Улыбка главы Цзян!

В привычно тихом и спокойном ордене творится хаос. А всё дело в том, что один юноша в золотых одеяниях, с хорошо известным вышитым на груди белоснежным пионом, сорвался из Пристани Лотоса прямиком в Облачные Глубины, преодолев всё расстояние всего за пару дней. Сразу при прибытии молодой господин начал тревожить адептов возмущенными воплями вперемешку с угрозами, требуя немедленно сообщить о важном деле темному заклинателю, касающегося главы Цзян. Многие ученики Гусу Лань благодарили всех возможных Небожителей за то, что до жути строгий старейшина Лань Цижэнь, дядя двух Нефритов, удалился по неотложным существенным проблемам. И вот перед мальчишкой стоял невыносимо сонный Старейшина Илина, Вэй Усянь. Тот полностью повис на Ханьгуан-цзюне, который, судя по всему, вовсе не был против такого внимания. — А теперь повтори, - заклинатель в темных одеждах устало потер глаза, пытаясь вникнуть в панический поток неразборчивых слов. - Кто там умирает? — Дядя! - всхлипнул Цзинь Лин. — Да-да, я слушаю, - пробормотал Вэй Ин, зевая. Юноша с киноварью между глаз смешно нахмурился, едва сдерживаясь, чтобы не кинуть в Вэй Усяня что-нибудь тяжелое. — Молодой господин Цзинь, - мягкий голос главы ордена Гусу Лань, Цзэу-цзюнь, стремительным шагом направляясь к нежданному гостю, вмешался в разговор. - Что приключилось с главой Цзян? Цзинь Лин, полностью забыв о манерах, повторно было начал свою тираду, однако, увидев лёгкую улыбку Первого Нефрита, молодой господин немного успокоился. Он опустил голову, подбирая правильные слова, параллельно вспоминая что его привело в место, пугающее своим количеством правил. — Дядя...Он...Он! - глубокий вдох, - улыбается! Повисла тишина. Вэй Усянь согнулся пополам, явно стараясь подавить смех, что у него выходило крайне плохо. В попытках утопиться в одеждах Лань Ванцзи, темный заклинатель закашлялся, отстранился и засмеялся так громко, как когда-то на обучении в Гусу из-за весенних книжек Не Хуайсана, что подсунул своему будущему возлюбленному прямо во время отбывания наказания! — Лань Чжань, - обратился к своему спутнику на тропе самосовершенствования Вэй Усянь, продолжая давиться смехом. - Ты слышал? Цзян Чэн улыбается! — Мгм, - привычно ответил Ханьгуан-цзюнь, приобнимая супруга за талию. Юноша в золоте грозно свел брови к переносице. — Я серьёзно! - напряженно воскликнул он, игнорируя движения рук Лань Ванцзи. - Дядя за сегодня ни одного разу не угрожал переломать мне ноги!

***

Четверо молодых заклинателей покинули Облачные Глубины в тот же день. Лань Ванцзи кидал странные взгляды на старшего брата, когда тот проявил большое желание отправиться в Пристань Лотоса с остальными. Цзэу-цзюнь на это только улыбнулся, говоря, что всего лишь беспокоится о состоянии Саньду Шэншоу и нет ничего такого в том, что главе Великого Ордена, у которого и так куча важных дел, вдруг захотелось навестить старого знакомого. Всю дорогу обратно, в Пристань Лотоса, Цзинь Лин никак не мог прекратить паниковать. Юноша неловко хватался за края одежды Вэй Усяня, оправдываясь тем, что тот опять умудрился где-то испачкаться или неосознанно заглядывал в ореховые глаза главы ордена Лань, в поисках поддержки и успокоения. Вэй Ин наблюдал за своим очаровательным и паникующим племянником со смешинками в глазах. Учитывая все события, произошедших в не таком далёком прошлом, поистине улыбка на лице вечно хмурого Ваньиня — чудо. Но стоит ли сильно волноваться из-за того, что Цзян Чэн вдруг начал проявлять свои настоящие эмоции?