Премьер замаскировался (яой)

Глава 147, Премьер-министр замаскировался - Бум! Бум! Бум! - Это сигналят войсковой сбор! - сказал Лиу ЧхэнФэн. - Да-гэ, куда ты? - В этот тяжелый час, когда полчища врагов осаждают родные просторы, - проникновенно сказал Лиу ЧхэнФэн, - священный долг гражданина... - Ты идешь к нему. - Конечно, - улыбнулся Лиу ЧхэнФэн. - Знаешь, да-гэ, - сказала ему Фун-эр. - Я сначала думала, что Ли ЧжиФань принуждает тебя работать сверх меры и потакать его разнузданным желаниям... Лиу ЧхэнФэн ненадолго впал в транс, пытаясь представить своего императора во власти разнузданных желаний. Перед его внутренним взором появился Ли ЧжиФань в потертом шане на мускулистом торсе, увлеченно обрезающий листики бамбука во время практики тай-цзи цзянь* и сопящий "восемьсот четырнадцать, восемьсот пятнадцать,.." ------------------------- * 太極 剑 - тай-цзи цзянь, абсолютная вершина искусства меча ------------------------- Лиу ЧхэнФун почувствовала себя неловко при виде бессознательной улыбки, появившейся на губах ее непутевого брата. Что за развратные сцены рисует он себе, если застыл с таким мечтательным видом?! Не успел Лиу ЧхэнФэн насладиться милым образом Ли ЧжиФаня, строчащего комментарии на отчетах из провинций при свете своей любимой желтой лампы, Фун-эр не выдержала. (Лиу ЧхэнФун:) - Гм... (Лиу ЧхэнФэн:) - ... (моргает) Мм?.. А теперь что ты думаешь? (Лиу ЧхэнФун, безнадежно:) - А теперь я думаю, что вы два идиота. Лиу ЧхэнФэн скромно потупился и пожал плечами. (Лиу ЧхэнФун, закатывает глаза:) - Иди уже! Позорище. Она вздохнула и, посмотрев вслед брату, повернулась к дому. Фун-эр постояла пару секунд, потом усмехнулась и хотела уже отправиться по своим делам, как вдруг она уловила легкое движение за поворотом галереи. Ей послышался шелест одежды. (Лиу ЧхэнФун, торопливо идет по галерее:) - А-Цин, сестренка, зачем ты встала?! Я думала, ты спишь. Нижние веки серых глаз Мужун Цин немного припухли, как будто она сдерживала слезы. Она цеплялась тонкими пальчиками за деревянную обшивку стены и растерянно смотрела в сторону, как будто не была уверена, что она тут делает. (Лиу ЧхэнФун, ласково:) - Цин-эр, ну что ты? (Мужун Цин, шепотом:) - Цин-эр страшно... (Лиу ЧхэнФун, обнимая названную сестру:) - Ох, мне тоже страшно... Да-гэ, наверно, опять поведет в бой войска... Я слишком хорошо помню, как мы прятались в горах после разгрома у Даяня. На нем живого места не было! И все из-за этого Ли ЧжиФаня!.. Мужики такие придурки... Мужун Цин потерянными глазами смотрела на ворота поместья, в которые ушел Лиу ЧхэнФэн. По щеке ее катилась слеза. - Бум! Бум! Бум! - Это что за безобразие? - сердито спросил министр Обрядов Сун, выходя из императорского кабинета. - Что за мерзкий грохот? Министр Сун назвал общевойсковой сигнал к сбору "мерзким грохотом". Не надо было ему этого делать. - Ах ты, гнида шпионская, - сказал министр Войны Хуан. - Пойдем-ка отойдем. - Не смейте ко мне приближаться или я за себя не отвечаю, - предупредил министр Сун и ушел за широкую спину императора. Император не любил министра Суна, поэтому он, как бы ни при чем, шагнул в сторону. (Генерал Хуан:) - Поди сюда, крыса канцелярская! (Министр Сун, с достоинством:) - Попрошу не выражаться в присутствии Его Величества!.. Хулиган какой-то, даром что министр! Таким в нашем правительстве не место! (Генерал Хуан, роет копытом землю:) - Ща те