Уроборос

Темно-синее небо, на котором ни облачка, и россыпь просыпающихся ото сна звезд. Сейчас они — полноправные короли небосвода. Шум леса, легкий ветерок будто убаюкивал тяжелые ветви. Зеленым ковром покрыты холмы и склоны. И бесконечное, пугающее и так манящее своей глубиной море. Холодное и беспощадное. Дарящее надежду, когда видишь родные драккары. Дарящее скорбь, когда отправляешь своих родных и друзей в последний путь. Глубина, в которой хочется забыться, в которую хочется прыгнуть с головой. Замерзнуть насмерть. Охладить тело, чтобы горячая душа смогла наконец-то успокоиться. Ветер остужал раскрасневшиеся от слез щеки, успокаивая ее кожу. Как же давно она здесь не была… слишком давно. Хела подошла к краю склона, смотрела вниз на воду. Та билась о берег, каждый раз отступая. Будто хотела достичь той живой земли, но ей никто не давал такой возможности. Воспоминания волной захватили разум, девушка будто снова проживала те моменты из жизни. Чья-то злая шутка, вероятно. Если это козни Зейна, она зарежет его как свинью на праздник. Сунет ему яблоко в горло, а в задницу — вертел. Учиха все так же крепко держал ее руку. Ему не верилось в то, что сейчас происходит. Не хотелось верить во все это. Одно дело слушать рассказы, погружаться в этот мир постепенно. Другое дело оказаться здесь абсолютно неподготовленным, беспомощным перед другой вселенной. Хоть он и не страдал таким ярым скептицизмом, как его протеже, однако о моменте путешествия в другие Отражения все же не особо мечтал. Думал, что это доступно лишь некоторым. Вероятно, не один он сейчас находится в замешательстве. Это радовало. Мужчину немного насторожило, что Хела так пристально смотрит на воду. Ее взгляд был абсолютно стеклянным, лишенным всяких эмоций. Она ответила на его вопрос еще до того, как тот успел сформироваться в его голове: — Я похоронила здесь своих детей. Со стороны Мадары не было ни звука. Он не представлял, какого это, потерять собственного ребенка. Не понимал ее чувств. У него был опыт немного иного характера — смерть Изуны. Думается, ощущение должно быть весьма схоже. Учиха не был мастером разговора на такие темы. Всегда прятал боль внутри себя, закапывал очень глубоко в подсознание, чтобы ее никто не смог найти. Не смог воспользоваться его слабостью. К его удивлению, девушка была совершенно другой, хоть, по рассказам, та была на многих войнах и уж точно должна осознавать ценность самоконтроля. Почему-то она не закрылась ото всех… Или же закрылась? Какая она настоящая? Может, Хела действительно лишь играет с ними. Мадара оценивал ее как своего врага и союзника одновременно. Пытался понять ее точку зрения на мировой порядок, старался решить для себя — пугает она его или же вызывает уважение. В данный момент не понимал, как такой жизнерадостный и яркий человек может так быстро измениться в лице, огонь в глазах так быстро угаснуть. — Если хочешь, сходим на их могилы, — он просто пытался остановить поток мыслей в своей голове хоть чем-то, поэтому и сказал это. — Мы смотрим на их могилы, Мадара. Смотрим на огромную братскую могилу всех людей, что были дороги мне много лет тому назад. Девушка повернулась к нему лицом, встретившись с непонимающим взглядом, пояснила: — Эти земли населяют скандинавы. Что во времена моей относительной «молодости», что сейчас. Просто раньше образ жизни был более примитивнее, если можно так выразиться. Многие наши обряды могут показаться странными и диковинными, однако, такова жизнь во всем ее многообразии. Вон, Хидан как загрузился, когда я ему рассказала несколько историй. Хела тяжело выдохнула, продолжив: — К чему я веду и почему упомянула Хидана. Жизнь тех людей была тесно связана с обрядами, верованиями и