Поиграем?

*После сцены в кухне 💏* Слегка отяжелевшие после еды, мы снова шаркаем к дивану. Мин Кю по-хозяйски устраивается у меня на коленях. В его глазах пляшут чертики. Да-да, я знаю, что собиралась домой... Только минутку посижу... Блин, на это лицо можно смотреть вечно! Если бы ангелов-хранителей не целовали так многообещающе, уйти было бы легче. — М-м-м... Давай поиграем? — Я, кажется, догадываюсь, во что, хозяин-извращуга. Он нервно теребит мои пальцы. — Ну уж какой есть! Это называется техносексуальность: пришлось поизучать этот вопрос пару месяцев. — Сочувствую твоим пылесосам. — Ты еще массажному креслу посочувствуй! Креслу я, скорее, завидую, но признаваться не буду. Его довольная улыбка через мгновение сменилась предвкушением. — Привет, Аджи-3. — Я люблю вас, хозяин. — Я иду спать! — вдруг громко объявляет он, и свет вокруг гаснет. Он садится и счастливо утыкается мне в шею. — Знаешь, что меня бесило? Эта твоя прическа: она настолько мертвая и неестественная. Никак не давала забыть, что ты робот. Сейчас намного лучше! Можно делать так… Он ведет рукой по волосам за ухо и гладит его кончиками пальцев. Так, сосредоточься. Роботы не пыхтят, их дыхание ровное-ровное. — Рада, что вам нравится. — Что у тебя с батареей? — Часа на полтора хватит. Чувствую, как он довольно расслабляется. Ребром ладони вскользь ведет по груди. — Хорошие аккумуляторы, мощные. Э-э-э… я хочу подробно рассмотреть как ты устроена. — Да, хозяин. Есть некоторые ограничения, я сообщу, если вы заденете критически важные узлы. Сама не знаю, что конкретно я имела ввиду, но лучше подстраховаться. — Сними это. Он помогает мне снять кардиган и задерживается на пуговицах блузки. Одна. Мало. Вторая. Ладонь проникает под ткань, ложится на ключицу. — Активируй сенсоры на губах. Скажи, что ты чувствуешь. Он надвигается и нежно трогает меня губами. — Легкое воздействие, — рапортую я. — Но перед тем, как целоваться, я должна была потерять равновесие, а вы меня поймать. Хозяин, вы нарушаете процедуру. — Во-первых, говори на 70% тише. Во-вторых, процедура касается только первого поцелуя. Теперь я могу целовать тебя в любой ситуации, больше никаких процедур. Он возвращается к моим губам более настойчиво. — Тепло... нежно... влажно... — в перерывах шепчу я. — И можно закрыть глаза, хозяин? Зрительные сенсоры сбивают работу осязательных. — Закрывай. Расстегни пуговицы: я боюсь, что не смогу справиться аккуратно. Ну да, я смогу. Я робот. Третья. Четвертая… — И на мне расстегни. — Пуговицы расстегнуты. Он скидывает рубашку, запускает руки мне за спину и ловко справляется с крючками. Тренировался, что ли? Легонько сдвигает край ткани с правой груди и ловит пальцами сосок. Я робот. Ему можно вот так дышать, а мне нет. Он долго блуждал кончиками пальцев по холмам и вершинкам. И, наверное, смотрел как только он умеет, потому что поцелуи прекратились. Я не вижу, глаза закрыты. Потом склонился к груди и поцеловал, еще и еще. Мальчик ест мороженое, - мелькнуло в голове. До чего приятно! Жаль не было команды обнять. Запустить тебе пальцы в волосы. Дурак! Втискиваю кулаки в обивку и стараюсь представить, что это просто ток от сенсоров бежит по телу. Почему только вниз? — У меня снесет крышу от твоих аккумуляторов, если не отвлекусь, — бормочет он. — Какой там индекс Доу-джонса сегодня? — Три целых четырнадцать сотых, — говорю первое пришедшее на ум. — Плохой робот. Сними штаны. Снимаю штаны, аккуратно сворачиваю и откладываю. — Слишком методично для такой ситуации, — замечает он. — У тебя есть опция разбрасывания одежды? — Только в дружеском режиме, хозяин. Он спускается на пол к моим ногам, целует живот. Я поджимаю пальцы ног: единственное, что могу позволить себе человеческого. Я робот. Тянет вниз трусики. Я хочу чтобы он заметил, какие они влажные. — Раздвинь ноги. Будь я девушкой, меня бы обидела такая бесцеремонность. Раздвигаю колени. Я робот. Он осторожно ведет пальцем от живота ниже, минует полоску волос и погружается в скользкую теплую щель. — Что это? - хрипло шепчет он, медленно водя вверх и вниз. Ответ я придумала пару минут назад, расправляясь со штанами. Сейчас уже сложно о чем-то думать. — Охлаждающая жидкость. Когда аккумулятор перегревается, избыток спускается вниз. — Черт, как сложно. Мне нужна другая обратная связь. Дружеский режим. О, наконец-то можно дать волю сбивчивому дыханию и двигаться в такт его руке. — Тебе приятно? — Да, продолжай. Там такой сенсор… Через несколько минут все во мне сбоит, меня безконтрольно трясет в оргазме, пытаюсь сдавить хотя бы стон. — Кажется, мы обнаружили критическую ошибку в этом сенсоре. У тебя двигательный сбой. Я думаю, тебя нужно… э-э-э… откалибровать! Я чувствую, что он выбирается из остатков одежды, усаживается между моих ног и придвигает к себе мои бедра. — С тобой уже делали это? — Да. Это делается в защищенном режиме, не забудь. — Вообще-то я хочу детей, но не буду обсуждать это с роботом. Какой милашка! Я слышу звук рвущейся упаковки и треск презерватива. — Рабочий режим. Не смей двигаться, иначе я кончу за секунду. Я намерен продержаться хотя бы пять. Скажи, если что-то сделаю не так. — У вас IQ около 150, разберетесь, хозяин. — Около 160, и не только IQ. Конечно, он не продержался. Едва он вошел, я ощутила его заполняющую пульсацию. Он прижал меня всем телом, чтобы углубить этот момент единения, и глухо стонал мне в ключицу. Лежа обнявшись, я слушала как затихает его бешеное сердце. — Тест окончен, хозяин? — Нет, — улыбнулся он, перебирая мои волосы. — Я еще не рассмотрел заднюю панель. — На всякий случай напомню, что у меня один порт для калибрации. — Меня вполне устраивает такая конструкция. — Ну тогда вот… Я выпрямилась на коленях задом к нему. Люблю, когда он смотрит. — Прекрасный дизайн, — прошептал он мне в ухо прижимаясь сзади, лаская грудь и попу. — У меня был удачный прототип, - млела я, сдерживаясь. — Режим друга. — Да-а, — я задвигалась в ритме его ласк, и через минуту он вошел снова. — Не торопись. Заряда хватит еще на полчаса.