Часть 6
31 января 2021 г., 20:42
И хотя он даже дышал с трудом, почти не чувствуя своего тела, когда с него сняли веревки и потащили к колесу, пытался вырваться. Хотя понимал, что даже если ему это удастся, то всего лишь отсрочит неизбежное, но не спасет. И все равно упирался, вырываясь из их рук. Но куда там… Он один, вымотанный многочасовой пыткой, против двух крепких бугаев. Плюс еще двое во главе с Омаром ждали у колеса. По одному на каждую руку и ногу. Закрыв глаза, тяжело дыша, Кристиан чувствовал, как его привязывают. Понимал, что не сможет обреченно глотать воду, все равно задержит дыхание, будет бороться за жизнь до последнего. А значит, умирать придется долго. Лучше бы сразу пристрелили… Там хоть вспышка… и все.
— Ну что, Рокье… — насмешливый голос Омара прозвучал совсем рядом, — попрощаемся хоть, что ли…
Кристиан молчал, не открывая глаз, не поворачивая головы.
— Скажи, каково это… — Омар склонился к нему, его шепот обжег ухо, — понимать, знать, что еще несколько минут и все… Знать время своего конца… Знать, что останешься здесь навсегда, кормом для рыб… А ведь тебя даже не найдут здесь. Эта мельница станет твоей могилой.
Заржавевшие механизмы старого колеса натужно заскрипели, нехотя, словно просыпающийся великан, сдвинулись с места. Кристиан вздрогнул, еще чаще, еще тяжелее задышал. Попытался успокоить дыхание, потому что понимал — оказавшись под водой, паника убьет его почти мгновенно. Там нужно будет сосредоточиться, успокоить дыхание, контролировать его. По самым оптимистичным прикидкам, тогда он сможет продержаться около пяти минут. Что это ему даст — непонятно, финал все равно будет один. Но смиренно ждать его он не собирался. Бороться до последнего…
Кристиан уже чувствовал, как ноги оказались в воде. Абстрагироваться от всего, выровнять дыхание… Колесо все больше опускалось, вода поднималась все выше. Но когда она уже достигла плеч, колесо вдруг остановилось.
— А знаешь, Рокье… — снова послышался недалеко голос Омара, — я дам тебе, пожалуй, еще один, последний шанс. Я могу все повернуть обратно, стоит тебе только сказать…
В этот раз Кристиан открыл глаза и с трудом повернул голову. Омар сидел рядом на корточках и, улыбаясь, смотрел на него. Рука замерла на рычаге колеса.
— Да пошел ты…
Улыбка мгновенно сползла с лица араба. Да, пожалуй, это самое лучшее, что Кристиан мог увидеть в свои последние минуты, а после повернуть голову и посмотреть вверх. Сквозь щели в балках потолка просвечивало ночное небо, ясное, усыпанное множеством звезд.
— Прощай, Рокье.
Колесо вновь пришло в движение. Кристиан закрыл глаза и вдохнул так глубоко, как смог.
***
Чтобы не шуметь, Джоанна и Ланс оставили мотоцикл в самом начале заброшенной части порта. Дальше бежали, прячась то за какими-то прогнившими ящиками, то за покосившимися бараками. Дойдя до старого пирса, остановились. — И где их здесь искать? — Джоанна кусала губы, чувствуя, как смерть ходит совсем рядом, то и дело насмешливо смеясь. — Надо найти более-менее целое здание, — пытался логически рассуждать Ланс. Они оглядывались по сторонам. И тут судьба и луна решили встать на их сторону. Луна, выглянув из-за одинокого облака, осветила пирс и прилегающую территорию; судьба прямым хуком, прямо в смеющуюся морду смерти именно в эту секунду открыла двери одного из зданий. Ланс, схватив Джоанну за руку, быстро затащил ее за груду стоящих рядом ящиков. Увидев выходящего человека, Джоанна вздрогнула. Это был он, тот самый, хрустевший пальцами. Не потрудившись даже закрыть дверь на замок, он и его спутники — Джоанна насчитала шесть человек — спокойно направились в сторону стоящей у пирса лодки. Джоанна с трудом дождалась, пока они сядут в нее и, включив двигатель, унесутся подальше. Заняло это минуты две, но ей и они показались вечностью. Как только лодка скрылась вдали, Джоанна поднялась и побежала к зданию. Ланс едва успевал за ней. — Похоже на заброшенную мельницу, — шепнул Ланс, едва они вошли внутрь. Там было пусто и тихо. — Он где-то здесь, я чувствую! — Джоанна прошла внутрь мельницы, осматриваясь по сторонам. — Джоанна! Она обернулась, подбежала к Лансу. Тот стоял возле одного из столбов. Опустившись на колени, Джоанна увидела подсохшие капли крови на деревянном полу, тут же валялись обрывки веревок. — Черт… — Ланс поднял куски металлических пластин с проводами, повернул голову к Джоанне. Она сглотнула комок в горле. Кристиана пытали током. Но что с ним сделали после всего? Джоанна поднялась и осмотрелась по сторонам. — Может, они сбросили его в воду? Надо проверить пирс! — Ланс побежал к двери. Джоанна пошла за ним, как вдруг, проходя мимо одного из полусгнивших стожков сена, остановилась и присела на корточки. — Ланс! Он остановился уже в дверях, обернулся на ее голос, вернулся к ней. Джоанна подняла на него голову и протянула что-то в руке. Когда она разжала пальцы, Ланс увидел лежащую на ее ладони пуговицу. — Это с его рубашки, я знаю. Ланс оглянулся. Если Кристиана тащили мимо этого стога, то явно не на улицу; дверь, ведущая к пирсу, совсем в другой стороне. Но тогда… Вдруг Ланс, подняв голову, замер… — О, черт… Джоанна проследила за его взглядом, и, похоже, одна и та же мысль осенила их, потому что они вдвоем одновременно сорвались с места. Подбежав к колесу, Ланс схватил рычаг и попробовал его повернуть, но тот оказался заблокирован замком. Ключа у них не было, но увиденное убедило в правильности предположений. — Мы теряем время! — Ланс скинул ботинки. — Стойте здесь! — крикнул он Джоанне, глубоко вдохнул и нырнул в воду. Джоанна стояла, задержав дыхание, словно и она сейчас упала в морскую пучину. Через какое-то время Ланс вдруг вынырнул, но Джоанна даже не успела открыть рот, чтобы спросить его — почему, как он, постаравшись захватить побольше воздуха, снова скрылся под водой. В этот раз его не было дольше, гораздо дольше. Джоанна уже заволновалась, кусая губы, тяжело дышала… Сначала на поверхности показались пузырьки воздуха, потом небольшие волны, которые становились все более явными и, наконец, над водой показалась голова Ланса. Он жадно вдохнул воздух. Джоанна уже было подумала, что он снова вернулся один, но тут он с видимым усилием поднял руки… — Кристиан! — Джоанна метнулась к Лансу, приняла у него бесчувственное тело Кристиана. Ланс вылез из воды и помог окончательно вытащить Кристиана. Джоанна положила его голову к себе на колени. Ланс прикоснулся пальцем к шее и вдруг поднял на Джоанну остекленевшие глаза. Джоанна смотрела на него, а Смерть стояла у нее за спиной и злорадно хохотала, леденя кровь. — Черта с два… — прошептала Джоанна и склонилась над Кристианом. Его губы были холодные, но она не обращала на это внимания. Снова и снова. — Джоанна… — Ланс подошел и присел