религией. Существовали ритуалы погребения, также как и у вас. Одно лишь отличие — мы сжигали трупы. Ну, до того, как я ушла, все было именно так. С тех пор многое поменялось. Было несколько вариантов — сжечь тело на суше или же поджечь ладью с телом. Я выбрала второй вариант. Двух своих сыновей я лично уложила в короткие кронны. Положила рядом их мечи. Меня даже не отговаривали класть рядом ветки ели, ведь больше всего на свете мальчишки обожали лес и запах зеленых иголок. Наверное, спорить в тот момент со мной было делом бесполезным. Помню, все проходило так спокойно. Все эмоции будто выключили, хотя в момент их смерти я кричала так громко, что, кажется, разбудила всех мертвецов в округе. — Они погибли в бою? Девушка молчала. Сложно было говорить об этом. Сложно отпустить то время, перестать себя ругать за беспечность, полностью кому-то довериться, не ожидать удара со спины. Очень сложно. — Не совсем. Они, — Хела набрала побольше воздуха в легкие, — их убили по моей вине. Я не доглядела. Не ожидала, что кто-то осмелиться так вальяжно прискакать на коне и сжечь половину селения. Не ожидала, что, когда я дам ему отпор, ублюдок в отместку проткнет мечом сначала старшего, а потом и младшего ребенка. Мы старались поддерживать мирные отношения, пытались показать, что с нами шутки плохи. Силу моих воинов принимали и считались с ней, но нашелся смельчак, который смог позволить себе такую дерзость. — Ты не можешь быть готовой ко всему на свете. Существуют множество факторов неподвластных никому. Война — вещь непредсказуемая. Мужчина вспомнил похороны брата: белые одежды; повязка на глазах; пренебрежительное отношение клана к Мадаре. Считали, что он силой забрал глаза Изуны, ведь начал слепнуть от использования шарингана. Старейшины посчитали его смерть — просто ходом в политической битве за власть, абсолютно игнорируя чувства Мадары. Впрочем, так было на протяжении всей его прежней жизни до воскрешения. Быть может, судьба дала ему второй шанс? Возможность доказать окружающим правильность своих убеждений, возможность положить конец бесконечному циклу войн в его Тени? Однако, по словам ведьмы, к которым он пока особо не прислушивался, ведь твердости суждений Учиха могут позавидовать лишь камни, его, как она любит выражаться, наебали по-крупному. — Есть одна вещь, к которой я всегда готова. Которую я всегда ожидаю, как старого друга, который давно не заходил в гости. К ней я однозначно подготовлена. — И какая же? — Танатос. Мадара нахмурился. Не понимал, какое слово сейчас произнесла Хела. Она прикрыла глаза. Так простояли в тишине минут двадцать. — Я ничего не чувствую после того, как Обито дал мне то твое лекарство. Физическая боль не такая сильная, как прежде. Точнее, она не приносит того удовлетворения и возбуждения, что раньше. Внутри меня ничего нет: ни злости, ни гнева, ничего, будто я пустой сосуд. Я не понимаю, что происходит. — Счастливчик. Хочу так же, — ухмыльнувшись, сказала девушка. Через несколько минут добавила: — Вообще, — она тяжело вздохнула, — меня удивляет тот факт, что ты каким-то образом помолодел. Тебе же сейчас должно быть около девяноста или даже ста лет. И кстати говоря, почему Черный Зецу позволил тебе выпить его, почему не спрятал остатки лекарства? Не задумывался об этом? Не знаю всей вашей душещипательной истории, однако есть мнение, что шакаленку от крови падальщиков не нужен такой сильный противник, как ты. Почему же он решил позволить тебе восстановить силы, почему Обито держал твое мертвое тело подле себя? Зачем? У Зецу, в свою очередь, в арсенале есть Обито, ведомый самым сильным чувством — любовью. — Не понял, откуда ты знаешь про… — Глаза, — она вымученно улыбнулась, — вас всех выдают ваши прекрасные