Виртуальная афера, или меньше полугода

-Мам, а Дима еще спит? -Да, родной, еще ведь так рано. -Тогда я пойду один. -Говори тише, Пашу разбудишь! Может, всё же попросить твоего отца подбросить тебя? -Мам, я ведь вчера дошёл до дома. Врач же сказал, что мне надо постоянно ходить. Ну всё, я пошёл! -Удачи! Из кухни показалось улыбающееся лицо матери, вставшей подготовить своего старшего сына-недотепу в школу. Юра улыбнулся в ответ и, помахав на прощание рукой, вышел за дверь. Хлоп. Входная дверь закрылась, и в тот же миг улыбка исчезла с лица Юрия. Паша, значит, да? Руки Колюшина сжались в кулаки. Только вернувшись обратно, он понял, что хотели до него донести всё это время. Месяц назад у него появился второй брат. Совсем маленький, крикливый, как и все младенцы. А он об этом даже не догадывался. Сколько он еще пропустил в этой жизни из-за своей замкнутости и отрешенности? Но… Юра скрипнул зубами. -Пришло время меняться. Будь уверен, я стану лучшим примером для подражания. Димке я такое спустил с рук, но тебе придется постараться, чтобы не смотреть на меня снизу вверх. А я в свою очередь попытаюсь создать для тебя веселое и беззаботное детство. Хлопнула дверь подъезда, и Юра со вздохом опустился на скамейку возле дома. Дыхание уже начало сбиваться, поэтому, чтобы добраться до школы в целости, придется делать периодически остановки. Именно из-за этого он и вышел из дома пораньше. По темному небосводу бежали редкие облачка. Солнце уже начало пускать свои первые оранжевые лучи на горизонте, но этого еще было мало, чтобы осветить землю. Поэтому покрытые снегом фонари продолжали гореть, освещая улицы для утренних путников. Но снег хоть и лежал, его не было так много. Скоро должна была прийти весна, но так значилось лишь по календарю. В природе весна всегда наступает неожиданно, и на этот раз она решила заявиться чуть раньше обычного. Вот Юра и пропустил одно из немногих чудес, что происходят в жизни - зиму. Некоторые скажут: "Так зима приходит каждый год! Чего тут такого?". Но сколько лет нам отведено? Шестьдесят? Семьдесят? И одну из этих жалких семидесяти зим он пропустил. Колюшин посмотрел в небо. Интересно, и сколько он ещё будет вот так ходить, опираясь о заборы и делая постоянные передышки. Сколько ему времени потребуется, чтобы спокойно носиться весь день, как его сверстники? А ведь прошло уже две недели с его возвращения. Он помнил весь день, когда впервые за долгое время открыл глаза в этом мире. Очнулся он в белой комнате в такой же белой постели. Вокруг было очень шумно. Все суетились, оповещая родственников о том, что "пациенты" очнулись. Никто не ожидал, что такое случится настолько внезапно. Никто не был к этому готов. Слева и справа от Юрия также стояли койки, на которых лежали медленно вращая головой и осознавая, где они, неизвестные Колюшину попаданцы. Не трудно было догадаться, что он находится в больнице. Ощущения после возвращения в свое тело были не из приятных. Было чувство полной беспомощности. Тело настолько расслабилось, что Юра не чувствовал себя его хозяином, скорее наблюдателем, находящимся в нем. Он практически ничего не мог сделать в своем теле. А ещё было неприятное ощущение, будто тело состояло из непонятной жижи, нацепленной на костяной скелет. Но вскоре отвращение ушло на второй план, потому что разве стоит отвлекаться на такие мелочи, когда тебя пришли навестить любящие родители и уважающие братья. Следующую неделю Юра проходил реабилитацию. Он расхаживал ноги, разминал тело, делал нагрузки на руки. В это время он узнал, что тела попаданцев подвергались периодическому массажу. Пусть и короткому, но именно благодаря нему, Юра не очнулся в состоянии "овоща". Четыре месяца - срок немалый, но это не несколько лет. Пусть мышцы и начали атрофироваться, но они еще не перешли той критической точки, когда человек не может даже пошевелить пальцем, поэтому Юре хватило недели, чтобы более-менее