Моя маленькая ложь

      Машина остановилась возле участка, и я вдруг почувствовала, позыв тошноты. Нужно было сначала перекусить, а не глотать обезболивающее на пустой желудок. Черт возьми.       - Ты главное не перетруждайся, а то, знаю я тебя. – Тоби заглянул в мои глаза. – И если что, ты всегда можешь обратиться ко мне.       - Я знаю, - мои губы оставили поцелуй на его щеке, и я вышла из тачки.       - Только не забудь, на счёт гаража.       Я закатила глаза и похлопала по крыше машины.       - Пока, пока, пчёлка Мая.       Вот болван.       Тоби тронулся с места и я побрела к зданию.       На этот раз на пункте контроля стоял капитан Нэш. Этот засранец не упустит возможность по лапать меня.       - Инспектор Сильман, рад вас видеть, вы так сияете, - его холодные серые глаза уже блуждали по моему телу.       - Конечно, капитан, я же пришла на работу, поэтому зажглась, как новогодняя ёлка, - я положила сумочку на ленту и прошла через металлодетектер. Он противно запищал.       - Так, так, - Нэш хитро улыбнулся и начал ко мне подходить, - что-то проносите, инспектор?       - Конечно, табельное оружие, - я расстегнула пиджак, но капитан резко меня остановил.       - Нет, у меня приказ. Я, лично, должен досматривать каждого, кто будет проносить что-то без ведома.       Черт, Регина, что с тобой? Забыла снять табельное оружие и теперь этот извращенец, будет тебя лапать.       - Давай Нэш, валяй. А то на это может уйти целый день.       Он лишь облизнулся, потёр руки и натянул перчатки. И кто вообще согласился за него выйти? Наверное, у неё нет глаз, ушей и языка, хотя, без языка, капитан бы не женился на ней. Кто будет лизать ему очко.       - Ноги на ширине плеч, руки в стороны, инспектор.       Начинается представление, после которого, я точно скручусь над унитазом.       Капитан следовал правилам и начал с рук. Я молилась, чтобы этот кретин не надавил на укус так, что пойдёт кровь. Куча вопросов от любопытных глаз, мне не к чему.       - Инспектор, Регина Сильман, всегда знал, что тебе идёт это звание, а твоё имя, м-м, тебе бы понравилось, как я выкрикивал его.       Его руки начали спускаться ниже, а голос над моих ухом, стал ещё противнее и грубее.       - Спасибо, что подарила эти три минуты счастья. Я ещё никогда так не хотел…       - Капитан Нэш, - мы обернулись на голос и я мысленно поблагодарила богов за такую щедрость, - инспектор Сильман занимается важным делом, потрудитесь мне объяснить, почему вы её задерживаете?       Клэйтон Пейдж, взял мои вещи с ленты и подошёл к нам.       - Сэр, я… я обязан… это же ваш приказ.       - Приказ, есть приказ, но если эти три минуты будут стоять жизни моей дочери, я буду вынужден издать другой приказ.       - Нет, сэр, в этом нет необходимости, мы закончили, у инспектора Сильман было табельное оружие, ложная тревога.       - Отлично, - Пейдж передал мне сумку и я поспешила за ним. – Каждый раз одно и тоже.       - Что, шеф?       - Этот Нэш скоро меня доконает. Постоянно проявляет «бдительность», это же его работа, - мы зашли в лифт. – Как же я устал, Регина.       - Вы вообще отдыхаете?       Он покачал головой и замолчал. Снова что-то раздумывает. Его кожа стала бледной, круги под глазами говорили о том, что он вообще не спал, либо делал это совсем редко. Седые волосы словно разрослись по всей голове за пару дней, а борода отросла ещё на несколько сантиметров. Клэйтон Пейдж не мог справиться с горем и я его понимала, но помочь ему, не в моих силах. Это было бы провалом.       Лифт остановился на моём этаже и я поспешно его покинула.       - Регина, может быть…       - Да, шеф.       - Да так… ерунда. Я вызову тебя, если нужно.       Я кивнула и направилась к своему рабочему месту.       Что он хотел от меня? Какие мысли в его седой голове и без того напичканной информацией о работе, дочери и поиске. Извините, шеф, но я должна, я обещала.       - Доброе утро, мисс Сильман.       Лиз, как всегда при параде, жаль, что её не берут к нашим, я думаю, она многое бы могла показать.       - Доброе утро, Лиз.       - Кофе на вашем столе, отчёты по поиску мисс Пейдж тоже и вас искал Тоби… то есть, мистер Кидд.       - Он меня уже нашёл, - я улыбнулась. Вот ведь, любитель женских сердец. Уже и моего секретаря оприходовал, - но спасибо, Лиз.       