Скованные

      Прошло несколько дней с того инцидента. Несколько гребаных дней, а он так и не смог увидеть ту фею, чтобы разъясниться с ней. Что она с ним сделала? Он не мог выполнять задания Розалинды, не мог проводить время с Беатрикс и Дейном. До встречи с этой феей разума его чувства словно были под какой-то плёнкой. Как те пакеты, куда он складывал табак. Всё обострилось. Он больше не хотел принимать участие ни в каких интригах. Она точно что-то с ним сделала. Эта фея определённо скрывалась от него. Как только он начинал чувствовать её присутствие, его тело будто бы отзывалось на ее магию. Пропускало тысячи электрических разрядов. Но как только он оборачивался или начинал искать её нелепую причёску среди толпы студентов, оно исчезало. Тупая сука. Она заставила его тело ненавидеть его душу, да так, что хотелось лезть на стену и кричать. Он много курил, таскался со своей фляжкой с крепким алкоголем, но не помогало. Но Ривена это беспокоило меньше, чем Розалинда. Её действия пугали его. Теперь специалист не был готов делать всё, что она только прикажет. Она готовилась к войне, она плела интриги со своими союзниками, прикрываясь школой. Но её плана действия он не знал. Беатрикс тоже молчала, считая его ручным котом. Так и было. Раньше. Теперь при виде Розалинды он приходил в ярость. Он хотел придушить эту грозную фею своими собственными руками. От Беатрикс его тянуло блевать. Больше не было того слепого обожания, которое появилось после встречи с её протеже. Оно исчезло, словно по взмаху крыльев феи. Феи. Он бы вырвал крылья этой фее разума за то, что та копалась в его голове, заставив смотреть, как они трепыхаются в его руке. Жаль, что эволюция сделала это первой. Это зрелище определённо принесло бы ему удовольствие.       Ему нужно было с кем-то поговорить, но он не верил никому. Разве только в этом дело? Окей. Никто не станет говорить с ним из-за его репутации. До прихода Розалинды к власти он не мог похвастаться большим кругом друзей, теперь — тем более. Единственный человек, который остался, — это Скай. Но тот избегал его. Да они с этой Музой сговорились? Ему было тяжело признать, но ему была нужна помощь. И как бы боль не была сильна, она была лучше прежнего тумана. Ведь он смог вновь обрести свои чувства.       Они столкнулись с другом в коридоре, когда тот о чём-то шептался со своей новой подружкой. Блум. Из-за неё начались все беды, а этот белобрысый индюк готов заглядывать ей в рот, ради её улыбки. Дерьмо. Когда Ривен позвал его, Скай сделал вид, что ничего не было. Рыжая окинула его взглядом, мол, подойдёшь, сожгу тебя, превратив в пепел. О, детка, мой огонь уже сожрал меня изнутри. Тебе не тягаться с ним. Он обогнал их, оказавшись прямо перед другом.       — Что тебе нужно? — сколько желечи в голосе. Она ему совсем не шла. Ривен — главный ублюдок в школе, а не он. Скай — объект всеобщего обожания. Скай — любимчик Сильвы. Скай — миленький и заботливый мальчик. Не такой, как он.       Ривен выглядел хуже, чем обычно. Либо у него была ломка, либо он наоборот перекурил своей дрянью. Либо он слишком хороший актёр и опять решил надавить на него своими жалобами на ничтожную жизнь. Как делал всегда, когда косячил. Когда что-то шло не по его плану. Придурок.       — Чего ты хочешь? — молчание друга раздражало Ская. Какого чёрта он притащил его сюда. Что ему нужно? Ему и так хватает проблем по горло, начиная с возвращения отца, заключением Сильвы и заканчивая узурпаторством Розалинды.       Ривен закрыл глаза, сдавив руками виски. Чёрт возьми. При упоминании имени новой директрисы в его голове происходили какие-то странные химические реакции. Мигрень мучила его уже несколько дней. Он подошёл к месту, где недавно стоял его, наверное, всё-таки бывший друг, привалившись об парту. Ещё чуть-чуть и он потеряет сознание. Он уверен.       — Ривен, твоя актёрская игра ничтожна, как и всегда. Тебя прислал мой отец, верно?       — Какая, блять, ещё игра! — он ему не поверил. Конечно, не поверил. Эта феечка промыла ему мозги. Наверное, ещё и свою подругу подключила для этого. Он же такой плохой, злой. Не друг её обожаемому принцу. Сука.       — Заканчивай, Ривен. Ты — грёбанный предатель. Ты знал, что мой отец жив, но нихрена не сказал об этом. Ты знал, что планирует твоя чокнутая подружка. Наверняка, ты знаешь, куда пропала директриса Даулинг. Но продолжаешь молчать! Кто ты после этого? Ты всегда думал о себе, как бы самому остаться чистым, но не о других. Посмотри, что стало с Алфеей. Это же хренов военный лагерь. И ты приложил к этому усилия. Только ты виноват в своих бедах. Только ты!       — Я не знал, что твой отец жив, — прохрипел Ривен. — Я бы никогда не предал тебя, Скай. Мне нужна поддержка, а ты бегаешь за своей огненной феей и…       — Не говори ни слова о ней! — о, значит их платонические отношения уже переросли в нечто большее. Скай так быстро смог забыть свою бывшую подружку? Чёрт. Боль. Если бы он не чувствовал её сейчас, то, возможно, смог выдать какую-нибудь остроту. Но она сковывала его в тиски, не давала спокойно мыслить. — О какой поддержке ты можешь говорить? Я всегда был рядом с тобой! Всегда! — Скай выдохнул, сжимая кулаки. Может физическая боль затмит собой эмоциональную? Сейчас он бы не сопротивлялся, если бы специалист заехал ему кулаком в челюсть, а потом в живот. Он заслужил. Но боль лишь ненадолго притупит это непонятное чувство, сжирающее его, но потом всё станет прежним. Тем более, специалист вряд ли его ударит. У него же свой кодекс чести.  — Ты — конченный эгоист, Ривен. Спасай себя сам       Он ушёл. Ривен звал его, но Скай даже не обернулся. И что он хотел добиться этим разговором? Я был под гипнозом сумасшедшей фанатички, а моя девушка оказалась настоящей змеёй. Наверное, с этого нужно было начать разговор. Скай — его единственная семья. Единственная опора и поддержка. Только он помогал ему не сдаваться. Помогал принимать правильные решения.       Ты — грёбанный предатель.       Он бы никогда не предал лучшего друга. Теперь он точно знал, что это был гипноз. Розалинда заставила его подчиняться своим прихотям. А он слабак и трус. Сразу же склонил голову, даже не пытавшись бороться с этим. А эта фея. Эта фея разрушила чары. И принесла муки совести и страдания. И Ривен не понимал, что делать с этим.

***

      — Ты узнала, что со Стеллой? — защебетала Терра, как только Блум оказалась за их столом. Фея огня небрежно бросила поднос с едой так, что некоторая её часть осталась на нём. Муза спустила наушники, пытаясь сосредоточиться на разговоре, а не на эмоциях подруг. Это слабо получалось. Её силы плохо восстановились после той встречи с этим специалистом. Будто их часть осталась вместе с ним, не желая обратно возвращаться к своей истинной хозяйке. Поэтому она плохо контролировала магию, стихийно врываясь в головы людей.       — Она в порядке. Скай сказал, что королева вернула её в их дом. Но она не навредит собственной дочери, — рыжеволосая покрутила в руке яблоко и добавила. — Мы так думаем       — Ты раздражена не из-за Стеллы, верно? — яблоко в руке Блум загорелось, оставляя о себя лишь обугленный огрызок. Девушка отрицательно махнула головой, словно решаясь говорить о случившемся или нет. Наконец, она швырнула остатки фрукта на поднос, продолжив.       — Когда я разговаривала со Скаем, к нему подошёл Ривен. Он выглядел, будто немного не в себе. Скай сказал, что встретится со мной, как только разберётся с ним. Вдруг его прислала эта Розалинда, или отец Ская?       