рядом. — Джоанна… мне жаль, но… — Молчите! — на секунду прервавшись, сказала она и снова наклонилась к Кристиану. «Это он от воды холодный», — твердила она себе, — «от воды…». — Джоанна. Слишком много времени прошло. И мы не знаем, сколько он провёл под водой! Джоанна, словно не слыша его, снова и снова наклонялась к губам Кристиана. Она не чувствовала времени, усталости. Она не знала, сколько она так, вдох за вдохом, настойчиво вдыхала в него жизнь, упорно отказываясь сдаваться. Ланс просто молча стоял рядом. В какой-то момент Джоанна замерла, посмотрела на лицо Кристиана, убрала со лба волосы. Смерть склонилась над ее плечом и тихонько, противно засмеялась. — Отвали, тварь! — крикнула Джоанна, махнув рукой, словно отталкивая. Ланс вздрогнул, непонимающе посмотрел на нее, видимо, решив, что она уже тронулась умом. Джоанна же снова склонилась над Кристианом. — Черт тебя побери, Кристиан Рокье! Я не отпускаю тебя, слышишь! Я не позволю тебе вот так бросать меня! Вернись! Немедленно вернись! Слышишь?! И она снова коснулась его губ, готовая не отпускать, пока самой хватает дыхания. И вдруг Кристиан вздрогнул, его грудь приподнялась. Джоанна отпрянула, ее глаза ожили, губы дрогнули. Он еще пару раз вздрогнул и вдруг захрипел. Джоанна быстро повернула его на бок. — С ума сойти… — Ланс посмотрел на часы. Она откачивала его почти пятнадцать минут. Все это было за гранью всех возможных временных рамок, признанных медициной. Джоанна повернула голову куда-то в сторону и победно улыбнулась. Смерть, насмешливо пожав костлявыми плечами, медленно растворялась в воздухе. Когда Джоанна снова повернулась к Кристиану, он уже смотрел на нее. — Если бы это была не ты… — прохрипел он, — я бы сказал, что это невозможно. — Черта с два я бы отдала тебя другой женщине, — улыбаясь, Джоанна снова склонилась над ним и поцеловала, коснулась рукой его лица, — даже если она — Смерть.***
Ланс поставил на стол три чашки кофе. — Спасибо, — Кристиан протянул руку, взял свою чашку и Джоанны, придвинул к ней. — Особенно за мельницу. — Не за что, — Ланс смущенно улыбнулся и присел на стул. — Тяжелее всего было в воде веревки развязать. Под конец пришлось зубы задействовать. Все молчали. Так бывает, когда хочешь много сказать, а слов найти не можешь. Прошло две недели с того вечера… Кристиана привезли в посольство, и врач оказал первую помощь. Выходить на ливанское правительство по понятным причинам не стали, чтобы не сорвать арест Алафи и бандитов Шарифа. Следующим утром в Бейрут прилетел Жан со всем необходимым, капельницу купил Ланс в частном порядке в обычном магазине медтехники. Жан осмотрел Кристиана, в очередной раз констатировал, что тот живучий сукин сын, подробно расписал последовательность капельниц и, проконтролировав его состояние пару дней, улетел обратно в Париж. За эти дни прошли и аресты. Доказательств против палачей у Кристиана, понятное дело, не было, как и его показания не пришили бы к делу никак, но Жубер позвонил Президенту, тот — своему ливанскому коллеге, а уж кто что и кому сказал… Кристиан с Джоанной пока не знали, но результат был на лице Алафи. В виде тени тюремной решетки. Скандал как-то замяли, превратив все в отставку по состоянию здоровья, но хоть что-то… За две недели Кристиан относительно восстановился. Оставались проблемы с сердцем, самая тревожная — неконтролируемая аритмия, но можно было хотя бы лететь домой. И в этот вечер накануне отлета посол и Ланс устроили своеобразный «семейный» ужин. Посол пораньше ушел спать, оставив «молодежь» попрощаться за чашкой кофе с коньяком. Кристиан улыбнулся на слова Ланса, отставил свою и повернул голову к Джоанне. Взяв ее лицо руками, придвинулся к ней. Ланс улыбнулся, неслышно встал со стула и вышел. Но Джоанна и Кристиан этого даже не заметили. Он сидел, смотрел в ее глаза и вдруг вспомнил свою последнюю мысль перед тем, как понял, что больше не может задерживать дыхание. В ту секунду, последнюю, как он думал, он почему-то пожалел лишь об одном — что предпочел бы лучше тонуть в ее глазах. Он придвинулся и коснулся губами ее губ. Она — его жизнь. Во всех смыслах.