прийти в форму. На седьмой день ему пришлось пройти других докторов, включая психиатра. Обществу не нужен индивид больной не только физически, но и психически. Но все обошлось. После юриных ответов несколько секунд врач молча сидел, уставившись на него, однако раз Колюшина отпустили домой, все не так плохо. Последующие пять дней Юра ходил при помощи костыля. Хоть он и набрал мышечной массы, но не так много и пользоваться таким количеством ему тоже было непривычно. Но вчера юноша впервые попробовал добраться от школы до дома, не опираясь на костыль. Времени это заняло в несколько раз больше обычного из-за уменьшения скорости и постоянных остановок, но он смог это сделать. А раз он смог пройти расстояние один раз, сможет и второй, и третий. Пора уже было вновь вливаться в нескучную жизнь современного подростка. -Ну всё отдохнули и хватит. Опираясь о спинку скамейки, Юра поднялся. Дыхание восстановилось, поэтому можно было продолжать путь. -О, свободная! Как только парень продолжил путь, его место быстро заняли две бабушки из соседнего подъезда. -Вот, посмотри! И это теперешнее поколение! - затараторила одна из пенсионерок, показывая на Колюшина. -А ты что хотела? Сейчас вокруг одна алкашня и бродит, - поддержала свою подругу вторая старушка. -Это ладно, если алкаш! А вдруг наркоман? - всплеснула руками первая. - Мы ведь с ним в одном доме живем! И все упреки старушек были обоснованы. Пусть Юра и восстановил дыхание, ноги еще не пришли в нужную форму, поэтому даже невооруженным глазом было видно, как они тряслись. Юра слышал всё, что говорили две трескуньи, но оборачиваться не стал. Совсем недавно он и сам был таким - видел в окружающих лишь худшее и не желал посмотреть на них под другим углом. Так что не ему было судить двух женщин, имеющих больше опыта за своими плечами. Сам Юра уже понял, что не существует идеала. Всё стремиться к нему, но ничего не достигает, ведь какой стороной ни становись к светилу - минимум одна сторона всё равно будет затемненной. Хотя нет, идеал существует. Если бы его не было, то и жизнь стала бессмысленной. Все стремятся к идеалу: и физики, и механики, и математики. И жизнь такая же. Но если нет идеала, то где тогда та цель, которую следует достичь? Нет, идеал точно есть. Его надо просто найти. Пелена заблуждений спала с глаз парня, поэтому ему лишь осталось отыскать верный путь. Но это не так просто - найти ту единственную тропинку, что не ведёт в бездну. Юра остановился и уселся на маленький заборчик. Сердце снова стучало слишком часто, а легким требовалось больше кислорода, чем обычно. Колюшин закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. И в этот момент что-то легкое коснулось плеча парня. Это было такое легкое и приятное чувство, что не узнать его было просто невозможно. Глаза Колюшина резко распахнулись. -Иск?! Но это оказался лишь теплый южный ветерок. Это не была маленька верная саламандра, вечно выручающая своего хозяина. Появившийся на секунду блеск в глазах Юры вновь потух. -Прости, Иск. И не только за то, что не сумел защитить тебя. Я уже давно знал, что ты устал от меня. Тебе надоели все мои примитивные шутки, ты терпеть не мог моё нытье. Но ты всё равно оставался со мной. Я знаю, что ты просто не мог уйти, но спасибо, что терпел такого кретина, как я. И прости, что я был таким никчемным хозяином. Но благодаря тебе со мной всё хорошо, и с моими друзьями тоже. Надеюсь, и с тебой тоже, - Юра ненадолго замолчал, а потом медленно поднял голову. - Я смог понять и признать свои ошибки. Интересно, а у тебя получилось… Юрий Шалопаев? Юра видел задержание человека, который лишил его четырех месяцев жизни. Посольство смогло его получить, пока Колюшин лежал в больнице, а за день до выписки транслировали, как экс-главу отдела по разработке первой виртуальной игры с полным погружением вернули на Родину для дальнейшего разбирательства. В палате, где лежал Юра на тумбочке стоял