Она залилась краской, но все же улыбнулась в ответ и села обратно, за свой рабочий стол.       Я зашла в кабинет, бросила сумку на диван и опустилась на свое любимое кожаное кресло.       Я чувствовала, как внизу все скрутилось, а рука продолжала болезненно ныть. Я так и целый день не просижу.       - Лиз, можешь принести мне пару сэндвичей и спросить, может у кого есть обезболивающее. Очень уж голова трещит.       - Конечно, мисс Сильман, - ответила она в трубку и радостно побежала исполнять поручение.       Ей нравится вилять задницей перед толпой трудоголиков-офицеров. Думает, что у них зарплата, как у депутатов или все же её привлекает форма. Фу, не хочу знать, сколько здешних офицеров её поимели. Возможно, я и ошибаюсь, но секс эта черноволосая куколка точно любит.       Я снимаю пиджак и поднимаю рукав блузки вверх. Весь бинт пропитался кровью. Хорошо, что блузку не запачкал, а главное пиджак. Надо это обработать ещё раз, иначе больница обеспечена.       Я разбинтовываю руку и передо мной появляется огромный кровавый укус. Черт. Пейдж хорошо подготовилась к той встречи, ловкая мразь. Пройдёт пару часов и там будет ещё и синяк в придачу. А это значит, ни каких открытых рукавов и топов. Отобрала у меня немного. Меньше, чем я отберу у неё.       Я достаю из сумки перекись и ещё один бинт. Позже разберусь с ним тщательнее. Перекись громко шипит и я чуть не теряю сознание от боли, неужели, все настолько плохо. Ах да, она же успела оторвать плоть с моей руки. Сука. Я скорее обматываю руку бинтом и убираю все улики обратно в сумочку.       - Мисс Сильман, - стук в дверь. Как же она быстро ходит.       - Да, секунду, - я опускаю рукав и надеваю пиджак. – Заходи.       - Два сэндвича с ветчиной и сыром и обезболивающие Люка Грайма, - она хвастается.       Похвально, сделала все быстро и без посторонних вопросов. Нужно её точно рекомендовать, да и подальше от меня, желательно.       - Сам Люк Грайм, дал тебе таблетки? – моему удивлению нет придела, а ей кажется, нравится этот триумфальный момент.       - Да, вы же знаете, мой босс лучше, а я умею уговаривать.       Если бы я не знала, что эта девчонка с блестящим умом, закончила престижный университет в Европе, я бы думала, что она шлюха, которая хочет всем угодить. Но нет, моя Лиз не такая. У неё мозг варит где надо, а пластическая хирургия придаёт ей роскошное личико в свои двадцать семь. Хотя, это ей и не нужно и она это знает. Нет, Лиз Купер слишком хороша, для должности какого-нибудь простодушного офицера, я бы рекомендовала её сразу в детективы, а то и в сержанты.       - Да, спасибо, Лиз, ты супер.       - Конечно, - она подошла к двери. – Если будет нужна помощь с рукой, зовите, как оказывать первую медицинскую, я тоже знаю.       Она подмигнула и вынырнула из кабинета.       Молодец, заметила. От неё ничего не скроешь. Кидд, думаю, ты для неё просто Тоби, потому что, тебе так легче принять её отказы.       Я открываю ноутбук и поспешно съедаю сэндвич, без особого вкуса.       Мой желудок достаточно полный и я выпиваю таблетку, надеясь, на её быстрый эффект. Ну, Грайм, не подведи.       Я вбиваю пароль и доступ к базе открыт. Несколько новых сообщений на почте. Так, отчёт… отчёт… распоряжение… уведомление… мои глаза останавливаются на неизвестном название адресата «truth911» и входящего письма от него. Что за чертовщина?       Я кликаю на него.       Я знаю, ты сделала, что-то ужасное. Остановись. Инспектор, Сильман, никогда бы не допустила такого.       Я пытаюсь понять, кто придумал эту шутку и кому запихать в задницу эти угрозы. Твою ж мать, моя фамилия, ну ладно, это полбеды, но откуда такие мысли? С другой стороны, тут даже угрозы нет. Просто просьба остановиться. Значит, это кто-то свой. Тот, кто не будет стучать при первой возможности и тот, кто отложит свою форму в шкаф и попытается помочь. Интересная засада на того, кто играет не по правилам этого мира. Известно ли этому «truth911», что он уже на шаг позади. Я сделаю все, чтобы было именно так.       - Мисс Сильман, шеф Пейдж вызывает вас к себе.       Я закрываю ноутбук и откидываюсь на спинку кресла. Ещё этих анонимов мне не хватало. И так опасно играю. Но раз уж начала…       Я встаю и направляюсь в кабинет шефа полиции.       