глаза. Особенно сильно выдают ваш клан Учиха. Человек с такими глубокими глазами не может в одночасье стать мстительным уродом. Кто-то из смертных сказал: «Величайшие грехи человечества были сотворены во имя любви». И этот чудак был прав, ведь любовь обесценивает зло, с ней все теряет границу нравственности и здравого смысла. Этим она и опасна. В этом её трагедия и безграничная красота. Если моя догадка верна, то я в таком случае понимаю Обито, как никто другой. Сама была такой. Да кого я обманываю, по сей день такая. Мадара не успел задать вопрос, как Хела продолжила размышлять вслух: — Черный Зецу начал понимать, что теряет власть над Нагато, а значит и над всеми Акацуки. Тогда почему он просто не переманил меня на свою сторону, окольными путями, почему бы ему не сыграть на моих собственных чувствах, не надавить на самое больное и сокровенное. Нужно было всего лишь подождать, пока я немного вам откроюсь. Заполучил бы сильного союзника. Уверена, он тот еще манипулятор, смог бы вывернуть ситуацию в свою пользу. Даже учитывая то, что прочитала я всех как открытые книги. Почему Зецу так резко рубанул с плеча? Какое событие заставило его пойти на такие радикальные меры? Что, — сделала паузу, — или кто… — Зецу поставлял информацию о тебе с практически с первого дня твоего прибытия в логово, — Мадара начал вспоминать хронологию событий, — сразу после воскрешения, Обито рассказал о тебе вскользь, ты была незначительной фигурой, от которой они справились без моего участия. Почему же Зецу так поспешил с твоим убийством? — мозги, по моему мнению, самая сексуальная часть мужчины и Учиха выгодно начинал ими шевелить в сторону правильных вопросов, — Тебя убили из-за твоего языка, ты слишком много болтала, но одним языком солдат не переубедишь. До него начало доходить. Медленно, не шурша, не спеша. — Ты говорила слишком по делу. Он учуял идеологическую угрозу и убрал тебя в поля. С другой стороны, если бы Зецу действовал скрытно, смог бы, не появляясь у тебя в поле зрения, чтобы ты не узнала в нем потомка Ооцуцуки, в чем я, лично, сомневаюсь, убедить играть по нашим правилам. Почему он поспешил? — Может, испугался. Возникает вопрос, чего именно… Учиха завис на минуту. Обдумывал все сказанное ранее. — Ты действительно вылезла из-под земли? — он не мог поверить, что Хела на такое способна, — И как вообще ты можешь регенерировать потерянные органы? — Да, как зомби в лучшие времена. Ну, у меня есть такая встроенная фишка — незначительные порезы затягиваются почти что на глазах, со сломанными руками и позвоночником подождать следует минут тридцать-сорок, максимум час. Серьезные колотые раны затягиваются чуть быстрее. С оторванными конечностями веселее — отрастают за год- два может чуть больше. В зависимости от степени нанесенного урона. Сжечь полностью тело невозможно, я пробовала, не выходит. Язвы и раны будут присутствовать, разумеется, но вот до обугленных костей далековато. Я не знала, сколько именно потребуется времени на восстановление сердца, думаю, оно выросло слишком быстро, по сравнению с предыдущим разом. Подозрительно быстро. В этот раз что-то поменялось. Хела несколько секунд смотрела на волны, накатывающие друг за другом. — В этот раз что-то поменялось. Пыталась сложить некоторые части головоломки воедино, как учил ее Бенедикт. По маленьким кусочкам восстанавливать целую картину происходящего. Дьявол… — … кроется в деталях… Ну конечно, — девушка широко раскрыла глаза, чуть приоткрыв рот, — Печать. Та сдерживающая печать, что ставил Зейн спала. Вопрос только из-за чего. Меня много раз убивали, но заклинание сдерживало ее, не позволяло силе вырваться. Что-то изменилось. — Тебе не кажется странным то, что твоим дружком пришли