старый телевизионный ящик. По нему все попаданцы, что лежали возле сильнейшего игрока Тревелволда и смотрели, как виновника их бед ведут в суд. Боже, как же он был жалок! Колюшин даже не сразу узнал в щуплом лысом мужичке, дергающегося при каждой вспышке телекамер, создателя Тревелволда. Насмешливый взгляд исчез из его глаз, а его место занял испуг. Любой излишний шум или резкое движение заставляли его съеживаться и в страхе озираться. В нем больше не было той величественности и гордости, которые не мог затмить даже лишний вес. Теперь это был всего лишь удачливый аферист, который попытался нажиться на чужом горе, но после сам оказался побит на собственном поле. Но ещё более жалким сделала его фраза диктора, что "Юрия Шалопаева сдали собственные подчиненные". Так и шёл это человек. Он всё человечество сделал своим врагом и теперь расплачивался за свои ошибки. Все, кто считал его раньше полезным, просто отвернулись от него. И вот он стоит перед десятками камер, на него смотрит весь мир… но чувствует ли он хоть в одном человеке, смотрящем на него, поддержку? В людях, что ненавидят его за то, что он запер их или их близких в своём проклятом мире; в людях, что презирают его за столь самонадеянный и подлый поступок? Даже у журналистов, что сейчас пытаются задать ему какой-нибудь вопрос, был лишь интерес, присущий каждому репортеру, но в глубине души каждый из них хотел закончить с вопросами и уйти оттуда поскорее. Юра прекрасно всё это видел. Он и сам раньше испытывал к нему такие чувства, но теперь, глядя на галдящих возле него "товарищей", он понимал, что Шалопаев достоин только жалости. Ведь теперь он был совсем один, и мир, который он создал, ему больше не поможет. Но в один момент всё изменилось. Внезапно в ряду, где стояли журналисты появилась женщина с ребенком на руках. Ребёнку можно было дать не больше двух лет. Он, наверное, всё ещё питался грудным молоком. Дите с удивлением и опаской глядел по сторонам, наблюдая неизвестно зачем собравшуюся толпу людей. Но вот взгляд младенца остановился. Несколько секунд он пристально смотрел на человека, а потом… расхохотался. В этот момент Шалопаев резко остановился и обернулся в сторону улыбающегося ребенка. Заметив на себе взгляд, женщина быстро развернулась и, расталкивая людей, выбежала из толпы. Колюшин не знал, кто она и что делает, но после того, как её увидел Шалопаев, он как-то сразу успокоился. Несколько секунд Юрий Анатольевич молча смотрел на место, где совсем недавно стояла женщина с улыбающимся младенцем. Но вот охрана подтолкнула его, и Шалопаев продолжил путь. Его голова была низко опущена, и нельзя было разглядеть, что у него на лице, но после того момента камеры и шум больше не пугали бога Тревелволда. Теперь он был спокоен. Но из-за чего? К сожалению, для всех это так и осталось тайной. Школа - это такое место, где любой человек получает самые веселые воспоминания из своего детства. Многие из них со временем забываются, но теплые чувства остаются до самой смерти. Однако, разумеется, хоть большую часть школьного времени занимают уроки, около половины счастливых моментов создаются именно на переменах. Когда дети придумывают себе различные забавы, бегут в столовую, выходят на улицу подышать свежим воздухом или, наоборот, поубивать свои легкие табачным дымом. В это время коридоры всегда забиты, словно магазины во время черной пятницы. Но это время наступает после или между уроков, а пока все ученики пытались пробраться в свои полупустые классы, если учителя оставляли их открытыми. Поэтому в коридорах сейчас никого не было. Никого, кроме трех человек активно что-то обсуждающих. В отличие от своего друга, они пробыли в Тревелволде не так уж много, а потому сейчас уже выглядели, как огурчики. Один из них был высокого крупного телосложения. Долгое время у него никак не доходили руки сделать стрижку, а потому его черные волосы были тщательно зализаны назад. Он