Я подхожу к кабинету начальника и вижу, как сержант Липман допрашивает худощавого паренька в капюшоне и не совсем понимаю, зачем я на этом сборище.       - Инспектор, - Клэйтон Пейдж подлетает ко мне из ниоткуда, - я позвал вас, чтобы вы поучаствовали в допросе этого парня, Гранда Валлери. Он последний, кто мог видеть мою дочь, после её исчезновения.       - Сэр, но его же допрашивает Липман. Как я вам помогу?       Клэйтон стучится в дверь.       - Сержант, парня нужно отвести в допросную, там продолжим.       - В допросную? Я что, арестован?       - Нет, Гранд, ты возможно, последний, кто видел мою дочь, мне нужна информация и только. Здесь слишком много любопытных глаз и ушей, так что, пойдём.       - Шеф, зачем вам я?       - Инспектор, я хочу, чтобы вы допросили его еще раз.       - Но, сэр…       - Липман, вы сделали свое дело, отведите парня в допросную.       - Конечно, шеф.       Клэйтон Пейдж дождался пока они выйдут из кабинета, закрыл за ними дверь и уставился на меня во все глаза.       - Регина, что за вопросы? Ты же знаешь, что доверять я, могу только тебе.       - Да, шеф, но что этот парнишка может сказать мне, чего не сказал Липману?       - Уверен, многое. Он давно наблюдает за Грейс, Пичер, Лили, ему явно нравятся девушки в форме.       - О, боже, шеф. Это всего лишь домыслы.       - Я бы так не сказал, я работаю здесь дольше тебя, дольше всех, и прекрасно понимаю, когда парнишка двадцати лет тычется в одну сторону.       Я шумно выдохнула, но отказать начальнику, все равно бы не смогла.       - Хорошо, что нужно делать?       Наконец-то дом. Полный страха, презрения, скованной девочки в цепях и омерзительных криков. Но все же это дом. Какой никакой.       Я вылезаю из такси и после трудного рабочего дня, инспектора, достаю пачку сигарет и закуриваю. Есть что-то необычное в этом моменте, когда ты тянешь в себя яд, а сигарета умирает за тебя, тлеет, высыхает, остаётся окурок и его уже не вернуть. Курение вредит, все пачки исписаны этими заповедями, а раз так, значит, толпа не будет слушать, лишь посмеется, подумает, что меня это не ждёт и продолжит втягивать в себя дым. Эпично. Но именно сигареты всегда не давали мне покоя. К бутылке виски или водки, я относилась не так. Было что-то в сигаретах живое, расслабляющее, то, что я не могла достать в алкоголе. А как же это, когда пробуешь наркотики.       Тот парнишка, даже не вспомнил меня. Наверное, в нем было лошадиная доза кокса, когда я в спортивном костюме и бейсболке на голове, зашла к ним в дом, пожала ему руку и сказала, что забираю Камиллу домой. Тётя, я могла представиться кем угодно, а он все равно бы показал, где девчонка спит. Наркоманов не научишь, тем более не отучишь. Они слишком сильные, чтобы это понять и слишком слабые, чтобы это сделать. Задать банальные вопросы, при этом чуть ли не вывалив сиськи на стол и хоп, готово. Сдал всех кто там был, точнее, кого помнил и сдал того, с кем Камилла встречалась и того, с кем переспала. Отличный у неё выбор, баскетболист для популярности, а биссексуал для разнообразия. Надо проверить обоих, то есть, нужно было бы, если это была не я. Но, тут все проще. Оба неудачника и оба даже не задаются вопросом, а где Камилла Пейдж, стерва, что пропала без вести. Вот она, тут, в моем подвале, в доме, который покрыт сверхновой шумоизоляцией (звук изнутри не поступает, а вот снаружи доносится каждый писк), датчиком движения, камерами и конечно, сигнализацией. Современные гаджеты самое лучшее в этом мире, но чаще не самое надёжное. Поэтому, я доверяю только себе и своим чувствам. Главное, чтобы двери были всегда закрыты. Первое правило. Ну, и пистолет всегда при мне.       Я выбрасываю сигарету и открываю дверь. На счёт три, я попаду в поток дерьма, которое будет плескаться, пока не устанет.       Я плотно закрываю дверь и проверяю замок. Закрыто, надёжно и без неожиданных гостей.       Сначала, проверю как там младшая из семейства Пейдж.       Я спускаюсь в подвал и слышу какой-то непонятный шум. Ах, так она поёт песни, чёткий английский. Ещё и пальцами щёлкает в такт. Однако, талантлива.       Я поворачиваю ключ и открываю дверь. Am not afraid anymore, Standing in the eye of the storm, Ready to face this, Dying to taste this, sick sweet warmth, I am not afraid anymore, I want what you got in store, I'm ready to feed now, get in your seat now!       - Браво! Ты умеешь петь. Просто превосходно. – Я хлопаю в ладоши и она тут же бросает на меня холодный взгляд. – Нет, серьёзно. Может быть, как-нибудь споешь на моей свадьбе?       - Не знаю, Регина, это ты мне скажи.       Я не понимаю, откуда она узнала. Как она… Тобайас. Он же кричал на весь дом.       Я нервно сглатываю, чтобы не выдать своих эмоций. И отвожу руки назад, чтобы она не видела, как я сжимаю кулаки до боли.       - Вот видишь, а ты говоришь, что я ничего про тебя не знаю, - она встаёт с кровати и разминает шею, - у меня уже кое-что есть, инспектор или теперь лучше называть тебя именем собственным?       - Можешь называть, я не опасаюсь своего имени, оно для тебя просто… набор букв.       - Пока что, да, - Камилла разминает ноги, - но как только я выйду, твоё имя будет во всех новостях, твоё лицо на всех плакатах, подумай, нужна ли тебе такая известность.       Ну уж нет, соплячка не будет мне угрожать в собственном подвале. Так не пойдёт, это моя игра, безупречно разработанная и отыгранная. Я не позволю тебе все запортачить.       - Камилла, у тебя ничего нет, абсолютно. Моё имя и мои шрамы не помогут тебе выйти отсюда, а вот, твой друг Гранд Валлери, мог тебе помочь.       Она молниеносно сменила улыбку, взглядом полным непонимания.       - Я объясню тебе, как всегда, - она подошла ближе и пыталась понять не лгу ли я. – Сегодня, мы с твоим отцом допрашивали твоего хорошего знакомого, Гранда. Он нам поведал интересную историю, - Камилла подошла ещё ближе, но не говорила ни слова. – Гранд помнит, что тебя забирала какая-то девушка, что представилась твоей тётей из другого штата и он оказал ей помощь, указав, где ты спишь.       - Нет, ты врешь, лгунья!       Я отошла от решётки, да бы не наткнуться ещё на один укус.       - Гранд Валлери, видел, как ты пришла в его дом, обдолбалась, поссорилась со своим парнем-баскетболистом Гэбриелом и переспала с его другом Калебом. После этого, он позвал тебя нюхнуть ещё и ты потеряла сознание окончательно. Я ничего не упустила?       - Твою мать! Гребанный Гранд! Об этом он помнит, а то что, ты меня похитила, нет.       Она ударила ногой по решётке. Во время я ушла.       - Вот видишь, детка, у тебя не так много информации обо мне, когда я владею уже большинством сказок о тебе.       - И что? Да, да, - она смеялась. Истерика. – Я переспала с одним, встречаюсь с другим, нюхаю с третьим, плевать! Я, это я! Это моя жизнь! Мои правила, моё тело, мои парни! Какого хрена тебе нужно от меня? Зачем я тебе? Скажи! Кто ты такая, чтобы управлять моей судьбой?       - Остынь.       - Да пошла ты! У меня было все! Отец, который любит до беспамятства, парень, который оберегает и никогда меня не променяет на шлюх, друзья, которые помогут и поддержат. Собака, что ждёт дома, каждый день. А у тебя, что есть у тебя?       - Из всего перечисленного, правда только в твоей собаке. Остальное большая огромная ложь, размером с целую планету, - я вышла из тени, чтобы она увидела мои глаза и то, что я хочу донести до неё. – Камилла, ты губишь себя всей этой сказкой, потому что, не видишь реальную жизнь.       - Да пофиг, пофиг мне на эту жизнь. Мне нравилась та, где я отрываюсь, трахаюсь, не думаю ни о чем. А не вот эта цепь и бетонный подвал пару метров.       - Ты самовлюбленная эгоистка, у тебя везде, я, я, я. О других ты не думаешь, не ценишь, не доверяешь, поэтому твой отец совсем не спит, не ест, не выходит с работы, пока не наткнется на какую-нибудь зацепку, а самое главное, что тебя могли посадить, а ты лишь смеялась, когда трое парней умирали.       Я заикнулась не в том направлении.       - Папа не мог, тебе это рассказать, он… не мог…       Я выдохнула и захлопнула железную дверь. Когда же это прекратиться, Сильман, хватит говорить то, к чему она ещё не готова. Ты же не салага, только поступившая в академию. Это плохо. Абсолютно. Это значит, что ты проявляешь сострадание, а ты не можешь это делать. Ты бесчувственная машина для разных ситуаций и их решений. Ты механизм, который не слетает с петель. А она, продукт, который нужно правильно изготовить. И ты это сделаешь. И она это сделает. Ей это нужно. А ты обязана.