монстры именно после твоего воскрешения? Матершинник утверждал, что его бог уже давно в, — Мадара запнулся. Непривычно говорить про Отражения, — моей Тени. Почему… — … Дворы начали действовать именно сейчас? И почему Зейн не разыскал меня намного, намного раньше. Я в ваших краях довольно долго ошиваюсь. — Знаешь, у главы клана Учиха была техника, связывающая его и человека, на котором ставится определенная следящая метка. Она позволяла контролировать эмоции, следить за передвижением человека, быстро реагировать на попытки сбежать или же навредить тому, кто ее поставил. Тебе не кажется, что он поступил таким же путем? Девушка вспоминала, как Зейн постоянно находил ее в любом Отражении, куда бы она не отправилась. Рано или поздно приходил за ней, ломал все ее планы. Светил своей довольной рожей. — А не пришел он к тебе по той причине, по которой ему нужны были человеческие жертвы — сломать замок на стенах его храма. Его заперли без возможности открыть дверь изнутри. Хела посмотрела на Мадару. Кажется, с другой стороны баррикад только что открыли ей глаза на происходящее. Она ведь ощущала частичку его магии в себе, думая, что это печать отсвечивает своей силой. Прикрыла ладонью рот. Пальцы немного подрагивали. — Я знаю его слишком хорошо, — ее голос звучал очень тихо, — следить за мной в его стиле. — Выходит, если печати нет, он не в курсе, где ты сейчас, я прав? Она неуверенно кивнула. — Если наши догадки верны, я смогу очень больно ударить по его самолюбию, — Хела принялась водить указательным пальцем по нижней губе, — Зейн ненавидит Отражение Земли так же сильно, как я его люблю. Если мы в той самой Тени, где я жила, значит, сможем набрать несколько подарочков, но об этом позже. Для начала выясним, в каком из многочисленных миров находимся, затем узнаем, как сюда попали. Я, конечно, могу прямо сейчас переместить нас обратно, но мне интересно, каким именно способом мы добрались сюда. Магии я не применяла, особо не концентрировалась, была движима эмоциями, Тени намеренно не двигала. Ладно, ради эксперимента перенесемся в место, где должен стоять мой дом. А там уж на месте разберемся. Хела глубоко втянула воздух, готовясь совершить скачок. Мадара по старой памяти задержал дыхание. — Приготовься, возможно будет трясти. Секунда и вот они стоят у подножия горы, где растет небольшая полоска зеленых деревьев. В тени ночи было мало что-видно, однако Мадара увидел ярко горящие огни небольшого города. Обилие красок пугало и завораживало одновременно. Звуки проезжающих вдали машин глухим ревом доносились до парочки. Мужчина шумно сглотнул слюну. Хела же пораженно улыбнулась. — Нам несказанно повезло. Теперь перенесу нас прямо в дом, чтобы мы не переломали ноги, спускаясь вниз по камням. Я давненько тут была, уже не припомню всех поворотов и тропинок. Приготовься. Секунда и вот они стоят в темной прихожей. Домик находился на окраине города. Сам по себе небольшой, меньше, чем тот, стоящий в лесу возле убежища Акацуки. На первом этаже было несколько помещений — кухня, совмещенная с гостевой, и небольшая ванная комната. На втором этаже была спальня, ванная и кабинет. Девушка не стала включать свет. Раньше времени палить свой приход она не собиралась. Знала, что за домом наблюдают, поэтому необходимо оставить ее прибытие в тайне на некоторое время. Попросила Мадару подождать ее в прихожей, пока закроет все окна тяжелыми шторами. На ощупь зашла на маленькую кухню, потом, сделав все необходимое, пошла по другим комнатам. Спустя семь минут спустилась вниз. Наколдовала несколько маленьких светящихся сфер, летающий под потолком. Их мягкое темное свечение поначалу резало глаза. Мадара начал свой осмотр. Там, где он сейчас стоял, по левую сторону