выглядел самым спокойным из всей троицы. Остальным двоим, в отличие от их приятеля, не требовалось делать стрижки. Они привыкли ходить с неухоженными рыжими волосами, а потому у каждого из них была своя прическа, подчеркивающая его собственный стиль. У того паренька, что был пониже и покоренастей, волосы лежали копнами, образуя подобие неубранного поля со скошенной травой. У того, что был повыше, они, наоборот, завивались крупными пучками, что не давало определить точную длину его шевелюры. Но несмотря на то, что эта двоица была такой разной, что-то подсказывало постороннему зрителю, что это кровные братья. -Ну и скоро уже Костя выйдет? - ныл самый высокий из братьев. - Он уже в уборной минут десять торчит! -Сема, ты думаешь, он скоро выйдет? - усмехнулся второй брат. - Он там надолго застрял. Семён с интересом поглядел на своего братца. -Там что-то случилось? - поинтересовался он, теребя пальцами подбородок. - Там закончилась бумага, а ты промолчал? Как же подло с твоей стороны, Володенька! -Нет, - помотал головой Вова. - там кое-что похуже, чем отсутствие бумаги. -А что может быть хуже? Старший брат подошёл к младшему и что-то тихо шепнул ему на ухо. Первые секунды Сема глупо смотрел вперед, переваривая услышанное, а потом странно хихикнул и принялся напевать песню. Сквозь его тихое бубнение порой слышались слова такие, как "а нам" и "всё равно". -А можно и мне услышать столь интересную информацию? - поинтересовался Денис. -А что тут говорить? - пролепетал Сема, будто его ничего не касалось,, ноутже разразился криками. - Поздравляю! Наш "Клуб одиноких одиночек" лишился одного из своих членов! На-все-гда! -Что? - не понял гигант школьного возраста. -Да что тут непонятного? - воскликнул Семен. - У Кости появилась девушка! Он с ней сейчас и разговаривает! И да, это та самая Настя, о которой ты знаешь! И на Безымянного надежды нет - как только мы вернулись, он ни на секунду не отходит от своей сестры! А ведь он был на втором месте среди нас, с кем чаще всего общалась Настя. Но..., - рыжий крикун упал на колени и, уперевшись лбом в пол, залепетал с намеком на слезу. - у них всё серьёзно. Эх, Костя, чего ты нас бросаешь? На кого ты нас, сирот, оставляешь? -Ну-ну, - Вова склонился над своим братом и успокаивающе похлопал по спине. - не такие мы уж и сироты. Не переживай найдём мы кого-нибудь тоже, - Володя ненадолго замолчал, а потом с всхлипом закончил. - может, лет через двадцать, но обязательно найдём. На несколько секунд в коридоре повисла тишина. После такого бурного обсуждения она казалась совсем неуютной. Но таковой она была лишь для одного человека, и пусть он знал, что Сема с Володей всего лишь развлекаются, как ни крути, он являлся членом их школьного трио. -Эм, - слегка помявшись, начал Денис. - может, перестанете так себя вести. Мы всё-таки не на… -Что ты сказал? - не поднимая головы с пола, пробурчал Сема. -Я говорю, что… -Точно! В следующую секунду кудрявый брат уже стоял на ногах. Его рука была сжата в крепкий кулак, а в глазах бушевал огонь. От столь резкой смены настроения Денис слегка опешил, а вот Вова спокойно поднялся вслед за братом и с интересом спросил: -Что такое? -Ты прав! - воскликнул Сема. - Мы тоже не одиноки. И у нас тоже есть вторые половинки, их просто надо найти. Но даже сейчас у нас есть кому позвонить! -Неужели, ты..., - испуганно пролепетал Вова, прикрыв рот. -Нет, - вздохнул Сема. Его пыл мигом угас. - к сожалению, мне рано пока покидать вас. Но я нашел одного парня! -А, ясно, - с облегчением выдохнул старший близнец, но тут же его лицо вновь приобрело испуганное выражение. Он с осторожностью поглядел на своего родственничка. - неужели, ты… -Снова мимо, - с лёгкой обидой отозвался младший. -Вов, - встрял в их разговор Денис. - тебе не кажется, что ты всё больше начинаешь себя вести, как Сема. Разве не ты должен быть примером для него? Володя задумчиво поглядел в его сторону. Он