Fight for justice again

Разъярённая бестия по имени Гермиона Грейнджер, влетела в кабинет своего друга, а по совместительству бывшего парня, и раздражённо бросила стопку писем на рабочий стол. – Гермиона? Что случилось? – обеспокоенно спросил Рон, смотря на брошенный пергамент. – Рональд Уизли, будь добр объяснить, какого хрена, я в очередной раз должна получать угрозы от твоей милой Лаванды?! – максимально заботясь о том, чтобы маска сдержанности не треснула на её лице, Гермиона нависла над младшим представителем Уизли. Мало того, что сегодня она на 20 минут опоздала на собрание глав отделов, так ещё и громовещатели от Браун, которая ну никак не может понять, что между Гермионой и Роном всё давно кончено. Рон, под гневным взглядом девушки, вытащил одно из писем и прочитал про себя: «Добрый вечер, Грейнджер! Как поживаешь? Видела, как ты с моим парнем прогуливалась по Косому переулку. Знаешь, ты не удивляйся, если завтра утром проснёшься покрытой сыпью или с лапами гиппогрифа вместо рук. Перестань липнуть к Рону, а иначе тебе лучше даже не знать, что я сделаю. С наилучшими пожеланиями, Лаванда Браун. ДЕВУШКА Рона Узли» – Мерлин… – Рон потёр пальцами переносицу, откладывая письмо. Если бы этот случай был единственным… Приступы истерики Лаванды были каждую неделю, если не чаще. Сколько раз он разговаривал с ней по поводу Гермионы, но всё без толку. Браун как считала, что Гермиона пытается вернуть их отношения с Роном, так думает и до сих пор, – Я поговорю с ней, – заверил парень. –Да, уж попытайся вдолбить ей, что я не липну и уж тем более «не прогуливаюсь», –показав в воздухе кавычки, – с тобой, а иду на субботний ужин к Гарри и Джинни! Хорошего дня, черт возьми! Громко хлопнув дверью кабинета, Грейнджер пошла к себе, в отдел магического правопорядка*. Там, безусловно, было всегда всё идеально, поскольку глава отдела – Гермиона, и любое дело, за которое она бралась, было выполнение на превосходно. Доехав на лифте до второго уровня и поздоровавшись с несколькими коллегами, девушка быстро шла по коридору, всматриваясь в документы, и не заметила, как налетела на высокую фигуру. – О, прошу прощения. Я очень нев… – подняв голову, Гермиона узнала в парне Блейза Забини, который был немного сконфужен и взволнован. Его глаза бегали из одной стороны в другую, а челюсть была сжата от напряжения, – Забини? Каким ветром ко мне в отдел? –Грейнджер, мы можем где-нибудь поговорить? – даже не здороваясь, резко выпалил Блейз. – Эм, да… Хорошо. Пойдём в мой кабинет, – она махнула рукой куда-то вглубь коридора, призывая мулата идти за ней. Сказать, что она была удивлена его визиту – не сказать ничего. Множество мыслей роились у нее в голове, словно пчелы в огромном улье. Зачем он к ней пришёл? Почему такой нервный? И ни одного язвительного комментария… Странно. Они дошли до кабинета главы отдела и Грейнджер пропустила Забини вперёд. – Я так понимаю, ты не чай пришёл ко мне пить? – она села на своё рабочее место, аккуратно сложив на стол папки и бумаги, которые несла с собой. Блейз сел на маленький диван в углу комнаты. Его немного успокоило то, что Грейнджер не заавадила бывшего сокурсника при первом слове. Блейз всё-таки был одним из ярых «поклонников» Малфоя, а за это, по мнению треклятого Министерства, можно и в Азкабан посадить. Что ж, о Малфое он и пришёл говорить. – Пообещай, что не выставишь за дверь, как только услышишь мой рассказ, – сказал Блейз. Гермиона сложила руки на груди и прислонилась к спинке стула. – Выкладывай. – Помоги вытащить Малфоя из Азкабана. –Что!? Блейз, ты рехнулся? С какой стати я должна содействовать этому? –девушка вскочила со стула, уже намереваясь подойти к Слизеринцу, но Блейз выставил руку в защитном жесте, останавливая разгоряченную девушку. – Но ты ведь это уже делала. – довольно самонадеянно произнес парень. – И что с этого?! Слушай, у меня нет времени слушать этот бред. Я помогла Малфою только потому, что считала это правильным и справедливым проступком. Но