находился низенький комод со всякими мелочами на нем, какими-то фигурками и миской с конфетами. Рядом стоял прямоугольный пуфик, обтянутый темно-синей тканью. Справа увидел два высоких зеркала — то был встроенный шкаф-купе. Чуть дальше заметил дверь из темного дерева, что вела в ванную. Мужчина снял обувь. Прошел дальше по коридору. Ему определенно нравилась более просторная версия дома. С большими окнами в пол. А не вот это миниатюрное нечто. Хотя, если вытереть тонкий слой пыли будет неплохо. На кухне небольшой столик с двумя стульями, холодильник и черный кухонный гарнитур. Стильно. Обеденная зона плавно перетекала в гостиную. Высокие книжные полки, огромный ковер с коротким ворсом под ногами покрывал практически весь пол. Почти в середине комнаты стоял большой кожаный диван. Низенький деревянный столик возле стены практически пустой. Растений он не обнаружил. — И давно ты здесь не была? Слишком уж тут чисто, думал Мадара. Подозрительно чисто. Хела быстро подняла одну бровь вверх, не встречаясь взглядом с ним. Посмотрела вниз под ноги, немного облизав свои губы. — Я принесу полотенце, сходишь в душ. Вода горячая, холодная. Все как у людей. Для сна одежду выделю. Что-то точно должно быть. А завтра подумаем над твоим образом. Ты должен сойти за туриста. Мадара нахмурился. — Погоди, мы куда-то пойдем? Она хитро улыбнулась, скрестив руки на груди. Не нравилось ему все это. Когда Учиха все же отправился в ванную на первом этаже, Хела быстро разложила диван. Принесла со второго этажа одеяло и постельное. Заняло это минут десять. Остальные тридцать минут, пока Мадара остужал голову под холодным душем и размышлял, почему в доме чистота, девушка вскрывала свой тайник в спальне. В шкафу с одеждой, если осторожно снять заднюю стенку, находился сейф с кодовым замком. Хорошим кодовым замком. Обычным подбором и шпилькой для волос не отделаешься. Отточенными до автоматизма действиями открыла его, нашла пачку наличных денег и конверт А4. Банковскую карточку, лежащую внутри, решила не трогать. Использовать ее пока что не стоило. Любая покупка безналом в этом времени могла лишь навредить. По ней могут отследить ее перемещение. А вот календари она все-таки вытащила. В сейфе лежал простой карандаш, которым девушка завтра отметит точную дату их прибытия в эту Тень. Время научило ее одному очень полезному навыку — записывать каждое перемещение, чтобы ненароком не встретиться с собой же… А вероятность такого события весьма высока, особенно, когда перемещаешься в неизвестно какую Тень лет на сто с лишним назад не без помощи своего маленького секретного умения, разумеется. Как и поступила девушка, сбежав с Земли после выходки Зейна. Собрала вещи и свалила, обрубив все концы и все связи. Осталось понять, в каком именно она находится времени — до того, как якобы умерла, или после. На первом этаже в комоде, за несколько минут до появления мужчины, в выдвижном ящике взяла календарь с отмеченными в нем датами. Числа были обведены красным маркером. Кружок на каждой неделе в разные дни. Приятно удивилась тому, что работа выполняется усердно и без промашек. Также поняла, что временные линии практически сравнялись. Разница в десять лет. Десять лет до того, как она подстроит свою смерть в этом Отражении. Ее отпуск, кажется, подходит к концу. Проблема вот в чем — Хеле нужно постараться не попасться себе же на глаза. Мало ли. А она в душе не помнила, где ее более ранняя версия сейчас бродит. Точно уж не здесь, это понятно, но все же… Открыв дверь ванной, на полу Мадара обнаружил сложенные стопкой свободные штаны, растянутые до безобразия, и огромную мужскую майку. Переоделся. Понял, что выглядит как клоун в этих идиотских розовых штанах с мишками. Как