Я назову романс в твою честь

Слэш
PG-13
В процессе
21
Размер:
81 страница, 12 частей
Описание:
Акааши никак не мог понять, почему из всех музыкантов мира ему достался именно такой: яркий, шумный, дотошный, не попадающий на нужные клавиши, с постоянными перепадами настроения, вечно взбудораженный и совсем не сконцентрированный, но такой... идеальный. /Музыкальная AU, где Акааши — прилежный скрипач, играющий в оркестре, а Бокуто — харизматичный и немного лажающий пианист, приехавший опробовать свои силы на конкурсе./
Посвящение:
Вам, дорогие мои, замечательному волейболу, который подарил мне новую жизнь, а так же человеку, который терпеливо пинал меня в течении всего процесса) p.s. Да, Машенька, ты дождалась!

А ещё чудесному человеку, с которым по невероятно приятному случаю познакомилась на просторах фикбука — https://ficbook.net/authors/4670167
хоть тут ты и моя бета, но всё же👉🏻👈🏻
Примечания автора:
За весь процесс работы я старалась передать фанфику действительно ту атмосферу, которую переживала сама во время музыкальных конкурсов, и надеюсь, получилось. Первый мой фик таких масштабов, который я долго планировала, мучительно неуверенно решалась и вот представляю его вам со всей своей любовью к читателям и фандому.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
21 Нравится 22 Отзывы 8 В сборник Скачать

4 глава: Незначительные поблажки.

Настройки текста
Следующий день, начало которого поражало своей рутинной обычностью, не должен был отличаться от предыдущего: прийти в консерваторию, позаниматься, сходить на уроки и репетицию оркестра, пообедать, ещё раз самостоятельно повторить собственную партию, совершенно случайно пересечься с двумя шумными авантюристами и... пойти домой, верно? По крайней мере, так планировал Акааши во время привычной поездки до здания, слегка расфокусированным взглядом провожая незнакомых людей в вагоне и изредка посматривая на вид за чуть потёртым стеклом. Но незначительные поблажки в своём идеальном, на первый взгляд, распорядке он начал неосознанно допускать, не прождав ещё и трёх часов после прихода в музыкальное учреждение. — Третья часть концерта, репетируем седьмой такт, начиная от конца первого фрагмента, — дирижер, поднимая взгляд с нот и мельком оглядывая все ряды коллектива, приглушенно вздохнул. — Козуме, Богом молю, отложи на пять секунд телефон и возьмись за свою виолончельную партию. Духовики, не расслабляйтесь! — и на музыкальных пультах для партий живо зашелестели ноты, раздавался лёгкий гул разношёрстных звуков разыгрывания инструментов перед репетицией в просторном и полном студентов оркестровом классе, дирижер изредка отдавал некоторым из них личные советы и наставления, перед тем, как приступить к общему обыгрыванию. Подготовка шла полным ходом и, из-за большого количества работы и непрекращающегося процесса совершенствования в беспрестанной игре, проходила она для Кейджи достаточно незаметно. Можно даже сказать, что время этой деятельности он находил не иначе, как расслабляющим, несмотря на резкие комментарии и, как бы это удивительно не звучало, достаточно большое скопление людей.