Ривен выглядел, будто немного не в себе. Муза чувствовала его все эти дни. Он искал её, а она его упорно избегала. Они будто играли в прятки по всей Алфее. Она даже предложила свою помощь Сэму в изготовлении лекарств, но после нескольких неудачных попыток они решили оставить эту идею. Она чувствовала злость Ривена на неё, а ещё его боль и непонимание происходящего. Он был словно младенец, который только появился на свет. Её всплеск магии будто разбудил его ото сна. Но он должен быть благодарным, а не испытывать ненависть. Его ненависть. Она чувствовала её, иногда даже срывалась на знакомых по пустякам. Однако Музу интересовало нечто другое. Стена в его сознании, которую она разрушила. Она встречала людей, которые собственноручно выстраивали её. Она была непробиваема, она скрывала истинные желания человека. У Розалинды была она. Как только Муза попыталась считать её эмоции, она тут же выкинула её из своей головы. А потом ещё заставила сражаться со Стеллой. Мстительная дрянь. Из-за этой старой феи она чувствовала себя никчёмной. Новая директриса прямым текстом сказала ей об этом, Муза боялась, как бы она не отправила её домой. Дом. Она не хотела туда. Её семья, точнее её отец, много значил для неё, но он всё ещё не справился с утратой матери. А его печаль убивала её, пусть он и не хотел этого. Она не может туда вернуться. И пусть её магический дар бесполезен, она может сражаться. Её успехи на поле боя были выдающимися. Гордишься этим? Нет. Просто это единственный шанс доказать себе, что она чего-то стоит.       — Муза! — Аиша щёлкнула перед её лицом пальцами. Она снова ушла в себя. Девушка извинилась перед соседками, подскочила с места, сильнее надвигая свои наушники. Они поймут. Должны понять. Она не может находиться здесь, иначе превратится в спящий вулкан, который вот-вот проснётся.

***

      Он вышел из кабинета, как только боль отпустила. Облегчение приходило неожиданно, и оно накрывало получше всякой травы. Два нелепых хвоста прошли мимо него, прижимая руки к наушникам. Это она.       — Стоять! — выкрикнул он. Точно она. Его тело отозвалось на магию, сидевшую глубоко в ней. Фигура в коротких джинсовых шортах замедлила движение, резко обернулась. Фиолетовый свет зажегся в её глазах. Этот блядский фиолетовый. Она не посмеет снова сделать это. Он поймал её, он выиграл. Мышка в клетке, и он захлопнул её, выкинув ключ за пределы. Ривен не намерен больше играть в эти прятки. Он направлялся к ней, пытаясь сосредоточить свои мысли. Хотела больше эмоций? Получай. Его разрывало от них. Давай фея разума, почувствуй весь мой спектр. Почувствуй, что ты сделала со мной. Да лучше бы он нихрена не чувствовал! Лучше бы он так и остался безвольным овощем. Но она сложила руки на груди, будто чувствовала себя королевой ситуации. Но победитель здесь один, ясно? Он.       — Подойдёшь ближе, пожалеешь, — эта угроза так нелепо прозвучала от неё, что он усмехнулся. Да что она ему сделает? Худшее, уже произошло. Но он всё равно встал в трёх метрах от неё в идентичной позе. Он не боялся её, нет. Но мало ли, что ещё придумает эта фея разума.       — Что ты тогда сделала? — Муза спустила наушники, бегло осматривая специалиста. Он и вправду выглядел слегка помятым. Но это не её магия. Она считывает эмоции и чувства, но не может влиять на них. Точно нет. Он повторил свой вопрос. Уже более раздражённо. Его раздражение передалось ей, она ущипнула себя за руку, пытаясь вернуться в прежнее эмоциональное состояние. Попытка была неудачной.       — Открыла тебе глаза, — пожала плечами девушка. Фиолетовый свет перестал сиять. Ривен увидел её глаза без магии. Такие тёмные. Словно тьма. Заволакивающие, словно бездна. Любой утонет в их черноте, поражённый своими страданиями. Но не он.       — Открыла глаза? На что?       — На то, какое ты ничтожество, — словно яд, выплюнула фея. И это было последней каплей. Он надвигался на неё, словно охотник на свою жертву. Она сменила позу, поставив ноги шире и поднесла руки к лицу. Он застыл в удивлении. Она собирается драться с ним? Он криво улыбнулся, представляя это зрелище. Эта коротышка с двумя хвостами и специалист, которого учили сражаться с самого детства.       — Мышка, и что же ты сделаешь? — Вот что. Точный удар пришёлся ему прямо в нос. Мышка превратилась в дикого зверя. Он слегка потерял координацию, качнувшись в сторону. Но быстро пришёл в равновесие, оглянувшись вокруг. Коридор был пуст. Его бы репутации точно пришёл конец, если бы кто-то увидел, как его отделала фея разума. А она точно та, кем себя выдаёт? А она случайно не фея точных джебов? Девушка видимо сама не ожидала от себя такого. Она встряхнула рукой, которой нанесла удар, удивлённо уставившись на Ривена. Но она не почувствовала в нём ярости, которая была раньше. Видимо, все его отрицательные эмоции оказались в ней.       — Соглашусь, это было неожиданно, — он пальцами сжал переносицу, пытаясь оценить ущерб, причинённый ему. Нос не сломан, а это главное. Фея продолжала стоять на месте. Снова фиолетовый. Если он ещё раз увидит этот цвет, его рвотный позыв сработает до того, как он окажется в уборной. Почему он не злится? Почему ведёт себя так, будто это так и должно быть. Ривен сжал кулаки, пытаясь вызвать гнев. Это она. Она снова копалась в его голове. — Ты — конченная психопатка!       — Ты сам виноват. Это твой гнев, а не мой, - ах вот так. Просто удивительно. Прилив спокойствия неожиданно накатил на него, с головой окуная в свой омут. Она в его голове. Снова. Но боль так и не появилась. Он не про физическую, а про ту, которая мучала его эти дни. Она не могла отрицать, что чувствует то же самое. Муза перевалилась с ноги на ногу, поправив лямку рюкзака, который сполз с её плеча. Беги, дура. Пока он снова не одичал. Пока не вернулся в своё типичное состояние. Он не мог сдвинуться с места, путаясь в этом безумном блеске глаз цвета орхидей. Нет, фиолетовый точно цвет безумцев. А она окунулась в его серые. Они были пустыми. Туманными, как дым из его косяков.       Всё произошло слишком быстро. Она, смерив его презрительным взглядом, развернулась, натянув наушники. Он продолжал стоять в коридоре. Она чувствовала. Здесь был Сэм. И ей не удастся убежать. Действительно, через несколько секунд парень появился в стене того кабинета. А ещё чуть позже приветственно поцеловал её в макушку. Они перестали скрывать их отношения после того, как парень чуть не пог… . Когда Сэм пострадал от рук Сожженного. И Муза не чувствовала никакого дискомфорта от этого, потому что её тревожил другой. Всем было плевать на образование новой пары. В свете последних событий это было не такой уж и значимой новостью.       Фу. Муза почувствовала, как на неё накатило отвращение. Его эмоции так дерзко вторглись в её сознание, что она почувствовала возмущение. Это было странно, испытывать такие чувства одновременно. Умиротворённость с некой ноткой беспокойства и отвращение с некой досадой. Девушка осторожно убрала руку Сэма с плеч, указав ему на приближающуюся Терру. Придурок. Почему его эмоции так сильно влияют на него?       Ривен долго стоял в коридоре, наблюдая за удаляющейся спиной феи. Какого чёрта он просто так её отпустил? Какого чёрта не размазал по этой стене? Какого чёрта он вообще позволил его ударить? Какого чёрта? Игра не закончилась, фея разума. Готовься к поражению.       Он возвращался в спальню поздно, предварительно закинув в себя две таблетки и накурившись травой. На кровати, которая всё это время была пустой, сидел Скай, крутя в руках перочинный ножик. Его подарок. Но что он тут вообще забыл? Он же ясно дал понять, что не хочет иметь с ним ничего общего. Скай дал ответ на его вопрос, без лишних разъяснений.       — Каким бы ублюдком ты не был, ты — мой друг. А я не раскидываюсь друзьями, как это делаешь ты, — если он не прекратит свою высокопоставленную речь, он точно ему врежет. Королевские манеры так быстро проявили себя? Ривен поднял фляжку, стукаясь с ним в воздухе. — Но для начала ты должен рассказать мне всё. Не упуская момент, когда тебя отделала Муза.       Муза. Ривен усмехнулся, эта девчонка перевернула всё с ног на голову. Его мир, так усердно возведённым им, рухнул. Но ему это нравилось.