будет даром... за амбаром... Стой, гнида!.. (Министр Сун, без достоинства, крики удаляются:) - Нет!.. А-а-а!.. Мама! Его Величество задержался на верхней ступеньке на галерее. В первый день лета барабаны гремели над городом. Теплый ветер нес в небе облака. Он шелестел листьями бамбука. Он пах цветами тропических лесов и чаем с южных плантаций. Он наполнял душу радостью. Он звал в дорогу. По широкой мощеной аллее, между клумб с ноготками, шел премьер-министр Лиу, и ветер играл его шелковыми одеждами и каштановыми локонами. Аквамариновый чхан облекал его бедра, то свободно развеваясь, то приникая к стройным ногам. Поверх простого костюма из рубашки и юбки был надет широкий дачхан из полупрозрачной легкой, как туман над озером, ткани, на которой по краям были изображены голубые горы и белые птицы, летящие над ними. Дыхание у Его Величество остановилось. Лиу ЧхэнФэн был как будто неземное видение из ветра, солнечных лучей, шелка и небесной синевы. - Ты чего пришел? - спросил император, изучая доски на полу веранды. - А ты чего сбежал? - спросил премьер-министр, занятый тем, что пинал нижнюю ступеньку с большим вниманием к процессу. Ли ЧжиФань подумал и придумал, что еще можно сказать. - А ты чего пришел? - сказал он. - В этот тяжелый час... когда вокруг родные просторы... я не могу тебя оставить одного... Все эти старые хрычи из Малого Совета, опасные ребята на самом деле,... если разозлятся, могут и таблетками закидать... ты больше на заседания без меня не ходи. Лиу ЧхэнФэн поднял голову и посмотрел в красивое лицо Ли ЧжиФаня. И подумал, что в мире нигде больше не найти таких же ясных прозрачных глаз, и твердых прямых губ, и решительных бровей, и сильной шеи. И что только он один знает, как на этом спокойном невыразительном лице появляется нежность, безбрежная, словно океан. Ли ЧжиФань смотрел в его глаза и чувствовал, как за спиной вырастают крылья. Они разворачиваются во всю ширь и воспаряют к облакам. Это улетал к @@@ным чертям его ненаглядный самоконтроль. В первый летний день били барабаны, дул ветер, летели облака, Лиу ЧхэнФэн И Ли ЧжиФань смотрели друг на друга. Две минуты счастья накануне большой грозы. - Бум! Бум! Бум! - неслось с неба. - Бум-бум-бум-бум! - отзывалось с земли из-за угла. (Лиу ЧхэнФэн, удивленный взгляд:) - ?.. (Ли ЧжиФань, пожимает плечами:) - Генерал Хуан раскрыл новое вражеское логово... (Лиу ЧхэнФэн, сужая глаза и прислушиваясь:) - Знакомые голоса... Я так понимаю, дерутся министерство Войны и министерство Обрядов? (Ли ЧжиФань, озирает небо прекрасными глазами:) - ... Плечо к плечу они проследовали к западным воротам и поднялись на стену в сопровождении военных советников и чиновников из министерства Войны. - Господин министр, - спросил генерала Хуана один из его молодых заместителей, прижимая холодный серебряный таэль к синяку над правым глазом. - Откуда у Великого Ляна неожиданно взялись дополнительные войска? - Из Северо-западного региона, - сказал генерал, вполоборота глянув на помощника, и при этом, пыхтя, карабкаясь по узкой каменной лестнице. - И они так просто одолжили нам свою армию? - Ага, - коротко ответил генерал. У него не хватало дыхания на длинные разговоры с любопытной молодежью. - А что взамен? Золото? Или привилегии? Полномочия? Земли? - Нет. Пфф... уфф... - Но почему они готовы нам помочь? Генерал Хуан вывалился, наконец, на верх крепостной стены