По гроб

У меня сейчас урок с НЕЙ. Она-молодая учительница английского и немецкого языков, МОЯ Анна Евгеньевна. Ради нее я хожу в школу, терплю гнобежку учителей, зарабатываю себе синдром отличника. Ради нее. Все началось слишком быстро. Эффектная девушка с огненными волосами, объясняет новый материал. Ее духи с запахом звездной августовской ночи. У меня есть точно такие же. Обнимаемся когда она заходит и уходит. Может даже прямо на уроке подойти и обнять. Сильная и волевая. Однажды случайно подслушала, как она, захлебываясь, кричала другому учителю, который был выше ее на сантиметров сорок, мол: ""Я может и не опытный преподаватель, но мямлиться не буду точно. Уж поверь мне". А потом она увидела меня. Улыбнулась мне, только она так умеет. Будто прямо сейчас хочет раздавить тебя в лепешку, но так нежно, что аж сердце замирает. И эта улыбка была, есть и будет адресована только мне. Ком к горлу от нее подкатывает. Не отвращения, а нежность и боли. "Как же повезло ее парню",-постоянно крутится у меня в голове. Я стою перед входом в кабинет и мое сердце стучит как бешенное. Еще сильнее чем на ее уроках. Всего лишь открыть дверь и сказать заветные слова, от которых ты либо сможешь окрыленно взлететь, либо разбиться об бетон. Скрип двери. -Анна Евгеньевна, можно? Ее фирменная улыбка и распростертые руки говорили о том, что она очень рада меня видеть. -Конечно, дорогая, можно. Тебе всегда можно... Я смогла уловить ее кошачий, хитрый взгляд. Она смотрела на меня с вызовом, но позже, понимая, что играть в гляделки бесполезно, решила уткнуться в тетрадки. -Анна Евгеньевна. Адреналин и смелость в таком количестве прозвучали в моем голосе, что она аж подпрыгнула. -Да? Я слушаю тебя. И она посмотрела на меня. Этого-то я и боялась. Вся смелость вдруг куда-то улетучилась. -Что для вас значит любовь? Этого вопроса она явно не ожидала. Это можно было понять по ее глазам, которые полезли на лоб от удивления. Но она сразу же взяла себя в руки. Это была ее маленькая особенность. -Любовь? Любовь -это любимая статуэтка. Хрупкая и невесомая. Без нее невозможно жить-разбивается она-разбиваешься и ты. Она является прототипом собственного внутреннего мира, всех его страхов, позиций и желаний. Для меня. А для тебя? Погода за окном стала мрачная, противная. В придачу пошел ливень. --Для меня любовь это резкие подъёмы и падения, поддержка и забота, опьянение, полное опьянение чувствами. Американские горки. Напряжение в комнате чуть усилилось. -Ты же не просто так это спросила? Учительница лукаво посмотрела на меня, а я лишь нервно сглотнула. -Я бы хотела вам признаться. Я люблю вас. Я видела. Нет. Я знала, что она хотела мне что-то сказать. Но в этот гребанный момент дверь распахнулась и в нее зашла какая-то пьяная девушка, которая с погода принесла с собой резкий запах абсента с портвеном. В руке как раз была внушительная бутылочка последнего. Она побежала к МОЕЙ Анне и поцеловала ее, закинув руки ей на шею. А по моим щекам стали скатываться горячие слезы отчаяния. Я ожидала этого, но чтобы настолько больно-даже и подумать не могла. Девушка с темными как смоль волосами и яркими зелеными глазами посмотрела на меня и пьяно расхохоталась. -Ооо. Это ты ты самая лучшая ученица моей девушки, которую она терпеть не может? А вот тут слезы уже градом полились из глаз, а я не смогла их сдерживать. МОЯ англичанка начала протестовать и говорить, что это не так, но девушка, отпивая приличный глоток вставила один палец и сказала: -У меня есть аудиозапись. Показать? Она смотрела на меня с явным преимуществом и превосходством. -Ах да, меня зовут Василиса. Она протянула изящную руку. Значит, сволочей теперь Василисами зовут? -Ннет, спассибо,-заикаясь сказала ей я. Я посмотрела на Анну полными слез глазами и прошептала одними губами: - Твои чувства холоднее чем погода в России. А после выбежала из кабинета. Мне кричала предательница что-то в след, но я не слышала. Из-за эмоций. А дальше все как в тумане. Резко падаю с лестницы, слышу ее отчаянный крик. Один один, моя дорогая. Последнее, о чем я смогла подумать.