вообще можно растянуть эти уродские штаны до такого безобразного состояния?! Тяжело вздохнул, ведь выбора особо не было и отправился в гостиную, накинув на мокрые волосы полотенце. Девушка сидела на полу, скрестив ноги, и что-то читала. — Почему в доме так чисто? Здесь кто-то убирает? — Если платишь человеку хорошие деньги, он не задает вопросов, — Хела перевела взгляд с книги на Мадару. Не удержала истерический смешок. Выглядел он потрясно, это факт, — Каждую неделю приходит специально обученный человек и убирается. По мере необходимости меняет средства гигиены и стирает вещи, проветривает и тому подобное. — Не понимаю, ты же говорила, что все время находилась у нас в Отражении. Как… — Время в разных Тенях течет по-разному, не забывай. Мадара кивнул. Информация сейчас туго усваивалась, поэтому он решил оставить поток всевозможных вопросов на утро. — Где ты будешь спать? — В комнате, а ты здесь, — кивнула головой в сторону застеленного дивана. — Нет. Девушка нахмурилась. — В смысле? — Я буду спать там же, где и ты. Лягу на пол. Не уходи из поля зрения. — У вас что, у всех на это пунктик? Никуда я не убегу, не переживай, — закрыла книгу и поставила на полку. Потом до нее дошел смысл его действий. Мадаре просто страшно оставаться одному в незнакомом месте. Сказать прямо он об этом не мог, как и любой уважающий себя Учиха. В случае чего, дождется, пока Хела уснет и сам придет спать к ней рядом. Она прикрыла глаза и кивнула. — Ладно, диван большой. Уместимся. Затем двадцать минут мужчина смиренно ожидал, когда она примет ванную. Десять минут после этого пришлось уговаривать его лечь с ней на диван, а не простужать почки на полу. Упертый, как баран, но Хела и не таких уламывала. Ночь прошла без происшествий. Чинно, мирно, благородно. Девушка вырубилась сразу же, как ее голова коснулась подушки. Мадара же несколько минут позалипал в потолок, думая, как он докатился до такой жизни. Он еще не в курсе, что предстоит сделать утром. И слава богу, меньше знает, крепче спит.

***

Часов в шесть утра пара заплутавших в Тенях путешественников была во всеоружии. Хела наколдовала ему модный прикид, чтобы Учиха сошел за туриста. Черные джинсы, теплый свитер и толстая кожаная куртка с начесом внутри. Даже ботинки удалось сделать. Но перед этим произошла целая бойня. — Мадара, пойми же, надо их расчесать и хоть немного уложить. — Нет. — Еб твою мать, я тебя сейчас вырублю, и сама вычешу твою шикарную гриву, если будешь выпендриваться! — Попробуй, — он упирался до последнего. В каждой шутке есть только доля шутки, однако, после уничижительного взгляда, в котором четко прослеживалась готовность провернуть все ранее перечисленные действия, сдался. Потратили они на это занятие около тридцати минут времени. С криками, воплями и отборным матом на всех существующих языках, разумеется. Он уже никуда не хотел идти, если честно. Чувствовал себя униженным и оскорбленным. Когда оба были в сборе, в коридоре начала первичный инструктаж по технике безопасности. — Итак, твоя легенда. Ты у нас турист из Японии. Учти, в этом Отражении знают твой язык, поэтому особо громко не кричи. По сторонам смотришь внимательно, от меня ни на шаг. Твоя армейская выправка понадобится сегодня как никогда. Будут глазеть, не обращай внимания. Делай морду кирпичом, как ты умеешь. Ни с кем в открытую конфронтацию не вступаем, избегаем проблем, — девушка при этом жестикулировала руками, делая резкие движения пальцами в воздухе. Хела пыталась не заржать, пока перечисляет ему список правил. Была уверена, что он впадет в астрал, как только они выйдут на улицу. Очень хотелось посмотреть на его первую реакцию. Открыла входную дверь со словами: — Добро пожаловать в Норвегию, Мадара.