и уперся руками в колени, восстанавливая дыхание. - Потому... - сказал он, - Уфф... Потому что ван Северо-западного региона - дедушка Его Величества! Старый генерал подошел к бойницам и выглянул наружу. - Хо-хо! Везде, куда достигал глаз, на равнине к западу от столицы стояли армейские фаланги. Сто тысяч солдат в пластинчатых доспехах с железными накладками и в металлических шлемах. Молодой любопытный помощник министра Войны даже "хо-хо" сказать не смог - он никогда в жизни не видел построения такого количества войск. Зрелище лишило его языка и навсегда отдало его сердце армии. (Генерал Хуан:) - Больше двадцати лет назад правитель Северо-запада уже предвидел, к чему приведет неразумное правление отца прежнего императора. В Великом Ляне начались беспорядки, народ нищал, в регионах поднимались волнения, соседние племена стали все чаще нападать на наши приграничные области. Дед Его Величества никогда не пытался захватить престол императора, он занялся укреплением армии и стойко отражал атаки внешних и внутренних врагов. Северо-западный регион стал силой, с которой было невозможно тягаться даже центральной власти, и все это время существовал фактически на правах автономии и не встревал ни в какие политические конфликты... До сегодняшнего дня! Генерал нежным взглядом обвел бесконечные армейские шеренги. Прекрасно море на закате. Усталое солнце блестит на ленивых волнах и тонет в алом золоте. Еще прекраснее пустыня в лучах заходящего солнца - с барханами, окрашенными в нежный розовый цвет, на горизонте переходящий в фиолетовый и лазурный. Но ничто не может сравниться с масштабным армейским построением на широкой равнине в ясный летний вечер, когда весь бескрайний простор занят аккуратными квадратными фалангами и солнечные лучи отражаются от сотен тысяч клинков - как будто золотые таэли беспрестанно сыпятся с небес. Эти крепкие красивые парни будут стоять так же симметрично и летним вечером, и зимней ночью, и в дождь, и в ураган, и в цунами, - а потом пойдут и наваляют всем врагам по самые фейхуи. - Нравится? - тихо спросил Ли ЧжиФань у Лиу ЧхэнФэна. Зеленоватые глаза правого премьер-министра озирали равнину с войсками и сияли от восторга. Кровь в могучем теле Ли ЧжиФаня побежала с удвоенной скоростью, он больше не мог сдерживать себя. Двумя руками он взял нежную, но крепкую ладонь друга и прижал ее к своему бешено стучащему сердцу. - Лиу ЧхэнФэн, - сказал он, волнуясь. - Ты будешь моим... - Ты будешь моим главнокомандующим? - спросил он. - Да! - без раздумий ответил счастливый Лиу ЧхэнФэн, улыбаясь своему повелителю. - Я ждал, когда же ты, наконец, спросишь! В эту минуту солдаты в парадной диспозиции узнали высокую фигуру императора на крепостной стене. - Да здравствует Его Величество! - раздались голоса. - Слава Императору! Ура-а-а! - понеслось по фалангам и в воздух взметнулись сто тысяч обнаженных мечей. - Ура-а-а! Приветствуем Императора! - Здравь желаем, Ваше Величество! Небо и земля слились в один стотысячеголосый приветственный клич, а солнце продолжало сыпать на столицу Великого Ляна блестящие золотые таэли. конец главы иллюстрации, глава 147 https://tl.rulate.ru/i/translation/21/10/21750.jpg https://tl.rulate.ru/i/translation/21/10/22633.jpg ------------------------------------ Почтенные читатели, если вам понравилась глава, поставьте, пожалуйста, лайк. Да хранит вас милостивый Амитабха.