь трахать, то отдался бы тебе еще раньше. - Боюсь, твоя невинная душа не выдержала бы такого напора. Доен снова кусает его уже за плечо и выдыхает: - Как же я тебя ненавижу. Джехен улыбается: - Я тебя тоже очень люблю. Доен пропускает момент наступления оргазма, и тот довольно сильно и неожиданно накрывает его с головой так, что на мгновение он теряет связь с реальностью и его уши закладывает. Он сильно дрожит, крепко вцепившись в Джехена, тот продолжает толкаться в него, и Доена это сводило с ума еще больше. Джехен вскоре кончает и опускает Доена на ноги. Тот виснет на нем и тяжело дышит. - Что ж... кажется, это был лучший секс в моей жизни. Джехен слабо улыбается и отрывается от него. Теперь Джехена одолевало чувство вины - он потерял над собой контроль, и Доен снова пострадал из-за него. Джехен насильно натягивает на Доена домашнюю одежду после душа и ведет его на кухню, чтобы приготовить поесть. Тот сидит на столе, наблюдая за ним, и болтает ногами. Джехен молчалив и задумчив, и Доен не выдерживает, спрашивая: - Что-то не так? Джехен поднимает на него взгляд: - Нет. С чего ты взял? - Я, конечно, болен и постоянно хочу секса, но я не слабоумный. Я ведь вижу, что ты мучаешься из-за каких-то мыслей. Тебе не понравилось быть со мной? - Что? Нет, вовсе нет. Мне нравится, когда ты со мной, даже если мы не занимаемся этим. - Тогда в чем дело? Джехен не отвечает, продолжая нарезать овощи. Доен не сводит с него внимательного взгляда, а затем его вдруг осеняет: - Мучаешься чувством вины из-за того, что только что сделал со мной? - Нет, все нормально. Доен зло протягивает: - Всегда ненавидел эту твою сторону. - Какую сторону? - Твою скрытность. Всегда делаешь вид, что все в порядке, и ты весь из себя такой неуязвимый Супермен, которому не бывает больно. Все готов скрыть, ошибочно полагая, что защищаешь кого-то таким образом. - Это не так. - Нет, это как раз таки именно так и есть. Если ты так волнуешься по поводу того, что сорвался и занялся со мной сексом, то не стоит. Знаешь, сейчас выглядит все так, будто ты жалеешь, что я вообще появился в твоей жизни именно сейчас, когда у тебя появились деньги, шикарная квартира и машина. Джехен отбрасывает нож и болезненно смотрит на него: - Ты прекрасно знаешь, что это не так. Стал бы я тогда возвращаться за тобой, если бы не хотел видеть тебя в своей жизни? Доен смотрит ему в глаза и понимает, что Джехен прав. - Почему ты просто честно не можешь мне сказать, что тебе тоже больно? Джехен сглатывает, и ему становится тяжело дышать. В горле стоит непонятный ком горечи, и ему становится вдруг невероятно грустно. Доен всегда чувствовал его, даже если сам Джехен не мог понять собственные чувства. Доен слезает со стола и подходит к нему, вставая вплотную, берет его руки в свои и тихо произносит: - Я тебя простил, Джехен. Я все что угодно готов сделать ради тебя, только... не бросай меня снова, прошу. Во второй раз я точно не выдержу, я тогда совершенно точно умру. Джехен нежно обхватывает его лицо руками и утыкается лбом в его. - Я тебя больше никогда не брошу. Поверь мне в самый последний раз, хорошо? Доен кивает, и слезы срываются с его глаз. Джехен вытирает их большими пальцами и говорит: - Ты ведь все еще любишь меня? - Да. Люблю. - Я тоже.