***

— Ты же Акааши, да? — незаинтересованность тихого голоса, который даже трудно было отличить от шума уходящих после репетиции оркестрантов, заставила обратить на себя внимание даже меланхоличного Акааши. А взгляд из ниоткуда появившегося собеседника был всё ещё направлен на его мобильное устройство, и парень, кажется, даже не собирался отрываться от телефона. Длинные пряди отросших в корнях светлых волос аккуратно были заправлены за уши, чуть спадая на лицо и заставляя частенько их поправлять. Кейджи, ещё не понимая смысла беседы, кивнул с присущей ему безмолвностью — это было вполне в его вкусе. Другой же продолжил, ни разу не увеличивая громкости своей кроткой речи. — Тебя за дверью ждут, просили передать. И скромно ушёл обратно к своему оркестровому месту, не объясняя больше ничего, находу уже собирая ноты и неспешно укладывая в футляр виолончель. Юноша не выделяющийся и ещё более необщительный, чем Акааши, своим поведением сейчас вводил в тупик. Откуда у него эта информация? Да и кто может ждать не готовившегося ни к какой встрече Кейджи? Хотя, ответ на второй вопрос уже начинал постепенно проклевываться в голове по мере сборки музыкального инструмента и удаления из класса. Стоило только выйти и слегка прикрыть за собой дверь, проблема непонимания растворилась за мгновение, теперь уже сражая наповал скрипача, явно не готового к таким поразительным сюрпризам. — Хе-е-ей, ты был просто безупречен! — уже узнаваемый громогласный возглас встретил своей напористостью не ожидавшего того оркестранта, который от перепуга или просто резкого звука едва удержался не вжаться в стену поблизости. Но собрался и пришёл в себя он достаточно быстро, тут же оглядывая подловивших его ребят. Куроо, одетый опять весьма стильно и гармонично, легонько улыбающийся на пару с другом и изредка быстро подглядывающий в класс, кого-то, по всей видимости, выжидая и так же вылавливая. И Бокуто, как обычно со своей фирменной причёской «Удара молнией», сегодня был пуще прежнего жизнерадостен и активен, — куда ж ещё больше то?! — так и сверкая безупречной улыбкой и живым огоньком в глазах, в которых ясно читалась восторженность. Вероятно, пианисты действительно пришли ещё давно, раз успели услышать хоть часть оркестровой репетиции. — С-спасибо, — ответил Акааши первое, что попалось ему в голову, и к тому же самое логичное и адекватное из всех возможных вариантов ответа. Караулить едва знакомого студента у двери из кабинета — настолько интересное занятие? Иначе, зачем эти двое стоят тут уже как минимум 10 минут? — Я ждал Кенму, — будто прочитав мысли растерявшегося Кейджи и тут же на них отвечая, пояснил Куроо. Скрипач уже успел понять, что двое пианистов очень часто ошивались вместе, на постоянной основе подпитывая в друг друге настрой азарта и энтузиазма. — А этот, — короткий кивок в сторону рядом стоящего Бокуто. — не принимал никаких возражений и увязался за мной сразу же, как только узнал, что я иду в оркестровый... О, Кенма! Виолончелист, как раз бесшумно уходящий из кабинета в сторону лестницы, особого внимания на небольшой компании не задержал, только неопределённо махнул рукой в воздухе, пробурчав что-то вроде «Я домой». В любом случае, Куроо его с лёгкостью понял, вероятно, на каком-то неясном и понятном только им двоим словесном шифре, и продолжил беседу, зная наверняка, что к Козуме ещё можно будет заскочить этим вечерком. — Вы знакомы? — только и успевал недоумевать Акааши, глядя то на довольного Куроо, то на тоненькую фигуру студента, старательно утаскивающего за собой виолончель. Удивительно, скрипач даже подумал изначально, что точно обознался — ну не может же быть, чтобы бурный пианист и этот тихий скромняга вообще смогли найти общий язык и какие-либо точки соприкосновения! Но как оказалось, общий язык у них был, и можно даже сказать, их личный и никому более недоступный. — Они с детства дружат, только после поступления в Токийскую консерваторию видеться стало сложнее. — быстро пояснил Котаро тут же повернувшемуся на источник звука Кейджи. Это многое объясняло, хоть и качество их общения до сих пор казалось немного сомнительным. Тетсуро, хоть и не особо к беседе сейчас подключаясь, всё равно за ходом разговора следил, и можно было даже расслышать, как он незаметно цокнул языком после слов друга — вероятно, это не было одной из приятных ему тем для обсуждения. Акааши же, отчетливо распознавая эмоциональное состояние многих людей в своём малочисленном круге знакомых, стоило ему только поговорить с ними около десяти минут и понять особенности поведения и характера, поспешил перевести тему на что-то более удобное и комфортное всем сторонам. — А... что на счёт вас? — и тут же поймав на себе заинтересованные взгляды, в которых явно смог прочитать «он что, правда умеет разговаривать?!», парень уже было пожалел о том, что вообще решил о чем-то спрашивать, но молчание как таковое закончилось под наплывом говорливости Бокуто, ещё даже не начавшись толком. — О, мы познакомились на творческой музыкальной школе, это что-то вроде летнего лагеря с занятиями и концертами. И с большим числом классных музыкантов и интересных людей! — воодушевлению не было предела. Но ему что, действительно настолько важно общество и общение с людьми? И как уже было дословно понятно с его речей и не единократных упоминаний — да, и даже очень. — Правда, довольно-таки занятная вещь! — согласился живо со словами пианиста Куроо, скорее всего, тоже получая от подобных мероприятий не меньшую радость, чем его взбудораженный друг. — Понятно, так значит, вы неплохо общаетесь? Но вы же из разных консерваторий, к тому же соперники, — без особого интереса поинтересовался Акааши, но кажется, тут любопытство взяло верх даже над ним. — Хмм, а действительно, бро. Мы ж с тобой соперники! — Бокуто тут же резко повернулся в сторону стоявшего рядом Куроо, замолчав и направив на него посерьёзневший взгляд из под густых бровей, второй же сделал то же самое, почти одновременно. Оба взирали друг на друга максимально сосредоточенно и беззвучно, или только пытались так сделать, сдерживаясь из последних сил, потому что ровно через три секунды пианисты сорвались и расхохотались самым неистовым смехом, отдающим эхо на всем этаже коридора консерватории. Акааши, по итогу так и не получивший ответ на заинтересовавшую его деталь, знал точно, что студенты и сами не поняли, что только что у них произошло, но скорее всего, и правда получали от подобных ребячеств удовольствие, не упуская ни единой возможности выжать из любой странной ситуации юмор и как-либо прикольнуться. Невольно думалось, что попади Бокуто с Куроо хоть на необитаемый остров без еды и воды — всё равно рано или поздно выдали бы парочку умопомрачительных шуток, держась за живот от хохота больше, чем от невыносимого голода. Ну, проверять эту гипотезу всё равно не очень то и хотелось. «Да, из них определенно выходит довольно странный дуэт, но я ещё совсем не слышал мастерство Куроо-сана. В его программе второго тура числится двадцать третий этюд Фридерика Шопена? Мощно, однако. Но а что насчёт Бокуто?» — размышляя и пытаясь вспомнить, какие произведения он ещё видел на стенде с участниками, юноша параллельно складывал в организованную стопку партитуру в портфеле, которую эти караульщики так и не дали основательно и со спокойствием собрать.