сейчас, извини, этот придурок сам сделал все для того, чтобы его отправили в Азкабан. – Грейнджер, выслушай. Всё не так, как тебе кажется. Выжившие Пожиратели хотят продолжить дело Волдеморта. Они пришли к Драко ещё год назад, когда он смог избежать тюрьмы. Ему было предложено снова вступить в ряды Пожирателей Смерти, но он отказался, и тогда они просто начали его преследовать. Он сослал отца и мать во Францию, а сам пытался выведать планы этих конченных ублюдков. Они начали с убийства тех, кто предал Волдеморта, потом стали убивать магглорожденных. А сейчас им понадобились артефакты, которые приписали Малфою, - быстро протараторил Блейз. Гермиона отошла обратно к столу и прислонилась к нему спиной. Она была непоколебима и, казалось, ей совершенно плевать на дела Малфоя. Хотя почему казалось? Оно так и было! – Почему я должна тебе верить? – Потому что это действительно правда. Если бы Драко был причастен к этому, то я, естественно, был бы с ним и к тебе, как к… маглорождённой не пришёл. Гермиона медленно выдохнула, а затем посмотрела на Блейза. Было видно, как она напряженно думала обо всем этом, как внутри нее бились две ее части – отважная, всепрощающая гриффиндорская, которая искренне хотела помочь, и вторая – обиженная девочка, которая до сих пор не может забыть слова слизеринского принца. Ее раздумья затянулись, а Забини смотрел на нее выжидающим взглядом. – Даже если Малфой не имеет к этому никакого отношения, то я всё ещё не понимаю почему именно я должна тебе помогать, – Грейнджер вновь сложила руки на груди. – Потому что… Я могу помочь тебе вернуть родителям память Лицо Гермионы в этот момент Блейз оставил бы в колбочке с воспоминаниями и прокручивал бы его в омуте памяти ещё множество раз. Она была абсолютно обескуражена. Вот уже долгое время ей не удавалось никакими способами восстановить память матери и отцу. Она уже совсем отчаялась найти выход, а тут заваливается этот слизеринец и говорит всё это так, будто за один час сможет сделать то, что Гермионе не удавалось два года. И вообще… – Откуда ты знаешь об этом? – вопрос непроизвольно вырвался наружу. – О, уж поверь, я знаю много информации, которая может где-нибудь пригодиться. Так что? Прости, но времени подумать и все взвесить у тебя мало. Не думаю, что Малфой прохлаждается, сидя в какой-нибудь задрипанной комнатушке, ожидая своего ареста, нам надо поторопиться. Гермиона в задумчивости закусила губу. – Как мне быть уверенной в том, что ты не оставишь меня после освобождения Малфоя? – Непреложный обет устроит? – Нет! – резче, чем следовало выпалила Гермиона. Такие обеты хэппи эндом не заканчиваются, – Я… Я думаю… –У тебя есть вариант получше? – Нет. Но на это я не соглашусь, Забини! А что, если у нас не получится помочь Малфою? – Тогда ты помрёшь, Грейнджер. Всё просто, – Блейз хмыкнул. Гермиона в ужасе раскрыла рот и уже намерилась что-то высказать ему, как дверь распахнулась и в кабинет вошёл Перси Уизли. – Оу, Гермиона, прости. Я снова не пост… Забини? – Перси посмотрел сначала на Гермиону, потом на Блейза и непонимающе вскинул брови. Мулат подумал, что слишком много удивительных взглядов приходится на его персону сегодня. Как будто его первый раз в Министерстве увидели… А он, между прочим, пару раз был лучшим работником месяца! Кстати, работает он под каблуком у Поттера, в Авроратском отделе. – Привет, Перси, – как можно более спокойно поприветствовала коллегу девушка. Она мило улыбнулась ему, будто Забини и не был каким-то неожиданным гостем в её кабинете, – Что хотел? Уизли моргнул, отрывая взгляд от мулата, – Я тут… э-э…. В общем второго числа у нас праздничный вечер в Министерстве. Кингсли лично попросил передать тебе. – Конечно, я помню, – Гермиона кивнула ему и посмотрела на Блейза, до сих пор хранившего молчание, – Блейз, я напишу тебе ответное письмо, и тогда… мы всё согласуем. – Ладно. Тогда до встречи… Гермиона. Забини вышел, закрыв за собой дверь. Перси вновь непонимающе посмотрел на Гермиону. – Потом, Перси. Всё потом…