как-то не думал над этим в последнее время. Бывший танк почесал подбородок и неизвестно зачем уточнил: -Что, правда что ли? А в следующий момент Семе прилетел сзади звонкий подзатыльник. -Ты чего? -Хватит на меня дурно влиять! - прокричал Вова. - Уже перед людьми стыдно показываться! Когда ты уже возьмёшься за своё воспитание? -Ну вот, - вздохнул Сема. - что-то сделал - подзатыльник. Ничего не сделал - снова подзатыльник. Как-то выбора у меня маловато, тебе не кажется? А ведь я всего лишь хотел сказать, что узнал номер Витьки. -Что? Витьки? - воскликнул Вова. -Тот, который "Охотник"? - уточнил Денис. -Ага, - мигом грустная мина Семёна сменилась задорной улыбкой. - я хотел сказать, что наш клуб одиноких одиночек снова в сборе. Теперь мы останемся вместе до самой смерти, как я и говорил. Ну, или пока девушка не разлучит нас. -И ты говоришь, у тебя есть его номер? -Да. -Так чего раньше молчал? Диктуй! - в руке Вовы, как по волшебству, появился телефон. -Сейчас, - Сема достал свой мобильник. -Ты готов? -Да. -Начинаю! Седьмая цифра после запятой числа пи! Палец Володи, почти коснувшийся экрана, остановился на полпути. Денис, тоже решивший записать номер, так и остался стоять с рукой в кармане. В коридоре повисла тишина. Несколько секунд Вова молча смотрел в телефон, а потом спросил с угрозой в голосе: -Это ты только что придумал? -Что ты! Разве я додумался бы? - открестился Сема. - Информация дошла до меня уже в обработанном виде. В следующие пять секунд никто не проронил ни слова. -А сколько у тебя трафика осталось? - снова задал вопрос Вова. -Эх, были бы у меня лишние мегабайты, смотрел бы фильмы, а не катал по сети. -Значит… Две пары глаз одновременно повернулись в сторону Дениса. На лицах братьев висела добродушная улыбка, а весь вид их выражал полную открытость. Ну разве можно ждать подвоха от таких ангелочков?... Ещё как можно! -Денис, - два голоса слились воедино, отчего по спине великана пробежали мурашки. - ты же можешь залезть в Интернет? Денис сглотнул, но после усмехнулся. И чего он испугался? Да, братья часто брали у него всякую мелочь, навроде жвачек, но сейчас их просьба, а скорее требование (а Денис точно знал, что это требование, и, не дай Бог, его было не выполнить!) была столь мизерной, что тут и переживать было не о чем. -Хорошо, сейчас найду. Чего там надо? - переспросил гигант девятого класса. -Да самую малость, - отмахнулся Сема. - седьмая цифра после запятой числа пи; четвертая цифра после запятой газовой постоянной для чистого гелия; последняя цифра года, когда умер человек, который обнаружил ультрафиолетовое излучение; цифра, заменяющая слово "дом" в обозначении "бровки домиком" в японской культуре; сколько сигарет выкурил главный герой в фильме… -Погодите, - прервал его Денис. Он уже понял, что подвох оказался там, где его не ждали. - там каждый последующий вопрос сложнее? -Поздравляю, - Сема зааплодировал. - плюс пять очков за догадливость. Поэтому у нас есть к тебе домашнее задание на выходные: прочитать все тома… -Эй, мы так не договаривались! - запротестовал Денис. Он был готов смириться с небольшими потерями своего трафика и времени, но не целыми же выходными! -Разве? Хлоп. Хлоп. Две руки тяжело опустились на руки гиганта. Денис оказался зажат с двух сторон братской силой, и вырваться не представлялось возможным. И даже преимущество в росте ни капельки не помогало при крепком хвате двух молодых людей, чья улыбка уже достигла ушей. -Разве ты не сам сказал, что сейчас всё найдешь? Неужели ты не держишь своё слово? - поинтересовался Володя, вмиг став серьезным. Его лицо практически вплотную приблизилось к лицу Дениса. Несколько секунд он пристально смотрел в глаза друга, но тутже отпустил гиганта и просто похлопал по плечу, а его губы вновь расплылись в дружелюбной улыбке. - Чтож, рассчитываем на тебя. Но раз ты такой ленивый часть груза придется взять на себя. -Эх, - вздохнул Сема, убирая и свою руку. - придется искать число пи и дату смерти ученого. Думаю, с остальным ты справишься, Дэн. -Эм, - Денис ненадолго впал в ступор от такого "бережного" к нему отношения. - разве это по-честному? -Угх, ладно! Если тебе так трудно, мы возьмем на себя и японский иероглиф, к тому же, я его уже нашел вчера. -Погоди, но это же всё равно… -Доброе утро! Послышался стук на лестнице, а затем к троице вышел усталый и запыхавшийся Колюшин. -И тебе привет, - кивнули в ответ Денис, Вова и Сёма. Юра, пошатываясь и опираясь о стену, вошёл в рекреацию и со вздохом облегчения уселся на скамейку у окна. Добрался до школы он быстрее, чем рассчитывал, но и сил потратил больше. А потому сейчас сидел расслабленным после слишком быстрого для его текущего состояния перехода. -Что, ещё не восстановился? - спросил подошедший к нему Володя. Разговаривать Колюшину сейчас было трудно при сбитом дыхании, поэтому он просто кивнул. Вслед за старшим близнецом подошёл Денис. Несколько секунд он молча смотрел на тяжело дышащего Юрия, после чего у него в голове, будто промелькнуло что-то важное. -Да, Юра, тут, кстати, кое-что случилось… -Не смей! - начавшего говорить Дениса быстро подхватили с двух сторон и потащили подальше. Дэн оставалось только удивлённо поглядывать то в одну, то в другую сторону. -Ты что, хочешь его сюрприза лишить? Ты ведь знаешь, что чтобы сюрприз был реально бомбический, его нужно подавать быстро и неожиданно. Или мы с Вовой зря к этому готовились? - зашипел на великана Сёма, как только они поставили его обратно на ноги. -Вот-вот, - кивнул его брат. - лучше, пока время есть, телефон Вити разгадывай. -Но это ведь всё равно слишком долго. Я этим дома займусь. -Что долго? - спросил младший близнец. - Ты не можешь найти цифры числа "пи"? -Так этим же вы решили заняться, - недоуменно проговорил Денис. -Стоп, - Сёма хихикнул. - то есть, ты поверил моим словам? Я, конечно, знаю, что Витёк - еще тот извращенец, но никак не ожидал, что вы его считаете формальным садистом. Эх, где ваша вера в хороших людей? -Значит, все цифры его номера - цифры из числа "пи"? -Ах ты мелкий! Я ведь тебе тоже поверил! В отличие от Дениса, Вова терпением не отличался. В то же мгновение голова брата оказалась у него под подмышкой, а костяшки сжатой в кулак руки принялись чесать рыжую макушку. -Но ведь, чем меньше людей знают шутку, тем больше шансов на её успех, - оправдывался Сёма, пытаясь выбраться из железной хватки. -"Шутку", говоришь? - не унимался Вова. - После шутки должно быть смешно, лоботряс! А я уж почти смирился с тем, что мы никогда не узнаем Витькин номер! -А-я-я-ай! Отпусти! Прическу испортишь! -Какую прическу?! "Я у мамы дурачок"? Да, и они тоже изменились. Может, и несильно, но однозначно. Невозможно понять, что так повлияло на них, но если сравнивать их настоящих и их прошлых, найдутся изменения. Теперь братья казались по-настоящему родными не только внешне. Вова перестал относиться к семиным шуточкам так критично и даже сам иногда поддерживал его. Однако он всё ещё оставался тем, кто сдерживает рыжего, когда он переходит все границы. Молчаливость Дениса тоже неизвестно куда пропала. Он, конечно, оставался немногословным, но больше не участвовал в разговоре одними кивками. А Сёма… кто знает, что изменилось в человеке, скрывающемся за постоянными шутками и гримасами? Глядя на них, Колюшин невольно улыбнулся. Но в следующее мгновение на его лицо опять вернулась грусть, не сползающая с него уже долгое время. Он всё ещё чувствовал вину перед Денисом, Костей, Наташей, Вовой, Семой, Витькой и Саней. И пусть они на его извинения лишь отмахнулись и сказали забыть. Пусть они считают, что он им действительно не мог помочь, Юра никак не мог избавиться от этого чувства. Особенно перед одной девушкой, о которой он до сих пор ничего не знает. Даже её имени. Перед ней извиниться он должен в первую очередь, но… где он теперь найдёт одного маленького человека в таком большом мире? Из задумчивости его вывело ощущение, будто его плечи кто-то сжимает. И это была совсем не игра воображения. Прямо перед Колюшиным стоял Сёма и держал его за плечи. А в следующую секунду зажатыми оказались и ноги. -Эй, что вы делаете? Юра попытался вырваться, но у него это не получилось. Его силы ещё не восстановились до конца, в отличие от рыжих братьев. -Дэн, надевай! - прокричал Вова, и вскоре глаза Юры оказались завязаны какой-то тканью. Разглядеть за ней хоть лучик света ему не удавалось. -Ну что, готов? Сейчас тебя будет ждать один небольшой сюрпризик! -Надеюсь, не ведро холодной воды? - вздохнул Юра. -Нет, его жди на улице, чтобы нам пол потом не пришлось оттирать, - послышался голос Семы. Колюшин вздохнул ещё раз и поднялся на ноги. Его тутже подхватили и повели в неизвестном направлении. Сопротивляться было бесполезно - всё равно ему не хватит сил, чтобы отбиться от трёх восстановивших силы одноклассников. Да и не такие они люди, чтобы сотворить с беспомощным человеком какую-либо подлость, так что оставалось лишь надеяться, что их "сюрприз" окажется не слишком опасным и шокирующим. Юра споткнулся о небольшой порожек, и бессомнения бы упал, но братья по бокам придержали его. Значит, они зашли в кабинет. Однако время на подумать, зачем его привели в класс, Колюшину не дали. -Вуаля! - воскликнул Сёма, сдергивая повязку. В глаза Юре ударил ослепительно яркий свет. Колюшин поморщился с непривычки и недовольно спросил: -Ну и что это было? Но вскоре его глаза привыкли к свету, и он увидел… Юра не верил своим глазам. Но они его не обманывали. Он протер их их и на секунду Юре показалось, что ему действительно всё почудилось. Но нет. Просто теперь она не сидела за партой возле окна, а стояла возле него. Всё те же прямые каштановые волосы, как и прежде светлые голубые глаза и не сходящая дружелюбная улыбка. Даже в толпе Юра бы узнал её лицо. Он знал, что обязательно найдёт её, но, оказалось, наоборот. Это она его нашла. -Привет, Юра, - сказала девушка своим чистым нежным голосом. Да, это была не иллюзия. И в этот момент Юра сделал то, чего не мог себе позволить в Тревелволде. По его щеками потекли теплые слезы. Такая малость, но благодаря ней ему стало так легко. Всё напряжение, все переживания - всё это исчезало, вытекая вместе со слезами из глазниц. Теперь действительно можно было сказать, что всё худшее осталось позади. -Ляля, я.., - начал Юра. -Я Таня, - не прекращая улыбаться, сказала девушка. - давай, не будем обращаться друг к другу по игровым именам. Мы ведь друзья? -Да, - шмыгнул носом Юра. -И ещё, ты проиграл. -Что? - не понял Колюшин. -Я же говорила, что ты не победишь последнего босса в одиночку. Мы победили его вместе, - Таня склонила голову набок. -Да, конечно. В этот момент сзади послышался шепот Семёна: -Вов, ты ведь будешь не против, если я ненадолго прерву счастье наших голубков? -Делай, что хочешь, - махнул рукой старший близнец. -Хорошо, - а в следующую секунду по классу пронесся выразительный голос Семы: - Властью, данной мне моим братом, а также неопровергнутой никем из присутствующих, я объявляю вас… По классу пронеслась волна смеха. Народу собралось пока немного, но его уже было достаточно, чтобы сидевшие под окном снегири улетели. А вскоре эта небольшая кучка людей разнесет слух по всей школе. Но Юрия это больше не волновало. Жизнь - это игра. Игра, в которой мы не знаем цели и чей смысл каждый из нас должен найти сам. Игра, в которой ни один человек не знает всех побочных заданий, необходимых для прохождения сюжета, всех тайников, способных облегчить путь, и верных помощников, ни за что не бросающих друга в беде. Этот мир таит в себе столько загадок, что каждый день в нём, - приключение. Один мир Юра уже прошел, и теперь перед ним находится дверь в новую игру. Самую длинную и самую главную. В которой он просто не может проиграть. Игра под названием Жизнь.