***

Этот день беспрекословно стоило потратить на репетицию завтрашней программы, просиживая у рояля немалые часы, поэтому Тетсуро, капитулироваться перед кем-то явно не желавший ни разу, поспешил удалиться, оставляя товарища и скрипача заодно довольствоваться уединением. После, Котаро, наконец проводив с довольным лицом своего ненаглядного друга в один из классов для занятий, на пятках крутанулся к оркестранту. Тот же вопросительно и немного апатично на него взглянул, в ожидании дальнейших действий со стороны парня. — Хей, Акаа-а-аши! — всё так же шумно и с энтузиазмом протянул юноша, улыбаясь и немного покачиваясь с пяток на носочки от нетерпения, убрав руки в карманы брюк. — Завтра продолжается конкурс. Как насчёт поиграть со мной программу третьего тура? Я буду рад, нет, очень рад, если ты послушаешь меня! Эта идея наверняка глодала Котаро достаточно долго, и скорее всего, именно с того момента, когда он остановил скрипача в буфете с невыносимым желанием что-то сказать. А сегодня, окончательно вдохновившись репетицией оркестра за дверью, парень решил не терять данной ему вселенной и великодушным Куроо возможности, интересуясь напрямую. — Но Бокуто-сан, вы не прошли ещё даже на второй тур. К тому же, я не смогу играть за весь оркестр, как это было бы желательно. И вам нужно готовиться к завтрашнему полуфиналу. Побеждённый наповал голой правдой несправедливой жизни и заумными аргументами скрипача, юноша немного растерялся и даже обиделся, вот уж зануда этот Кейджи! Но отступать он, однако, тоже не планировал, очень решительно настроившись. — Но..! — Нет, вы должны проучивать программу второго тура. — беднягу Бокуто прервали на полуслове, но на этом Акааши не закончил, сам себя, пожалуй, не хило удивляя и абсолютно не понимая логики собственных умозаключений. — Но... если вам так хочется позаниматься сегодня со мной, я могу немного послушать ваши произведения полуфинала и дать пару советов. Кейджи оправдывал себя и свой ответ лишь тем, что не хотел расстраивать и без того ранимого музыканта и сбивать его победный настрой на завтра, что было вполне логично и более не требовало каких-либо разъяснений. По крайней мере, скрипач на это очень надеялся. А вот реакция встрепенувшегося Бокуто не заставила себя долго ждать, в ту же секунду проявляясь на его лице радостной улыбкой и эмоционально вздернутыми вверх бровями. Не было за сегодня для Котаро радости светлее и приятнее, чем эти слова, и можно было даже заметить, как в порыве воодушевления его, и без того светящиеся янтарём глаза, загорелись восторгом и удовлетворением. — А завтра ты поиграешь со мной концерт Рахманинова?? — Если пройдёте в финал, Бокуто-сан.
Примечания:
Охо-хо, я тут! Прихожу с новой главой и небольшим прогрессом в общении любимых совят
Затишье перед бурей, а вот следующая глава обещает быть масштабней)
Спасибо за прочтение!!❤️

И не перестану повторять о моей трепетной благодарности бете🤧💖

От беты: А я не перестану твердить о моём восхищении автором✨😳💖
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты